26. Бажена. Шкурки пушных зверей

Златослава, которая все это время в разговор не вмешивалась, но порой прислушивалась к словам, подсела ко мне и спросила: – О чудесах из мира своего с кузнецом говорила? Я кивнула в ответ. – Ежели так ценны они, что даже бояре за право выкупа торгуются, не наведешь ли смуту? – продолжала Златослава. – Не накличешь ли на кузнеца беду? Сама ты под защитой Велизара, а кузнец – человек простой. Где чудеса да богатства, туда и тать заглянуть попытается. – Тихослав не ребенок, – отмахнулась я. – Разберется, как себя сберечь. Да пока не так много у нас чудес, чтобы было, о чем переживать. К тому же не все мои изобретения могут прижиться, подумала про себя, вспомнив о шторах, которые никому, кроме меня, так и не нравились. Но хоть слова Златославы меня расстроили – совсем не хочется думать, что мои достижения могут стать для кого-то помехой – логика в ее замечании была. Стоит ли предупредить Тихослава, чтобы был осторожнее? – Скажи, на что мне хватит? – вместо того, чтобы спорить, я пододвинула к Златославе узелок с деньгами. Сколько тут нахожусь, а с ценностью местной валюты так и не ознакомилась. Может и правда за одну мясорубку можно купить половину Белодворья? Златослава пересчитала содержимое, перевела монеты в шкурки пушных зверей*, коней и коров и перечень прочих полезных вещей. Хотелось бы конечно услышать курс к родному рублю, но вряд ли я так быстро найду обменник. Придется изучать ценность шкурок. Ну или радоваться, что я могу прямо сейчас купить пару коней и седло на сдачу. Решила, что позже расспрошу о том же Велизара. Послушать его будет приятно, и я с нетерпением ждала его пояснений о шкурках. Велизар с Анчуткой вернулись поздно. Солнце клонилось к закату, и в избе начинало темнеть. Велизар рассказал, что так быстро вновь поймать Радея им не удалось. Но теперь они знают точно, кого искать. При помощи нечисти могут отследить, куда он проходит сквозь Бездну, и где таится. Так быстро оказаться там, куда отступает колдун, ведьмаки не могут. Но каждый считал, что поимка колдуна – дело времени, и они обязательно найдут способ опередить его. Новости немного меня успокоили. Потому решила дать волю своему любопытству. Скользнула в комнату за Велизаром – на завтра ведьмакам предстоит много работы, и он собирался спать. Но уверена, на один вопрос ему времени хватит. Он не стал меня прогонять. И когда я перечислила названное Златославой количество шкурок, коротко ответил: – Это много. Уточнить, насколько много, не успела. Он шагнул ко мне, обнял и склонился за поцелуем. По телу будто пробежал электрический ток – любой вопрос в этой комнате заканчивается вот так. Не зря я думала, что комната ведьмака зачарована, как и весь его двор. Я не сразу заметила, как поцелуй Велизара стал требовательнее. И лишь когда его руки заскользили по моему телу, поняла, что вопрос о шкурках одним поцелуем не закончится. Вдруг подумала, что совершенно не готова так сразу решить, как и когда можно сделать следующий шаг в наших отношениях. Конечно, мысли о близости не раз приходили и в мою голову. Мне и сейчас хотелось ощутить тепло его кожи, почувствовать на себе прикосновения Велизара, не ограниченные разделяющей наши тела одеждой. Но как к подобному относятся в этом мире? Есть ли тут правило “трех свиданий” или влюбленные ждут до свадьбы? Считается ли вопрос о прыжке через костер признаком серьезности намерений или есть еще какие-то правила? Так скоро спросить об этом мне не у кого. А отношения с Велизаром – не то, в чем я хотела ошибиться. Отстранилась, но Велизар не отпускал. – Тебе нужно спать, – тихо сказала я и напомнила: – Завтра еще колдуна ловить. Велизар остановился, посмотрел на меня. В сгущающейся тьме сложно было понять выражение его лица, и о чем он думает. Но он вдруг разжал объятия и отвернулся. А я выскочила из комнаты. Сказала себе, что всё делаю правильно, но почему-то не отпускала мысль, будто что-то не так. Жалею о том, чего не случилось? Возвращаться назад уже поздно и глупо, – сказала себе и забралась на печь. Велизар ушел рано, отказавшись от завтрака. Анчутку прихватил