Глава 17 · О том, как упокоить покойников и не помереть самой

На улице было тихо.

Я понимала, что тихо пока и что-то начаться может в любой момент. Но вот бы еще понять — что. Волны, расходящиеся от кладбища, ощущались довольно ясно.

Кто-то решил поднять мертвых?

Зачем?

Благо, бежать тут не очень далеко.

И вот, уже ограда и кусты, через которые я уже не раз лазила. И, вроде бы даже со стороны все довольно тихо…

Но нет, вон там что-то мелькает.

Так и есть!

— Там несколько поднятых мертвых, — сказала я. — Мэт, побудь здесь? Против мертвых ты все равно ничего не сделаешь.

— А живые есть? — серьезно спросил он. — Кто-то же их поднял?

Да. Живые должны быть.

Я изо всех сил старалась присмотреться, но пока живых не видела. Или они пока слишком далеко, я все же на большом расстоянии не почувствую, тем более на кладбище, где много помех.

Ладно, будем действовать исходя из того, что есть. Поднятых мертвяков нужно уложить обратно, пока они не успели навредить людям. А потом уже разберемся.

Я уже почти собралась через кусты лезть, когда окликнули.

— Эй! Куда вы? Что там происходит?

Я дернулась даже, обернулась. Мужчина вполне благообразного вида с собачкой. Я не почувствовала его? Или скорее, я не смотрела за спину, я искала впереди. Это тот аптекарь, который уже показания давал?

— Вам лучше уйти отсюда, — отозвалась я. — Здесь может быть опасно.

— А это же вы по кладбищам лазаете? Я уже слышал…

— Я некромант и это моя работа! Мистер, уходите, пожалуйста. Идите домой.

— Я с ним разберусь, Габи, — кивнул Мэт.

Хорошо.

Вернее, совсем не хорошо, но мне сейчас точно не до аптекаря, а для Мэта как раз повод не лезть вперед.

И вдруг мысль мелькнула — меня подставить хотят. Вот, уже и свидетель есть, как я ночью, ни с того, ни с сего, через ограду тайно на кладбище лезу. Колебаний магии обычные люди не ощущают, все мертвые где-то там, так что если смотреть со стороны — пока ничего не произошло.

Впрочем, если хотят подставить, то это действительно скорее хорошо. Не убить же. А с подставами потом Магконтроль разберется.

Ладно, мое дело — мертвые.

Вот только самый простой способ упокоить — это сжечь их в пепел. Тело осыпается в мгновение и больше ничего не надо. Но по этому пеплу потом уже вообще ничего невозможно сказать — кто это был, и зачем его подняли. А вот если стараться тело невредимым оставить — это сложнее. Я могу упокоить, если мертвяк спокойно стоять будет и не сопротивляться, но если нет — мне не справиться, тут хорошая концентрация нужна и ритуал. А какой ритуал, если тебя пытаются сожрать? Тем более, на несколько тел моей силы не хватит.

Что ж…

Я перепрыгнула через ограду и побежала покойников испепелять.

Те, которых я видела — тянулись к сторожке. Значит, смотритель там? Сейчас сожрут еще. Спокойно… Нужно как-то их внимание привлечь. Только не всех сразу, это я не потяну, а по одному.

Нас, в принципе, учили. Потянуться магией, дернуть одного.

Вот тут нужно было собрать всю свою решительность и волю, потому что страшно. Даже одного — страшно, и еще хуже, если за ним потянутся остальные. Но делать нечего, вариантов нет.

Вдох-выдох… и я потянулась к ближнему. Чуть тронула, привлекая внимание. Глазами я видела только смутный силуэт очень далеко, за могильными плитами. Он остановился, как-то очень неуклюже развернулся ко мне всем корпусом и зарычал.

Твою ж мать!

На его рык остальные развернулись тоже! И пошли на меня.

Спокойно! Соберись, Габи!

Сколько их? Пока четверых вижу. Надо бить их по одному, стараться не тратить много сил. Понять бы еще, сколько на одного надо! У меня с такими вот опыта почти нет. Нет, я совершенно точно грохнуть такого могу, но это если ударить в полную силу. А тут беречь надо. И я совершено не представляю расход магии.

Ладно, как выйдет. Выбора все равно нет.

