Глава 21

Полгода спустя.

Октябрь.

– Все нормально? – поинтересовался я, зарываясь в ее волосы и вдыхая ее неповторимый запах.

– Идеально, не могу дождаться, чтобы всех увидеть, – прижимаясь ближе и обхватывая мой торс своими ручками, довольно отвечала Синди, не скрывая своего энтузиазма.

– Кажется, будто бы прошла вечность, с тех пор как я их всех видела. Я так соскучилась по Джеку.

Моя жена явно была папиной дочкой – я давно уже понял, правда, не при самых приятных обстоятельствах.

– Да, да, папенькина дочка. Мне кажется, задержись мы в Италии еще на недельку, Джек бы добрался до меня вплавь.

– Эй, не смейся над папой! – ущипнув меня за бок, возмутилась жена.

– Разве я смеюсь? Я серьезен как никогда – при последнем звонке он меня реально напугал.

Мои слова не были лишены правды – Джек и впрямь очень волновался о Синди. После того, как нам пришлось отложить поездку на три недели, он боялся, что мы вообще не приедем на годовщину моих родителей. А ведь она должна была состояться уже завтра, и по традиции мы отмечали ее всем семейством за праздничным ужином. Из-за моей работы мы опаздывали с приездом, и Синди расстраивалась, что все так складывается. Дайну это тоже огорчало, но сложившиеся обстоятельства я безропотно принял за отсрочку собственной казни. Я чертовски изводил себя, представляя встречу Синди с Джошем. Я не сомневался в моей жене, но я мог ожидать любой подлости от Джоша. А ведь за время, прожитое в Италии, у нас сложились именно те идеальные отношения, о которых я так мечтал.

– А ты разве не соскучился?

– М-м-м… только если чуточку.

– Неужели? А по-моему, очень даже сильно, учитывая приходящие счета за телефон. Если бы я не знала, что ты разговариваешь с Дайной, то начала бы подозревать неладное, – поддразнила меня жена, крепче прижимаясь к моей груди и закрывая глазки.

Погладив ее по голове, я потянулся за финансовым отчетом, который она уже успела у меня отнять. Она при этом еще заявила, что у меня не будет никакой работы на ближайшие две недели.

– Брайан?

– Что? – отвлеченно ответил я, уже погруженный в работу, не заметив, как она ловко выхватила у меня бумаги.

– Что я говорила насчет работы? – тряся бумагами перед моим носом, поинтересовалась Синди.

– Черт, ты все равно сейчас заснешь, а мне скучно.

Промолчав в ответ, она сложила мою папку пополам и засунула в свою сумочку, попутно доставая из нее довольно увесистую книгу.

– Если тебе скучно, то можешь почитать, но, повторяюсь, никакой работы, – передавая мне книгу, строго повторила она.

Признаюсь, в последнее время я и впрямь перегрузил себя работой. Работая практически без выходных, я проводил большую часть дня в офисе или на объекте. А если выдавался выходной, тратил его на сон. Синди уже и по-хорошему, и по-плохому уговаривала меня, чтобы я привел свой рабочий день в норму, ведь это могло очень плохо отразиться на моем здоровье. Я, в свою очередь, объяснял ей про временную необходимость такого распорядка. Скоро все должно было войти в привычное русло. В поиске способов занять свою жену я договорился с одной художественной студией, которая выставляет работы начинающих художников. Уроки, взятые Синди, не прошли даром – за четыре месяца она усовершенствовала свой художественный талант. По возвращении в Италию планировалась выставка ее картин, и она ужасно нервничала по поводу своего дебюта. Я ее успокаивал как мог, убеждая, что ей не о чем волноваться.

– «Унесенные ветром»? Ты серьезно предлагаешь прочесть мне книгу про тупую истеричку, которая всю книгу бегает за сраным Кешли?

– Его зовут Эшли!

– Это что-то меняет? А это ее «я подумаю об этом завтра»! И почему от этой фразы все без ума? Такие рассуждения скорее напоминают страуса, прячущего голову в песок.

– О боже мой, ты только что назвал Скарлетт страусом? – Синди спрятала лицо в руках и начала сотрясаться, всхлипывая.

