Глава 16.

Майер напрягся, вслушиваясь в мои слова. Кажется, он подумал, что я вновь ему отказываю. Тогда я продолжила, водя рукой по теплой спине.

- Но мне нравятся твои ласки. Напомни, что умеют твои пальцы, - выдохнула последние слова в его губы, и теперь уже сама набросилась на мужчину, проникая в его приоткрытый от удивления рот.

Эрнест рыкнул, давая понять, что не против, если его используют так. И в доказательство, он подхватил меня на руки и в несколько шагов преодолел расстояние до своего рабочего стола. Аккуратно усадив на его край, он отступил немного назад, любуюсь зрелищем.

- Я давно мечтал посмотреть, как ты будешь здесь смотреться, - хрип сорвался с его губ.

- И как? - спросила я. - Хорошо? Или так лучше? - и мои ноги раздвинулись еще больше, не скрывая того, что жаждало прикосновений.

Усмехнувшись, Майер устроился между разведенных бедер, накрывая мой рот властным поцелуем. Он яростно протолкнул в рот язык, обхватывая бедра и прижимаясь ко мне возбужденным членом, срывая от предвкушения тихий стон.

Я в ответ запустила руки под пиджак, стягивая серую ткань, желая, наконец, насладиться его теплом, которое он прятал от меня под слоями одежды. Мужчина повинуется, помогая скинуть пиджак, который падает на пол за нами, но мы игнорируем дорогую дизайнерскую вещь, продолжая страстные ласки.

- Позволь мне избавить тебя и от рубашки, - сквозь жаркие поцелуи прошептала я, потянувшись к ровному ряду белоснежных пуговиц.

Судорожно расстегивая одну за другой, я ухмыльнулась, когда Майер помог мне, оставив мои ноги на несколько мгновений томиться в ожидании. Расстегнув рубашку, я стянула галстук, отправляя его на пару метров подальше.

- И чем тебе не угодил галстук? - хитро прищурился мужчина.

- Я не против его, но если он будет не на шее, а, например, туго стягивать мои руки, - со стоном произнесла я, ощутив, как крепко сжал бедра Эрнест. - Ну, или твои руки.

Я потянулась к его полуобнаженному телу, покрывая жаркими поцелуями гладкую кожу, покусывая и полизывая, играя своим языком в безумный танец.

- На мне остались твои следы, - промурлыкала, в очередной раз сорвав с его губ хриплый стон, когда прикусила кожу у горла. - Так нечестно, если отметки останутся только у меня.

И сладким долгим поцелуем я оставила на шее Майера засос. Никто и не узнает, что скрывает под своим строгим костюмом Большой Босс.

Пока мои мысли были заняты дурманящим ароматом, исходившим от его тела, проворные пальцы Эрнеста оказались во мне, по пути сминая тонкую ткань кружева. Сначала один палец, пробующий глубину и количество влаги, потом присоединился второй, проворно растягивая тугое кольцо. И со страстным стоном-вскриком к ним присоединился третий, теперь уже безжалостно разминая мою плоть, двигаясь в безумном ритме.

Я поддалась давлению Майера, насаживаясь на пальцы, при этом откинув голову назад. Он брал меня пальцами, крепко прижимая к себе, доводя почти до конца, а после останавливаясь, и начиная игру заново, терзая бьющееся возбужденное тело.

В отместку, я прильнула к нему, прикусив кожу над левым соском, оставляя еще один след и пока с губ мужчины сорвался удовлетворенный рык, я потянулась к его брюкам, ловко высвобождая напряженный член.

Его эрекция с удвоенной силой запульсировала в моей руке, и я заскользила по твердому гладкому стволу, крепко сжимая его. Я помнила, какие именно ласки доставляли наивысшее удовольствие мужчине в прошлый раз. Ускоряя темп, я мстила ему, прерываясь на ярком моменте. И Большой Босс вздрагивал и рычал, целуя до боли хитро улыбающиеся губы.

- Моя маленькая ведьма, - выдохнул он, ритмично двигая пальцами во мне. - Сжалься.

- После тебя, - простонала я, чувствуя, как оказывалась на грани.

Накрыв мои губы, Эрнест позволил насладиться последними толчками, и я кончила, вскрикивая в его губы. Секундой позже оргазм испытал и мужчина, опаляя кожу бедра своим удовольствием.

