Глава 5. Лорд Уитмор

Музыка звучала уже не так вдохновляюще — или, может быть, это я сама стала слышать её иначе. После нескольких танцев, множества любезностей и стакана лимонада я почувствовала, что усталость подкрадывается к ногам, а голова слегка кружится от жары и свечного дыма. Я пару раз оглянулась, ища своего наставника, но нигде не увидела его. Зато кто-то другой увидел меня.

— Мисс Грей?

Я обернулась. Передо мной стояла дочь хозяйки дома, с корой нас познакомили в самом начале вечера и незнакомый мне молодой человек.

— Элиза, дорогая, — защебетала Кларисса, — позвольте представить вам моего хорошего знакомого — лорда Чарльза Уитмора.

— Для меня честь познакомиться с вами, мисс Грей, — поклонился молодой джентльмен.

Лорд Чарльз Уитмор был красив. Даже очень: высокий, с темными волосами, аккуратно причёсаными назад, и глазами, полными уверенности в себе. Он был одет безупречно: сюртук из лучшей шерсти, белоснежный жилет с вышитыми цветами, в петлице поблёскивал яркий шелковый платок, сложенный с некой долей небрежности, но при этом удивительно гармонирующий с общим образом. Эта деталь говорила о вкусе, а не о небрежении, как можно было бы подумать.

— Прошу прощения, что осмеливаюсь побеспокоить вас, — проговорил он с улыбкой, кланяясь. — Но я уже давно хотел быть вам представленным. Мисс Грей, ваша репутация опередила вас. И могу сказать, что разговоры скорее преуменьшили ваши достоинства!

Я чуть покраснела, хотя и знала, что должна сохранять хладнокровие. Всё же слова, произнесённые с такой мягкостью, трогали даже сквозь строгость воспитания. Мисс Кармайкл улыбнулась весьма довольно, мельком посмотрела на мужчину, а потом с легким кивком головы отошла от нас, оставляя вдвоём посреди танцующего зала.

— Мои достоинства едва ли могут быть предметом разговоров, лорд Уитмор, — ответила я, стараясь говорить сдержанно.

— О, но вы ведь дочь маркиза Грея? Он был чудесным человеком, мисс. А вы явно пошли в своего отца, но при этом невероятно изящны. Такие сочетания редки.

Я опустила взгляд, чтобы скрыть довольную улыбку. Не потому, что его комплименты были так уж необычны — на балу их было предостаточно. Но в его голосе была особенная интонация, будто он говорил не просто ради светской вежливости, а потому, что действительно видел во мне кого-то особенного.

— Благодарю, — произнесла я, чувствуя, что слова сами собой смягчаются.

— Разрешите предложить вам следующий танец?

Я кивнула, и вскоре мы уже двигались под музыку. Его движения были уверенными, голос — завораживающим, взгляд — проницательным. Он рассказывал о путешествиях, модных театрах и о том, как важно иногда позволять себе маленькую авантюру.

После танца он проводил меня к колонне, где можно было немного отдышаться.

— Не желаете ли прогуляться? — спросил он. — Сады леди Кармайкл известны своей красотой. А вечер слишком хорош, чтобы оставаться внутри.

— Я… не уверена, что это уместно, — сказала я, оглядываясь в сторону миссис Торнтон. Старушка всё так же спала, положив голову чуть набок.

— Мисс Грей, сад леди Кармайкл является частью её прекрасного дома. Каждый приезжающий сюда должен его увидеть, — улыбнулся он. — Позвольте мне показать вам одну из её любимых аллей.

Перед тем, как успела ответить, чья-то твёрдая рука легла на мой локоть.

— Мисс Грей устала, — сказал капитан Хардфорд. Сейчас он не был похож на заботливого дядюшку. Наоборот — его голос был холоден, а взгляд выражал практически презрение.

Лорд Уитмор посмотрел на мужчину, и его улыбка стала чуть напряжённее.