Черт, она что, плачет из-за сраной книги?

– Синди? Так и быть, я прочту эту чертову книгу. Только, пожалуйста, перестань плакать.

Раздался смешок, и я подозрительно взглянул на жену, трясущуюся, но не от плача, как я думал. Она смеялась надо мной.

– Боже мой, Брайан, только ты можешь заставить меня смеяться над всякими глупостями.

C этими словами Синди притянула меня к себе за лацканы пиджака и, все еще посмеиваясь, ласково поцеловала, однако совсем скоро она оказалась сидящей на моих коленях.

– Что ты делаешь? – с толикой веселья поинтересовалась жена, прервав поцелуй и играя моими волосами.

– Убиваю время, раз уж сейчас нельзя работать, буду делать то, что мне нравится! И это уж точно не является чтением глупых книжек.

– «Унесенные ветром» не глупая кни…

Я так и не дал ей закончить, возвращаясь к поцелую, ею так безжалостно прерванному.

Получив багаж, мы поспешили покинуть аэропорт. Полет прошел просто великолепно, учитывая, что мой муж ни на минуту не выпускал меня из своих объятий. Жизнь с Брайаном была неописуемой. С тех пор как я дала Брайану второй шанс, наши с ним отношения вышли на новый уровень. Я перестала ощущать неуверенность в наших отношениях и в нем самом. Может, он и не любил меня, но у него совершенно точно имелись ко мне чувства, которые он и не думал больше скрывать. С того разговора в Милане мы начали все с чистого листа: муж водил меня на свидания, наверстывая упущенное в самом начале нашего брака. Брайан говорил, будто хочет восполнить все пробелы, появившиеся тогда по его вине. Я не раз говорила ему, что уже давно простила его за всю ту аферу, провернутую им с нашим браком. В конце концов, я даже призналась ему в том, что рада, как все сложилось. Ведь не соверши он все те ошибки, у нас не было бы нашего настоящего, которое стоило всей той причиненной им боли.

Поездка из аэропорта прошла в нервном предвкушении. Я просто не могла дождаться, когда наконец увижу родителей. Брайан слегка посмеивался надо мной, но это был первый раз за мою жизнь, когда я так надолго с ними расставалась. Мы не виделись полгода, и я просто с ума сходила от волнения. Конечно, мы общались через Skype, но это все же не то же самое, когда общаешься с живым человеком.

– Ты такая милая, когда волнуешься.

Отвлек меня Брайан, притягивая к себе и целуя в щеку. В его объятиях я сразу же расслабилась.

– Я уже жалею, что мы запретили всем нас встречать.

Я была категорически против того, чтобы все ехали в аэропорт в три часа ночи. А так как Лесли с Харди должны были сегодня ночевать у родителей Брайана, мы добирались на машине, присланной за нами Харди. Брайан изначально не планировал останавливаться у них, предпочитая городскую квартиру. Но я все же сумела настоять на своем, принимая во внимание наш небольшой отпуск, намереваясь каждую минуту провести с родными мне людьми. Не знаю почему, Брайан держал некоторую дистанцию с людьми, включая даже собственных родителей. Он, безусловно, заботился и любил их, отвечая им взаимностью. Я единственная, с кем он полностью раскрывался и становился самим собой, снимая ту маску отстраненности, которую носил при других.

– Приехали, мистер Бейкер.

Открыв дверь, Брайан помог мне выйти из машины, и мы сразу же направились в дом Бейкеров. Вернее, я потащила Брайана за собой, не давая ему выбора, он на ходу распорядился шоферу доставить наш багаж.

– Полегче, милая, – со смешком сказал муж, немного притормаживая меня.