Для того чтобы восстановить дыхание нам потребовалось около пяти минут. За это время мы нежно обнимались, то сливаясь в поцелуе, то прижимаясь друг к другу.

- И как тебе мои пальцы? - прошептал Эрнест, прикусывая мочку уха.

- Чудесны, как всегда, - мягко улыбалась в ответ, даря ему очередной нежный поцелуй. - Но надо привести себя в порядок и отправляться домой.

Он согласно кивнул, помогая спуститься со стола. Пока я одергивала юбку, мужчина нагнулся, чтобы поднять пиджак и галстук, на долю секунды задумавшись, сжимая ткань в руках.

Я лукаво взглянула на него, получая новую порцию сладких поцелуев.

- Прошу за мной, - прошептал он, потянув меня в дальний угол кабинета.

За неброской дверью скрывалась достаточно большая ванная комната, и на мой удивленный возглас он ответил:

- Порой, я слишком долго работаю, а возвращаться домой, а потом спешить на встречу, утомительно.

- Наверное, есть пара запасных костюмов? - прищурившись, поинтересовалась я.

- Конечно, - кивнул он. - Но вроде этот мы не сильно испортили.

Но я покачала головой, указывая на мятую ткань рубашки, на которой отсутствовала пара пуговиц.

- Я даже не заметил, - стягивая рубашку с себя, произнес он.

Я проследила, как Майер направился к встроенному шкафу, из которого извлек новую белоснежную ткань, и накинул на крепкие плечи, ловко застегивая пуговицы. Потянувшись, я подобрала галстук, который одиноко лежал на краю стола, и направилась к мужчине.

Эрнест замер, пока я возвращала галстук на его шею.

- Не хочу, чтобы кто-нибудь увидел мои поцелуи, - поправляя воротничок, ответила я.

Мужчина усмехнулся, нежно касаясь разгоряченной кожи губами.

Покинув, наконец, кабинет Эрнеста, я заметила, что секретарь по-прежнему оставалась на своем месте. Она одарила меня мягкой добродушной улыбкой и принялась собираться, закидывая мобильный телефон в сумку.

Неужели ждала, когда мы закончим наши переговоры, чтобы уйти домой? Смущение отразилось на моем лице. И в надежде, что она не слышала, как мы бурно умеем беседовать, я поспешила в свой кабинет, молясь, чтобы все уже разошлись по домам.

Осторожно прикрыв дверь в кабинет, я вздрогнула, когда ко мне обратился Вадим, сидевший за моим столом и постукивая пальцами по столешнице.

- Что-то ты долго, - нахмурившись, произнес он, осматривая меня с ног до головы. - Тяжелые переговоры с Майером?

Постаравшись сохранить спокойное выражение, скрывая, как по телу прокатилась дрожь, я проследовала к столу, мило улыбаясь начальнику.

- Расспрашивал про проект, - врала и не краснела, заметив, как напряжено всматривался в меня Вадим.

- И как? - поинтересовался он, поднимаясь из-за стола.

- И как? - поинтересовался он, поднимаясь из-за стола.

- Не плохо, даже похвалил, - ну вот, ложь меня не красит, но не стоит ему знать, чем именно я занималась с Эрнестом, при этом тот самый проект мы и не вспоминали.

Вадим обогнул стол, позволяя мне собрать вещи.

- Не играй с ним, Ника, - тихо произнес он.

- Я ни с кем не играю, - возможно, сейчас я не врала, осознавая, что мои чувства к Майеру становятся глубже простого флирта.

Вадим покачал головой, не веря мне. Попрощавшись, он направился к своему кабинету, оставляя меня одну с пылающими щеками. Он все понял. Выругавшись, я призадумалась, как часто за последние дни врала. Скрывала правду от брата, друзей. Даже Майер не знал, что на самом деле я испытываю к нему, прикрываясь страстью, поглощающей нас обоих.

Схватив сумку, я поспешно покинула кабинет, намереваясь поскорее вернуться домой. Больше не было желания веселиться и развлекаться.

- Майер, ты вообще уезжаешь из офиса? - Глеб в привычной манере ввалился в кабинет, игнорируя протесты секретаря.

Эрнест отвлекся от планшета и посмотрел на самодовольное лицо друга. Пока мужчина вальяжно прохаживал по кабинету, но к удивлению, не приземлился на кожаный диван, отдавая предпочтение креслу за столом переговоров.