— Капитан Хардфорд, полагаю?

— Именно так, — ответил Эдмунд, не выпуская моей руки. — Мисс Грей — моя подопечная, и я должен проследить, чтобы она не переутомилась.

— Конечно, — кивнул лорд, но в его взгляде мелькнула тень неодобрения. — Возможно, в другой раз, мисс Грей?

Я хотела сказать «да», но капитан ответил за меня:

— Возможно. Если будет позволено.

И он повёл меня прочь почти насильно, не дав даже попрощаться должным образом.

Когда мы вернулись к миссис Торнтон, та сразу же заметила моё расстроенное состояние.

— Что случилось, моя дорогая? — спросила она, беря меня за руку.

— Ничего, — коротко ответил капитан, прежде чем я успела открыть рот. — Просто утомление.

Уже позже, в карете, я не могла сдержать обиды.

— Капитан Хардфорд! Это было очень невежливо с вашей стороны… — воскликнула я, сжав кулаки на юбке. — Почему вы не дали мне пройтись с ним? Это был всего лишь сад! Я боюсь, теперь лорд Уитмор будет думать, что я не любезна и не воспитана!

Капитан даже не посмотрел на меня, продолжая внимательным взглядом оглядывать улицу в окне экипажа.

— Лорд Уитмор — человек с репутацией, которую лучше избегать, — наконец, сказал он.

— Какой репутацией? Он любезный, образованный… — я хотела даже сказать, что из всех представленных мне молодых людей именно с ним мне было по-настоящему интересно разговаривать, и я надеялась… надеялась, что смогу продолжить знакомство с таким прекрасным мужчиной!

— И опасный, — перебил он меня. — Он играет в игры, в которые не должны играть настоящие джентльмены. А вы — слишком юны и неопытны в этом мире, чтобы понимать разницу между обаянием и хищничеством.

— Капитан, но это — моя жизнь, разве я не могу прожить её так, как считаю нужным? Вы сами сказали, что мне нужны друзья из тех, кто ровня мне! — воскликнула я дрожащим голосом. Мужчина неуловимо вздрогнул при этих словах, но я была слишком расстроена, чтобы правильно оценить его действие. — Вы ведёте себя как отец, а не как друг. Но… Вы мне не отец…

Он, наконец, посмотрел на меня. В его глазах не было злости, скорее, они смотрели устало.

— Я дал обещание вашему отцу, — сказал он тихо. — И если ради этого мне придётся быть суровым — я буду таким. Даже если вы станете ненавидеть меня за это.

Я обиженно шмыгнула и демонстративно обернулась к окну. Этот человек берёт на себя слишком много! Я — не деревенская дурочка, а дочь маркиза Грея, наследница многотысячного состояния. Не сомневаюсь, что в глубине души капитана просто злит сам факт того, что я могу выбрать любую жизнь для себя, а он…

А миссис Торнтон, сидевшая рядом, только вздохнула и протянула мне платок.

— Мужчины всегда считают, что знают лучше, — сказала она тихо, так, чтобы мужчина не услышал. — Но время расставит всё по своим местам, мисс.

В карете стало тихо. Я думала о лорде Чарльзе Уитморе — о его улыбке, о том, как легко он говорил, как делал меня частью чего-то большего, чем просто правила и обязанности. Он выглядел по-настоящему искренним — люди с такой открытой улыбкой просто не могут врать. А я… я богата, я свободна, я принадлежу свету — почему же я должна бояться одного шага в сад?

Но также я думала и о капитане. О его руке, которая сжималась каждый раз, когда он напоминал себе о долге. О его глазах, которые ни разу не оставили меня в одиночестве, даже когда я казалась ему глупой или своенравной. Он, наверное, всё же заботился обо мне, но он не молод, а значит, он просто не может в достаточной мере понять мои переживания…

Кто из этих мужчин прав?