Я хотела было возмутиться, но тут открылась парадная дверь, и на нас «обрушились» приветствия и объятия вперемешку с причитаниями «как тут все без нас скучали». Тут же нас потащили в гостиную, приставая с расспросами, и лишь вмешательство доктора Бейкера спасло нас от долгих разговоров. По его настоянию все отправились спать. Лесли попыталась было повозмущаться, но Харди быстро ее успокоил, напомнив о необходимости отдыха ей больше, чем остальным, учитывая ее положение. Лесли находилась на последнем месяце беременности и выглядела так мило, что я чуть ли не расплакалась от умиления. Я так радовалась, когда выяснилась безосновательность ее подозрений насчет мужа, а все выдумки сестры Брайана оказалось ее гормональной ошибкой из-за беременности. Она стала слишком подозрительной, вот и нафантазировала себе невесть что. Я так смеялась, когда она рассказывала мне по телефону, как она бросалась в Харди всем попавшимся под руку, обвиняя его во всех смертных грехах, пока сама же не потеряла сознание, угодив ему в голову вазой. Перепуганный поведением своей жены, Харди вызвал скорую. Тогда-то они и узнали об интересном положении Лесли. Никогда не забуду выражение лица Брайана, когда я ему все это рассказывала. Он заставил меня пообещать, что я ни при каких обстоятельствах не буду в него ничем кидаться. Я же в свою очередь успокоила его, обрадовав, что меткости у меня никакой – даже если я и попробую, то ни за что не попаду в него.

Было уже полседьмого утра, когда мы с Брайаном добрались до кровати.

– На этот раз перелет прошел хорошо, да? Ты не устала? Обычно ты отключаешься, стоит нам сойти с самолета, – укладывая меня поудобнее на своей груди, поинтересовался Брайан.

Мы легли в его бывшей комнате, здесь все напоминало его школьные годы. Дайна не захотела что-либо менять даже после отъезда Брайана.

– Просто я была так возбуждена приездом, что мое тело пропустило смену часовых поясов.

Рассмеявшись, Брайан чмокнул меня в макушку и, крепче обняв, погрузился в сон. Я же никак не могла заставить себя уснуть, думая обо всех изменениях, произошедших за последние девять месяцев. Моя жизнь, да и я сама, сильно изменилась. Я ощущала себя женщиной, а не той испуганной девочкой, умиравшей от страха при виде Брайана Бейкера. Сейчас мысль о том, что я могу его бояться, казалась просто смешной. Он, конечно, все еще оставался властным мерзавцем, но он был МОИМ мерзавцем, которым я могла с легкостью управлять, если хотела. Я поняла, что на свете не существует вещей, которых бы он для меня не сделал, и иногда бессовестно этим пользовалась. Он был полностью под моим каблучком, хотя сам и не признавал этого. Я перестала также испытывать беспокойство по поводу других женщин, ведь Брайан ясно давал мне понять, что в постели его интересую только Я. Мы не раз встречали его бывших спутниц, включая и саму мисс Гупта, но теперь я ничуть не сомневалась в себе и в Брайане, и поэтому им не удавалось оскорбить меня. Мой муж научил меня противостоять завистницам. Брайану нравилось, как я отвечала, заявляя на него свои права в качестве законной жены. Как бы удивительно это ни было, но он любил, когда я проявляла собственнические чувства по отношению к нему. Мой муж был для меня непостижимой загадкой, которую я так и не смогла разгадать до конца.

Не открывая глаз, я пошарил рукой по постели в поисках Синди, но, так ее и не обнаружив, все-таки разлепил веки, оглядывая комнату. Видимо, Синди задвинула шторы, чтобы помешать солнечному свету проникнуть вглубь комнаты. Разыскав часы, я обнаружил, что проспал первую половину дня. Обычно я себе не позволял столько валяться в кровати, вставая засветло. Выбравшись из постели и наскоро приняв душ, я спустился вниз в поисках Синди и чего-нибудь съестного – голод давал о себе знать, учитывая, что я так ничего и не ел в самолете. На кухне звучал смех моей матери и нежный голосок моей жены, рассказывающей какие-то забавные вещи. Подкравшись сзади, я прислушался и понял: речь идет обо мне.

– Боже, это была просто катастрофа! Брайан не мог даже лук порезать…

Засмеявшись вновь, Дайна ответила:

– Да, Брайан всегда отличался привередливостью.

– Не очень-то хорошо обсуждать человека, пока он спит. И между прочим, я многому научился с тех пор, как Синди пыталась повысить мои навыки кулинарии, – обнимая сзади жену, констатировал я, даря Дайне улыбку.

Синди замешивала тесто, и ее руки были заняты, но она, повернувшись, поцеловала меня в уголок губ.