с собой, а спрашивать о сомнениях у Златославы было неловко. И всё же от чего-то я чувствовала себя виноватой. За домашними делами сомнения отступили. Единственное, что меня тревожило сейчас: а не напрасно ли я шью себе теплую одежду и разбираю светлицу? Хоть и говорила себе, что Велизар со всем разберется, а дела не шли. Все чаще приходила мысль, что пушных шкурок в денежном эквиваленте у меня достаточно и, возможно, скоро будут еще. Не лучше ли всё необходимое просто купить? К тому же хотелось знать точно, что дело выполнено не зря. Потому собрала оставшиеся от шитья лоскуты и стала мастерить прихватки. Даже если меня отправят домой, и я не смогу ими воспользоваться, они пригодятся Анчутке и местным рукадельницам как образец. В этот раз Златослава решила присоединиться к забаве и тоже взялась за шитье. Она хоть ведьма и воительница, а с иглой управлялась ловко. Я даже сначала немного растерялась – уж слишком хорошо у нее выходило шить диковинную для местных вещь. Настолько хорошо, что она стала меня раздражать своей идеальностью еще больше, чем когда-то Анчутка. – Не ты ли говорила, что против чудес из моего мира? – проворчала я, когда не нашла, к чему придраться. – Не говорила я, что против, – возразила Златослава. – Лишь напомнила о таящихся опасностях. Коли все люди были бы честны, разве появлялись бы такие, как Радей? Я промолчала, снова мысленно согласившись с ведьмой. Но вслух спросила: – Думаешь, что прежняя Бажена тоже виновна в связи с Бездной? – Как о человеке судить, пока не сам всего не увидишь? – ответила Златослава. – Коли явится её дух на зов, колдуном оставленный, так и поймем обо всем. – А когда он явится? – я вздрогнула, вспомнив, что Златослава осталась следить за мной вовсе не из вредности, а чтобы поймать настоящую Бажену. – И что со мной будет? Златослава пожала плечами. – Никто не ведает, что сталось с Баженой. Да тебе тревожиться не нужно, без помощи не оставим. Коли не найдем способ в мир родной воротить, неприкаянным духом скитаться не будешь. Как-то так вышло, что за время короткого разговора я успела проникнуться к Златославе уважением. Как и говорил Тихослав, нужно быть благодарной за ту помощь, что она оказывает и Велизару, и мне. А многое из того, что она говорит, правильно и логично. И даже с тоской подумала, что если меня отправят назад, не так уж плохо будет, если она останется рядом с Велизаром. – Спасибо, – сказала ей я. – За что? – удивилась Златослава и посмотрела на меня. – За то, что помогаешь. И что Велизара спасла, – уточнила я. – Да разве ж можно иначе, – вдруг она смутилась и отвернулась. А я могла лишь улыбнуться. Наше с ней знакомство не очень удалось, но Златослава не так плоха, как мне казалось в начале. Возможно, мы могли бы с ней и подружиться, если бы не стали соперницами. И все же, когда Велизар вернулся, больше не испытывала досады, что как Златослава не могу обсудить с ним планы о поимке колдуна. А взгляд Велизара, который то и дело ловила на себе, напоминал о прошедшем вечере и вызывал смущение. А что, если о местных традициях спросить у Златославы? Будет ли это правильно или всё-таки лучше написать Ладомиле? Хотя описать проблему в письме казалось еще более неловким. Ох, как же мне не хватает телефона, решающего проблему расстояния и общения с подругами на подобные темы! – Мало ведьмаков в Белодворье, – сказал Велизар, как поведал о неудачах в поимке Радея. – Кто в дозор нынче не отправился, да негоже вверенные земли надолго без присмотра оставить. – Назавтра и я ловить колдуна отправлюсь, – твердо сказала Златослава. – А как же дух прежней Бажены? – испуганно напомнила я. Что-то встречаться с хозяйкой моего тела мне не очень хотелось. Ну мало ли, чем эта встреча может закончиться. Например, раздвоением личности, если она решится подселиться назад. – На защиту вокруг двора поставим заклятие ловчей сети, – предложила Златослава. – А чтобы крепче была защита, своей силы добавлю. Велизар кивнул, согласившись с ведьмой и напомнил о проклятии. Прикоснулся ко мне, выискивая его след. Смутилась, вспомнив о его вчерашних объятиях. Но Велизар, закончив