Глава двадцать шестая: Соня

Глава двадцать шестая: Соня

Я впервые сплю в одной постели с мужчиной.

И тем более это впервые, потому что именно сегодня и именно с ним я стала еще чуточку взрослее.

Мне всегда казалось, что первый секс — это обязательно больно, неприятно и «поскорее бы закончилось». Я даже пару раз читала женские форумы, чтобы узнать, как это было в первый раз у других, и попытаться представить собственные ощущения. Но после пары страниц каких-то почти хоррорных историй с порванными женскими органами, литрами крови и невозможностью сидеть пару недель решила, что больше в меня не влезет. И что разумнее будет не нагонять страху в свою и без того не слишком радужно все это представляющую голову.

Лежа в кровати с Денисом, пока он, обняв меня двумя руками, крепко и спокойно спит, я даже не могу вспомнить, когда же выключилась моя голова. Когда я перестала думать о том, сколько крови из меня выйдет, буду ли я кричать или смогу потерпеть, захочу ли пойти до конца или в самый ответственный момент решу, что это — не тот мужчина? Я просто перестала быть отдельной думающей особью, а слилась с человеком, которого еще пару недель назад считала своим проклятьем.

Если бы сейчас вдруг появился мой ангел-хранитель и спросил, какой жизни я желаю, я бы не задумываясь ответила — жизни рядом с моим Дэном.

Денис словно чувствует, что моя голова забита им, сквозь сон брезгливо морщит нос и притягивает меня к своему плечу. Я улыбаюсь и удобнее устраиваю голову, закрываю глаза и уже через пару минут понимаю, что в эту ночь мне просто не суждено уснуть. Потому что мне хочется смотреть на него и представлять, каким он будет, когда наступит утро — и мы станем еще немного ближе друг другу. Будет ли так же хмурится, грубить и поддергивать меня своими пошлыми шутками?

Потихоньку, чтобы не разбудить своего мужчину, поворачиваюсь так, чтобы смотреть на его лицо. Трогаю ладонью колючий подбородок, почти полностью затемненный заметной щетиной, и вздрагиваю, когда где-то в недрах квартиры раздается мелодия моего телефона. Денис нехотя выпускает меня из объятий и сонно ворчит, что если я не вернусь в постель через минуту, он будет очень недоволен.

Наощупь, стараясь ничего не перевернуть и не разбить, выхожу в длинный коридор, нахожу наши разбросанные по дороге вещи и мою сумку, которая вибрирует вместе с телефоном внутри. Но ответить не успеваю — звонок обрывается.

На экране — третий час ночи, и что-то тревожно екает в груди, потому что в такое время меня просто некому искать. Родителям я сказала, что вместе с подругой буду готовить важный и срочный проект, вряд ли бы они стали названивать мне в такое время просто, чтобы проверить, сплю ли я.

Но на экране мамин номер. И еще номер телефона папы.

И куча входящих от Марины, которая согласилась меня прикрыть.

Пугающая догадка буквально подкашивает мне ноги, и я тихонько, как опустевший мешок, стекаю на пол, пытаясь представить примерное развитие событий. Что-то случилось.

Марина отвечает после второго моего гудка и начинает что-то очень быстро шептать в трубку. Приходится остановить ее и попросить говорить медленнее, потому что я просто ничего не понимаю. Хотя кажется, я просто стремительно глохну от страха и паники.

— Тебя искал твой ненормальный парень, — чуть громче шипит в трубку Марина. — Наверное, узнал у твоих родителей, где ты можешь быть, и заявился в двенадцать ночи. Знаешь, по-моему, он был немного того…

— Немного чего? — на автомате переспрашиваю я, пока живот все быстрее холодеет от ужаса.

— Под кайфом, — ворчит Марина. — Требовал, чтобы ты вышла к нему, что вам нужно поговорить, поднял на уши моих родителей. А ты же знаешь моего отца — ему бесполезно что-то говорить. Он в лоб выдал, что тебя нет и не было.

Я ловлю себя на том, что ритмично бьюсь затылком в стену.

Бум-бум-бум…

Пока в голове не появляется монотонный гул, а мир перед глазами раскатывается тонким масляным слоем, через который отчетлив виден укоризненный взгляд матери.

— Извини… — Я хочу сказать «извини, что подставила», но голос ломается и вместо этого просто кладу трубку.

Понять, что было дальше, не сложно. Саша поехал ко мне домой, видимо решив, что я его избегаю, и там вскрылось, что дома меня тоже нет.

Нужно позвонить маме.

Набраться смелости и сказать ей, что со мной все хорошо, что меня не похитили ради выкупа и не унесло в космос залетными пришельцами. Но мне так страшно, что хочется превратиться в соринку, забиться в замочную щель столика в прихожей и просто переждать до утра, когда я проснусь и пойму, что просто смотрела самый паршивый сон в моей жизни.

Жаль, что это все-таки не сон.

Удивительно, каким быстрым бывает человек, когда им движет страх. В чужой незнакомый квартире, в полной темноте, я каким-то образом нахожу все свои вещи, одеваюсь и даже привожу в порядок прическу. Внизу живота немного саднит, но сейчас я стараюсь просто не думать об этом. То, что случилось — слишком прекрасно, чтобы разрушать его назревающим скандалом.

Я даже не помню, как выхожу на улицу, как вызываю такси и бреду к воротам, которые оберегают покой жильцов элитного жилого комплекса. Не помню, как сажусь в машину, как подношу к уху телефон и после первого же гудка слышу громкий крик матери:

— Софья, где ты?!

— Я в порядке, мам, — почему-то охрипшим голосом отвечаю я. — Уже еду домой.

— С тобой все в порядке?! — Она так кричит, что каждый звук немилосердно режет мои барабанные перепонки, но я все равно крепко прижимаю телефон к уху. — Что с тобой происходит? Чего я не знаю?

Очень хочется сказать, что я просто выросла и стала женщиной. Хочется представить, что я приеду домой, мы закроемся на кухне, сделаем вкусный чай с липой и я, краснея от смущения и счастья, расскажу, как это прекрасно — найти Того самого человека.

Только мой Тот самый — женат.

И если я хотя бы заикнусь о нем, дам повод думать, что между нами существуют отношения — отец никогда мне не простит.

А Денису это будет стоить абсолютно всего.