Глава 22
- Значит, вы приносите в жертвы проезжающих мимо людей? – задумчиво спросил Тама и провел кончиком кривого ножа по своему подбородку, - и за это получаете физическую силу, выносливость и крепкое здоровье?
- Да, - голос Петрухи звучал хрипло и глухо, на лице и теле молодого человека не осталось ни одного живого места.
Я поморщилась и отвела взгляд. Смотреть на допрос со стороны оказалось неприятно. Мы остановились недалеко от площади, Тама не пустил лошадей в толпу, решил сначала допросить пленника с пристрастием. Потому что нам не только графа и волка спасти предстояло, нам надо как-то покинуть деревню и не попасться. Та дорога, по которой мы въезжали, охранялась. Вряд ли простолюдины-стражники пировали вместе со всеми. Попытаться устроить прорыв возможно, но мы не знали, в каком состоянии найдем наших спутников.
Деревня не блистала размерами, но местность мы изучить не успели. Дорога от ворот и до дома лекаря шла через город и площадь. Дом лекаря находился на отшибе, огражденный разлапистыми елями и низкорослыми кустарниками. Ограды не имелось, но за кронами деревьев угадывались частокол и насыпь, как при въезде.
Дорожки поменьше разветвлялись от площади во все стороны. Вдоль них располагались низкие домики местных жителей, чуть дальше виднелись более громоздкие постройки. Видимо, те самые стойла, о которых рассказывал Потап.
На этом наши скромные познания оканчивались. Вряд ли деревня настолько неприступна, должно иметься несколько дополнительных выходов и входов, как во всех нормальных деревнях. Только чего я взяла, что у других ворот стражи не имелось?
Дом, в котором мы решили на время остановился, точь-в-точь походил на жилище лекаря. За тем исключением, что огорода вокруг и густых зарослей не имелось. Только небольшой цветник перед крыльцом и бельевые веревки на жердях сбоку. А так, расположение комнат, убранство, захлопнутые ставни – один в один. Сумерки густели в комнате, их рассеивал лишь неверный свет свечи.
Я снова раздраженно поморщилась и скрестила руки на груди. Стоило выяснить подробности побега, а не расспрашивать о ритуалах и обычаях местных. Какой в этом толк?
- Кому вы поклоняетесь? – задал следующий вопрос бывший разбойник, он заставил меня отвлечься от своих мыслей и снова повернуться к мужчинам, - нави, яви, Белому богу, Черному богу?
- Не твоего ума дела, - Петруха сплюнул алую слюну на пол и ухмыльнулся.
Тут же последовал глухой удар и вскрик, отчего я невольно вздрогнула. Тама без каких-либо сожалений, даже с наслаждением, наотмашь ударил сына лекаря в висок рукоятью ножа. Голова мужчины мотнулась в сторону, а сам он завалился на бок. Только крепкие веревки не дали упасть на пол. Разбойник благоразумно привязал его к ножке стола, прежде чем привел в чувство и начал допрос, чтобы не сбежал.
- Тебе лучше все рассказать, Петруша, - ласково посоветовал Тама и вернул голову мужчины в вертикальное положение, дернув того за волосы, - ваша сила что-то не помогает быстро заживлять раны.
- Обычно работало, - простонал тот, - от твоих ударов все иначе.
- Значит, я сильнее вашей непонятной силы?
- Не знаю! – воскликнул Петруха и попытался прожечь разбойника ненавистным взглядом.
Вышло плохо, потому что один его глаз совсем заплыл от многочисленных ударов, а второй превратился в узкую щелку.
- Тогда рассказывай, кому вы поклоняетесь.
- Тварям, - прохрипел, наконец, мужчина и опустил голову.
Тама моргнул и растерял всю свою жесткость и опасность.
- Вы же уверяли, что их ни разу не видели, - пробормотала я в удивлении.
- Они на нас не нападали, - поправил Петруха и перевел взгляд на меня, стало не по себе.
- Как же так получилось? – не поверил Тама, - они не обладают разумом, могут напасть на любого смертного.
- Хранитель Заколдованного леса с ними договорился, - мотнул головой Петруха, - а Потап как-то договорился с ним. Мы доставляем на площадь к подножию статуи жертв с сильной энергией, случается прорыв, твари поглощают несчастных. Мы живем счастливо.
- И как часто такое происходит?
- Раз в пару недель.
- Где же вы ищете подходящих людей?
- Обычно наши, местные, сознательно шли на жертву, те, кому оставалось недолго. А тут повезло с вами…
- Или не повезло, - хмыкнул Тама и легко поднялся на ноги.
