Глава 19

Восемь лет назад.

Лесли восемнадцать, Харди двадцать два года.

Смотря на маленькую бархатную коробочку, лежащую передо мной, я не мог поверить, что моя жизнь оказалась настолько дерьмовой, поскольку даже любимая девушка оказалась обычной шлюхой, как и предупреждал меня Брайан: в уме прозвучало имя лучшего друга, с кем я не разговаривал полтора месяца. Он был, мягко говоря, не в восторге от моей девушки. В двадцать два я решил связать себя узами брака, «учитывая то, что она даже не залетела», как выразился Брайан, я психанул, из-за чего и произошла наша размолвка.

Эта ссора не давала мне покоя. Надо учесть, за три года нашей дружбы мы хоть и вздорили иногда из-за всяких мальчишеских пустяков, но чтобы бросаться друг на друга с кулаками, такого ни разу не происходило. И хотя я и затеял драку первым, извиняться перед ним не собирался. И какой он друг, если вместо того, чтобы поддержать и порадоваться за меня, называет мою будущую жену шалавой и интриганкой. Будто бы она даже вешаться на него пыталась. Эта клевета стала последней каплей в море моего терпения, и по моей инициативе произошла драка, но никто так и не вышел из нее победителем. Надо признать, удар у Бейкера что надо.

– Скучаем или пытаемся утопить боль в алкоголе? – отвлек меня от раздумий тонкий голосок, без каких либо игривых ноток, наоборот, его обладательница спрашивала так, будто ее это и впрямь интересовало. Невольно заинтересовавшись особой, задавшей мне вопрос, я взглянул на соседнее место бара, куда скользнула девушка. Довольно милая, но явно не в моем вкусе. Даже если бы я и решил заинтересоваться ею, то исключительно, чтобы притупить боль от предательства не только одним алкоголем. Скорее девочка, чем женщина, она напоминала фею в своем винтажном белом платье с черными цветами и пышной юбкой. Первое, на что я обратил внимание, – глаза: яркие зеленые глаза. Они напоминали мне кого-то, будто бы я уже глядел в эти яркие изумруды, но не мог вспомнить, где и когда именно (прим. авт. И где ты только мог их видеть, а? Думай, Харди, думай). Короткие черные волосы аккуратно лежали локонами и обрамляли нежное личико их обладательницы. Как я уже говорил, явно не мой тип: встреть я ее где-нибудь, даже не взглянул бы на нее второй раз.

– С чего ты взяла, что боль есть? – я лениво задал вопрос, возвращая внимание к дешевому пойлу, которое поглощал, пока она не прервала моих размышлений.

– Ну если есть еще какая-либо причина, почему ты сидишь в этом захудалом баре в семь часов утра, гипнотизируя коробочку, в которой явно лежит обручальное кольцо, то просвети меня.

– Ты что, черт тебя дери, гребаная ясновидящая? – чувствуя закипающую злость на эту надоедливую особу, поинтересовался я.

– Это так заметно? – с самым что ни на есть серьезным видом спросила она, отпив из своего бокала, и, откашлявшись, отшвырнула бокал от себя. – Боже, какая гадость!

– А тебе уже можно эту «гадость» пробовать?

– Мне много чего уже можно, – дерзко ответила эта негодница, сверкнув глазками в мою сторону.

– Поздравляю.

– Не переводи тему, так что же все-таки случилось с тобой и этим кольцом? Сомневаюсь, что тебе отказали.

При ее словах в голове тут же вспомнился прошлый вечер и то, почему я приплелся в это убогое заведение.

– Слушай, Харди, я был неправ, признаю. Но и ты, блядь, тоже, разрывать нашу дружбу из-за какой-то девки, да если хо…

– Ты опять за свое, Брайан! Я же просил тебя не говорить так о Джесс!

Таков вот Брайан – звонит извиниться, но опять наступает на больную мозоль.

– Ладно, извини, вырвалось. Возвращайся на квартиру, там все обсудим и придем к компромиссу.

Мы с Брайаном снимали квартиру недалеко от университета, так как не желали жить в общежитии, но после нашей драки я собрал немногочисленные пожитки и убрался из квартиры в общагу – не желаю иметь ничего общего с таким другом.

– Хорошо, я зайду в шесть, но если ты опять начнешь говорить о ней гадости…

– Ты и слова от меня не услышишь, Харди.

Я и не услышал – мне было достаточно узреть незабываемую картину, когда я вошел в квартиру, открыв ее дверь по привычке своим ключом.

На диване сидел Брайан, а моя будущая жена, расположившись на полу между его расставленных ног, расстегивала ремень джинсов моего лучшего друга.

– Я знала, что нравлюсь тебе и рано или поздно ты все равно сдашься, Брайан, – приговаривала Джесс, уже расстегивая молнию.

Я не мог поверить своим глазам, Брайан оказался прав – я и впрямь собирался жениться на шалаве.

Заметив меня, Брайан сверкнул глазами, как бы говоря – я же тебе говорил.

– А как же Харди? – поинтересовался он, но моя девушка лишь усмехнулась.

– А что с ним?

– Ничего, что ты соблазняешь его лучшего друга? И потом, он любит тебя.

– Брось, Брайан, это же просто секс, я не собираюсь бросать Харди…

– Зато я собираюсь бросить тебя…

– Видимо, вчера был день откровений, – грустно прошептала моя собеседница.

Я и не заметил, как выложил ей все. Еще раз осмотрев ее наряд, я поинтересовался:

– Можно поинтересоваться, что ты делаешь здесь в таком наряде?

Будто впервые увидев себя, она взглянула на меня и с невеселой усмешкой выдала:

– У меня закончился выпускной, который прошел вовсе не так, как я планировала.

– Парень оказался козлом?

– Скорее я дурой, раз поверила, что Тим Вели мог заинтересоваться мной.

– И почему же он не мог заинтересоваться? – в недоумении спросил я, уже забыв о первом впечатлении – будто бы она не мой тип.

– А ты бы заинтересовался? И заинтересован сейчас?

Встав, она приблизилась ко мне вплотную, окружив меня нежным ароматом своих духов.

– Я думаю, нам обоим нужно отвлечься от наших переживаний, и, как я слышала, секс – лучшее средство для этого.

Слышала, но не пробовала на себе? Означают ли ее слова, будто она никогда им не занималась?