– Как спалось, милый?

– Хорошо, и я просто умираю с голоду.

Отстранившись от Синди, чтобы не мешать, я присел за стол, наблюдая за ее плавными движениями, пока она месила тесто.

– Что бы ты съел… рыжик?

При последнем слове, которое она добавила чуть погодя, я остолбенело взглянул на нее.

– ДАЙНА!!!

Они обе рассмеялись при виде выражения моего лица, совсем не напуганные моим гневным восклицанием.

– Поверить не могу, что ты все же осмелилась на это, Синди. Помнится, в детстве Брайан каждый раз бил бедных детей, осмеливающихся отпустить комментарий насчет цвета его волос. Думаю, это волновало его даже больше, чем то, что он напоминал пончик.

Я злился, но одновременно меня радовало видеть мать такой счастливой, пусть и за счет обидных шуток надо мной. Вымыв руки, Синди подошла ко мне вплотную, взъерошивая мои волосы.

– Я обожаю твои волосы, несмотря ни на что, – веселясь, сообщила эта проказница.

– Они не рыжие! – вскинулся я возмущенно.

– Правда? – поинтересовалась Синди, хлопая ресницами, и при этом вид у нее был самый что ни на есть невинный, но я-то знал, как она любит меня дразнить в отместку за то, что я часто делаю то же самое.

– Ну держись, котенок, будет еще и на моей улице праздник, когда Джек начнет выбалтывать все твои детские секреты.

– Мне нечего скрывать, – гордо заявила она, но было очевидно, что ее бравада напускная и ей явно есть что скрывать в отличие от ее слов.

– Мне казалось, ты голоден?

– Весь аппетит с вами пропал, – проворчал я, целуя ее пальчики.

– Правда? Значит, ты не будешь мои булочки с корицей? – хитро спросила мама.

– Те самые?

– Угу.

– Черт, да за них я готов простить вам двоим все ваши насмешки, – возбужденно проговорил я, вдыхая воздух, пропитанный запахом свежей выпечки, удивляясь, как это я не обратил внимания на этот аромат, так любимый в детстве. Я безошибочно всегда угадывал, когда Дайна пекла мое любимое лакомство.

– Я так и думала! Я же говорила, Синди, за сладкое мой сын простит что угодно.

– Не всех и не все, но вас я определенно прощу, девочки, – хватая горячую булочку, только что вытащенную Дайной из духовки, заявил я.

Синди отошла налить нам чаю, пока Дайна присаживалась рядом.

– А где все остальные?

– Твой отец и Джек в гараже разбирают всякий хлам, которому давно место на свалке, – недовольно произнесла Дайна, поблагодарив Синди, когда та поставила перед ней чашку.

– А Лесли чего-то там захотелось, и Харди поехал выполнять ее очередной каприз.

Намазав булочку маслом, я положил ее Синди на тарелку, а затем принялся намазывать свою. Слушая о проделках Лесли, которая все время чего-то хотела, будь то мороженое или чизкейк с солеными огурцами, бедному Харди явно приходилось нелегко.

– Как же я соскучилась по моей девочке! – заявила миссис Эндерсон, заходя в кухню и приобнимая Синди.

Мы уже закончили есть, и Синди, убрав со стола, собиралась помочь Дайне с праздничным ужином. Мне нравилось наблюдать за Синди. Когда жена разговаривала с матерью или Джеком, она становилась такой счастливой. Я прекрасно понимал, что она сильно скучает, когда меня нет дома, а в последнее время из-за работы я отсутствовал слишком часто. Я понял свои заблуждения, думая, что расстояние от родных и Джоша поможет мне удерживать Синди в своей власти. Но теперь я не хотел власти над ней, мне нравилось наше равноправие в отношениях, которые мы не сразу, но все же сумели построить. Я хотел вернуться в Лос-Анджелес, зная, как это осчастливит Синди. Через четыре месяца это будет реальным, и мы вернемся уже навсегда.

Вскоре женщины выгнали меня из кухни, заявив, будто я мешаю им вести их женские разговоры. Отправившись на поиски мужчин, я вошел в гараж, где отец с Джеком смотрели бейсбол, попивая пиво.