Повернувшись к нему вполоборота, Майер заговорил первым, не желая затягивать присутствие болтливого коммерческого директора.

- Да, уезжаю. Но чаще появляюсь на работе, чем ты, - сухо произнес он.

Глеб вскинул руки в защитном жесте и рассмеялся.

- Ладно, сдаюсь, - пролепетал он, наиграно потупив глаза в пол. - Были дела, поэтому пришлось вчера уехать.

- И пропасть на целый день?

- Дела оказались не простыми, - пожал плечами Глеб, улыбаясь. - Но я пришел не затем, чтобы ты меня ругал.

Майер удивлено взглянул на Глеба, на лице которого хитро расползалась улыбка, превращаясь в хищный оскал. Он слегка откинулся назад, внимательно изучая изворотливого мужчину, подумав, как же изменился за последние годы Антипов, растеряв всю прежнюю деловую хватку.

И вот уже за последние полгода Майер трижды обращался в компанию Никольского, хоть и не жаловал выскочку. Но в плане финансов он мог полностью положиться на гения Виктора. Последние отчеты по аудиту его компании подтвердили, что Глеб потерял свою коммерческую жилку, подвергая каждый день «МайерКомпани» опасности.

- Тогда по какому вопросу пожаловал? - спросил Эрнест, отгоняя прочь невеселые мысли.

- Я про наш спор, - рассмеялся Глеб, скрещивая руки на груди. - Я хочу поспорить на деньги. Просто так не интересно. Нужен стимул. Тебе и мне.

Эрнест вздрогнул, вспоминая про нелепый спор. Вероника не должна пострадать от распутства его друга. Именно по этой причине он позволил себя втянуть в спор, надеясь, что пыл Глеба остынет. Ника не интересовалась им, отвергая все попытки по ухаживанию. И даже их короткий ужин в «Мельницы» закончился тем, что она сбежала в компании Роберта Громова.

Когда Майер узнал, как провела Глеба Ника, он усмехнулся и поблагодарил Николая за хорошую работу. Эрнест не сомневался в том, что девушка не заинтересуется мужчиной, который навязывается ей. Но его слегка удивил тот факт, что на выручку ей пришел Боб, когда появление того же Марка оказало бы намного эффектное воздействие. Эрнест знал, какое впечатление на людей производит молчаливый и мрачный молодой мужчина, сколотивший состояние почти с нуля, когда его собственная семья отвернулась от него. И Глеб, как и многие другие, опасался Марка. Потому что Марк был темной лошадкой с самого начала. И не предсказуемым. Но Майер нашел общий язык с Громовым-младшим, успешно с ним сотрудничая.

- На деньги? - бровь Майера изогнулась.

- Да, - закивал Глеб. - Думаю, вот такой суммы будет достаточно для нашего спора, - и он быстро телефон, где на экране указал сумму.

- Не лишнего нолей? - теперь Майер удивлялся по-настоящему.

Указанная сумма его поразила. Нет, он обладал такими деньгами. Даже больше. Но была ли необходимая сумма у Глеба, игрока, просаживающего свое состояние за карточным столом и в барах с женщинами.

- Самое то, - ухмыльнулся он. - Вероника достойна большего. Да и тебя это простимулирует. И срок все тот же, до корпоратива.

Майер положил подбородок на скрещенные руки, вздохнув.

- Хорошо, - согласился он.

- Ну и отлично, - Глеб подскочил, и, не прощаясь, покинул кабинет.

Провожая взглядом друга, Майер поднял телефон и быстро набрал номер Николая.

- Можешь заглянуть? - спросил он, и получи утвердительный ответ, сбросил звонок.

Наблюдая, как гаснет экран смартфона, мужчина начал понимать, что именно случилось с Глебом. И от этой мысли ему не становилось лучше. Корпоративный шпионаж, долги, срыв проектов. На что еще пойдет Глеб Антипов, чтобы исправить собственные ошибки.

Следующие дни прошли для меня как обычно, буднично и по рабочему. Вадим больше не спрашивал про мои трудные переговоры в понедельник, Алиса затаилась и словно змея шипела на всех. Парни-коллеги после веселого празднования победы, во вторник были тихими и мрачными, хватаясь периодически за головы. Диана с завистью посматривала на них, и мне казалось, что она была не прочь присоединиться к их веселью, но что-то или кто-то удержал ее.

