Глава 29
- Прошу, милые барышни, - услужливо подпрыгнул посох и указал мордой на стулья с высокими спинками.
Они выглядели выкованными изо льда. Я повела плечами, переглянулась с Милой, и прошла к одному из стульев. В голове пронеслись воспоминания последнего часа.
Домылась я быстро, как только дрожь прошла, так и приступила. В предбанник вернулась уже намытой, пахнущей терпкими травами, с натертой докрасна кожей и довольной улыбкой. Давно так чудесно не парилась. Пожалуй, республиканские бани мне понравились больше местных, привычных. Милы и Константина в комнате с диванами не оказалось, зато лежали два платья и исподнее к ним. Рядом аккуратной стопкой покоились махровые полотенца. Одним из них я и растерлась. Наспех оделась, хорошо, что шнуровка на платье имелась спереди, какой-то новый фасон. Платье повторяло изгибы моего тела, сидело, как вторая кожа. Никаких корсетов, тяжелых подъюбников и обилия рюшей. Часть волос собрала на затылке атласной лентой в тон платья, а на ноги обула мягкие туфли. Если это мода Республики, то она мне уже нравилась.
Жаль, в комнате не имелось зеркала, не смогла насладиться вдоволь своим отражением. Мила вернулась в тот момент, когда я уже полностью собралась и ожидала посох. Травница, завернутая в махровое полотенце, такое же, каким пользовалась я, хмурилась и не сказала мне ни слова. Пришла она со стороны замка, а не улицы. Спрашивать я ее ни о чем не стала, просто присела на диван и продолжила поджидать Никодима.
Теперь же нас привели по запутанным коридорам в обеденный зал. Длинный стол занимал почти половину помещения, с потолка свисала массивная люстра, на которой еле колыхались хрустальные остроконечные висюльки, стены украшали замысловатые фрески с сюжетами давно минувших событий, беленый потолок уходил высоко вверх, сводчатые окна зияли темнотой. Стулья, которые показались мне ледяными, совершенно не холодили. На ощупь – гладкие и прохладные, как стекло.
За столом уже сидели «гости» замка. Сердце забилось чаще, когда с противоположной стороны я разглядела Нижинского. Он выглядел почти как раньше. Дорогой крой одежды, идеальная выправка, даже показалось, что его волосы слегка отросли. Стоило нашим взглядам пересечься, как желудок совершил кульбит, а мышцы внизу живота свело судорогой.
Я ощутила, как к щекам прилил румянец, а пальцы еле заметно задрожали. Даже не знала, чего больше испытала: радость, что его увидела живым и здоровым или отчаянье за то, что натворила в лесу.
Сбоку донесся ехидный смешок Милы, отчего я поджала губы и прервала зрительный контакт. Заметила, как глаза его округлились, когда он узнал последнюю травницу. Ее смешок и его отвлек. Кроме графа и нас с травницей за столом сидел хозяин. Он расположился во главе, на его губах играла довольная усмешка, а взгляд цепко изучал «гостей», то есть нас. Краем глаза заметила, что на столе стояло еще две пары приборов. Мы кого-то ждали?
- Добро пожаловать в мою скромную обитель, - нарушил молчание хозяин, он поставил локти на стол, сплел меж собой пальцы и положил на них подбородок, - признаюсь честно, гостей я не ждал. Особенно таких.
Мы с графом снова обменялись взглядами, на этот раз обеспокоенными, и мужчина решил вступить в диалог.
- Ты обещал рассказать, что с моими спутниками, - напомнил он хрипло.
- Одна из них за столом, разве нет?
- А остальные?
- Вы, смертные, так нетерпеливы, - сын бога закатил глаза и откинулся на спинку стула.
Он всем своим внешним видом показал скуку.
- Может от того, что наш век короток? – не поддался на провокацию тот.
- Возможно, - в голосе Константина появилась задумчивость, - что ж, не буду вас мучить, - я невольно поежилась от тона, с каким была сказана фраза, - остальные ваши спутники скоро присоединятся к ужину. Фока помогает им с дорогой.
- И ящерка? – сорвалось с моих губ прежде, чем я сообразила, что лучше ни о чем с опасным божеством не разговаривать.
- Ящерка? – белесые брови взмыли вверх, а в глазах впервые появился неподдельный интерес.
- Или юная девушка, - пробормотала я, жалея, что решилась открыть рот.
Хотя раньше такого за собой не замечала. Никогда не боялась задавать вопросы или высказывать свое мнение. С графом каждый день ходила по острию ножа, рисковала быть им придушенной за острый язык и дерзкие взгляды. Неужели, что-то во мне поменялось после инициации? Как бы подробнее расспросить у треклятой травницы, чтобы должной по гроб жизни не остаться?!
- Нет, - интерес в глазах мужчины усилился, а тонкие пальцы выбили замысловатую дробь по поверхности стола, - я подобрал вас четверых: тебя, графа, чернявого и израненного волка.
- Я сам дошел, - еле слышно произнес Нижинский, не мог не поправить, когда его возможности преуменьшали.
