Глава 5

Всю дорогу до корабля Фента, я думала о том, как странно реагировал командир на хорра и нашу с ним дружбу. Как будто видел в моем общении с приятелем нечто большее, нежели я сама…

А еще в голове постоянно крутился вопрос капитана на счет гармонии… Как должен? Как должен?..

Хм… Никогда не задумывалась о том, что не так-то просто разобраться в реакциях и желаниях женщины… для обычного мужчины, во всяком случае. Это хорр способен проникнуть в чувства и порывы любого существа, разложить их по полочкам. Правда, это незаконно в Союзе планет и карается штрафом. Злостное нарушение «внутреннего эмоционального пространства», как выражались юристы, грозило тюремным заключением на несколько месяцев. Тут речь шла о нескольких случаях или о массовом чтении чувств без разрешения их «владельцев». Но уж если сильно припрет – почему не рискнуть? Риск – благородное дело!

В конце концов, разберешься – что к чему, перестанешь предполагать и гадать на жестах, интонациях, выражениях лица другого существа. Только сейчас я начала осознавать – насколько же это сложно и зыбко. Ведь одна и та же эмоция выражалась у всех по-разному. Один бледнел от испуга, другой от смущения, а третий – вообще «замороженный станх» и только выглядел чуть более собранным в обоих случаях.

Уверена, земляне для инопланетников – не меньшие загадки. Мы чувствуем в разы больше и чаще, жестикулируем по поводу и без повода, интонации временами меняем демонстративно, намеренно… Да уж, тут не мудрено запутаться…

Фент косился, помалкивал и по своему обычаю, что-то там думал, прикидывал. Временами по лицу его проходила тень, порой станх едва заметно встряхивал головой, словно избавлялся от наваждения.

Возле истребителя он, как и вчера, подал мне руку. И точно также мы проследовали в корабль, двигаясь шаг в шаг. Я впереди, спутник – сзади. Опять я ощущала Фента у себя за спиной, волновалась и удивлялась.

Наконец, уже неподалеку от моей каюты станх нагнал, быстро поравнялся и спросил то, чего никак не ожидала услышать:

– А почему вы не дали Дреймору второй шанс? То есть… Почему вы отвергли Владлена мне понятно и без объяснений. Он же придурок, говоря по-земному. Но Дреймор нравится вам… Это сразу заметно…

Я отступила к двери и Фент почему-то стремительно приблизился. Наши тела разделяли считанные сантиметры. Я смотрела на станха и не понимала его реакции. Грудь капитана ходила мехами, но лицо выглядело совершенно бесстрастным. Не столько каменным – сколько замороженным.

При этом впервые в моем присутствии, Фент изменил привычке по-военному вытягивать руки вдоль тела и спрятал их в карманы.

Тишина казалась нарочитой и натянутой. Я чувствовала, что имей станх возможность – приказал бы ответить, распорядился, потребовал. И опять впервые за наше недолгое общение, я начала осознавать, что этому мужчине ужасно непривычна нынешняя роль. Ждать, надеяться на ответ, который хочется получить и мириться с тем, что услышал… Чудилось – Фент всегда командовал, как император Станхии, например. Все ему подчинялись, любая женщина считала за честь, если Фент удостаивал ее мимолетным вниманием, тем более – общением, интересом. Он чувствовал себя некомфортно в нынешней роли просителя.

Та-ак… Вот это уже очень и очень странно. И даже не то, что я узнала о капитане, а то, что эмоции его нет-нет да и прорывались сквозь защиту хорки. И никакие перчатки, супергель, униформа не спасали от их отголосков. Я еще никогда не встречала чувства подобной силы.

– Вы ответите? Или я затронул слишком интимную тему? – не выдержал Фент. Опять, опять он удивлял не на шутку.

Что-что, а ждать станхи умели. Всегда позволяли обдумать ответ, не форсировали события и отношения. Почему же командира настолько приперло?

– Я не могу сказать, если честно. Просто так вышло, – я старательно лавировала между личным пространством, куда не стоит впускать чужаков и желанием дать капитану хоть какой-то внятный ответ. К тому же речь шла не только обо мне, но и о Дрейморе, его тайнах и чувствах.

– Я не хотел лезть в ваши личные дела, – Фент поджал губы, вернул на лицо маску невозмутимости и закончил. – Вопрос касался скорее общего понимания. Дреймор вам нравится. Вам легко с ним общаться, есть взаимопонимание, уважение и симпатия. Я сам все это наблюдал и даже не один раз. Но вы не дали хорру второй шанс. Значит ли это, что первое ваше решение на счет мужчины неотвратимо или есть возможность поменять его?