Но больше всего меня настораживало отсутствие Глеба. Я, конечно, не искала с ним встречи, предпочитая прятаться в кабинете, а не бродить по офису, зная, что он не станет приставать ко мне с недвусмысленными намеками при коллегах. Но это затишье выглядело так, словно не сегодня так завтра разразиться буря. А скандалы меня меньше всего интересовали.

Майер на удивление тоже исчез из моего поле зрения. Больше не вызывал к себе, не заглядывал в конце рабочего дня в кабинете, хотя во вторник я задержалась, не уверена намерено или случайно, будто дожидаясь тайной встречи, изображая при этом бурную деятельность над незначительным заданием, прилетевшим от Вадима.

В среду решила, что пора выбросить все интриги из головы и настроиться на предстоящий веселый и насыщенный делами четверг, замирая от предвкушения очутиться в быстрой машине с ревущим мотором.

И Кирилл не соврал, позволяя мне покататься с ним на треке.

В четверг я не вышла на работу. Вадим, как и было оговорено, получил от меня сообщение с напоминанием, чтобы меня не ждали. Вариант с внезапной болезнью лучше всего подходил. Официальную бумажку напишу потом, когда выйду. А сейчас я стояла на территории «GRing»- стационарной трассы для проведения соревнований по автомобильным гонкам и не могла закрыть рот удивления, поражаясь, как изменилось тут все, начиная от административных зданий, конференц-зала, боксов для машин с мойками и ровных возвышающихся трибун для зрителей.

- Ну как тебе? - Кирилл возник словно из ниоткуда, хлопнув меня по плечу.

Вздрогнув, я резко обернулась, чтобы отругать брата, но поразилась еще больше, потеряв дар речи.

Передо мной стоял не мой тощий, высокий брат-двойняшка, предпочитающий носить узкие джинсы и футболки, а мужчина, облаченный в гоночный костюм черно-серого цвета с логотипом команды и спонсоров, на ногах черные ботинки, а в руках он держал перчатки.

- Не плохо, - улыбнулась я, решив, что ругаться с братом не стоит, пока не покатаюсь с ним на треке.

- Рад, что приехала, - ответил Кирилл. - А теперь пошли, я все тебе тут покажу. Сейчас идут тренировки, после них я прокачу тебя в своей машине.

- Я буду штурманом? - прищурилась, ощущая, как в теле приятно завибрировало от предвкушения.

- На треке мне штурман не нужен, - хохотнул брат. - Но ради тебя сделаю исключение. И тебе придется переодеться.

Взглянув еще раз на подтянутую фигуру, облаченный в комбинезон, я кивнула:

- Если только мне выдадут самый сексуальный костюм.

Громко хохотнув, брат обнял меня за плечи и повел в ближайшее к нам место — бокс для машин. Затаившись от предвкушения, я позволила ему вести себя, мысленно потирая руки перед тем как запустить их в гоночную машину.

Наша экскурсия длилась около часа. Я успела не только осмотреть разные автомобили, но и посидеть в них. Кирилл познакомил меня практически со всеми, кто попадался на пути, и я ловила заинтересованные взгляды на себе. Мужчины осыпали меня комплиментами, получая от брата слова с угрозами, чтобы перестали на меня пялиться, пуская слюни. Ревность Кирилла порой переходила границы, но я была в восторге от его искренних чувств ко мне.

Под конец экскурсии, мне выдали костюм, почти плотно обтянувший мое тело.

- Черт, - выругался Кир, осмотрев меня. - Они это специально сделали. Давай поищем другой, а то твой зад сведет с ума всех.

Быстро оглядев себя, загибаясь до неприятной боли, я пыталась понять, что не так с моим задом. Но разглядев, как комбинезон превратился в нечто сексуально-притягательное, я рассмеялась, и сквозь слезы, произнесла:

- То что нужно! Именно этого я и хотела, - и, махнув рукой, потребовала, чтобы Кир перестал ревновать и злиться, предложив отправиться к треку.

По пути получила новую порцию комплиментов, грязных шуточек и одобрительного свиста, вызывающие в брате раздражение, готовое обернуться ненавистью к собственным коллегам.