- Других девушек или ящерок с вами не имелось, - Константин сделал вид, что не услышал, и развел руками, - кто она? – голос будто въелся под мою кожу, заставил замереть от страха.
Миг назад все казалось спокойным, сейчас настроение хозяина кардинально поменялось. Взгляд светлых глаз пронзил насквозь, белесые брови сошлись к переносице. Такого я никогда не испытывала. Боль прострелила виски, разлилась по голове и дальше по телу. Рот сам приоткрылся, чтобы ответить, я будто не могла противиться чужой воле. Мила рядом сжала мою кисть до треска костей, чем помешала мне сдать мавку с потрохами.
- Моя подруга, - пролепетала я еле слышно, безуспешно пытаясь бороться с дурнотой, - она иногда становится ящеркой, когда пугается, - ложь острой бритвой прошлась по внутренностям.
Захотелось упасть на пол и вывались из себя то, что осталось в желудке.
- Надеюсь, она найдется, - голос ввинтился в мою голову с новой силой, - я бы хотел познакомиться со всеми вами.
Еще немного и я бы потеряла сознание от боли, только крепкая ладонь последней травницы удерживала меня в реальности.
- Прошу! – звонкий незнакомый голос заставил божество отвлечься, и воздействие прекратилось, - все гости доставлены!
Я глубоко вдохнула, потому что все это время не дышала, как оказалось. Дыхание сбилось, будто я на пробежке побывала, а лоб покрыла испарина. Шутки плохи с этим молодым мужчиной. Правильно говорят – внешность обманчива. Я выдернула руку из ладони Милы и постаралась не показать, что влияние божества хоть как-то на мне отразилось. Травница лишь хмыкнула, а граф приподнял обеспокоенно брови. Я не стала ему кивать или подавать иных знаков, просто перевела взгляд на хозяина незнакомого голоса. Им оказались сани. Почти обычные, если бы не свиная физиономия на спинке. Она, как и морда посоха, оказалась вполне живой и пластичной. Черные глаза-бусины горели внутренним огнем, а зубастый рот кривился в ухмылке. Даже приплюснутый пятачок имелся.
Какие у божества интересные пристрастия к форм-фактору духов. Я мотнула головой и разглядела на полу двоих людей. Они охали и держались за бока. Их-то я узнала сразу: к нам присоединись Адриан и Тама. Очень экстравагантно. Невольно хмыкнула от того, как нелепо парни выглядели в дорогих камзолах на полу. Сани затормозили со всего маху и скинули их без зазрения совести. Вместе с тем по душе разлилось облегчение, что до конца я своих спутников не добила своей новой силой.
- Что ж, - Константин снова развел руками, ухмылка на его губах стала шире, - раз все в сборе, то приступим к ужину. Как любит повторять моя матушка, еда – это самое главное, пока я ем, я глух и нем. Я всегда ее слушался.
По телу прошлась очередная волна нехорошего предчувствия, а прямо на тарелках, будто ниоткуда, возникли сочные отбивные. В нос ударил пряный аромат, живот мигом свело от голода. Что ж, еда, так еда. Отказываться от ужина я не собиралась, внутри лишь теплилась надежда, что травить нас не планировали. Смело взяла в руки приборы и приступила к трапезе. Разговоры, страхи и все остальное – потом.
Граф Нижинский
- Вы все такие разные, - полубог перекинул ногу на ногу, пристроил локти на бархатном подлокотнике и наклонил голову, - но что-то свело вас вместе.
Молодой мужчина оглядел нас всех цепким взглядом и задержался на Лиззи. Она едва заметно дернулась, кожа побледнела, а ладони, лежащие до сил пор спокойно на ее коленях, сжались в кулаки. Только взгляда не опустила, не показала страха. Мила, которая сидела рядом, оглядела ее мимолетом, но, как во время ужина, не стала хватать за руку. Что же сын бога делал с девушкой? То же, что со мной при первой встрече? Пытался подавить волю и заставлял пригнуться к земле? Стоило уточнить при первой возможности. Отчего-то в душе зародилась тревога за бесстыжую бывшую компаньонку. Хоть после предательства Власия я старался ни к кому не привязываться. Особенно к простолюдинам.
- Расскажете, что? – продолжил мужчина, все еще пленяя девушку взглядом.
- Ты обещал назвать свое имя, - напомнил я глухо.
Ужин прошел в молчании, хозяин не задавал вопросов, никто из моих спутников или Мила не пытались завести разговор. Особенно после присказки полубога перед началом трапезы. Я опасался сперва, что в блюда что-то подсыпали, только опасения не подтвердились. Никто не упал замертво, не забился в конвульсиях. Поведение юноши вызывало только вопросы и тревогу. Чего желал полубог? Зачем помог нам? Почему ни разу не спросил о деревенских жителях, от которых мы сбежали?
Ведь кроме него некому было пленить прожорливых тварей. Свою силу он продемонстрировал наглядно. Наверное, на сущности тоже нашел управу.
