Эпилог

Десять лет спустя

Закатное солнце окрасило багрянцем пики Костяного хребта, я, сладко зевнув, укрыла лёгким одеяльцем сопевшую племяшку и подошла к нашей дочери, Фрейе, малышке, родившейся совсем недавно, на исходе мая.

Кай с Рагнаром с утра отправились на охоту… мальчишки. Мы вернулись домой после череды долгих и не очень путешествий, и, как всякий добропорядочный родственник, мой муж привёз для брата такую коллекцию отменного оружия, что Рагнар чуть не уволок его на охоту сразу же по приезде. Но я была на сносях, а потом родилась наша весенняя девочка, с рыжими, как у отца локонами и изумрудными глазами, забавы пришлось отложить на более поздний срок.

Где-то вдали от восторга закричали мальчишки: никак мои мужчины едут обратно, – я подошла к окну и заметила полоску пыли, вздымавшуюся из-под копыт коней. Во двор с лихим гиканьем ворвались Кай и Рагнар, нарвавшись на невидимую стену, сотканную силой рун. Выглянув из окна, погрозила им кулаком:

- Сейчас сами колыбельные петь будете! – мой-то голос было отлично слышно, - только детей уложила!

Шум мгновенно стих, Рагнар, махнув мне рукой, ретировался домой, где Далия была занята отправкой сыров в Тримхольд и Нордгард, старшие дети ей помогали, а младшего сынишку забрала я. У брата и Далии родилось трое детей, двоим старшим было уже по десять и девять лет. Мы же с продолжением рода не торопились. Устроив быт в Винселе, уехали посмотреть мир: плавали по морям, исколесили всю более-менее обжитую сушу. Но пришло время, когда и нам захотелось уютных семейных вечеров, детского смеха и простых радостей.

Я прикрыла дверь и тихонько спустилась вниз, на кухню, где на столе стоял горшок с наваристым супом, а в печи томилось мясо. Кай прокрался внутрь, головой указал наверх.

- Да, спят, спят, - успокоила я его, - Рагнар куда рванул?

- Домой, - удивлённо воззрился на меня муж, - куда же ещё. С трофеями! – гордо похвалился супруг, задрав руку, где были зажаты парочка глухарей.

- Он ничего не забыл? – залилась я смехом, - Далия велела ему забрать Эйлерта.

- Вот, хургова селезёнка, - расхохотался Кай, - значит, сейчас вернётся!

Я достала тарелку для брата, накрывая на стол, когда раздались его робкие шаги и тихий стук в дверь. Сон детей был нерушимым, и в случае, когда его прерывали, от гнева своей жёнушки спасался даже великан Рагнар.

- Проходи, - кивнула брату, - поужинай с нами.

- Я только сына забрать.

- У Далии ещё торговцы, так что сейчас в вашем доме шум, как на рынке, поешь, Эрна придёт за вами, когда все разъедутся.

Запах мяса поплыл по кухне, и мужчины уткнулись в тарелки, а я, подперев щёку рукой, просто смотрела на них. Какими же родными стали мне эти люди, совсем чужие, из другого мира. Останься я там, на Земле, удалось бы мне стать такой же счастливой? Мелкие ледяные иголки пробежали по коже. Что было бы, не выбери меня Кай? Я готова была залезть в тот костёр ещё десять раз, лишь бы этого никогда не знать. Моя жизнь, моя судьба – она вся здесь. Среди суровых земель Скейдланда, с его простыми, добрыми, отзывчивыми, такими разными, но одинаково любимыми друзьями. Да что там друзьями, уже роднёй. Как прожить без суровой доброты Рагнара или весёлого смеха Далии? А без моего мужа и дочери? Мотнув головой, отогнала от себя непрошенные мысли. Я дома, и всё хорошо.

Скоро к нам заглянула и Эрна, она уже и сама стала молодой мамой, выйдя замуж за паренька-плотника, который приехал к нам, когда дома только начали возводить, да так и осевшем в Винселе, так что Далия, ставшая мамой в пятый раз, заодно примерила на себя и роль бабушки.