- Я же сказал, что это плохая идея, - нахмурившись, пробурчал он, помогая сесть на пассажирское место рядом с водительским.

- Успокойся, братец, - послала милую улыбку Кириллу, поправляя прочно зафиксированный шлем.

- От тебя одна головная боль, Ника, - проворчал он, заняв привычное место в своем гоночном автомобиле. - А теперь, если ты готова, поехали, прокачу с ветерком.

Засмеявшись, я показала ему большой палец правой руки и мы, получив разрешение, мощно рванули с места, разрезая воздух и преодолевая десятки метров за секунды.

В первое мгновение я озиралась по сторонам, непроизвольно ухватившись за собственные колени, но после секундного страха, сменившего радостью от выплеснувшегося в кровь адреналина, я перевела взгляд на брата, который был как никогда серьезен и сосредоточен, ловко маневрируя по кольцу безупречно гладкой трассы. И залюбовалась им, отмечая, что скорость и любимое дело превращает ловеласа и прожигателя жизни Кирилла Левина в опытного автогонщика. Жаль, что мама не может увидеть его в такой момент. Она смогла бы принять его выбор и гордиться сыном, забыв все прошлые обиды. Но, увы, обида сына была глубже и ранимей, чем недовольство матери. В этом я помочь им не могла. Не могла исправить ошибки прошлого, когда стала главной причиной их раздора.

Вздохнув, я вернулась к ощущениям наслаждения, парящему чувству, наполнявшему мое взволнованное тело.

- Ну как трасса? - спросил Кир, когда мы закончили круг и оказались на финишной прямой.

- Великолепно, - с хрипом ответила я, пытаясь вздохнуть с облегчением, снимая с головы шлем.

Кирилл улыбнулся, помогая отстегнуть ремешок, крепко зафиксированный им же несколько минутами ранее.

- Знаешь, ты меняешься там, - кивнула в сторону трассы.

Брат удивленно взглянул, не понимая, о чем я говорю. Да, для него это было привычным делом. Увлечение, переросшее в профессиональную карьеру.

- Хочешь сама порулить? - хитро прищурился он, не дав мне возможности объяснить свои слова.

По округлившимся от удивления и возбуждения глазам он понял, что я согласна на его предложение. И вот, с дрожащими руками, я уже занимала место гонщика. Брат сидел рядом и дотошно объяснял все особенности управления такой машиной.

- Только тихо, без фокусов, - подвел итог он, внимательно посмотрев на меня. - Иначе я больше не позволю тебе даже переступить порог, не то чтобы сесть за руль.

Кивнув, я пообещала быть примерной девочкой. Я не собиралась рисковать ни машиной, ни нашими жизнями, поэтому аккуратно тронувшись, половину пути мы преодолели как разминку, но на второй половине я позволила себе проехаться чуть быстрее, получив одобрение от брата. Оказавшись на финише, мне аплодировали несколько мужчин, сотрудников гоночной трассы, подбадривая и пророча карьеру в профессиональных гонках, намекая, что у Кирилла появилась серьезная конкурентка.

Под их веселый смех и бурчание брата, я стояла в окружение десятка мужчин, похлопывающих меня по плечу и пожимавших руки, пока Кир пытался отогнать их, угрожая, что переломает им их руки, если не перестанут лапать меня. Оглядевшись по сторонам с лучезарной улыбкой, я замерла на месте, парализованная тяжелым взглядом, направленным в мою сторону.

В паре десятков метров от нас стоял Эрнест Майер в компании совладельца гоночной трассы, имени которого я, конечно, не запомнила, но его округлое приятное лицо знала еще по статьям из газет, который что-то бурно рассказывал при этом быстро жестикулируя, но Большой Босс игнорировал, не отрывая взгляда от меня.

Кирилл, приметив, как я резко переменилась в лице, проследил за моим взглядом и обнаружил причину.

- И что он здесь забыл? - поинтересовался брат, обняв меня за плечо.

Я не шелохнулась, но ответила так тихо, чтобы мои слова мог расслышать сквозь смех других только Кир:

- Кажется, я без пяти минут безработная, - голос немного дрогнул. - Может, стоит задуматься о карьере гонщицы?

Майер резко развернулся и направился в сторону административного здания, рядом с ним быстро перебирая ногами, торопился совладелец компании, продолжая лепетать, не замечая, что все его слова не встречают никакого отклика.