– Все когда-нибудь бывает впервые, – прошептала непозволительно близко к моему рту девушка, будто она и впрямь являлась ясновидящей. – Но если ты не хочешь, я могу найти кого-нибудь еще…

Договорить я ей не дал, сократив расстояние между нашими губами. Я хотел отвлечься любым способом, и, по правде говоря, ее дерзость заводила меня. Я принялся покрывать ее уста множеством поцелуев, пока она не ответила, мягко приоткрыв ротик, движением языка, – ее ручки зарылись в мои волосы на затылке, слегка потянув за них. Мне определенно нравилось происходящее, и я даже думать забыл о своих переживаниях, целуясь с этой феей.

Расплатившись за выпивку, мы молча покинули бар. Найдя один из дешевых мотелей, я снял номер, в котором мы решили продолжить начатое в баре. Но стоило мне закрыть за нами дверь, как девушка явно начала нервничать.

– Тебе не нужно этого делать, если ты не хочешь, – выпалила она.

Я бросил на нее полный неверия взгляд. Не хочу? Да я с трудом оторвался от нее после нашего поцелуя в баре, мечтая найти более уединенное место.

– Если это способ сказать, что ты передумала…

– Нет, но если ты правда не хочешь…

– Не хочу? – процедил я сквозь зубы, приближаясь к ней. Притянув ее за бедра, я дал ей почувствовать всю силу своего желания.

– Думаю, мы выяснили определенность моих намерений. И перестань вести себя как девственница в брачную ночь, раз уж решила покончить с ней, выбрав меня. Ты определенно знала, зачем сегодня направлялась в бар. Ты решила во что бы то ни стало соблазнить кого-нибудь и тут подвернулся я, верно?

– Что-то вроде того, – прошептала она.

Не дожидаясь от меня дальнейших действий, малышка закинула руки мне на плечи и, приподнявшись на цыпочки, поцеловала меня, прижавшись ко мне своим маленьким соблазнительным телом. Мне нравилось то, как она ласкала мою шею, слегка поглаживая ее своими мягкими ручками. Устав ждать более решительных действий, я двинулся своим языком ей в рот, приподнимая ее за бедра и обвивая свою талию ее ножками, обутыми в босоножки на нереально высоком каблуке. Переместившись в сторону кровати, я уселся на нее, удерживая на коленях свою ношу. Мы так и не прервали поцелуя – нам отчаянно не хватало воздуха. Как только я разорвал поцелуй, послышался долгий дрожащий вдох – девушка прошлась языком по своим дрожащим губам. Не выдержав столь провокационного действия, я вновь безжалостно накинулся на нее поцелуем – она ответила, запустив язык еще глубже мне в рот.

Застонав, я все-таки сумел взять себя в руки и, схватив ее за плечи, оторвал от себя, заглядывая в сияющие страстью глаза.

– Как тебя зовут?

– Что?

– Твое имя?

– Это сейчас так важно? – раздраженно поинтересовалась она.

– И тебе даже не интересно знать имя своего первого мужчины?

– Я и так его знаю.

Это был Харди Уитлок. Без сомнения, именно его фото я столько раз рассматривала, тайком мечтая о встрече с этим прекрасным незнакомцем. Я не могла поверить в то, что оказалась в том же баре, где и он запивал свою боль от предательства неверной подружки. После неудавшегося выпускного бала я решила прогуляться, а не отправиться домой и совершенно случайно забрела в этот бар, и, видно, не зря.

Несколько месяцев назад копаясь в телефоне Брайана, я наткнулась на его фото и, поинтересовавшись, кто это, узнала, что это и есть тот самый Харди Уитлок, о котором столько рассказывал Брайан. Он понравился мне, но я и не думала о нашей реальной встрече вживую, ведь Брайан никогда не приводил своих друзей к нам в дом. Но она произошла, и сейчас, сидя на коленях парня от одного вида которого я приходила в трепет, я поняла, что сболтнула лишнее. Надеясь на его рассеянность – может, он не обратит внимания на мою неосторожную фразу, – я поспешила представиться:

– Мери.

– Харди.

Я не могла поверить в собственное безрассудство: прийти в дешевый мотель, чтобы расстаться с девственностью с незнакомцем. Но именно это я и сделала. Правда в том, что я просто не смогла побороть соблазн, это так сложно – отказаться от цели, к которой втайне стремишься и которую желаешь. А я желала Харди Уитлока больше всех мужчин на свете. Так почему же не пойти на этот отчаянный шаг? Тем более после этой ночи мы больше не увидимся.

Развязав ленту платья, завязанную сзади ее шеи, я спустил его, дав ему собраться вокруг ее талии, и уставился на ее обнаженную грудь, не прикрытую лифчиком. Я нервно сглотнул, придя в восторг от этого вида. Я всегда предпочитал девушек с пышными формами, но, даже несмотря на свой невысокий рост и миниатюрное телосложение, у девушки, сидящей на моих коленях, была просто потрясающая грудь. Запустив руку в волосы Мери, я откинул ее голову назад, заставляя ее выгнуться и открыть еще более соблазнительный вид на девичье тело. Не тратя времени на продолжительную прелюдию, я сразу же захватил в плен своего рта ее жаждущий сосок, принимаясь жестко сосать, – Мери взвизгнула, а затем протяжно простонала. Запустив вторую руку ей под платье и отодвинув трусики, принялся поглаживать влажную, набухшую плоть. Чувствуя скольжение своих пальцев и реакцию девушки на мои довольно-таки жесткие действия, я потерял голову от желания поскорее оказаться внутри нее. Место моих пальцев жаждал занять обезумевший член.

Переместившись так, что девушка оказалась распластанной на постели, я выпрямился и поспешил избавиться от рубашки и джинсов, оставаясь в боксерах. Мери все это время не отводила взгляда, настороженно и одновременно с желанием наблюдая за тем, как я избавлялся от одежды.

Наклонившись над ней, я стащил с нее платье, не трогая пока на ней лишь микроскопические белые трусики и босоножки. Схватив за лодыжку, я освободил ее ножки от них, поочередно целуя каждый пальчик на миниатюрной стопе, поднимаясь выше к самому сладкому местечку. Устраиваясь у ее входа, я вновь возвратился к поцелуям, пытаясь максимально расслабить ее, прежде чем преступить к главному. Плавно пройдясь по ее оголенной груди, я неспешно начал поглаживать ее напряженные соски, и она уже нетерпеливо застонала, озадаченная моей медлительностью. Прижавшись пахом к ее промежности, я сделал толчок, имитируя то, что должно было случиться позже, но уже без разделяющей нас ткани оставшегося клочка одежды.

