Глава 19

Утро началось с зубодробительного стука: рабочие возводили второй этаж постоялого двора. После случая на тракте мы и впрямь решили не откладывать стройку. Денег у меня хватало, камней завезли с гор, Кай привёз хороших каменщиков и плотников.

Долго ещё мы вспоминали коровье войско, бедные бурёнки чуть не перестали доиться после «нападения» на бандитов. Рагнар со своими воинами отловил по лесам половину шайки, остальные скрылись. Время было смутное, после боя с Вигго многие подались к лихим людям, надеясь на быструю наживу. В качестве наказания разбойников отправили на Костяной хребет, добывать камень для постоялого двора. Им кара, а нам подмога. Следил за нашими пленными Северин.

Раздался удар, потом треск, ругательства и… пришлось вставать, поспать под такую какофонию не выйдет. Я выбралась из кровати, зевая и потягиваясь, влезла в привычные уже штаны и рубаху.

- Криста! – на кухне вовсю хлопотала Хейли, чьего сына Освина я в первые дни излечила от жировика, - доброе утро! Садись за стол, пирожки подоспели.

Они с мужем Оланом сами напросились с нами, согласились заняться «гостиничным бизнесом». Пока мы жили вместе, надо присмотреться, как пойдут дела. Олан неожиданно для меня, а больше для самого себя, хорошо ладил с людьми, обсчитывать не давал и мог навести порядок, даже если гости перебрали хмельного. Думаю, я оставлю таверну в надёжных руках. Мы договорились, что часть дохода идёт супругам, часть нам.

- Рауль уже на кухню убежал, Олан с Освином подались в деревню, сыров, творога и скира привезти.

- Что наши гости?

- Успели позавтракать, кто разъехался, а кто на торг подался, - Хейли в отсутствие мужа успевала уследить за всем.

- Долго же я спала.

- Ничего, ты вчера полночи с тем болезным просидела, - отмахнулась женщина, - а мне дочка помогла по хозяйству и жёнушка Рауля, уж на что пара красивая, - заулыбалась Хейли.

Триумфальное появление коровьего войска не стало одним сюрпризом, когда все угомонились, Рауль подвёл к нам красневшую, как маков цвет, дочь Гуннара, Фриту.

- Вот, - замялся парень, - жена моя. Кай сказал: вам кузнец надобен, так мы… того.

- Удивил так удивил, - рассмеялась я, - как же Гуннар отпустил её?

- Он сам меня обучил, сказал, толк выйдет и благословил в дорогу. Потом к нам Ульвар приедет, станет меня дальше наставлять.

- Хорошее дело.

Жили мы теперь, как в общежитии. Первый этаж таверны стал домом для всех. Обеденный зал и кухню оборудовали быстро, остальные комнатки, предназначенные для хранения продуктов, под пивоварню и прочее, пока стали нашими спальнями. В одной комнате жили я, Хейли и её дочь, Мия. Во второй Олан, Освин и Кай, молодым выделили отдельную спаленку. Гости ночевали в обеденном зале на лавках, всё лучше, чем у дороги.

Я осталась не только присматривать за нашими новоиспечёнными трактирщиками, но и для охраны. Воинов мало, да и разместить их пока негде, строители и те жили в шалашах, благо погода тёплая.

- А я утку нафаршировала, как Кай любит, - отвлекла меня от мыслей Хейли, - он ведь сегодня вернётся?

- Угу, - кивнула в ответ, жуя пирожок.

Мой несносный рыжий плут опять уехал в Тримхольд. Он мне напоминал искру, что мечется туда-сюда, не зная и минуты покоя. Однако Кай взял на себя все хлопоты по торговым делам в Ландветтире и это занимало много времени.

- Пойду, болезного гляну.

Ночью к нам заехали постояльцы, сбившиеся по темноте с главного тракта. Один из них сильно подвернул ногу, угодив в яму, когда пошёл «до ветру».

- Они уехали, твой раненый козлёночком с утра скакал, - рассмеялась Хейли, - вот, - она достала из передника десять серебрушек, - велел тебе передать в знак благодарности.

- Неплохо, - подгребла я монетки поближе.

День, как и многие другие, был полон хлопот. Солнце перевалило через зенит, скатываясь к горизонту, когда я спохватилась. Скоро приедет Кай! На мне же грязная, потная рубаха, штаны и того страшней. Взяв полотенце и Мию в попутчицы, сходила к речке, ополоснулась в холодной воде горного источника. Стуча зубами, вернулась к таверне, во дворе царило оживление. Такое бывает только по приезде моего рыжика.

