27. Велизар. Слово колдуна

Знал Велизар, что Радей их обманет. С того момента знал, как жениха Бажены в Добрице нашли, да он отговариваться начал. От того злился, что так легко упустили его да позволили заколдовать Бажену. И хоть колдовство не было опасным и, как говорил Радей, всего лишь должно было призвать дух прежней Бажены, избавиться от него было не так просто. – Иди, лови колдуна, – сказала Златослава, видя сомнения Велизара. – А я с ней останусь. Нельзя было колдуна упустить да позволить ему в Белодворье бесчинствовать. Кому, как не живущему здесь ведьмаку, о покое людей позаботиться? Да все ж казалось, будто сберечь Бажену важнее. Что, если дух прежний вернется, когда его рядом не будет. Но Златослава будто мысли его прочесть сумела, пообещала ему: – Ежели дух родной к телу вернется, не позволю ему так просто Бажену твою прогнать. Не исчезнет она, с тобой не простившись. Кивнул он ведьме. Снова в помощи ему не отказала да о сомнениях поняла. Не пропадет с ней Бажена. Весь день искали ведьмаки да нечисть след колдуна и пытались поймать Радея. Тот от Белодворья далеко не уходил, но поймать себя не давал. Только скажут бесы или луговики, где Радея увидели, как он в новом месте оказывается. Так ни с чем домой отправился. Темнело уже, да устал весь день за Радеем по городищу бегать. Не поговорить с Баженой, не прикоснуться к устам её. Она сама за ужином как о колдуне расспросила, лишь коротко о чудесах своих рассказала, и что пришлись чудеса по нраву купцам да боярам. Не в обиде на него, что рядом быть не может, понял Велизар. Да будто не думает, что так скоро в свой мир уйти сможет, продолжает с Тихославом о чудесах договариваться. Стоит ли ему, как велел Пересвет, искать способ вернуть Бажену в родной мир, или она здесь остаться пожелает? Не стал он о том сегодня у неё об этом спрашивать. Ночь подступает, всем им отдохнуть перед новым днем нужно. Не ждал он, что пройдет за ним в комнату. И снова повод будто придуманный. Видать Тихослав принес обещанную долю от продажи чудес. А Велизар о том не спросил – позабыл за службой своей, что Бажена в его отсутствие дела с кузнецом ведет. – Это много, – пояснил он о количестве перечисленных Баженой шкурок. Да ведь точно уже сама у Златославы или у кузнеца обо всем спросила. Не стал говорить о большем. Ни к чему слова, когда потерять Бажену в любой миг может. Прижал к себе и губ коснулся. И разве мог отпустить её теперь, когда она сама к нему пришла? Ни к чему ей на печи одной спать, когда Велизар давно невестой своей считает. Вот разберется с колдуном, освободит Бажену от проклятия и… – Тебе нужно спать, – Бажена вдруг отстранилась и напомнила: – Завтра еще колдуна ловить. Он отпустил. Не станет её держать. Но вдруг остаться захочет? Не захотела. Посмотрел Велизар на закрывшуюся дверь. Да мог только стоять молча и надеяться, что передумает девица. Наутро чуть свет встал и сразу к Пересвету отправился. Будто боялся ответ узнать, да не тот, на который надеялся. И Радея найти надо – не должно ему об ином думать и время попусту тратить. Как накануне, поймать Радея не могли, хоть каждый раз точно знали. где он появлялся. Ведьмаков много, колдун один, да вся нечисть против него объединилась. Так от чего поймать его не могут? – Боится нечисть Бездны, – покачал головой Дрогомир. – Известят о том, где Радея видели, а сражаться с колдуном не станут. – Радею Бездна помогает. Пусть ведьмаков и больше, да везде оказаться не можем, – сказал другой ведьмак. – Соберем каждого, кого сможем, – предложил Ярополк. – Кто на завтра в дозор должен отправиться, останется – не успеют прорваться твари, ежели ведьмаки на день опоздают. А кто на отдых вернулся, завтра к другим присоединяться. Станем по городищу гонять, пока в ловушку не заманим. – Не опасно ли в городище колдуна ловить? – возразил Дрогомир.