– Так, так, а я-то думал, вы ремонтируете всякий хлам.

– Черт, нельзя же так пугать, Брайан! – воскликнул Джек, делая очередной глоток пива.

– Так чем же вы занимаетесь? – поинтересовался я.

Зачем смотреть телик в грязном гараже, если они могут спокойно сделать это в доме?

– Прячемся от своих жен, что же еще?

– Вот как? И позвольте поинтересоваться почему? Лично меня они сами выгнали.

– Скажем так, твоя теща с матерью становятся немножко невыносимыми, когда дело касается приготовления праздничного ужина. И поверь моему опыту, лучше в этот момент не находиться в пределах их видимости, – со знанием дела поведал отец.

Пожав плечами, я взял предложенную Джеком банку пива, присоединяясь к ним, хотя и не был большим фанатом этого вида спорта. В прежние времена я бы пошел поработать, чем торчать здесь без дела. Но, во-первых, Синди запретила мне работать, пока мы здесь, и, во-вторых, она научила меня просто расслабляться, когда есть на это время. Так что провести несколько часов с отцом и тестем оказалось не так уж и плохо.

– Ты прекрасно выглядишь, – обнимая сзади и любуясь нашим отражением в зеркале, прошептал Брайан мне на ушко, слегка целуя его.

На мне было черное платье свободного покроя, отделанное стразами.

– Спасибо, ты тоже, рыжик.

Я просто не смогла удержаться, чтобы не сказать этого. Утром он меня просто убил своей реакцией, мне так нравилось его дразнить.

– Синди-и-и! – он буквально прорычал мое имя, поворачивая меня к себе и целуя в губы.

Я незамедлительно ответила, показывая, как скучала по нему днем. Руки сами нашли его волосы, перебирая пряди и слегка оттягивая их, от чего он застонал, наверное почувствовав небольшую, но приятную боль.

– Не начинай того, что не сможешь закончить, – отстраняясь, прошептала я, еще охваченная страстью его поцелуя.

– Черт, я определенно собираюсь кончить.

От его пошлого намека я покраснела, но все же не позволила смущению овладеть мной.

– Возможно, позже, но сейчас нам определенно стоит спуститься.

Брайан что-то недовольно проворчал, еще раз поцеловав меня, затем предложил мне руку, провожая меня из комнаты. Войдя в гостиную, я поняла, что все уже собрались и оживленно о чем-то разговаривали, смеясь. Дерик наливал всем напитки, слушая их предпочтения, Харди отбивался от кулачков Лесли, явно веселясь от ее выходки, а мои родители сидели в одном кресле в обнимку. Я вдруг осознала, что в комнате собрались четыре супружеские пары, и одна из них – мы с Брайаном.

Это было так странно – чувствовать себя взрослой.

– Милая, что ты будешь? – спросил Дерик, передавая Брайану виски.

– Просто сок, спасибо.

Об алкоголе я и думать не хотела после своего давнего позора. Брайан все время пытался меня споить, заявляя, будто хочет проверить какую-то там теорию, но я упорно не хотела идти у него на поводу, помня, какие ждут меня мучения наутро от похмелья.

Покончив с напитками, мы перешли к столу, который был, как всегда, безупречно сервирован. Все начали произносить тосты, вспоминая моменты из жизни Дерика и Дайны. Глядя на счастливую пару, мне было так радостно и грустно. Будем ли мы с Брайаном так же счастливы через столько лет брака, как его родители? Сейчас все казалось идеальным, но что нас ожидает потом? Как долго продлится брак без любви, может ли он продержаться на одной симпатии и страсти?

Вечер неспешно подходил к концу, и, как только все было съедено, мы предложили мужчинам отправиться в гостиную, пока будем убирать посуду. Правда, Брайан заявил, что уже позвонил куда надо и уборкой мы сегодня точно заниматься не будем, тем более мы и так сегодня из кухни не выходили. Он мог быть таким заботливым, когда хотел. Также он подарил своим родителям от нашего лица возможность отдохнуть на острове, где мы провели медовый месяц, и не принял никаких возражений, заявив, что даже позаботился об отпуске в больнице для отца.