Хм… Вот уже совершенно внезапное выяснение. Теперь Фент лез не на территорию эмоций и порывов Дреймора – он прорывался и на мою территорию. Хочу ли я, чтобы капитан знал больше, нежели понял до этого? Или лучше спрятаться в своей раковинке, отгородиться за стеной дежурных фраз и нейтральных ответов? Я пыталась судорожно сообразить, прикинуть – зачем Фенту такая информация и стоит ли давать ее. А заодно копалась в себе, чтобы разобраться – по какой причине мы, женщины одним мужчинам даем миллионы шансов, а другим – и один жадничаем. Ведь не из-за внешности или характера. Порой даже вопреки тому и другому.

Попадется какой-нибудь «ходок», как говорила Эля, «прыгун с шестом по чужим кроватям», как выражался Дреймор, а женщина в нем души не чает. Душить тоже хочет, но прощает.

Другой положительный, приятный, веселый, и с ним – как за каменной стеной, вот прямо как с Дреймором, а шанс ему дать, увы, не выходит. Вот просто никак, ни за что, никогда…

Только дружба и ничего более…

Фент немного постоял, хмурясь и вновь восстанавливая на лице маску спокойствия.

– Я понял вас. Вы и сами не знаете… – произнес задумчиво. – Интересно, а мужчины это ощущают?

– Что именно? – уточнила я.

Фент собирался ответить, но мимо нас прошли медики – тоже явились пораньше на службу. Врач и две медсестры скрылись в соседнем отсеке, станх немного помедлил и выпалил:

– Хорошего вам дежурства. Надеюсь, еще встретимся. Мужчина и друг… Странное сочетание. Надеюсь, он думает также…

И ничего больше не поясняя, командор устремился по коридору со скоростью, которой вроде бы и не требовалось.

До дежурства оставалось полно времени, даже по меркам капитана истребителя.

Понятное дело, что у него задач перед вылетом значительно больше, нежели у простого патрульного, тем более – хорра, вроде меня.

Надо удостовериться, что корабль «на ходу». Каждое патрульное судно осматривали механики, сканировали автоматы, но проверка лишней не бывает. Все-таки от исправности истребителя зависит не только здоровье команды, но и жизни, целостность всех тех, к кому мы спешим на помощь.

Командир убеждался, что все члены экипажа вышли на смену: нет больных или недопущенных. Если же такие обнаруживались, срочно находил замену среди тех, у кого выходной…

Но, насколько мне удавалось прикинуть, Фент прекрасно успевал до начала смены, без спешки и суматохи, с которой покинул меня…

Первая половина дежурства, как и вчера не принесла неприятностей. Я почти не покидала каюту, и коротала время за просмотром популярного сериала совместного производства Земли и Станхии.

Скучная мыльная опера о том, как четыре галанет-корпорации по продаже электронных книг конкурировали друг с другом, используя авторов как «пушечное мясо». Одни захватили часть рынках других, переманили писателей, обещая лучшие условия и хорошее обращение. Другие немедленно демонстрировали, что «хорошего обращения» в бизнесе не бывает, это лишь пустые слова, ложь, обманки. Взяли да и накрутили авторам минусовые рейтинги, понаписали десятки гадких рецензий. Дальше случилось противостояние, в котором досталось, конечно же, писателям. Кто же в крупном бизнесе заботится о людях? Они так, сошки, мелкие щепки, которые летят, когда рубят лес – главных конкурентов. В результате, авторы рассеялись между крупными магазинами и убытки потерпели все.

Не знаю почему заинтересовалась подобным фильмом. Скукотища, куча сопливых страстей и банальной жестокости сетевых олигархов. Но что-то подсказывало – не просто так я включила этот канал и пролистала десятки серий.

Война между правительствами, корпорациями, планетами… Всегда обходится дорого. Вот только не зачинщикам – а простым жителям. Тем, кто растит детей, старается, борется, чтобы любимые ни в чем не нуждались, страдает и любит.

К обеду я, вместе с членами команды, отправилась в столовую. И стоило занять свободный столик, как напротив опустился Фент. Я почти не удивилась, разве что его сегодняшнему кулинарному выбору.

На подносе станха дымилась… солянка, ароматная, сдобренная ветчиной и нежным говяжьим языком. Рядом манили сочной медовой мякотью кусочки манго и персика. Черный чай с травами и нежная, хрустящая слойка с корицей дополняли сегодняшний обед капитана…

Эм… Зачем Фент отзеркалил мой выбор? Я собиралась что-то спросить, когда станх произнес:

– Надеюсь не помешаю?

Я помотала головой и очередной вопрос застрял в горле, потому, что рядом с нами остановился Владлен.

Бывший капитан демонстративно оставил поднос на ближайшем столике и подошел со свободными руками.