- Криста! – лёгок на помине, Кай что-то отдал Раулю и поспешил ко мне, подхватив на руки, - я скучал.

По лицу скользнули рыжие пряди, губы звонко чмокнули мою щёку.

- Какую вещицу тебе раздобыл, - улыбнулся Кай, - покажу потом, наедине.

- Так нечестно, - возмутилась я, - теперь буду страдать от любопытства.

К нам подбежал Освин:

- Мамка ужинать зовёт!

Стол накрыли в зале, посреди красовался шикарный запечённый гусь с румяной поджаристой корочкой. А после ужина Кай уволок меня за собой, мы устроились позади таверны.

- Смотри, - рыжик достал из мешка медное зеркало, размером с тарелку.

- Зачем оно мне? – глянула на свои шрамы и убрала подарок, - похоже на издевательство.

- Я люблю тебя любой, хочу, чтобы и ты это поняла.

- Странный способ. Постоянно тыкать меня, как кутёнка, в собственное уродство.

Кай понурился:

- Прости дурака, мне казалось, так быстрей примешь свою внешность и согласишься стать моей женой.

- Да я согласна, только ты не говоришь мне всей правды. Дело не в моей внешности, а в тебе. Кто ты, Кай? Только не начинай снова сказку про бедного эриля-недоучку. Ты вообще не мастер рун. Начинать семью со лжи я не стану.

- Почему не спросила раньше?

- Ждала, когда у тебя совесть проснётся, - буркнула в ответ.

- Давно догадалась?

- Ага, сразу, как увидела твои иллюзии. Ты не пользуешься рунами, не так, как я или другие эрили. И разговоры твои странные. Недавно сказал «копейка», потом «предприятие». А здесь и слов таких нет. Ты ведь на другие языки иной раз переходишь, когда забываешься, и не замечаешь этого. Как узнал, что на нас напали на тракте? Предупредить вас было некому.

Кай сбросил маску весёлого плута, в глазах его отразилась мудрость столетий. Это был взор старца, не молодого мужчины. Я невольно подалась назад, слишком разительной была перемена.

- Тогда у меня есть ещё один подарок для тебя, Криста. А потом всё расскажу.

Он обхватил моё лицо ладонями и прошептал:

- Бьорнмир думает, что запечатал твою судьбу железом и кровью, но я ветер, а ветер не знает оков.

Кожа загорелась под его ладонями, жар пошёл волной вниз, шрамы защипало так сильно, что навернулись слёзы. Я задрала рукава рубахи. Ожоги будто растворялись на глазах, кожа вновь становилось гладкой и шелковистой. Подскочив со скамьи, подняла штанины, потом оголила живот. Шрамы. Они исчезали!

- Криста, ты бы не сдирала одежду, не ровён час, кто из постояльцев увидит, так и до инфаркта недалеко, - в своей обычной манере подтрунивал надо мной Кай.

- Рассказывай, - я села на скамью, не сводя с него взгляда, - кто ты? Дин или Кай?

- Здесь меня больше знают под именем Хердин, - улыбнулся рыжий.

- Ч-что? Кто-о-о?! – отскочила от Кая, как ошпаренная, - ты! Нет!

Монолог умалишённой прервали собственные мысли. «Бог? Он? Только не это!»

- Вот потому я и молчал, - глубокомысленно заявил рыжий.

- Таиться от тебя нет смысла? Ты знаешь, откуда и кто я?

- Более того, я привёл тебя сюда. Просила правду, не стану таить ничего, спрашивай.

- Так просто об этом говоришь? Я что, котёнок какой-то, швырять меня из одной реальности в другую?

- Мой брат, Бьорнмир, заигрался в войнушку и из этого мира хотел сотворить своё ристалище.

- При чём тут я??? Обычная медсестра?

- Не такая уж и обычная, - усмехнулся Кай, - смелая, упрямая, знающая руны, подходящего возраста, и… не каждую душу можно протащить в другую реальность, твоя подошла идеально.

- Ты убил ту девушку? Кристу?

- Нет, нет, - встрепенулся Кай, - она, итак, должна была умереть. Я долго подыскивал для тебя подходящее тело. Девчонка была неизлечимо больна – рак. Здесь о подобной болезни ещё и не знают.

- Вот почему она была такая немощная, вернее, её тело. Так это ты был тем упырём, что привязался ко мне возле остановки?

- Здорово получилось, правда?

- Ну и гад же ты, - шквал эмоций выплеснулся и затих, я плюхнулась на скамью, - у меня была своя жизнь.