– Выманить нужно, – согласился Велизар. Да так, чтобы не понял Радей, что мы его из Белодворья прогнать пытаемся. Как решили всё о ловушке, ведьмаков всех известили, отправился домой. И Златославу о помощи просить придется. Да как Бажену сберечь? Сама Златослава на помощь вызвалась, едва о колдуне услышала. И как о Бажене озаботиться выход нашла. Не посмел бы сам Велизар другого о таком заклятии просить. Одно дело двор свой оградить от любого зла, другое дело – ловчую сеть сдержать и одновременно с тем колдуна ловить. Но вдвоем с делом справиться легче. Сплелась сила Златославы с его, сомкнулось заклятие над двором прочным куполом. Какой дух проникнуть внутрь осмелится, застрянет, высвободиться не сможет, а Велизар сразу о том узнает. И все же сеть сил много требует. Лишь до утра продержится, а там, если колдуна поймать не сумеют, снова ставить сеть придется. И всё же спокойней было, когда знал, что ничего не грозит Бажене. Да нет и в Златославе желания извести соперницу, что бы о чувствах её Пересвет ни говорил. От того уверен был, что вместе с соратниками с Радеем запросто справятся. Что колдун, едва к Бездне прикоснувшийся, сможет против нескольких ведьмаков? Поймет ли сразу, что и нечисть ведьмакам помогает? Всё шло, как и задумали. Не распознал Радей хитрости, да вышел туда, где ждали его. Готовы были ведьмаки к тому, что вновь сбежать попробует. Едва Радей брешь откроет, они её запечатают. Заклятие злое сплетет – в миг рассеют. Да не извести, а вновь пленить пытались. Чем гадать над проклятием, не проще ли у колдуна выведать? Чем по миру искать потерянный дух Бажены, не у Радея ли спросить о том, где она прячется? Хоть много ведьмаков на поимку колдуна собралось, да все схватить его не удавалось. Как они заклятия его развеять могли, так и Бездна легко силу ведьмаков поглощала. Да все ж вечно отбиваться не сможет, подумал Велизар, стиснув зубы. А сам едва сдерживался, чтоб не сжечь лиходея, как и любое порождение Бездны. Засмеялся Радей. Хоть в угол загнан да сбежать не сумеет, а будто не страшится погибели. – Думаешь, ведьмак, от меня избавившись, удержать Бажену сможешь? – обратился он к Велизару. – Лишь вернется прежний дух девицы, так не признает тебя и быть с тобой откажется. А ежели поймешь, что Бажена с Бездной связана, сможешь ли своими руками извести её? Радей снова засмеялся. А Велизар его не слушал. Пока того не случилось, и думать не о чем. Найдется ли прежняя девица, никому не ведомо. И верны ли слова Радея о связи её с Бездной? Да хоть не слушал, а каждое слово в душе отзывалось, будило в нем гнев, прежде неведомый. И хоть чувств своих Велизар не показывал, а Радей будто знал, о чем он думает. – Да разве та, что место Бажены заняла, честна с тобой? Веришь ты ей, сберечь пытаешься, а так уверен, что дух её не Бездной рожден? Не от того ли к себе не подпускает, что лишь ждет твоей защиты, а не о тебе думает?.. Продолжал говорить Радей да смеяться над Велизаром. И все сомнения будто ярче становились. Не о Бездне переживал Велизар, а о том, что не мил девице. Не о прежнем духе тревожился, а что ту Бажену, которую знает, легко потерять может. Не хотел Велизар слышать слов колдуна. Да злость пробудила вновь желание навеки избавиться и от него, и от правды о Бажене. Будто против воли взметнулось яркое ведьмовское пламя. Сожжет Радея, коли так скоро поймать не могут. Избавит мир от зла, ежели уберечь от него Бажену не может. – Остановись! – услышал оклик одного из ведьмаков. Да останавливаться не собирался. Ни к чему им с колдуном Бездны дела вести. Но вдруг почувствовал, как схватили его, не дав закончить