Наметив пикник на завтра, все начали расходиться по комнатам, а мои родители отправились домой. Поднявшись в комнату, я спросила о том, что не давало мне покоя:

– Мне интересно, а в школьные годы ты водил сюда девочек?

Брайан удивленно поднял брови, явно не ожидая от меня такого вопроса.

– А что, вы ревнуете, миссис Бейкер? – расстегивая пуговицы своей рубашки, поинтересовался он.

– Нет. Просто я тут подумала, это же вроде крещения – заняться этим в своей комнате, пока родители думают, что ты просто занимаешься математикой с девочкой из своего класса.

Брайан искренне рассмеялся, присаживаясь на кровать.

– Что за глупые штампы, родная. К твоему сведению, ты единственная девочка, которая вообще сюда заходила, кроме Лесли, конечно. Но родственники, я думаю, не считаются.

– Серьезно?

Мне почему-то не очень в это верилось, зная тот успех, которым он пользовался у слабой половины человечества.

– Уж поверь мне, в то время я не был таким озабоченным, как сейчас, чтобы рисковать быть застигнутым в самый неподходящий момент.

Подойдя, я оседлала его, стягивая рубашку, которую он уже успел полностью расстегнуть.

– А сейчас ты достаточно озабоченный? – прошептала я ему в шею, покрывая его горло поцелуями и ощущая, как двигается его кадык, просто сводящий меня с ума.

– М… Ты себе даже не представляешь насколько, детка.

Не теряя времени, Брайан запустил руки мне под короткий подол платья, сразу же стаскивая с меня трусики. Я не стала возражать, хоть и не понимала, почему он сначала не снял платье. Отбросив ненужный кусочек ткани, он стиснул руками мои ягодицы, прижимая меня к своей эрекции. Невольный стон слетел с моих губ. Отыскав его губы, я прильнула к ним, сразу же вторгаясь в рот языком, срывая с его губ грубые стоны, чувствуя, как Брайан пытается одной рукой расстегнуть брюки, пока вторая его ладонь все еще поглаживала мою ягодицу. Слегка приподнявшись, я помогла ему высвободиться из брюк, слегка спустив их. Я хотела снять платье, чтобы почувствовать его всем телом, но он не позволил.

– Нет, не снимай, пусть платье останется.

Он просто спустил его с одного плеча, развязав шнуровку на спине. Схватив за волосы, заплетенные в косу, он повернул мою голову набок, подбираясь к шее. Выводя языком непонятные линии на моем плече, Брайан ласкал мою грудь поверх платья. Соски, не защищенные лифчиком, тут же напряглись, затвердев и выделяясь под тонкой тканью. Залюбовавшись этим зрелищем, он спустил платье еще ниже, пока не высвободил грудь. Со стоном он взял ее в рот, посасывая сосок, и я нетерпеливо заерзала, побуждая его действовать.

– Черт, Брайан, сейчас.

Я хотела быть под ним, принимая все, что он мне даст.

– Как скажешь, милая.

Я даже не поняла как, но он уже был во мне, начав быстрым темпом погружаться в меня, все еще посасывая мою грудь. Я громко застонала. Видимо, слишком громко, так как Брайан закрыл мне рот ладонью.

– Думаю, тонкие стены являлись одной из причин, почему я никогда не приводил сюда девочек. Так что будь тихой.

Черт, как он может просить меня быть тихой, когда делает со мной такое? И какого черта он упоминает других женщин, когда он во мне? Вспомнив, как в каком-то фильме женщина сосала пальцы партнера, чтобы не закричать, я взяла руку Брайана, которую он уже убрал от моего рта, и взяла в рот его пальцы, начиная посасывать их, глядя прямо в его обезумевшие глаза. Могу поклясться, ему это понравилось. Его движения стали жестче, крепко схватив меня под попку, он начал хаотично врываться в меня, пока не довел нас обоих до сумасшедшей разрядки.

– Я чертовски рад, что не опробовал свою комнату раньше, – все еще распластавшись на мне, пробормотал он в мою грудь, обдавая ее своим дыханием.

Я рассмеялась, услышав его слова и оглядев нас: он даже не снял свои брюки, а на мне все еще было мое платье.

– Мы определенно повели себя как школьники.