Они ближе…

Позицию правильную найти, так, чтобы мне было куда спрятаться и куда отступать, а они — чтобы по открытому месту шли. Вон тут рядом склеп, за ним можно спрятаться если что. И перед ним дорожка…

Ближе… Надо поближе подпустить, чтобы ударить наверняка, но так, чтобы была возможность собраться и ударить второй раз, если с первого не выйдет.

Собраться…

Даже руки чуть дрожат, дыхание сбивается.

Первый раз ударить страшнее всего. Страшно начать. Вдруг совсем плохо выйдет.

Еще немного поближе подпустить. Я вижу полуистлевшую плоть, свисающую клоками одежду, костлявые пальцы, тянущиеся ко мне. Они чувствуют горячую кровь.

Р-раз! И покойник вспыхивает, его отбрасывает в сторону, но он пытается подняться… Еще р-раз! Я бью по нему снова, в этот раз он действительно падет и рассыпается.

Один готов.

И, казалось бы, отлично, можно немного выдохнуть. Но на подходе еще два, и почти одновременно.

Ладно, спокойно, главное — не пугаться и не нервничать. Если испугался — уже проиграл, потому что потерял контроль. Спокойно. Дышать ровнее. И нужно посильнее ударить, потому что на один удар все равно меньше силы, чем на два.

И р-раз! Бью по левому, он чуть ближе. На мое счастье — удается уложить его с первого раза. Но вот тут уже отлично чувствую, что сил остается все меньше, что собрать остатки магии — стоит усилий. Надо постараться.

Третьего уложить с первого удара не получается. Я вообще не то, чтобы промахиваюсь, но его лишь слегка задевает… вот же, твою мать… И со второго раза не выходит, потому что я слишком тороплюсь. Только после третьего он падает.

Еще один?

Два. Я вижу двух, просто раньше тот был далеко.

Передохнуть надо, хоть немного уровень магии восстановить, но они подойдут раньше, чем я успею. Бежать?

Я огляделась по сторонам…

Вот, склеп рядом. Невысокий, на стенах узоры, резные колонны по бокам. Если подпрыгнуть, зацепиться за декоративную башенку, упереться ногами, то можно залезть ну крышу. Так, сейчас… Зря что ли нас на физподготовке так гоняли? Не думала, что пригодится, но вот же…

Несколько секунд, и я на крыше. Можно чуть выдохнуть, подпустить мертвяков поближе, они все равно сюда не залезут. Я прям на конек крыши залезла, села, даже глаза прикрыла, восстанавливая дыхание. Спокойно… чем ровнее дышишь, тем быстрее восстанавливается резерв.

И вот, четвертого я смогла грохнуть одним ударом, когда он уже совсем близко подошел. Этот какой-то старый совсем, одни кости, плоти почти не осталось. Развеялся пеплом.

А вот с пятым пришлось помучиться, потому что все, от резерва не осталось почти ничего. На четвертого я выплеснула остатки, и заново никак не собиралось. Пятый уже совсем к склепу подошел, начал ко мне руки тянуть, скрести ногтями по старинному мрамору, завывая страшно. И сам он неожиданно крепкий оказался. Я чуть было не запаниковала, понимая, что сил не хватает никак. Мне даже померещилось, что где-то там еще шестой бродит… но тут я не уверена, мне было немного не до того.

Нет, пятого я угрохала, но сама едва не свалилась с крыши, потому что резко закружилась голова, я слишком много силы выплеснула, до самого дна. Но успела за башенку ухватиться, отдышаться немного. Поняла, что кровь из носа течет и звенит в ушах. Но, вроде, больше мертвяков я не вижу.

И вдруг — выстрел! Со стороны сторожки. Ох, ты ж…

Мэт? Я не знаю, где он сейчас, но прямо сердце в пятки ушло. Даже сама не понимаю, где взялись силы. Одним махом спрыгнула с крыши и побежала.

* * *

Мэт стоял рядом с телом смотрителя кладбища, с пистолетом в руках, озираясь по сторонам. Еще даже издалека я уже могла сказать, что смотритель мертв.

— Габи, осторожнее!

Спокойно…

— Что случилось?

— Не знаю. Ты побежала через забор, а я пошел к смотрителю. Но даже сказать ничего не успел, тут… его убили.

— Это же не ты стрелял?

Мэт даже вздрогнул, на пистолет у себя в руках посмотрел.

— Нет!

— А палец где кольцо не чешется?

У него даже подбородок дернулся. Но он на руку посмотрел, даже чуть покрутил кольцо на пальце.