заклятие. Погасили ведьмаки пламя, что едва колдуна задеть успело. А тот, воспользовавшись заминкой, открыл брешь и в ней скрылся. – Зачем не дали лиходея сжечь?! Как сбежать позволили? – выкрикнул Велизар. – Да ежели ты гневу поддашься, чем лучше колдуна станешь? – покачал головой Дрогомир. – Решили же поймать, да о проклятии выведать. Как самим понять, если за столько времени найти его не смогли? – напомнил о поимке и другой ведьмак. – Знаю, что о невесте тревожишься, – вдруг поддержал Велизара Ярополк. – И сам бы с колдуном дел вести не стал. Да как никто другой знаю о том, как легко гнев разум застилает и верх над силой ведьмака берет. Дернулся Велизар, освобождаясь из захвата ведьмаков. Те держать не стали, а Велизар посмотрел на них со злостью. Коли близких потерять могли, стали бы они с лиходеем церемониться? Тут и Пересвет подошел, что с дружиной в стороне стоял да готов был на подмогу ведьмакам явиться. – Велел же выведать у колдуна о проклятии прежде, чем жечь его, – сурово сказал Велизару. – Да ежели ты гневу бы не поддался, сумели бы дожать лиходея. Едва не сдался под вашим напором. И лишь слабину заметив, сбежать сумел. Понял Велизар, что и сам повинен в новом побеге колдуна. Да уж лучше бы сжечь его позволили. Молчал, ни о чем собратьям не сказал. – Уведи его, – обратился Пересвет к Златославе. – Да пока в себя не придет, из дома не выпускай. А ты, Анчутка, помоги вновь след Радея выискать… Взяла Златослава Велизара под руку да повела прочь. – Знаешь же, что Радей нарочно говорил, чтобы тебя отвлечь. От чего уговорам его поддался? Велизар молчал. И Златослава, что лишь утром от помощи не отказала, не поняла о том, отчего слова Радея больнее когтей тварей били. Так о чем тогда говорить ей? – Знаешь же о том, что сила твоя хоть с Бездной разные корни имеет, да стоит чувству поддаться, так одно от другого неотличимо станет, – продолжала Златослава. – У каждого Бездна забрать дорогое может. Да только нам, ведьмакам, под силу с ней справиться. От того забывать негоже о том, что прежде над собой власть иметь нужно, и лишь тогда магия тебе покорна будет. Знал об этом Велизар, да злость не отступала. А стоило в избу войти, как разгорелись чувства с новой силой. Вспомнил о словах Радея и о том, как совсем недавно оттолкнула его Бажена. Так потерять её боится. А что, если прав Радей, да терять ему нечего? Не слышал слов, что Златослава говорила. Лишь на Бажену глядел и ощущал, как разливается вокруг его магия. Права Златослава, что о долге ведьмака напомнила. Да будто так легко унять боль будущей потери, что сильнее прочего казалась. Шагнул к Бажене. Одно слово её способно магию ведьмака усмирить. Один взгляд ласковый – сумеет с собой справиться. Лишь бы знать, что мил ей, и не станет словам Радея верить. О наказе Пересвета забудет и навек рядом с собой оставит. Шагнул к ней, ища утешения своим мыслям: – Одно слово твое, и сам от Радея избавлюсь. Не позволю сбежать, пока другие о поимке думают. Посмотрела на него Бажена, но не ответила – Лишь скажи, что моей станешь, не стану Пересвета слушать и вести о духе Бажены искать. Сгинет лиходей вместе со знанием, как тебе в свой мир вернуться. Молчала девица, а в ушах смех Радея слышался. Сжал кулаки, как вместо теплоты страх в глазах Бажены заметил. Отступила на шаг, испугавшись его силы. А ведь еще вчера сама искала повод подойти к нему. Казалось, что не может так просто отпустить её. Подошел, прижал к себе, поцеловал, будто мог этот поцелуй её рядом удержать. Одного поцелуя казалось мало. Столько дней сдерживаемое желание казалось непреодолимым. Сильнее сжал объятия. Но Бажена оттолкнула его. И он отпустил. Злость сменилась разочарованием. Смотрел на нее, не веря, что не нашлось в сердце