Стоило Харди прижаться ко мне своим возбуждением, как сердце гулко заколотилось, а воздуха стало катастрофически не хватать. Прервав поцелуй, Харди заскользил по моему телу вниз и, подцепив мои трусики, спустил их вниз, избавляя меня от последней преграды, оставшейся между нами. Я даже не заметила, когда он успел избавиться от своих боксеров и надеть презерватив.

Даже если у меня и была иллюзию насчет того, что это может быть не так больно, как все рассказывают, но она исчезла, стоило мне взглянуть на него – это будет чертовски больно. Интересно, еще не поздно сбежать?

Почувствовав губы Харди на своей груди, я мгновенно забыла обо всем на свете, и о предстоявшей боли в том числе. Парень слегка сжал зубами чувствительный сосок, и я погрузилась в неведомое наслаждение, а он сразу же шире развел мои ноги и коснулся пальцами входа, подготавливая меня для своего вторжения. Ощущения были столь острыми, что я не сдержалась и застонала в голос, обхватив его голову, склоненную над моей грудью. Я не могла поверить, что это не очередная моя фантазия с участием Харди Уитлока и все это происходит со мной наяву.

Убрав пальцы, он начал медленно входить в меня. Как только головка оказалась внутри, я невольно напряглась, мешая ему проникнуть дальше. Отняв голову от моей груди, Харди принялся страстно целовать мои губы. Поглаживая ягодицы, он приподнял меня навстречу своей возбужденной плоти, плавно скользя во мне, с каждым движением продвигаясь все дальше. Ощущение сильного давления стало болезненным, и я вцепилась в его плечи, мысленно умоляя закончить эту пытку как можно скорее. Но стоило ему продвинуться еще немножко и сделать толчок, разрушая преграду, как я, не удержавшись, вскрикнула, напрягаясь всем телом, непроизвольно пытаясь оттолкнуть его от себя, чем сделала только хуже – он лишь проник еще глубже.

– Тихо, успокойся, моя хорошая, тебе нужно расслабиться.

Успокаивал он меня, нежно осыпая поцелуями мою шею и поглаживая плечи в попытке успокоить. Постепенно боль притуплялась и стала уже терпимой.

– Продолжай, я в порядке.

Внимательно следя за моей реакцией, Харди сделал пару толчков, но, не увидев на моем лице признаков нестерпимой боли, расслабился и вновь поцеловал меня, принимаясь уже уверенно двигаться во мне. Было ли это приятно? Не знаю, но я столько фантазировала об этом, что ни за какие блага мира не согласилась бы остановиться.

Черт возьми, она была настолько маленькой, что я с трудом мог двигаться в ней, и это было так не похоже на другие ощущения, испытанные мною раньше. С трудом удавалось сдерживать себя и не сорваться с медленного темпа, хотя пьяное возбужденное сознание просило увеличить скорость и получить скорое освобождение, я понимал, что сделаю девушке подо мной больно, если не буду осторожен. У меня уже не получалось сосредоточиться на поцелуях, поэтому я просто уткнулся ей в шею, совершая толчки в ее восхитительное тело и поглаживая между ног, – она начала возбужденно всхлипывать, предчувствуя приближающийся оргазм – он не заставил себя ждать. Мери выгнулась подо мной, еще крепче вжимаясь, и стоило мне сделать пару движений, как из ее рта вырвался крик удовольствия, и она полностью затихла, купаясь в своем экстазе. Достигая своего пика, я уже не был столь несчастен, как несколько часов назад.

Собирая свои разбросанные по комнате вещи в попытке быстрее натянуть на себя помявшееся платье, я молила Бога, чтобы мужчина, развалившийся на кровати, не проснулся и я успела сбежать прежде, чем нам предстоит неловкий разговор. Наконец приведя себя в порядок, я осторожно выскользнула из номера и, поймав такси, поспешила домой. По дороге я думала лишь о том, что больше никогда не должна встретиться с Харди Уитлоком, ведь если до Брайана дойдет правда о произошедшем сегодня между мной и его лучшим другом, братец его убьет.

Глава 20

К несчастью, наша спальня находилась на втором этаже – совсем в другом конце дома, поэтому я больше ничего не расслышала, а идти вслед за Брайаном было лень.

Минут через пять Брайан вернулся, держа в руках конверт.

– Курьер приходил с заказным письмом.

Брайан вскрыл конверт и вытащил прямоугольную карточку,

– Прислали приглашение на презентацию ювелирной коллекции от FranchescoGreca в Милане.

– Хм, довольно странно, почему вдруг тебя пригласили туда, ты вроде ж как архитектор. Мне действительно казалось это странным, ведь Брайан не имел никакого отношения к миру моды.

– Смотри, тут еще записка на обороте, – Брайан опустился на кровать, зачитывая текст на карточке: – «Мистер Бейкер, планируется деловая встреча, а презентация – только повод. Глори Грека».

– Любопытно, хотя ощущения, словно я попал в детектив, – усмехнулся Брайан, откладывая конверт на прикроватный шкафчик.

– Ну как? Поедем туда? – поинтересовался он, притягивая меня на свои колени и гладя мои волосы.

– М-м-м… – я отрицательно качнула головой, – у меня ведь курсы.

– Да ладно тебе. Всего дня на два с дорогой. И попадает на то время, когда у тебя нет занятий.

– Не хочется как-то. Я не любитель подобных мероприятий, – вспомнив первую встречу с Айшвари, я скривилась, – тем более приглашение на тебя одного.

Наклонившись к моему ушку, муж прошептал:

– Ну давай же, Синди, это Милан. А Милан – это бутики.

От его шепота волна мурашек пробежала по телу, но от смысла сказанного я уже начинала раздражаться, неужели он не понимает, что я не хочу туда.

– Только вот я не люблю шопинг, – ответила я, приподнимаясь. Ему не удастся воздействовать на меня своей близостью.

– Ты нет, а вот Лесли любит.

– Лесли будет там?

– Вполне вероятно, скоро должна начаться Неделя высокой моды, а она всегда приезжает на такие мероприятия. Увидишься с ней. А мне счет меньше придет, – отшутился он.