- Брось, видел я ту жизнь. Работа до седьмого пота, пустые вечера, отношения, которые принесут только разочарование и боль. И в старости: одиночество, болезни, сожаление об упущенном. Ты такой судьбы хотела?

- Н-нет, - чтобы не перенесла здесь, лучше, чем прозябать на Земле, как сотни тысяч других, - расскажи мне всё толком, как я могла помешать твоему брату, не понимаю?

- Ты должна была отвлечь Астора, влюбить его в себя. Ярл эдакий «шплинт», который может утянуть за собой этот мир в хаос. Война с Вигго должна была пробудить его способности берсерка, в бойне погряз бы сначала Скейдланд, эрили обратились ко злу, ожили самые мрачные легенды: драуги, грилы-каннибалы, за этой страной падёт Ландветтир, а за ним…

- и весь мир… Астору же пришлось ехать на Костяной хребет, – продолжила мысль.

- Именно, а там, пережив смерть, видя мучения своих друзей. Он стал иным. И я тоже. Любовь настигла не Астора, а меня.

- Почему ты не ожил вместе с Рагнаром и Сореном?

- Видишь ли, восстановить человеческое тело не так-то просто, особенно когда проживёшь в нём достаточно долго. А ваших друзей поднял мой брат, Бьорнмир. Я же не хотел до поры до времени лезть в его планы, затаился в Тримхольде, не забывая приглядывать за тобой. Думал, если стану держаться особняком, то и чувства мои пройдут. Видишь, - хохотнул он, - даже боги страдают от глупости.

- Я не смогу стать твоей женой, - с грустью сказала ему.

- Почему? Боишься меня?

- Кай! Ты бог! А я? Умру лет через тридцать, а до этого стану старой и страшной, сам бросишь меня.

Кай рассмеялся, придвинув меня к себе:

- Криста, во-первых, эрили живут гораздо дольше людей, во-вторых, бог я или нет? Сам могу продлить твои года и молодость. Вечную жизнь не обещаю, но надоесть успею. Это мне однажды придётся привыкать к вечности без тебя, - в его голосе прорезалась тоска.

Я обняла Кая, прижавшись всем телом, слушая, как бьётся сердце:

- Непросто быть всемогущим и вечным?

- Хм, дай подумать, - потёр подбородок Кай, ухмыльнувшись и сильней прижал меня к себе, - если есть с кем разделить хоть часть своей жизни, всё не так уж плохо. Криста?

Я отняла голову от груди, посмотрела в его глаза.

- Будь моей женой?

- Я согласна.

***

Я проснулась оттого, что земля слегка подрагивала, но не от землетрясения, а от огромного выброса силы, который и разбудил меня. Завернувшись в одеяло, выскользнула из дома. Кто-то колдовал ближе к горам, возле утёса. Мы с Каем уже перебрались в свой пока недостроенный дом, который и находился в конце долины. Здесь объявился ещё один эриль? Вернувшись в комнату, быстро оделась и поспешила, пока чувствовала, откуда исходит поток силы. И не ошиблась. Утёс был окутан клубами пыли и каменного крошева, а возле него стояло существо… Трудно описать, кого я увидела. Человеческий силуэт возвышался надо мной метра на три, словно плащом, окутанный светящимся коконом энергии. Я замерла, не в силах сбежать или подойти ближе, хотя «божественные встречи» ничем хорошим для меня не заканчивались.

Камни утёса двигались точно живые, складывались в какой-то гигантский пазл, мне лишь осталось зачарованно смотреть на чудо. Но что за существо устроило странный «перформанс»?

- Криста? – голос звучал будто повсюду, глубокий и такой родной.

- Кай? – страх отступил, оставив лишь любопытство.

- Хотел сделать сюрприз, - свет померк и передо мной появился привычный облик любимого, - нам же надо где-то жениться, - усмехнулся он.

Я в недоумении посмотрела на мужчину.

- Криста, брось, вспомни здешние обычаи. Где проводят свадьбу?

- На капище, - охнула я, - совсем вылетело из головы, - так это?..

- Совершенно верно, - пыль рассеялась и передо мной предстал вырезанный в скале облик верховного бога, Олдарда, - подожди ещё немного, - свет снова окутал внезапно выросшую фигуру Кая.

Из земли под утёсом показался росток, он поднимался на глазах, набирал силу, тянул к небу листочки. Дерево всё росло и росло, молодой дубок достиг вершины утёса и раздался вширь; скоро макушка его уже виднелась над ликом бога. Свет померк, и Кай отошёл от своего творения, придирчиво разглядывая, что получилось.