– Вы что-то хотели, маневрист Велльский? – спокойно спросил Фент, но почему-то по лицу его прошла тень. В прошлое столкновение землянина и станха, последний чувствовал себя куда более спокойно, уверенно. Сейчас же капитан освободил руки от ложки и кружки, будто готовился драться, мускулы его напряглись под тканью формы.

– Приятного аппетита, капитан Бро, конфликтолог Авердина, – произнес Влад, отдавая честь. Выдержал небольшую паузу и когда Фент кивнул, предлагая продолжить, заговорил с затаенной радостью в голосе – я знала эти интонации, так разговаривал Влад, когда имел над кем-то неоспоримую власть. Думаю, вся команда хорошо изучила подобный тон бывшего начальника. – Капитан Бро, позвольте задать вопрос?

Станх поднялся, потому что Влад вытянулся над ним и словно навис неотвратимой правдой. Понятия не имею почему так подумалось. Командир чуть дернулся, поджал губы, как делал всегда, когда сильно беспокоился – уж это я успела заметить – и опять натянул на лицо маску невозмутимости.

– Вы уже рассказали Олесе о своей прежней работе, должности и происхождении?

Фент сжал одну руку в кулак, словно планировал драться и процедил, делая акцент на каждом слове:

– Если вы знаете о моей должности и происхождении – что ж, говорите! Но я более чем уверен: все, что поведал вам вчера за выпивкой и картами один не в меру языкастый станх – только то, что уже прозвучало.

Влад поменялся в лице, отступил, будто уходил из-под удара. Любопытно. И с каждой минутой все любопытней. Фент, тем временем, напротив, расправил плечи и выглядел сейчас гораздо уверенней.

– Думаете? – Влад изогнул бровь и попытался вернуть на лицо прежнюю нахальную мину. Зря. Вышло плохо и жалко. Словно спортсмен, что пытается изобразить, будто не получил травму, но при этом корчится от боли.

– Если это не так – удивите меня. Скажите, что же за работа у меня была, которой стоит стесняться и происхождение, которое не выдают?

Влад отмахнулся, бросил на меня быстрый взгляд и внезапно сказал без прежней бравады.

– Олеся. Он не тот, за кого себя выдает. Возможно, я мало знаю. Но тебе стоит быть осторожней с нашим безупречным капитаном.

С этими словами Влад торопливо схватил поднос и удалился к столику в углу.

Фент неспешно вернулся на место, глотнул чаю, еще и еще, будто лишь привыкал к земному напитку.

– Вы ничего не хотите мне объяснить? – без особой надежды спросила я, ожидая очередного молчания или ступора. Но внезапно получила больше слов, чем рассчитывала.

– Олеся, – Фент отставил кружку и сложил руки на столе, отодвигая тарелки. – То, чем я занимался на родине – секретная миссия. Я не имею права разглашать ее суть. Но могу поклясться, что ничего дурного не делал. Ничего, что могло навредить вам или людям.

С минуту он смотрел неотрывно, будто надеялся услышать ответ. Я лишь моргала и переваривала. Что же это за работа такая, о которой нельзя сказать совсем ничего? Ведь даже секретную миссию можно хоть как-то охарактеризовать, обозначить. Тайные операции на границах рубежей наших Галактик, эксперименты по ассимиляции между людьми и станхами, важные правительственные задания, медицинские исследования, разработка новых технологий…

Фент замер каменным истуканом, смотрел и только сглатывал. Я же совершенно растерялась, опешила. Что-то мне во всем этом очень не нравилось. Влад, конечно, придурок, каких свет не видывал, я не верила ему ни на грош. Но парень явился с твердой убежденностью, что узнай я о работе Фента – разозлилась бы, возможно, прервала всяческое неуставное общение.

Влад нахал, мерзавец, но не дурак.

Командир не добавил к своим откровениям ни слова. Но не сводил с меня глаз по-прежнему, и во взгляде станха я читала искренность, ощущала ее всем своим существом. Чувствовала почему-то, что капитан хорошо ко мне относится, не желает зла, а совсем наоборот, готов помогать и защищать куда больше, нежели требует того звание или обычное мужское отношение к женщинам.

Я понимала, что расспросы результатов не дадут. Поэтому принялась за солянку. Станх взял ложку и начал неторопливо глотать земную еду.

Внезапно он вскинул на меня взгляд и спросил:

– Знаете, как на моей родине проявляют высшее уважение?

Ничего не оставалось, как только помотать головой – про обычаи станхов мы знали рекордно мало. Не то чтобы они скрывали, скорее и сами земляне не слишком интересовались культурой инопланетников. Так, в рамках необходимого для нормального общения, взаимодействия, жизни бок о бок. Общие социальные танцы, минимальные условности, что не выходят за границы требований нормального сотрудничества.