Мы с Лесли, конечно, не созванивались каждый день, но раза два-три в неделю точно и обычно разговаривали не меньше часа. И все-таки снова увидеть ее вживую – это намного лучше.

– Хорошо, мне уже начинать собираться? – пытаясь выбраться из постели, спросила я.

– Тш-ш-ш… не торопись, презентация будет только через неделю. Кстати, как голова? Уже лучше?

Он все-таки притянул меня обратно так, что я оказалась сидящей у него на коленях.

– Да… вроде как. Только небольшая слабость.

– Тогда так. Ты в душ, а я посмотрю, чем можно тебя накормить.

– Эй, неужели я плохо пахну?

Я возмущенно шлепнула его по руке. Брайан же молча обхватил меня за талию и прижал к себе, уткнувшись носом в изгиб шеи, шумно вздыхая.

– Нет, пахнешь ты замечательно, но ты ведь привыкла принимать душ по утрам… – сказал он, заставив меня в который раз поразиться его наблюдательности.

* * *

Моясь в душе, я еще раз обдумывала незаконченный разговор и решила пока не говорить ничего Брайану.

Например, он скажет следующее: «Ты все правильно услышала, и с Айш куда лучше в постели, чем с тобой». Мне же совсем не хотелось слышать оскорбительных слов. Лучше я подожду хоть пару недель и, возможно, спрошу пару советов у Лесли. Хотя нет, это неловко… или сказать? Что я хочу чем-то удивить его? А что такого? В конце концов, я ведь его жена… Или все же лучше поискать в интернете?

Да, наверное, так будет лучше. Я еще докажу ему, что я не хуже мисс Рай… Или я не Синди Эндерсон, тьфу ты… Или я не Синди Бейкер.

От мыслей меня отвлек стук в дверь.

– Малыш, ты в порядке?

– Да-да, уже выхожу.

– Вот и хорошо, а то я уже и на стол накрыл, а тебя все нет и нет, уже решил, что ты уснула тут.

Быстренько одевшись, я пошла на кухню, где меня уже ждал Брайан. Там я почувствовала вкуснейший запах жареных колбасок и омлета.

– М-м-м… Неужели ты сам все приготовил? Или заказал?

– Сам, – он улыбнулся как ребенок, сумевший впервые что-то сделать без помощи взрослых. – Как видишь, твои уроки не пропали даром.

– Правда? А ее точно можно есть?

– Обижаешь, Синди, – фыркнул он и отвернулся. – Я старался. Хотя как хочешь.

Ох, черт, ну кто меня за язык тянул, теперь он обиделся. Видела ведь, что он старался, так нет чтобы спасибо сказать… Теперь придется просить прощения.

Отвернувшись от Синди, я тяжело вздохнул. Нет, я не обиделся на ее слова, я понимал – она просто дразнит меня. И мне захотелось подразнить ее в ответ. Знаю – так поступил бы ребенок, но я не смог удержаться. От мыслей меня отвлекло легкое прикосновение к руке.

– Брайан, прости, я не хотела.

Я нахмурился и скрестил руки на груди.

– Брайан, ну, пожалуйста, не обижайся.

Она обошла меня и посмотрела на меня.

– Я правда не хотела тебя обидеть.

– Хм… да? Ну тогда ты должна кое-что сделать… – задумчиво произнес я. И… Бинго! Синди медленно начала краснеть. И мне стало любопытно, о чем она подумала. Синди же в это время резко притянула меня к себе, впиваясь поцелуем. Не ожидая от нее такой решительности, я на мгновение замер, а потом начал отвечать ей с не меньшим энтузиазмом. Вскоре нам стало не хватать воздуха, и пришлось разорвать поцелуй. Тяжело дыша, Синди спросила:

– Ну что, я угадала? Теперь ты меня простишь?

– Хм-м… Еще не совсем, теперь ты должна съесть все приготовленное…

– О, ты хочешь, чтобы со мной случилось, как с этим, Шарлем Дюшменом в комедии Зиди (режиссер Клод Зиди. – Прим. авт.)?

Я вопросительно взглянул на нее.

– Помнишь, мы смотрели «Крылышко или ножка»?

– А-а-а, помню. Не переживай, я думаю, не все так плохо. Давай, а то уже все наверняка остыло.

– Я такая голодная, что точно все съем. Пахнет и правда изумительно.

– Хорошо, – рассмеялся я. – Только мою порцию не тронь.

Когда Брайан сказал, будто я должна заслужить прощение, в моей голове вспыхнули картинки того, что он имел в виду, и за этим последовала незамедлительная реакция тела. Но решив, что для тех картинок сейчас не место, я просто поцеловала его. Однако предложенное им дальше еще больше удивило меня. Я действительно ожидала чего-то сексуального, а не его желания накормить меня, и часть меня была действительно расстроена.

После этого не то завтрака, не то обеда нам пришлось заняться каждому своими делами: мне делать задание мистера Либеро, вернее синьора Либеро. Да и нужно было повторить пройденное на прошлом уроке итальянского, в котором я добилась некоторых успехов: по крайней мере, теперь я знала самые простые фразы. Да, я пошла на те самые курсы, рекомендованные Доменик. Таким образом, пока Брайан был в офисе, я не скучала.

Спустя неделю мы уже приземлялись в миланском аэропорту Линате. Брайан решил, что ехать больше восьми часов машиной – это утомительно, а от поезда, даже от купе первого класса, он отказался.

Признаюсь, я немного нервничала по пути сюда, хоть причин и не было. Может, после вчерашнего звонка Лесли. Она поменяла планы насчет Милана, ее больше сейчас заботит, где пропадает Харди, и Лесли занята слежкой за ним, пытаясь уличить в измене. Честно, с такой любовью, как у них, измена Харди кажется невозможной. А вдруг это окажется правдой? Мне даже сложно представить, насколько сильным ударом будет сей факт для Лесли. Но если их пару от такого не застраховала любовь, то каковы шансы у нас с Брайаном уже через год? Я ему надоем, тем более с некоторыми желающими его утешить я уже познакомилась. Хорошо, если бы он дал мне развод, но я не могу согласиться на такой шаг из-за отца… Да и от картин, нарисованных воображением, где он держит в объятиях другую, становилось как-то не по себе. И мне оставалось только надеяться, что моя нервозность вызвана женским самолюбием или чувством собственничества, которое иногда давало знать о себе. Я уверена, что это никак не связано с романтическими чувствами к моему мужу. Боже, как это глупо звучит, иначе мне в итоге тоже будет больно. Брайану любовь не нужна, он дал это понять еще в самом начале…

От невеселых мыслей меня отвлек голос стюардессы.