- А неплохо! – вынес он вердикт.

- Милый, как же мы всё это объясним остальным?

- Божественным вмешательством, тем более так и есть, - хохотнул Кай, обнимая меня, - нам было нужно капище, теперь вот оно.

- А то старое в лесу? – деревенские относили туда дары богам, но я бывала у священного дуба лишь однажды.

- Там темно и сыро, - скривился Кай, - вот и решил позаботиться о нашей свадьбе.

Я ещё раз глянула на мужское лицо, вырезанное в скале. Странно вот так видеть своего будущего свёкра, мурашки по коже.

- Они знают обо мне? – прижалась к рыжику от невольного озноба.

- Не думаю, - пожал плечами Кай, - видишь ли, вечная жизнь не способствует сплочённости семьи. Скейд возится со своими ледяными болванчиками, Бьорнмир играет в бесконечные войнушки… Потому я остался среди людей. Вы не имеете ни вечной жизни, ни способностей, но любите, рискуете, творите… Ваша судьба иногда превосходит все наши задумки…

- Как со мной?

- Да, - Кай ласково погладил меня по щеке, - даже нам не может быть известно всё, тем более, как обычная провинциальная медсестра сможет влюбить в себя бога.

- Это тебе в наказание, что пытался управлять моей судьбой, - лукаво улыбнулась я.

- Согласен, - поддразнил меня Кай, со смехом целуя в нос, - ты сущее бедствие, - рыжий с хохотом отпрянул от меня, позорно дезертировав к дому.

Я подошла ближе к скале, провела ладонью по тёплым камням. Как странно, быть женой бога. А что, если грозный отец Кая воспротивится нашему браку? Кто я перед высшим существом? Всего лишь букашка. Но верю, мой несносный рыжик защитит меня от всех опасностей.

- Теперь мы будем жить долго и счастливо, как в сказке? – услышав шаги, обернулась к своему будущему мужу.

- Скучно точно не будет, - подмигнул он мне.

***

Июльский луч скользнул по тонкой занавеси, возвестив о дне моей свадьбы. Нашей свадьбы. Сощурившись, отвернулась к стене, нащупывая платье.

Наш дом был готов, как и таверна, и кузня, и многое другое. Нам всё удалось. Из окна доносился шум растущего как на дрожжах, посёлка. Мы долго думали, какое название подойдёт для нашего нового дома, но народная молва сама дала имя этому краю – Винсель, что значит «счастливый» или «благодатный». Так, бывшая Ледяная пустошь, одно лишь упоминание о которой, вселяло страх в людские души, превратилась в благословенную долину.

Молва о нашей деревне шла по стране, ещё и благодаря моему озорному жениху. Лик Олдарда, высеченный в скале, поразил жителей в самое сердце, они и впрямь уверовали, что Винсель благословлён всеотцом. Не знаю, как там с благословением Олдарда, но покровительство одного вредного рыжего бога у жителей точно было. Народ стекался к нам полюбоваться новым капищем, заодно скупая меха, урожай яблок, молочные продукты и всё, что мы могли предложить.

Как только была достроена таверна, на тракте, что ведёт к Тримхольду, случился разлив горной реки, заставив все обозы ехать по нашей дороге. Подозреваю, что тут также замешан один несносный плут.

- Криста! – с улицы донёсся голос Далии: подружка невесты уже готовилась вести меня к алтарю, - ты ещё не вставала? – всплеснула она руками, заходя в комнату.

- Куда торопиться? – зевнула я, - обряд ведь пройдёт в полдень.

- Как это? – возмутилась Далия, - цветы для букета не собраны, столы во дворе не поставили, платье твоё где?

- Ты бы лучше о Рагнаре позаботилась, всё-таки впервые будет проводить обряд.

Деревенские, не мудрствуя лукаво, «назначили» на роль жреца моего брата, раз уж он господин этих земель.

- Рагнар давно на ногах, - беззлобно проворчала Далия, - и тебе пора. Брат больше печётся о вашей свадьбе. Кая тоже где-то носит. Несносная вы парочка.

- Встаю, встаю, - подскочила я с кровати, целуя женщину в щёку, - и отдаюсь в твои руки, командуй, о грозная госпожа.

- Да ну тебя, - рассмеялась Далия.

Дверь стукнула о притолоку, и в комнату, как маленький смерч, ворвалась Эрна:

- Криста, я собрала для тебя букет. Ну как, нравится?