- Потап рассказывал, что раз в квартал вас навещает имперская стража, прорывы начались как раз месяца четыре назад, неужели, они ничего не заметили? – нарушила я затянувшееся молчание, которое прерывалось треском свечи и страшными хрипами мужчины.
- Потап решил этот вопрос, у нас договоренность, мы платим им хорошие отступные за молчание.
- Отвратительно, - скривился Тама и пнул пленника в бок носком сапога.
Петруха охнул и снова завалился на бок. На этот раз его поднимать не стали.
- И кто же хранитель Заколдованного леса? Черный бог?
- Нам не ведомо, - с трудом ответил мужчина, пытаясь восстановить дыхание, - Потап договаривался. Знают только он, мой отец, Дарён, Анисим и Любава. Для нашего же блага.
Тама снова занес ногу для удара, но я схватила его за рукав рубахи.
- Хватит, - произнесла я твердо, - ты его забьешь до смерти.
- Тебе жалко такого отброса?
- Мне жалко тебя и твою душу, - поджала я губы.
- Ты такая милая, красавица, - расплылся в улыбке Тама и неожиданно поцеловал меня в кончик носа.
Я отпустила его рукав и отпрянула, тут же прикрыла нос и рот ладонью.
- Не убью, хоть за моей спиной много людей, погибших от моей руки, - улыбка исчезла с лица парня, а взгляд стал жестким, - но ты, наверное, догадалась.
- С чего? – заледенела я.
Не ждала, что он так скоро решит вернуться к моей дневной оговорке.
- Ты знаешь больше, чем пытаешься показать, - склонил он голову на бок, но с места не сдвинулся, - и мне не дает покоя твоя внешность. Я тебя уже видел раньше. До той злосчастной таверны.
- Может, вернемся к допросу? – я уже пожалела, что решила облегчить участь Петрухи, - время не ждет. Прорыв, видимо, случится скоро.
- На рассвете, - подтвердил Петруха, - только вам не добраться до статуи. И уж, тем более, не спасти своих друзей. Двоих, конечно, маловато, но на пару недель хватит.
- Ты за нас не решай, - Тама выпустил меня из плена своего внимательного взгляда и развернулся к сыну лекаря, - лучше расскажи, где недалеко от площади выход. И не ври, я знаю, когда меня обманывают.
Он махнул спутанной шевелюрой в мою сторону. Я поджала губы от очевидного намека, но промолчала. В голове кружилось слишком много мыслей и вопросов. Хотелось узнать подробнее о загадочном хранителе леса, о том, каким образом местные смогли приручить магию тварей и успешно ей пользоваться, только времени на вопросы не осталось.
Над верхушками высоких деревьев, которые можно было разглядеть из окна дома, небо посветлело, а звезды почти пропали. Занимался рассвет.
***
- Задайте им жару! - хлесткий шепот Тамы заставил поежиться и с сомнением оглядеть скачущих в самый центр толпы лошадей.
Бывший разбойник не отказался от своей затеи. За нашими спинами полыхали бревенчатые дома, а на разношерстную толпу деревенских жителей летели заимствованные лошади. Они истошно ржали и гремели телегой. Что Тама с ними сделал, я так и не поняла, но лошади выглядели испуганными до смерти.
- Не веришь в мою идею? - во взгляде парня плескалось разочарование.
- Ты неординарен, сказала бы, что безумен, - повела я плечами, - только деревенские не дураки, вряд ли они надолго отвлекутся.
- Подожди, самое интересное впереди, - подмигнул он и потянул меня к крайнему строению, на самом краю площади.
Парень крепко сжимал в руках вилы, а на его лице расплылась предвкушающая улыбка. Я скрипнула зубами и сжала свой привычный нож крепче. Стоило лошадям влететь на скорости в толпу, как послышались первые крики. Мы находились на небольшом пригорке. Разглядеть нас за громоздким зданием - сложно, подходы отрезаны остатками дров и высоким колючим кустарником. Мы же прекрасно видели, что творилось на площади.
В самом центре рядом со статуей девушки располагался высокий постамент. На нем стояли несколько простолюдинов, среди голов которых угадывались знакомые вихры Потапа и длинная коса Любавы. Посреди постамента замерли граф и волчонок, их привязали за кисти рук к деревянной перекладине. Сердце сжалось от вида их безжизненно опущенных голов.
- Помнишь, что сказал сын лекаря? - отвлёк меня вдруг Тама, сжав мой локоть.