– Уважаемые пассажиры, посадка успешно завершена, можете расстегнуть ремни.

Самолет сел рано утром, и мы успевали разместиться в отеле и отдохнуть. Брайан, как обычно, выбрал самое лучшее, и мы остановились в Park Hyatt Milano (Hyatt – одна из крупнейших сетей отелей в мире. Park Hyatt – категория отелей элиткласса по внутренней котировке корпорации).

Отель поражал красотой и снаружи и внутри, но сейчас меня больше интересовала возможность отдохнуть.

Девушка-администратор приветливо улыбнулась.

– Доброе утро! Добро пожаловать в отель «Парк Хайятт Милан». Чем могу помочь?

– Бронь на фамилию Бейкер.

– Одну минуту. Сьют парк террас? (Park Terrace Suite – номера на верхнем этаже с собственной террасой. – Прим. авт.)

– Да.

– Возьмите ваши карточки, номер 104. Приятного пребывания, мистер Бейкер, миссис Бейкер!

На удобной кровати я мгновенно задремала. Разбудило меня жужжание телефона. Взглянув на дисплей, я увидела пропущенный входящий «Мама» и, присев, нажала кнопку вызова.

– Привет, мам. Я немного задремала.

– Привет, доченька, извини, не хотела тебя будить.

– Да ничего страшного, все равно днем вредно много спать. Просто устала.

– Синди, кто там?

В комнату зашел Брайан. Я прижала палец к губам, попросив его помолчать.

– Это Брайан? Передавай ему привет. Я вот чего звоню, ты ведь знаешь, что мы сейчас в круизе по Средиземному морю и будем делать остановку возле Везувия. Может, ты или вы вдвоем встретились бы с нами, я так соскучилась по своей девочке…

– Мам, боюсь, не получится, но я бы очень хотела.

– А что случилось, ты заболела? – мама, как всегда, предполагала худшее.

– Нет, просто мы сейчас в Милане, а не в Неаполе.

– Да?

– Да, Брайана пригласили на одно мероприятие, да и я надеялась увидеть Лесли. Она должна была приехать, но у нее в последний момент не получилось.

– Жаль, конечно, я так хотела увидеть вас.

– Я тоже. Все, мам, мне пора собираться. Папе привет.

– Обязательно, только найду его. А то он даже тут не может обойтись без рыбалки.

– Не будь к нему сильно строга. Все, целую. Пока.

– Пока, солнышко. Береги себя, – с этими словами мама отключилась.

– Ты что-то хотел? – спросила я, отложив телефон.

– Думал будить тебя, нам уже нужно собираться. Твое платье в гардеробной. И я заказал нам легкий ланч, его только привезли.

Встав с кровати, я заметила на себе другую одежду.

– Эм-м… Брайан, это ты меня переодел?

Это уже становилось традицией.

– Ну да. В джинсах спать не очень-то удобно. Не так ли?

Перекусив, я стала собираться: надела длинное белое платье, намного более открытое, чем я привыкла носить, что немного смущало. Волосы я решила не собирать в попытке хоть немного избавиться от ощущения «обнаженности». С макияжем тоже не стала перебарщивать – мне не хотелось потом бегать каждые десять минут поправлять его.

– Синди, ты уже готова? Машина ждет.

– Хорошо, можем идти.

– А ты ничего не забыла, накидку или еще что-то наверх?

– Нет, вроде ничего, да и мы ж в помещении будем, а добираться на лимузине. Не успею замерзнуть.

– И все же на улице меньше 20 градусов, а к ночи еще температура понизится.

– Все равно я ничего подходящего к нему не брала.

– Это не проблема, у отеля свой бутик и…

– Брайан, спасибо, конечно, но это все равно займет время, а опаздывать, и особенно тебе, будет просто неприлично, так что пойдем.

Минут через двадцать мы подъезжали к старинному дому, построенному в греческом стиле. Высеченная вверху надпись гласила: «FranchescoGreca».

Машина остановилась, Брайан вышел и, подав руку, помог мне выбраться из нее.

Я не знала, чего ожидать от подобной выставки, потому была слегка удивлена, не увидев ни одной витрины с драгоценностями. Пары приглашенных гуляли по залу, то и дело останавливаясь рядом с кем-то, хотя встречались и одинокие гости. Я уже уловила пару кокетливых взглядов, адресованных Брайану.

Не прошло и пяти минут, как к нему подошел кто-то из обслуживающего персонала.

– Мистер Бейкер?

– Да.

– Прошу, следуйте за мной, – мужчина наклонился и что-то тихо сказал Брайану.

– Синди, милая, подожди тут, я ненадолго, это насчет записки, – он поцеловал меня в щеку и ушел.

Я взяла бокал шампанского у официанта и прошла дальше в зал, где заметила синий занавес, видимо именно там будут демонстрироваться ювелирные украшения.

– Добрый вечер, – отвлек меня нежный голос. Обернувшись, я увидела рыжеволосую женщину, стоящую рядом со светловолосым мужчиной.

– Добрый, – озвучила я не то вопрос, не то утверждение.

– Ох, простите мою бестактность, я Джеймс Сольтури, а это моя супруга Виктория.

Он чуть крепче приобнял свою спутницу.

– Вы же, полагаю, Синди Бейкер?

– Просто Синди. Сольтури? – Джеймс кивнул.

– Думаю, вы уже знакомы с моим дядей Аро. Не самый приятный тип, но прошу, не судите меня по нему.

– Жаль, мы не познакомились на праздновании в честь подписания контракта, у нас с Джеймсом был второй медовый месяц, – вставила слово Виктория.

– Прошу прощения, дамы, вынужден вас оставить, – с этим Джеймс удалился.

– Впервые тут? – дружелюбно поинтересовалась Виктория.

– Если говорить о ювелирном показе, то да – впервые. Так заметно?

– Не очень, ты хорошо держишься, даже меня, выросшую в таком мире, иногда все нервирует. Слава богу, у меня есть Джеймс. Даже не знаю, как бы я без него… И говоря о мужьях, как тебе удалось заполучить Брайана? Тут многие имели на него виды, только вот он не поддавался.