— Нет, ничего.

Если бы на него ментально действовали, кольцо дало бы знать. Пусть бы не защитило, если менталист был действительно хорош. Мэта могли заставить стрелять. Но тогда кольцо все равно предупредило бы и сейчас вело бы себя иначе.

Значит, подставить пытались.

И вот тут, словно в подтверждение:

— Не двигаться! Полиция! Пистолет на землю! Руки поднял!

Пистолет Мэт послушно положил.

* * *

Обвинений хватило и ему и мне.

Ему — в убийстве. Мне — в том, что устраиваю беспорядки на кладбище и подвергаю опасности жителей города. Я даже почти не удивлена.

Нас заперли в камере. Если честно, я с трудом дождалась, пока нам зачитают все обвинения и завалилось спать на скамейку. Просто вырубало, сил нет. Я столько выплеснула по этим мертвякам, что больше ни на что не осталось. Гори оно огнем. Решила, что прямо сейчас, ночью, нас все равно вешать не будут, а там, утром, есть шанс на приезд Магконтроля. На сегодня все.

Мэт, кажется, уселся на полу рядом со мной, такой бледный и напряженный.

— Не переживай, — попыталась я. — Наши приедут, разберутся.

Мэт кивнул.

А дальше я просто заснула.

Проснулась от того, что кто-то пришел.

Глаза с трудом открывались, но уже светлело.

Леблан стоял у решетки, Мэт рядом, они о чем-то очень тихо говорили.

Так…

Я подскочила тоже.

— Иди сюда, — позвал Леблан. — Можешь сделать так, чтобы нас не было слышно?

— Да. Только лучше поближе друг к другу стоять, радиус щита не очень большой.

Леблан кивнул.

Я подошла к ним, коснулась плеча Мэта, накрыла нас куполом тишины.

— Оружие какое у тебя было при себе? — спросил Леблан, кажется в продолжение начатого разговора.

— Служебный я сдал. Так что у меня только свой. Морской Сэмюэл, тридцать шестого калибра. На деревянной рукояти внизу слева — небольшой скол.

— А в протоколе изъятия тебе записали Максум.

Мэт моргнул озадаченно, на меня посмотрел.

— Не то, чтобы я сомневаюсь, Мэт, но… — Леблан тоже на меня глянул. — Габриэла, вы же видели? Какой у него был?

— Я не разбираюсь в оружие…

— Как выглядел?

— Ну такой… длинный, и рукоять изогнута так… — я попыталась показать руками. Как это объяснять? Я не знаю.

— Барабан гладкий?

— Да, на шесть патронов, я видела, как Мэт заряжал.

Леблан кивнул, Мэт, кажется, слегка с облегчением выдохнул.

Не знаю, что это значит.

— То есть, в башке у смотрителя будет пуля тридцать восьмого? Как у Максума? — осторожно спросил он.

Леблан хмыкнул.

— Полагаю, да. И еще… Не подписывайте никакие признания. Даже если будут запугивать. Вообще ничего не подписывайте. Габриэла, вы же написали своим?

— Да, — сказала я. — Написала. Мне ответили, что помощь скоро будет.

— Хорошо, — кивнул Леблан.

Хотела сказать про то, что вчера отец Мэта приходил, но глянула на него и решила, что лучше он сам все расскажет. Не буду я пока. Да и вообще, если там менталисты замешаны, то это дело для Магконтроля, а не для полиции.

* * *

— Вот. Подпишите, — мне пододвинули листок бумаги.

Господин старший инспектор хмуро смотрел на нас с Мэтом.

Раннее утро, только самое начало рабочего дня, и сразу вот так. Нас привели к старшему инспектору в кабинет.

— Что это? — спросила я.

— Ваше прошение о переводе в другой город, по личным причинам.

Мой перевод? Вот так просто?

— Зачем мне просить перевод? — удивилась я.

— Мы тут явно не сработались с вами, мастер Завацка. И не сработаемся. Не выйдет. Так что всем будет лучше, если вы тихо уедете отсюда. И будете молчать.

Как-то не очень у меня с молчанием.

— Иначе мне свернут шею, как моему предшественнику Хонору?

Старший инспектор даже дернулся, уставился на меня.

— Что вы несете⁈

Мэт рядом испугался тоже. Может, не стоило так? И вдруг тот парень, которого я видела в зеркале вообще не Хонор?

