11

Лекция и дальнейшая оживлённая дискуссия в формате вопрос—ответ прошли очень шустро и интересно. Мора, как ни крути, всё-таки была профессионалом. Мне даже понравилось.

Когда же прозвенел сигнал окончания пары, послышался слаженный грустный возглас от разочарованных быстрым окончанием лекции учеников.

– Все свободны, – отпустила адептов Карли, присаживаясь на край стола и скрещивая ноги, опираясь на столешницу ладонями, – к следующей нашей встрече приготовьте, пожалуйста, эссе на пять страниц о лёгких проклятиях. Любое одно на выбор. Лёгкое!

Даже улыбнулась, когда студенты, покидая аудиторию, воодушевлённо начали обсуждать какое заклинание возьмут и почему.

А я решила, что в толпе меня не заметят и я смогу смыться до того, как Мора обратится ко мне, а то, что она это сделает, мне подсказывала моя «паучья чуйка».

Не хватает только фразы: «А Вас, Штирлиц, я попрошу остаться!»

– Адептка эль Закариас, – громко произнесла магистресса. Нет, нет, нет… я тумбочка… – А Вас я попрошу остаться, – расплываясь в хищной улыбке, закончила она. А я втянула голову в плечи.

Попадос, Арья!

«А вы точно не были на Земле, уважаемая?»

Тяжело вздохнув, подбирая со стола тетрадь и запихивая её по пути в сумку, шла к магистерскому столу, а в дверях, взволнованные, стояли мои девочки. Нари махнула головой, приподнимая подбородок и брови, безмолвно спрашивая не нужна ли мне помощь. Легонько мотнула головой и прикрыла глаза, собираясь с духом.

– Вы хотели поговорить, магистр Карли? – я сама учтивость, даже брови, смотри, не хмурю и желания убивать нет. Нет его, говорю.

– Арья, я Вам не враг, – на полном серьёзе говорит девушка, поджимая губы и скрещивая руки на груди. Думаю, у меня на лице было написано абсолютно всё, что я думаю по поводу её заявления. Потому что девушка продолжила, отводя взгляд и оборачиваясь к окну.

– Та сцена, которую Вы застали в кабинете Габриона, это совсем не то, о чём Вы могли подумать, – Она оправдывается, а я не верю, мягко говоря. «Ну, ну, заливай». Тихо хмыкаю и жду продолжения.

На моём лице явно отражается неверие, потому что Мора тяжело вздыхает и отрывается от столешницы, чтобы отойти—таки к окну.

– Мы – друзья, Арья, хотите верьте, хотите – нет, – она устремляет свой взгляд вдаль, а голос кажется очень грустным, но я почему—то (почему же?) до сих пор не верю ей. И мои поджатые губы, и сдвинутые брови говорят о моём отношении к её попыткам оправдаться (или оправдать моего мужа) лучше слов.

– Почему Вы оправдываетесь передо мной, магистр Карли? – задаю вслух этот вопрос и снова жду, что она ответит.

– Потому что Габрион сам тебе не расскажет, – усмехается, через плечо глядя на меня. – А ты, слишком горяча, насколько я могла заметить ещё тогда, чтобы простить ему даже такую, мнимую, измену.

Она точно не обладает ментальной магией? Прищуриваюсь и мысленно строю блок—стену из красных кирпичиков… Откуда такая уверенность в ловах?

– У тебя очень живые глаза и на лице всё написано, ты очень громко и ярко думаешь, Искорка, – в глазах Моры пляшут смешинки.

– И что же Вы хотите от меня? – если бы моим, плохо скрываемым, раздражением можно было резать пространство, Мора уже была бы вся как шашлычок. А сейчас я остро чувствую, как накаляется мой огненный «шарик» внутри, разгораясь в пожарище, сжигая мое самообладание и нашёптывая: «Давай ей подпалим шевелюру? Или зад?»

– Тише, тише, адептка, успокойтесь, – в успокаивающем жесте поднимает руки вверх магистр Карли, чувствуя неладное, – я просто хочу, чтобы ты поняла, что Габрион и я – мы не любовники и никогда ими не были, вот и всё.

Тяжело вздохнув, я развернулась и направилась на выход. У дверей обернулась и спокойно с улыбкой сказала то, о чём думала в данный момент, вкладывая во фразу как можно больше равнодушия.

– Спасибо, магистр Карли, – сделала многозначительную паузу, – за попытку. Но я Вам не верю. Если декан эль Закариас переживает, что я обо всём этом думаю, пусть сам объяснится. Всего доброго, магистр Карли.

И, не задерживаясь более, вышла за дверь. Уже почти закрыв её, услышала насмешливое:

– Засранка мелкая.

Интересная ты, Мора Карли. А мы могли бы подружиться, думаю.