– Да уж не знаю, кто кого заполучил, скорее он меня, чем я его, – хихикнула я. Ситуация казалась немного смешной, особенно если вспомнить, как все началось.

– Да ладно? Неужели Бейкер влюбился?

От этого предположения у меня сперло дыхание, и я могла лишь неопределенно пожать плечами.

– Ясно. Так, что-то мой драгоценный супруг пропал, пойду искать. Да и твой пропал, смотри, а то украдут, – засмеялась Виктория. – Желающих хватает. Ах, чуть не забыла, вот мой номер, – она протянула визитку. – Надеюсь, мы еще встретимся в Неаполе и познакомимся поближе, а то подруг у меня тут и в самом деле мало.

На этом она попрощалась и двинулась в противоположный конец зала, заметив своего мужа.

Виктория и правда счастливица, она любима мужем, и любит его в ответ. Эх, вот если бы и у меня Брайаном было так. Стоп! Что за мысли, Синди?! Он ведь шантажом заставил тебя выйти за него. Но ведь сейчас этого не ощущалось. Я забыла о причинах, забыла о Джоше. Такой человек, как он, не заслуживает любви… хотя… его отношение ко мне было совсем не таким, как я предполагала. Брайан был нежен – за исключением начала, но кто знает, как бы все было, не спровоцируй я его тогда? Иногда до раздражения заботлив и внимателен даже к деталям. Я прекрасно помнила набор для рисования – подарок, сделанный еще там, на острове, когда я ненавидела Брайана всеми фибрами души. Он замечал и запоминал то, на что Джошу было абсолютно наплевать, даже если я прямо говорила ему об этом. Если бы…

В размышлениях я прошла в тот же коридор, куда ранее провели Брайана.

– …Может, так вам будет удобнее, Глория?

– Нет, нет, не стоит. Думаю, я нуждаюсь в большей практике… – прозвучал из-за дубовой двери очень приятный женский голос.

– Ну что же, не буду вам препятствовать…

Мерзавец! Догадываюсь, как они будут практиковаться. Я уже хотела было уйти, но что-то останавливало меня. Наверное, желание вывести его на чистую воду, и я тихонько подошла еще ближе. В приоткрытую дверь ничего не было видно. С осторожностью я приоткрыла ее чуть больше и оказалась в небольшой прихожей, переходящей в кабинет. Любовничков по-прежнему не наблюдалось. Но, пытаясь двигаться тише, я умудрилась задеть декоративную вазу, с грохотом упавшую на пол. Благо она не разбилась, иначе проблем возникло еще больше. Буквально через мгновение в арочном проеме показался Брайан, и за ним следовала женщина лет пятидесяти.

Не успела я еще и слова сказать, как она резво приблизилась, схватив меня за руку, и произнесла:

– Попалась, птичка, отвечай, на кого ты работаешь и сколько тебе обещали за выполненную работу?

Брайан прыснул.

– Глория, простите за вмешательство, это моя жена Синди. Похоже, я задержался и она отправилась на мои поиски.

– Ох, простите.

Глория отпустила мою руку.

– Давайте вернемся за стол, и я вам все объясню.

Мне стало стыдно за свои мысли минуту назад. Но почему я сразу предполагаю самое худшее? Мы с Брайаном сели на диванчик, она же заняла кресло за столом.

– Мистер Бейкер, я не просто так затеяла эту реконструкцию и попросила вас заняться этим проектом. Компании нужен новый облик. Я думаю, вы сами понимаете, значение конкуренции… И FranchescoGreca не огромная корпорация вроде Картье и Тиффани, чтобы не бояться ее. Поэтому простите еще раз, Синди, я приняла вас за шпионку.

– Ничего страшного, и называйте меня просто Синди.

– Ваше имя вам походит. Синди, а не хотели бы вы в качестве компенсации поучаствовать в показе. Думаю, я знаю, что вам подойдет.

И не дожидаясь моего ответа, она подошла к стеклянной витрине, такой, как в ювелирных магазинах.

– Подойдите сюда, милочка, выберите понравившуюся вещь.

– Поучаствовать в показе? А разве гости не будут сами ходить рассматривать?

– Нет, – рассмеялась она. – Все происходит так же, как и на показах одежды. Просто одежда у моделей самая простая, чтобы акцентировать внимание на украшениях.

– Эм… Спасибо, но думаю, это плохая идея, я явно не обладаю модельной грацией и боюсь, все вам испорчу.

– Не переживайте, милочка, тут подиум короче, и вы именно та, которой мне не хватало для последней модели. Подойдите, пожалуйста, сюда.

Я все еще была намерена отказаться, но тем не менее подошла к Глории.

– Вот, посмотри, оно идеально подходит тебе, такое же нежное и хрупкое, как и ты.

Я посмотрела и просто потеряла дар речи от лежащей передо мной красоты. Я никогда не была любительницей разного рода побрякушек, но это…

– Ух ты…

– Похоже, вашей жене очень понравился комплект. Так что, Синди, вы согласны участвовать в показе?

Я все еще боялась, но очень уж мне хотелось стать обладательницей этих сережек и подвески хоть на короткое время…

– Да, я согласна.

Любуясь украшениями, я и не заметила, как ко мне подошел Брайан.

– Вы позволите? – кивнул он на подставку.

– Думаю, уже можно, все равно через пару минут придут за ними, показ ведь вот-вот начнется.

Глория набрала какую-то комбинацию на панели, и крышка нужной витрины открылась.

Пока я снимала свои серьги, она вытянула бархатную подставку и положила на закрытую часть витрины. Едва ли не дрожащими руками взяв одну серьгу и осторожно продев ее в левое ухо, я застегнула замочек и повторила ту же манипуляцию со второй серьгой и правым ухом.

– Давай я? – прикасаясь к подвеске, предложил Брайан.

Он подтолкнул меня к зеркалу, находившемуся рядом. Я перебросила волосы на одно плечо, чтобы ему было проще застегивать. Не отрывая глаз от зеркала, я наблюдала за тем, как он аккуратно застегивал цепочку. Затем он поднял взгляд на меня, и в его глазах было что-то похожее на… нежность, любовь? Не знаю, сколько мы так стояли, но на землю нас вернуло покашливание Глории.

– Сразу видно – молодожены, вашу любовь заметно издалека. Мы с Рикардо так же смотрели друг на друга… – к последнему слову ее голос стал грустным.