— Я ведь некромант, я видела его.

— Вам показалось, — мрачно, смерив меня тяжелым взглядом, сказал старший инспектор. — Подписывайте.

— А если нет? Если я не хочу подписывать?

— Тогда вас уволят за профнепригодность. У меня есть показания свидетелей, которые видели, как вы проникли ночью на кладбище и поднимали там мертвых. Мало того, что это осквернение могил, неуважение к покойным. Так еще и подвергли риску жителей города. За это у вас отберут лицензию, и вы не сможете больше работать.

Ну, допустим…

— Лишение лицензии — это не такая уж простая процедура, решение через Магконтроль, — сказала я. — Вы так хотите официальное расследование?

Да просто грохнут по-тихому, скажут, что мои же поднятые покойники меня и сожрали.

Но официального расследования господин старший инспектор точно не хотел, он позеленел даже. На самом деле, был бы у них вместо меня тут маг опытный, хотя бы пару лет после учебы, все было бы проще. Он мог бы просто взять и уехать. Но первый год моя карьера курируется, и просто так, без веских оснований меня не уволить и мне самой не уйти.

Старший инспектор достал и положил рядом еще одну бумагу.

— Протокол задержания, — сказал он мрачно. — Пока вы ночью развлекались с мертвыми, ваш друг решил отвлечь смотрителя, господина Жильберта, но что-то пошло не так, и он всадил ему пулю в голову из служебного пистолета. За такое у нас вешают.

Вот тут я поняла, что холодеют руки.

Мэт зубами скрипнул.

— Служебный я сдал, — чуть хрипло сказал он. — У меня был свой.

Старший инспектор усмехнулся и развел руками.

— А все свидетели утверждают, что служебный. У нас все зафиксировано. Как думаешь, кому поверят? Особенно притом, что ты и так уже замешан в весьма темном деле.

— Суд может потребовать подтверждение от менталиста, если показания будут расходиться.

— Не будут, — пожал плечами старший инспектор. — Ты же не хочешь, чтобы с этой девочкой что-то случилось? У нее опасная работа. Сейчас пять мертвяков на кладбище, а могло быть и десять. Она не справится. Да и с тобой может какая-то неприятность приключиться, — старший инспектор чуть подался вперед. — Вдруг тебя замучает совесть, ты поймешь, что совершил страшную ошибку и решишь тихо повеситься в камере до суда.

— То есть, меня повесят в любом случае?

— Ну, почему? Если мастер Завацка не будет упрямиться, то мы решим дело тихо. Никто не пострадает.

Я слушала все это и понимала, что меня трясет.

Помощь ведь уже спешит к нам? Они ведь приедут и разберутся?

Мне страшно.

— Так вот, дорогие мои, — старший инспектор откинулся на спинку кресла и широко улыбнулся. Он был уверен, что мы в его руках. — Сейчас мастер Завацка подпишет прошение о переводе по личным причинам. Ее переведут. У меня есть знакомые, которые ей тихое место подберут. И там она будет спокойно работать и молчать. Потому что никому не нужны неприятности. А в протокол задержания мы внесем, что у Мэта был другой пистолет и, следовательно, стрелял не он. И будем очень долго искать виновных.

И не найдем?

Что-то я почти уверена, что если я соглашусь и отправлюсь в другое место, меня там очень быстро сожрут какие-нибудь твари. Вот где-нибудь на болоте. Просто здесь им не хочется портить статистику, и поэтому сожрут меня в другом месте. А для Мэта это в любом случае плохо закончится. Мы слишком глубоко влезли в это дело.

Но пока нам нужно время потянуть.

— Если я подпишу, то Мэта сейчас отпустят? — сказала я. — Если убийство было из другого оружия, значит, он невиновен.

У старшего инспектора чуть губа дернулась.

— После экспертизы, — сказал он. — Пулю из головы покойного нужно сначала достать.

— А как вы объясните поднятых мертвяков на кладбище?

— Это не ваше дело, мастер Завацка, — старшему инспектору препираться со мной надоело. — Да и никто там никаких мертвяков не видел. Видел, как вы что-то снова пытались на кладбище искать… но это пишем на излишнее рвение. Могилы мы тихо закопаем. И ничего не было.

— И кто же грохнул смотрителя?

— Вы слишком много болтаете, мастер Завацка. Берите и подписывайте.