Наверное, хорки, что вышли замуж за станхов, видели и понимали гораздо больше. Как и земные чиновники, частые гости чужой планеты. Возможно, сами станхи при необходимости изучали наши традиции. Только не простые граждане, даже если им и приходилось работать в связке со станхами.

Расы выработали общий язык устава, законов и привилегий. Станхи любили использовать ритуалы в общении, землян это тоже устраивало. Не нужно вникать в суть эмоций, порывов и намерений инопланетников, достаточно получить нужные знаки. Все четко и ясно, как на компьютере…

– И как же? – задала я вопрос, потому что спутник определенно ждал его.

– Вкушают еду существа, которому хотят выразить самое лучшее отношение, – быстро ответил Фент и проглотил еще немного солянки, кажется, не прожевывая.

– Хм… Странный обычай. А если эта еда непригодна в пищу станхам?

– Выпивают антидот, – удивил Фент. – Хотя это не нынешний случай.

Еще один пристальный, изучающий взгляд, долгая пауза – нас словно окутало вязкое беззвучие и даже голоса патрульных, звон тарелок, ложек и кружек вокруг утонули в ватной, неестественной тишине.

В растерянности, смятении и волнении я схватила ложку и принялась дальше поглощать обед. Фент вздохнул и начал осторожно глотать солянку – ложку за ложкой.

В полной тишине мы продолжали есть. Патрульные станхи косились на спутника с пониманием, земляне – с искренним удивлением. Зачем ему потребовалось есть наши блюда, когда станхийских в столовой хоть отбавляй? Такого на Эльвересте еще не видели.

В моей голове крутились тысячи мыслей, вопросов, сомнений. Фент закончил с трапезой, выпил таблетку «для адаптации чужих питательных веществ» – этот препарат мы принимали если приходилось питаться на чужой планете. Значит, не все ингредиенты любимых мной блюд хороши для организма станхов, но ядовитых нет, ведь антидот спутник глотать не планировал.

– Еще размышляете – зачем и почему? – очередной пытливый взгляд Фента уперся в мое лицо.

– М? – только и смогла выдавить я, потому, что не совсем понимала, о чем речь.

– Вы ведь спрашиваете себя – зачем я демонстрирую заинтересованность, уважение и даже почитание? Нет?

Я повела плечом.

– И об этом тоже.

– Что ж, легкого дежурства. Подумайте об этом. Вдруг сами догадаетесь, –

Фент поднялся и удалился из столовой.

Я собиралась допить чай и отправиться в каюту, когда напротив опустился… Дреймор. Что? Фент пригласил его в команду, несмотря на утренний диалог?

Да этот станх полон сюрпризов!

Хорр демонстративно переставил поднос капитана на пустой столик, в расчете, что его унесут служащие столовой. Те не заставили себя долго ждать. Юркая девушка в черно-красном комбинезоне гражданских членов команды принялась убирать остатки пиршества в специальный передвижной столик-шкаф. Оттуда грязная посуда телепортировалась в мойку, а объедки – в мусорные баки.

– Похоже, он очень в тебе заинтересован и только что показал это почти как… член императорской семьи Станхии, – сообщил Дреймор.

– Как член императорской семьи? – машинально повторила я.

– Ну да. Раньше, когда на Станхии правило несколько династий, аристократы именно так демонстрировали друг другу привязанность. Есть чужую пищу – все равно что сказать: я готов умереть, если ты меня отравишь. Значит, я готов умереть ради тебя.

Я поперхнулась чаем и закашлялась.

Дреймор усмехнулся, похлопал по спине, и когда я вновь начала нормально дышать добавил:

– А ты этого не знала?

– Впервые слышу, – призналась я честно. – А ты сам-то откуда знаешь? Мы ничего подобного на курсах по коммуникации не изучали. Да и от коллег я ни разу такого не слышала.

– Интересовался, раз уж мы вместе работаем, – улыбнулся Дреймор. – Изучал культуру и традиции станхов как можно более подробно… У них очень любопытные обычаи, ты не считаешь?

– Травиться, чтобы доказать, что к кому-то привязан? Безумно интересно! – хмыкнула я. – А главное – практично! Лишь бы дожить до момента, когда этот кто-то определится в своих эмоциях и не помереть раньше…

– Вопрос ведь не в том, насколько разумна эта ритуальность. А в том, насколько она символична, – Дреймор вздохнул и закончил словно бы через силу. – Так станхи демонстрируют свое отношение. Аристократы, которые не пристают к женщинам, как наш Влад-придурок.

С этими словами Дреймор встал и двинулся к двери.

Мда. Второй мужчина загадывает мне сегодня загадку и уходит в закат. Какая-то мания просто. Или символичность?