– Простите? – я не понимала, за что прошу прощения: за то, что нет той любви, которую она увидела, то ли за то, что напомнила ей о муже.

– Глупости, вы ничего не сделали. Лучше скажите, вам нравится?

– О да, оно прекрасно.

– На то и было рассчитано, каждый находит свою пару и влюбляется, – подмигнула она мне.

Тут в кабинет постучали, и в него зашел мужчина, своей внешностью больше напоминавший пингвина.

– Синьора Грека, пора.

– Хорошо, Алонсо, можете забирать.

За Алонсо в кабинет проследовали еще двое мужчин и подвезли витрину к двойным дверям, ведущим в соседнее помещение, а затем исчезли за ней.

Пока это все происходило, Брайан с Глорией отошли в сторонку, и краем уха я уловила шепот.

– Глория, я понимаю, что так нечестно, но нельзя ли купить этот комплект?

– Конечно, можно, все комплекты будут после показа проданы на аукционе.

– Да, я знаю, просто хотелось бы сделать Синди небольшой подарок, но не нужно, чтобы она об этом знала.

– Но он представлен в каталоге.

– Я согласен на любую сумму…

– Давайте так, если вы согласны помочь мне с проектами, то считайте комплект чем-то вроде задатка…

Брайан хмыкнул.

– Вижу, у вас деловая хватка.

– Я бы скорее сказала – острая необходимость.

– Хорошо, я согласен. Думаю, это будет интересно и даже полезно для имиджа моей компании…

Подумать только…

Дальше я его уже не расслышала. В те же двойные двери влетел перепуганный Алонсо.

– Синьора Грека! Один комплект пропал. Тот, который «Березовые сережки». Еще никто не открывал витрины, но их нет! Что же нам теперь делать?!

– Успокойтесь. Он не пропал, он просто нашел свою модель. Познакомьтесь, это Синди Бейкер.

– Слава богу! Но могли бы и предупредить, я уже не столь молод для подобных переживаний.

Он повернулся ко мне.

– Что ж, позвольте поблагодарить вас, синьора Бейкер. Этот гарнитур – венец всей коллекции, и нам нужна была особенная модель для него. Вас нам послала не иначе как Дева Мария…

– Алонсо, – остановила его Глория, – отведи Синди в гримерную. Никакого макияжа. Просто соберите волосы на затылке, пора начинать.

– А вы, мистер Бейкер, идите со мной, украшений для вас у меня нет, – обратилась она к Брайану, когда тот пошел вслед за мной. – Потом сможете забрать свою драгоценность.

И говорила она явно не о гарнитуре.

В нашем номере, на мансарде, выходящей к закату, Синди стояла, облокотившись на перила. Мы только что вернулись с показа, и всю дорогу в машине, да и весь вечер, она казалась тихой и задумчивой, и я просто не мог не волноваться.

Я тихими шагами подошел к ней и обнял ее. От неожиданности она вздрогнула и моментально обернулась.

– Брайан, нельзя вот так подкрадываться! Ты до смерти меня напугал!

– Ну, прости, я больше так не буду, честное скаутское! А почему моя девочка грустила перед тем, как я пришел?

– Сомневаюсь, что ты когда-либо был скаутом.

– Можешь представить себе, был, хоть и недолго… Меня выгнали, когда я случайно припалил волосы вожатой.

– Ох, оказывается, ты был еще тем проказником, – усмехнулась она.

– Синди, не переводи тему, что-то случилось?

– Нет-нет, все в порядке, – поспешила заверить она, – просто задумалась, – Синди снова нахмурила лобик, повторив: – Просто задумалась…

– И о чем же ты задумалась? – проводя большим пальцем по складочке между бровей, спросил я.

– Обо всем понемногу.

– А подробнее?

– Да неважно, ерунда разная, – отвернувшись от меня, Синди уставилась на раскинувшийся вдалеке пейзаж. Снова она закрывается от меня. Я ведь не забыл разговор наутро после клуба, просто не знал, как поднять этот вопрос, а Синди сделала вид, будто ничего и не произошло. Сделав шаг вперед, я обнял ее за талию и опустил голову подбородком на ее плечо. Синди слегка напряглась.

– Малыш, а может, все-таки поделишься? Или мне все из тебя вытягивать нужно?

– Да говорю же, это не важно, – как-то раздраженно и в то же время расстроенно произнесла Синди.

– Эй, ты же знаешь, что я тебя не собираюсь осуждать и постараюсь понять.

Сделав тяжелый вдох, она начала говорить:

– Это о нас… наших с тобой отношениях… – и снова замолчала.

– Что «о нас»? Давай же, не пугай меня.

Ее слова действительно не понравились мне. Надеюсь, она не начнет снова разговоров о том, что так неправильно, или, еще того хуже, о Джоше. Но она очень удивила меня, рассказав о вечере в клубе, вернее о разговоре в дамской комнате. Я знал, тогда что-то произошло, только вот не мог понять что…

– Глупости, не обращай внимания, она может говорить все подряд, но не ее я хочу. Наши «отношения» закончились давно, но Айшвари бывает действительно настырной и не хочет принимать отказов.

– Как и ты.

– Наверное.

– Знаешь, вы с ней похожи, и я просто не понимаю, почему ты не выбрал кого-то вроде нее, – на одном дыхании выпалила Синди.

– Синди, милая, послушай, разве это важно? Я с тобой и только с тобой, все остальное неважно.

Я понимал, однажды Синди, рано или поздно, заинтересует этот вопрос, но надеялся на лучшее. Либо она сама нашла бы объяснение в своей голове. Мне не хотелось ей врать, выставляя себя подлецом, так я только оттолкну ее. Только вот правда тоже может оказаться не лучше.

– Нет, Брайан, важно. Я действительно хочу понять, почему я. Хочу понять, чего ожидать от будущего. А если тебе надоест это шоу и ты захочешь развестись? Что будет тогда, что будет с моим отцом, со мной?

– Синди, присядь, пожалуйста.

Я усадил ее в одно и ротанговых кресел, стоящих рядом.

– Думаю, ты права и заслуживаешь знать правду. Даже если я вдруг передумаю, – тише добавив: – Что вряд ли. – И снова заговорил доверительным тоном: – То ты просто будешь свободна, и твоему отцу ничего не будет угрожать. Но, Синди, в твоем предположении есть существенная ошибка. Это не шоу и никогда им не было.