И мне в нос уткнулась огромная охапка цветов, я чуть отодвинулась, рассматривая благоухающие растения. В окружении листьев папоротника виднелись сиреневые соцветия вереска, жёлтые бутоны «ночной свечи» и яркие лепестки кипрея.

- Мне очень нравится, - кивнула я довольно, - спасибо, Эрна.

Девчонка расцвела счастливой улыбкой и упорхнула из спальни.

- Где моя невеста? – раздался внизу голос Кая, но Далия бесцеремонно выставила его из дома, отправив к Рагнару.

- А теперь, - глаза женщины хищно блеснули, - займёмся тобой.

***

Над Винселем плыл густой, дурманящий аромат. Цвели луга, окружавшие деревню: горьковатый запах полыни смешивался со сладким дыханием таволги и дикого клевера. Лёгкий ветерок доносил эти ароматы до моего окна, чуть тревожа лёгкие занавеси.

Я в последний раз подошла к небольшому зеркалу, полюбовавшись отражением. Тонкий стан облачён в льняное платье цвета неотбеленного полотна, на голове пёстрыми искрами покоился венок, тёмно-русые волосы, сияющие в лучах солнца медовыми оттенками, волнистыми прядями спадали до талии. И лицо. Чистая, гладкая кожа, сияющая румянцем; глаза, что светились точно звёзды. Я провела ладонью по щеке, убрав пряди за ухо. Как долго привыкала к обезображенному своему облику, и теперь отражение до сих пор удивляет меня, но уже по-другому.

- Пора, - заглянула ко мне принарядившаяся Далия.

Подхватив букет, я шагнула к выходу.

- Криста, ты восхитительна, - скользнула по мне взглядом женщина.

Зардевшись, я улыбнулась и протянула Далие руку: она поведёт меня к алтарю.

Солнце стояло в зените, заливая священный дуб плотным золотистым светом. В этот час тени исчезли, и каменный лик Олдарда казался менее грозным, будто бог прищурился от ярких лучей. Ветер запутался в густой кроне дерева, не смея переступить границу капища. Воздух под ветвями пропитался смолистым дымом жертвенного костра.

Жители Винселя стояли тесным кольцом, затаив дыхание, редкие шепотки тихим гулом плыли в толпе. Я замерла, опираясь на ладонь Далии, и женщина смело шагнула вперёд, ведя меня за собой. Толпа расступилась, и мы увидели Рагнара, серьёзного и чуть смущённого непривычной ролью. Рядом с ним стоял Кай, и его зелёные глаза сияли, словно два изумруда.

Далия подвела меня к алтарному камню и отступила к толпе. Между мной и Каем на алтаре покоились кольца и мечи – символы защиты и верности.

Рагнар омочил пучок еловых ветвей в чаше с ароматной водой и окропил алтарь и нас. Низкий, рокочущий голос брата поплыл над капищем, призывая богов освятить наш союз.

Кай поднял свой меч и протянул мне, отныне я стану хранительницей чести его рода. Боязно. Непростая семья теперь стала моей роднёй. Я приняла меч, подала его Рагнару, а сама протянула Каю новый клинок, кованный Раулем, чтобы мой муж мог защитить дом и семью.

Слова клятвы звучали в тишине, настала очередь колец, шум толпы исчез, остались только наши голоса и треск костра. Золотые обручи примостились на пальцах, и в этот момент толпа выдохнула, тишина сменилась радостным гулом, а потом и криками. Жители Винселя приветствовали новую семью. Рагнар украдкой утёр пот со лба, улыбнувшись мне, и подвёл к мужу.

- Люблю тебя, Криста, - тихо прошептал Кай, украдкой целуя в щёку. Не принято здесь выставлять отношения напоказ.

Я обвила шею мужа руками, глянула на суровый каменный лик Олдарда и… он подмигнул мне! Или это игра света и тени?

- Мне кажется, что твой отец наблюдает за нами, - кивнула в сторону идола.

- Если камни не падают на наши головы, значит, родители одобрили брак, - усмехнулся Кай.

- Ты серьёзно? – по коже побежали мурашки.

- Криста, смотри на свои руки, ты вся светишься, - Кай взял мою ладонь.

Кожа сияла, переливаясь золотом, в толпе раздались удивлённые крики, - по-моему, это и есть родительское благословение, - поцеловал меня Кай, уже не скрываясь.

Мы встали у выхода с капища и, обернувшись, я чуть склонилась перед идолом Олдарда, благодаря за моего мужа, за мои приключения и мою новую жизнь.