Рагнар, подхватив на руки забавного, чернявого, как папочка, Эйлерта, вместе с падчерицей отправился домой. Рауль, как и Эрна, считали брата отцом, и он позаботился, чтобы у них было достойное будущее. Сын Далии стал отличным кузнецом, обжившись со своей женой, Фритой, у тракта. Да и те места больше не были пустынными. Вдоль дороги теперь стояли аккуратные домики, а позади них виднелись возделанные огороды и поля.

Разросшийся за эти годы постоялый двор тоже процветал, как и рынок, раскинувшийся рядом с ним. Хейли и Олан потихоньку отходили от дел, заботясь больше о многочисленных внуках, а бразды правления перехватил сын Освин. Их младшую, Мию сосватали в Тримхольд, заезжий молодой купец пленился весёлой, простодушной и доброй дочерью трактирщика, но девушка часто навещала родителей.

Тракт стал ещё более людным и безопасным, Рагнар сколотил подле себя неплохую «дружину», заботясь о людях. Дозоры ездили вдоль тракта, контролируя ситуацию на дороге. Брат много сделал для этого края, и Хлодвиг, несмотря на происхождение Рагнара, назначил его ярлом приграничных земель. Теперь брат сможет передать и владения, и титул по наследству, о чём мечтал всю жизнь.

Но и нам пришлось сделать «ответный реверанс». Уголь теперь поставлялся только в кузни конунгов, что в Нордгарде, что в Тримхольде. Не мог же правитель Скейдланда не позаботиться о своей родне в Ландветтире. Секрет горючего камня мы так и не раскрыли, в то время, когда нас не было дома, поставками занимался Рауль, бережно хранящий тайну нахождения месторождения. Но и он не знал всего, я лишь сказала, что зачаровала всю жилу камня. Иллюзии Кая с ожившими людоедами отпугивали любопытных от гор, как известно, страх в таком деле лучший помощник, только Рауль знал, что «ходячие мертвецы» не причинят ему вреда.

- Ты снова витаешь в облаках? – Кай чмокнул меня в макушку, обняв сзади за плечи.

- Ничего не могу с собой поделать. Стоит вернуться и снова всплывают в памяти мои первые дни в Скейдланде, когда я напуганной деревенской девчонкой сбежала в тёмный и страшный лес.

- И повстречала там Серого Волка?

- И его друга, Рыжего Лиса, - рассмеялась я, ныряя в объятья супруга, - прошло десять лет, а словно один миг пролетел, - уткнулась носом в грудь, вдыхая родной аромат хвои и полыни, - как там дела в Нордгарде? Как думаешь, Ракель уже добралась до дома?

***

Стоило докатиться до резиденции конунга слухам, что мы с Каем вернулись, как к нам на третий день примчался старый Роско, с дочерью и внуком. У мальчишки был остиомиелит, который тут и диагностировать никто не мог. Бедняга уже не ходил, а поездка и вовсе измучила десятилетнего мальчонку.

Роско не без трепета заехал на земли некогда отвергнутого сына, но Рагнар не стал злорадствовать над их бедой, хотя и прощения горе-отец не получил.

Ракель сама пришла ко мне, стоило повозке, в которой тихо стонал от боли сын Астора, добраться до Винселя. Женщина сильно изменилась, болезнь ребёнка подкосила её, из роковой красавицы она превратилась в серую, затравленную мышку. Глядя на неё, я поняла, какой была бы моя жизнь, прими тогда предложение Астора, и вся злость прошла.

- Здравствуй, Криста, - опустив глаза, почти прошептала Ракель.

Слухи, в виде двух непосед, сыновей Далии и брата, уже докатились до меня.

- Вели занести сына в дом, - я отворила ворота.

Повозка как раз допылила до нас, мальчишку внёс сам Роско, не доверяя слугам. Я, не тратя времени, осмотрела больного. Повреждение костей было бы фатальным, не существуй в этом мире магии рун. Долго, почти до ночи сидела я с больным ребёнком, хирургически точно освобождая его тело от страшной заразы. Моё образование помогало мне понять концепцию лечения, разобраться в сути недуга. Не всё можно исправить мановением руки, даже будучи эрилем.

- Халкон поправится? – вскинулась Ракель, прикорнувшая в кухне на стуле.