– А что же, я просто не понимаю, тебе не нужно было жениться ради каких-то сделок, наследства или еще чего-то в этом роде? И сомневаюсь, что наш брак тебе был нужен для статуса. Иначе ты бы выбрал богатую наследницу или даже кого-то вроде Айшвари…

– Ты права. Тут не замешаны ни деньги, ни статус. Помнишь, тогда на острове, в начале медового месяца, я спросил тебя, помнишь ли тот поцелуй в беседке?

Синди насторожилась.

– Может, не надо об этом?

– Подожди, если ты хочешь узнать все, то начинать нужно сначала… В тот вечер я вышел на перекур подальше от дома, не хотелось лишний раз расстраивать Дайну. Сначала, когда ты позвала Джоша, – при этом я скривился, как от оскомины, – так вот, я решил, что ты одна из его многочисленных «подружек», чтобы не сказать хуже. Не знаю, почему я сразу не признался в обмане, но не в этом дело. Когда же ты поцеловала меня, – заметив намерение Синди прервать меня, я жестом остановил ее, – подожди, дай договорить. Так или иначе, но поцеловала ты меня, пусть даже не знала об этом. Тогда я и понял, что ошибся. Та девушка была явно неопытна, а брата такие не интересовали. А я, даже понимая, что поцелуй был предназначен не мне, не мог остановиться.

– Неужели ты не узнал меня?

– Нет, я редко приезжал домой даже на праздники, потому и не думал, что ты могла так измениться. И я не знаю, чем бы все закончилось и узнал ли я тебя, если бы Джош не начал искать тебя по просьбе Джека. Признаюсь, я очень удивился, когда он позвал тебя по имени, но видел, насколько тебе сделалось неловко, и не захотел усугублять все еще больше. Да и сам думал, что забуду обо всем до наступления ночи. Но не смог, не смог забыть ни через месяц, ни через год. Тот поцелуй, те чувства, сама ты стало наваждением для меня. Я стал чаще приезжать домой, лишь бы увидеть тебя. Даже понимание того, что это неправильно, не помогало. Потом твои отношения с моим братом… Наблюдать за этим стало слишком мучительно. Ты просто светилась от счастья и совершенно не замечала его неуважительного отношения к тебе.

– Но…

– Подожди. Ты могла не замечать, но со стороны это было заметно. А потом этот нелепый инцидент с Джеком.

– Которым ты так удачно воспользовался!

– Да помолчи ты, Синди! Я решил это вопрос еще до того, как пришел к тебе, и решил бы его в любом случае. Ты считаешь меня слишком подлым.

– Что? – резко подорвавшаяся со своего места Синди начала оседать обратно.

– Н-но зачем тогда ты сделал это, как ты так мог? – в ее глазах начали собираться слезы.

– Я знаю, мне нет оправдания, но я действительно потерял от тебя голову и уцепился за эту возможность.

– Но почему ты не попытался добиться меня по-человечески? Может, тогда…

– Синди, «может» меня не устраивало. Да и ты постоянно избегала меня. Или я неправ?

Она опустила взгляд.

– Но если бы узнала, что ты сделал, я была бы тебе очень благодарна, и тогда…

– Что тогда, Синди? Ты бы общалась со мной из благодарности. А я нуждался совсем в другом. Я понимаю свою неправоту, но изменить прошлое уже не могу. И тебя тоже не хочу и не могу отпустить. Поэтому я прошу тебя, давай начнем заново.

Я так боялся, что она уйдет. Я стал уязвимым, раскрыв ей все свои карты. Все шло не по плану, я не собирался рассказывать ей все подробности, но ее потерянный вид и сомнения в нашем будущем не оставили мне выбора. Не знаю, как и когда, но ее боль стала моей болью.

Глядя в эти карие омуты, затянутые печалью, мне хотелось убить самого себя, потому что я являлся причиной этой грусти. Она не отвечала мне, и это пугало больше всего. Я бы предпочел услышать крик и ругань о моей низости, чем это угнетающее молчание.

– Пожалуйста, не молчи. Ты убиваешь меня тем, что я не могу понять, о чем ты думаешь.

– Я не знаю ответа. Мне сложно сейчас говорить. Мой мозг просто кипит от всей этой информации.

– Теперь я еще больше тебя ненавижу! Джош бы никогда так не сделал!

Она просто убила меня этими словами. Неужели она не может не думать о нем хотя бы сейчас?

– Да. Он бы вообще ничего не сделал! Ты знаешь, что Джош и встречаться начал с тобой только в отместку мне?! Он видел, как я на тебя смотрю, и решил сделать мне больно через тебя! – закричал я, вскакивая и изо всех сил дергая свои волосы в надежде, что боль поможет мне отвлечься и сдержать себя в руках.

– Да зачем ему это надо?

– Затем, что я перестал класть деньги на его счет, а он, в свою очередь, не мог их тратить на наркоту и шлюх!

– Что?! Он никогда не принимал их, ты пытаешься очернить его!

– Об этом просто никто не знал. У Дайны очень слабое сердце, и я не мог допустить, чтобы эта новость совсем подорвала ее здоровье. Ты же не настолько глупа, Синди, чтобы не видеть очевидного?

– Ты прав, я знала, что что-то не так… в его отношении ко мне… я…

Она резко замолчала, зажмурившись и прерывисто вздохнув, пытаясь сдержать рыдания.

Наклонившись, я подхватил ее на руки и отнес на диван, не обращая внимания на ее слабые попытки к сопротивлению. На ней все еще было ее платье, в котором она так напоминала ангела, волосы растрепались от ветра. Пригладив их, я заправил пряди ей за уши, удерживая ее голову и встречаясь с ней взглядом.

– Разве все так плохо? Хватит врать себе, Синди! Тебя тянет ко мне так же сильно, как и меня к тебе. Между нами что-то есть, и это намного сильнее детской влюбленности, которую ты вбила себе в голову.

Не дав ей ответить, я глубоко поцеловал ее, припав к ее устам не терпящим возражения поцелуем. Это был отчаянный поцелуй, приправленный страхом потерять ее. Я просто не мог позволить себе потерять ее. Если она решит уйти, моя жизнь уже никогда не будет прежней, она просто потеряет весь свой смысл.

– Останься на десять лет, на всю жизнь, настолько, насколько захочешь… только останься…

– Я останусь, – прошептали ее губы напротив моих, обещая новое начало нашей жизни.