После ужина полубог лично отвел нас в малый зал с диванами, камином и стеллажами с книгами. В отличие от холла, комнаты, коридоров и обеденного зала, которые я успел рассмотреть, малый зал напоминал уютную гостиную. На полах лежали темно-бардовые ковры, кресла, обитые алым бархатом, выглядели привычно, окна занавешены тяжелыми шторами, мягкий рассеянный свет от магических светильников и тихое потрескивание камина расслабляли. Мебель выглядела деревянной. Та, которая наполняла обеденный зал, коридоры и холл, вырезана из особой породы ледяного хрусталя. Этот редкий материал стоил бешеных денег и имелся только в императорском дворце. Даже в замке Белого бога не нашлось ни одного предмета из такого же минерала. Хоть я досконально бывшее жилище изучить не успел.
- Константин, - отвлек меня от раздумий полубог, - первенец Черного бога и хозяйки подземного царства к вашим услугам, вы можете не представляться, - добавил с ухмылкой, когда я открыл рот, чтобы назвать свое имя в ответ, - мне неинтересно.
Я поджал губы, чтобы не объяснить зазнавшемуся юнцу, как стоило разговаривать с представителями знати. Не хотелось снова валяться на полу. Видно, Луиза заразила меня своей дерзостью.
- Как скажешь, - повел я плечами и продемонстрировал безразличие.
Полубог, наконец, перестал сверлить взглядом бывшую компаньонку и посмотрел на меня. Пока им всецело не завладело безразличие, я успел уловить толику разочарования в голубых глазах.
- Ты знал Фелисию, не так ли? – продолжил я допрос.
- Много вопросов, - поморщился тот, а в висках появилась резкая боль, - сперва я хочу узнать, как вы все сошлись, потом вы мне поведаете, откуда знакомы со старухой-травницей, - Мила на этих словах дернулась, а ее щеки покрылись неровным румянцем, - и как смогли сбежать от любителей дикой магии.
Вот он и подошел к самой волнующей теме. Значит, все понял с самого начала.
- А отвечать мне будет… - молодой мужчина выпрямился, во взгляде загорелся азарт, а тонкий палец описал окружность.
Тумур и Адриан затаили дыхание, Мила поджала губы, а Луиза, все еще бледная и напряженная до предела, лишь чуть заметно свела брови.
- Ты! – звонко выкрикнул Константин, странное имя для полубога, и указал на самого юного из нас – Адриана.
Парень вздрогнул, его кадык дернулся, а щеки побледнели, как у Луизы. Он и так после схватки с вожаком стаи выглядел неважно. Несколько глубоких царапин пересекало лицо, мы стали даже чем-то похожи, раны на голове и обеих руках крепко перевязаны белоснежной тканью, на которой виднелись бурые пятна, выраженная хромота. Показалось, что парень вот-вот потеряет сознание.
- Я недавно с ними, - произнес он несмело, голос звучал выше привычного, - не обо всем знаю.
- Ты почти растерзал моего ручного вожака, щенок, - хмыкнул полубог, - зачем смущаться?
- Я не смущен, - во взгляде парня разгорелось раздражение, - могу рассказать только часть, где я встретил остальных.
- Прошу, - Константин насмешливо склонил голову и откинулся на спинку кресла.
- Луиза, Тумур и гр… Ал, - произнес Адриан смелее, едва сдерживаясь, - встретили меня в заброшенном городе. Помогли совершить оборот. Я застрял в форме волка. Оказалось, что мы все идем в Республику, они взяли меня с собой. Всё.
- Значит, - полубог резко подался вперед, а воздух наполнился его давящей силой, заметно похолодало, - вы направляетесь в Республику?!
Мы все замерли, кроме Милы, ее не интересовали перепады настроения своевольного божества. Тумур покосился на снежного волка, в его взгляде возникло разочарование, а Луиза что-то еле слышно прошептала.
- Ой, дурак, - прочитал я по ее губам.
Константин знал, кого спрашивать. Хотя, чем опасным могла грозить нам осведомленность полубога, я не понял.
- Направляемся, - не стал отрицать, - тебе какое до этого дело?
- В лесу стало слишком скучно, - не отреагировал на дерзость юнец, - подумываю расширить свое влияние. Дальше, ты! – тонкий палец указал на потомка кочевников.
Тумур тоже дернулся, будто ему стрелу в грудь всадили. Он выглядел лучше волка, но бледность и подрагивающие руки выдавали то, что и ему несладко пришлось. Сила Луизы подействовала на тела и магию наших спутников разрушительно.
- Что я? – вскинул тот брови.
- Рассказывай, - шумно выдохнул полубог, вокруг него стало копиться недовольство.
- Чего? – Тама сделал вид, что не заметил.
Он, как и Лиззи, предпочитал дерзость благоразумию. Я удержался от зубного скрипа. Парень с самого начала вызывал в душе глухое раздражение, сейчас оно снова накатывало волнами, хотелось подправить наглую физиономию.
- То, что я спрашиваю, - рявкнул Константин и посмотрел на парня исподлобья.
Сила сдавила виски, а дышать стало сложно. Только бывшему кочевнику оказалось нипочем. Он криво ухмыльнулся и, скрестив руки на груди, спокойно ответил:
- Я вас не слушал, о своем думал. Повтори вопрос.