Бажены я него места. Не станет больше искать её взгляда. Как велел Пересвет, найдет способ домой вернуть. Не станет девицу неволить и при себе держать. Да больно душе было от того, что все мысли о ней оказались напрасны. Вышел из избы и оглянулся. Все во дворе его говорило о присутствии Бажены. Где переставила по-своему, а где порядок навела. Набрал воды с колодца. Охладила вода студеная его мысли, да не приглушила тоски о девице. Зашел в баню, где она еще переделать ничего не успела. Скинул рубаху и вновь прохладной водой обмылся. Что станет делать завтра, когда вновь ловить колдуна придется? Да как проще жизнь его была, когда ни о чем, кроме Бездны, думать не приходилось! Шаги услышал у порога. Не Златослава ли явилась напомнить о том, что ему делать должно? Да видеть никого не хотел. Прогонит поленицу, если заговорить с ним задумала. Дверь в баню распахнулась. Он оглянулся на вошедшую Бажену. Заалели ее щеки, как только она увидела его. Скользнула взглядом по телу и в глаза посмотрела. Подошла совсем близко. И зачем на себя воду лил, если снова, лишь увидел, а в голове одни желания о ней? – Я не достаю, наклонись, – сказала она, когда не смогла дотянуться до его губ. Послушно склонился над ней, прикоснулся к устам, и будто мёда хмельного испил. А как обвила его руками, так не осталось сил сдержаться. Прижал к себе её теплое тело, а после усадил на палати, чтоб ближе была к нему, и не пришлось бы девице тянуться за поцелуем. Руки девицы, будто легкие крылья бабочки, касались его тела, вот бы и ему дотронуться до её кожи. Разделяла их тонкая ткань, а как хотелось, чтоб и её не было. Стон Бажены вторил его желаниям. Поднял задравшийся подол её рубахи, провел рукой по теплой коже. Не испугается ли собственной смелости и его близости? Отстранился. От ставших невыносимыми чувств проснулась магия. Хотелось обхватить Бажену не только руками, но и скрыть от мира своей ведьмовской силой. Увидел в очах её отражение собственного желания. И больше не стал сдерживаться. Одной рукой развязал узел на поясе, скинул мешавшие штаны, и прижал к себе девичье тело. Бажена обняла его ногами, будто и без того их близости было ей мало. Остановился на миг, когда понял, что не знала она прежде мужской ласки. Дал свыкнуться с новым ощущением, и продолжил двигаться, ловя губами каждый её стон. Яркой вспышкой накрыло удовлетворение и мысль, что Бажена теперь только его. Почувствовал, как и девица дрожит от удовольствия, и лишь крепче прижал её обмякшее тело. Уткнулся носом в её волосы, вдохнул запах трав. Разве ж может он отпустить её теперь хоть на миг? И все же отступил на шаг, посмотрел на её раскрасневшееся лицо. И вдруг остро почувствовал, что должен снова и снова прикасаться к ней, ощущать её тепло и нежность. Поймал её растерянный, но совсем не смущенный взгляд. Неужели она хочет того же? И все же быстро оделся, подхватил Бажену на руки – а вдруг опять решит всё по-своему и уйдет? Вышел из бани и зашагал к избе. Там в комнате, опустил на пол около кровати. Стянул с неё рубаху. Бажена не сопротивлялась. И когда он избавился от собственной одежды, вновь прильнула к нему. Велизар уложил её на мягкую перину, склонился сам над Баженой. Ответил на поцелуй, когда она чуть привстала и к губам его потянулась. Провел рукой по обнаженной коже. Дотронулся до груди и поймал новый стон желания девушки. Смела Бажена и в любви искусна. Вспомнил Велизар, что дух её из другого мира. Любила ли она кого-то там? Ждет ли её возвращения суженный? Да вправе ли он держать её, если Бажена в родной мир уйти пожелает? Тем острее было сейчас его чувства. И Велизар не упускал ни одного мгновения, прижимал крепче её податливое тело. Любил так, будто она исчезнет уже завтра.