- Да, но на это потребуется время, ему заново придётся научиться ходить, не давай мальчишке сильно переутомляться в первые несколько дней.

Трудно объяснить, что даже при магическом лечении есть свои рекомендации, тем более для такой страшной, запущенной болезни.

Красные от слёз глаза Ракель просияли, женщина неловко поднялась, а потом просто, молча, обняла меня, не в силах словами выразить благодарности.

Кай проводил Роско наверх, в свободную комнату, а мы с моей бывшей соперницей устроились внизу, на скамейке, обложенной мягкими подушками. Женщине нужно было успокоиться само́й, но на лечение у меня сил не было, так что обошлись задушевным разговором и отваром мяты и ромашки, иногда это даже полезнее волшебства.

- Почему Астор не с вами? – спросила я, когда Ракель пришла в себя.

- В Скейдланде мир, и война пока не грозит Хлодвигу, Астор пропадал в походах на чужих берегах. А потом… Нашёл себе фриллу… Сорен говорит, она похожа на тебя, - горько усмехнулась Ракель, - а я… вот какой стала. Отец стар и не имеет былого влияния. Жаль, раньше не понимала… Криста, я не понимала ничего, - горько воскликнула она, - казалось, муж ярл – это всё, о чём можно мечтать. А что на деле?

- Но как Астор мог бросить сына?

- Он сказал, что поступает, благородно уходя к другой, а мне возвращая мою жизнь у отца. И больше не видел Халкона. Это случилось, когда сынишка только слёг и лекари не могли сказать, что с ним происходит. Халкону то становилось лучше, то снова возвращалась болезнь, а потом стало и вовсе плохо. Я уже и не надеялась довезти его сюда.

- Теперь с ним всё будет хорошо. Ты позволь Халкону навещать дядю, Рагнар злится на отца, но не на тебя и племянника. Брат будет рад общаться с мальчонкой и сумеет воспитать из него достойного мужчину.

- Думаешь? – надежда зажглась в глазах женщины.

- Вот увидишь, скоро Рагнар сам придёт, чтобы справиться о здоровье твоего сына, - улыбнулась я.

Так и вышло, в деревне стемнело, начали гаснуть в домах огоньки, когда брат отворил нашу дверь.

- Как там дела?

- Всё хорошо, Халкона вовремя привезли ко мне. Не стой на пороге, посиди с Ракель, если хочешь.

Рагнар кивнул, а я оставила брата и сестру наедине, так они и проговорили до рассвета.

***

- Криста, - снова выдернул меня из марева воспоминаний муж, - Фрейя плачет. Идём наверх.

Мы поднялись в спальню, я устроилась на кровати с малышкой, Кай прикрыл нас одеялом, примостившись рядышком. Дочка сопела, забавно причмокивая, я гладила пока редкие рыжие кудряшки на макушке.

- Как мы сможем оставить её в будущем? – посмотрела я на Кая, - ведь нам придётся это сделать. Люди начнут задавать вопросы, если мы не станем стариться…

- А потом откажемся помирать? – усмехнулся муж, - Криста, хм, как тебе объяснить. Моя внешность, это тело, шкурка, как я его называю, может и стариться, и даже помереть, если надо.

- Потом ты снова станешь молодым, а я?

- Ну-у-у, я могу помочь состариться и тебе, - слегка щёлкнул он меня по носу, - хоть завтра.

- Балагур, - отмахнулась я от него.

- Если серьёзно, то нам хватит времени вырастить детей и понянчиться с внуками, а потом мы уедем в Нордгард и уплывём из гавани на небольшом корабле с белыми парусами. О нас сложат легенды.

- Да ты романтик, - улыбнулась я.

- Криста, - Кай скользнул ко мне и дочери, поцеловав Фрейю в щёчку, - у нас впереди много лет, поверь. А потом я снова отыщу тебя, то тело, в которое поселится твоя душа.

- И снова перетащишь в этот мир?

- Без разницы в какой, главное, что мы всегда будем рядом. Где бы ты ни оказалась, я тебя найду и снова влюблю в себя своей божественной харизмой, - подбоченился муж, лукаво сверкая глазами.

- И сам влюбишься снова

Наши пальцы сплелись.

- Так и будет, Криста. Всегда.

Конец