- Да, - мотнула я головой и попыталась вырвать руку из его захвата, - у нас два пути: через главные ворота, в которые мы заходили, или через Заколдованный лес. Чтобы попасть к воротам, надо пересечь площадь. Чтобы сбежать в лес, всего лишь смешаться с толпой и вернуться к избе лекаря. Прямо за ней ход, я развернулась к Таме и зло добавила, - на память не жалуюсь. Только у меня один вопрос. Как мы потащим двух здоровых мужчин? Ты не подумал?
- Подумал, - снова подмигнул парень, - они побегут сами. А сейчас не пугайся, будет ма-аленький бум.
Стоило последнему слову сорваться с наглых губ, как сзади громыхнуло так, что заложило уши. Я в страхе обернулась. Над деревней поднялось огромное чёрное облако, его клубы прорезали то тут, то там всполохи огня.
- Что это? - прошептала я оглушено.
- Потом расскажу, а сейчас бежим!
И мы побежали. Толпа деревенских жителей заметалась, началась паника. Женщины визжали, мужчины кричали. Потап с постамента пытался всех успокоить, но выходило плохо. Лошади подавили часть народа, пока кто-то не огрел одну из них оглоблей. Нам оставалось несколько десятков метров до цели, как за спинами графа и волчонка воздух треснул.
- Прорыв, - воскликнула я в отчаянье, - опоздали!
Тама ничего не ответил, лишь крепче сжал мою руку и потащил сквозь толпу. Как он лавировал, я даже не поняла, лишь отмечала, что некоторым по дороге доставались удары вилами и пинки ногами. Мы за несколько мгновений добрались до постамента и взлетели по крутым ступенькам.
- Вот и недостающие жертвенные агнцы! - голос Потапа совершенно не походил на свое прежнее мягкое звучание.
Громкий, с визгливыми нотками и сбивающей с ног силой. Казалось, что он совершенно не переживал, по сравнению с остальными. Стоял прямо, скрестил руки на груди и смотрел с превосходством.
Люд вокруг постамента стал успокаиваться, наконец, заметил нас с Тамой. Многие смогли связать происходящее вокруг с нашим появлением. Поэтому многие прожигали нас яростными взглядами. Ну не лицемеры ли, а?
- А мы вас ждали, - кривая ухмылка исказила простые черты лица, сделала выражение зловещим.
- Попались, - одними губами прошептала я, а внутри расползлись пустота и обреченность.
Нам не спастись. На ступени уже взлетели крепкие мужчины, чтобы скрутить нас с Темой.
- Разбудите остальных, впервые хочется посмотреть, как твари пожрут людей в сознании, - от очередного приказа пошли мурашки по спине.
Деревня полыхала, огонь все больше распространялся, подступал к площади, а прорыв разрывал раскалённый воздух на части. Я невидяще оглядела галдящую толпу. Многие откровенно радовались, однако их радость омрачал пожар позади и трепет перед тварями.
- А я так не думаю, - в тон Потапа хмыкнул Тама.
Он оттолкнул меня от себя и взмахнул вилами как алебардой. Я же откатилась в сторону и выставила нож перед собой, только на ноги подняться не успела.
- Деваться вам некуда, - пожал плечами Потап.
Все случилось в один момент, в лица Нижинского и Адриана плеснули какой-то жидкостью, отчего они шумно втянули воздух и открыли глаза, тут же прорыв раскрылся до конца, а на постамент потекли черные кляксы тел тварей.
- Зараза, - выругался Тама и кинулся на Потапа и остальных, кто стоял рядом.
Первая кровь брызнула на потемневшие от времени доски постамента, когда стража кинулась на парня. Потап прикрыл собой Любаву и отволок ее на пару шагов, чтобы их не задели твари. Я же заметила слабо мерцающую линию вокруг наших спутников. Протянула к ней подрагивающие пальцы. По телу тут же прошлась неприятная волна мурашек.
В тот же миг внутрь очерченного круга влетел Тама и один из стражников. Глаза последнего округлились, в них вспыхнул страх. Он со всех ног бросился к мерцающей линии, но его откинуло обратно, к ногам графа.
- Что за дела? – пробормотал Тама, опуская вилы.
Он уже приготовился проткнуть ими стражника.
- Эту линию рисовал наш покровитель, - ехидный голос Потапа прозвучал прямо надо мной, - тот, кто попал за ее границу не в силах выйти. Ни один смертный не может разорвать то, что начертано богом.
- Богом? – повторила я хрипло и подняла глаза.
Я так и полулежала на досках, в полуметре от линии. Потап же подошел ближе, почти навис, закрыл меня своей крепкой фигурой от деревенских зевак у постамента.
- Конечно, - хмыкнул он, - они не ушли. Они до сих пор с нами. А сейчас будь примерной девочкой, встань и переступи черту, черные тени тебя заждались.