с плановым осмотром, отступил. А утром, как и договорились, Велизар со Златославой укрепили защиту вокруг двора и ушли на поимку колдуна. Я прикоснулась к невидимой стене, ощутив теплую магию Велизара и прохладную, будто свежий ручей – Златославы. Хоть и говорила себе, что это всего лишь помощь ведьмы, такое сплетение магии вновь пробудило мои сомнения. Как моя связь с домовым сделала меня хозяйкой в доме Велизара, так теперь и заклятие Златославы связывало ее с ним. – Думаешь, правы они, что хотят меня домой отправить? – спросила домового, который вышел со мной посмотреть на стену. Он ответить не мог, но показал знак “ок”, который я сочла за поддержку. Вернулась в дом к ожидающим меня делам, а сама думала, как бы мне встретиться с Ладомилой. Доверить свои сомнения бумаге я бы ни за что не решилась. Но посоветоваться на счет Велизара было нужно. Я помнила, что теперь стена защищает меня от опасностей из вне, но не удерживает внутри. Однако я не раз видела в фильмах, чем кончается желание героев сбежать из под такой защиты. Все самое плохое случается тогда, когда они считают, что быстренько сходить туда и назад им ничем не грозит. Стану ли я повторять их ошибку ради знания о местных обычаях? Нет конечно! Поэтому придумывала, как стану просить Велизара о визите в дом его коллеги, с котором он не очень дружен. Или наоборот, позову Ладомилу ко мне – пойдет ли она ко мне через всё городище? Я так и не нашла ответ ни на один из этих вопросов, когда Златослава и Велизар вернулись. Анчутки с ними не было. – Не поймали колдуна, – сразу сказала Златослава, предупреждая мой вопрос. – Сбежать смог. А бес с другими в погоню отправился. – Тогда почему вы здесь? – удивилась я. Но вдруг ощутила злость Велизара. Невидимая глазу магия чуть потрескивала в воздухе. Посмотрела на него и заметила, как мрачнеет его лицо с каждым словом, произнесенным Златославой: – Велел Пересвет Велизара домой проводить да проследить, чтобы не натворил чего. Не смог принять поражения, да на ведьмаков злится. Удивилась снова. Мне Велизар всегда казался сдержанным. Но он комментировать происходящее кажется не собирался. Тут и Анчутка из тени вынырнул: – Сбежал Радей, да так сразу не понять, куда в этот раз себе дорогу открыл, – сказал бес и прижал уши, как почувствовал гнев Велизара. – Станем снова искать. Но теперь лиходей осторожничать станет. Видел он, что и бесы ведьмакам помогают. Ничего не объясняя, Велизар шагнул ко мне. И вдруг сказал: – Одно слово твое, и сам от Радея избавлюсь. Не позволю сбежать, пока другие о поимке думают. Я промолчала. Ну как-то негуманно над человеком самосуд устраивать, пусть он и злодей. У них тут это нормально, тем более, что Бездна и впрямь была страшным бедствием, но я за чужую жизнь ответственность на себя брать не хотела. – Лишь скажи, что моей станешь, не стану Пересвета слушать и вести о духе Бажены искать. Сгинет лиходей вместе со знанием, как тебе в свой мир вернуться. Снова не нашла все ответить. О таком решить сложнее, чем думать о том, когда перевести отношения с любимым мужчиной в горизонтальную плоскость. Велизар сжал кулаки, мне даже жутко стало от его злости, будто висящей в воздухе. Как Ладомила подойти к ведьмаку, едва сдерживающему эмоции, я опасалась. Потому отступила. Но Велизар вдруг в пару шагов преодолел разделяющее нас пространство, прижал меня к себе и, не стесняясь присутствия Златославы и Анчутки, впился поцелуем в губы. К такому повороту я оказалась не готова. Попыталась высвободиться из его объятий, но он прижал еще крепче. Я вновь почувствовала, что на поцелуе он вряд ли захочет останавливаться. Но совсем не хотела, чтобы это произошло именно так. Оттолкнула его, и Велизар вдруг отпустил меня. Погасла и его магия, пока он смотрел на меня, не отрываясь. А потом развернулся и вышел из избы. А мне снова показалась, что я сделала что-то не то. Смотрела на захлопнувшуюся за Велизаром дверь. В голове было пусто, а губы горели от его поцелуя. – Зря ты с ним так, – вдруг сказала Златослава. Оглянулась на нее: ей то о чем переживать? Но она покачала головой и продолжила: – Из-за тебя против братьев своих готов пойти, веление воеводы нарушить, а ты будто не видишь. Как нашла его тогда, едва жив был, да все домой рвался. Лишь слабость его останавливала, когда он раз за разом вставал и уйти хотел. А ты играешь с ним: то сама шаг навстречу сделаешь, а близко не подпускаешь. Себя не жалеет, тебя оберегая, а ты и двух слов ему не молвишь, что не зря он каждую секунду о тебе думает. Коли не мил тебе, так и скажи ему об этом. Удивилась словам Златославы, и как запросто она обо всем сказала. Всё это она видела, а всё равно Велизару во всем помогала? Но все же не могла скрыть досады. Какое ей дело до наших отношений? И кто она, чтобы говорить мне, как вести себя с Велизаром? – Я думала, он тебе нравится. Поэтому ты так злилась, когда Велизар для меня что-то делал, – ответила ей. Пусть знает, что я тоже всё заметила. – Нравится, – не стала скрывать Златослава. – Да злилась не от того, что ради тебя жизни не жалеет, а что делает это понапрасну да с тобой рядом о делах не думает. Негоже ведьмаку о долге забывать, когда Бездна всё ближе подбирается. Поняла, что ведьма снова оказалась права. Хотя вслух признавать это не хотелось. Вспомнила, что и так совета хотела у кого-нибудь спросить. А тут чем не повод? Говорить о Велизаре со Златославой было как-то неловко. Но совет мне был нужен уже сейчас, и я спросила: – Но ведь он ни разу не сказал об этом. – Сама же видишь: лишнего не скажет. Да дела ценнее слов. – И что мне теперь делать? – Как что? – удивилась она. – Ежели Велизар тебе по нраву, так иди и будь с ним. – Но разве… так можно? – А от чего нельзя? – спросила Златослава. Будто всё так просто. – Или в твоем мире все иначе? Если люди двое любы друг другу, от чего не быть им вместе? А ежели не скажешь о том человеку, как узнать ему о твоих чувствах? И нечего тут смущаться. Едва замуж не вышла, а теперь к милому подойти страшишься. – А если он потом забудет обо мне? – Думаешь, такую любовь, что едва в Бездну не свела, забыть просто? – усмехнулась Златослава. – Да было бы тебе о чем тревожиться. Девка видная, любому по нраву. Да со смекалкой – не пропадешь. А ежели в мир свой вернуться придется, так зачем дни понапрасну тратить? Златослава вдруг обернулась к двери и обратилась к Анчутке: – Пойдем, бес, прогуляемся. Покажешь мне, что и как у вас в городище. И первой пошла к выходу, а Анчутка выбежал за ней. Я же осталась стоять посреди комнаты, не зная, как мне быть. Ну вообще-то, что Златослава вот так отступила и дала мне возможность объясниться с Велизаром, было хорошим знаком. Но я не сразу решилась выйти во двор. Оглянулась, раздумывая, где искать Велизара. Домовой дернул меня за подол рубахи и указал на баню. Подошла ближе – оттуда и правда послышался плеск воды. Потопталась у порога. О стоимости шкурок пушных зверей уже справшивала, а другого повода заговорить у меня не было. Так что ему скажу? И все же толкнула дверь и вошла внутрь. Нет ничего такого, что девушка первый шаг делает, напомнила себе. И в моем мире излишняя скромность – пережиток прошлого, а тут девицы вольны сами мужа выбрать. Велизар снял рубаху и остался в одних штанах, мокрых от пролитой воды. Он обернулся ко мне. Маленькой девочкой я давно не была, мужчин без одежды видеть приходилось. Но всё-таки немного смутилась заметив, что я не вовремя. Отступать не стала, сделала еще шаг вперед. Залюбовалась его сильным подтянутым телом. Несколько розовеющих шрамов его совсем не портили. Подняла глаза и встретилась с его пронзительным взглядом. Как и раньше, я не могла прочитать, что кроется в этом взгляде. Велизар смотрел, как я подхожу к нему, но ничего не говорил. Я тоже не знала, о чем сказать. Потому решила перейти сразу к действию. Когда оказалась совсем близко потянулась к нему, даже на цыпочки встала, но так и не смогла дотянуться до его губ. Раньше он не казался таким недосягаемо высоким. – Я не достаю, наклонись, – сказала ему, глядя в темные бездонные глаза. Боялась, что он засмеется над моей просьбой. Или прогонит теперь, когда я сама дважды оттолкнула его. Но лицо Велизара не дрогнуло. Он склонился надо мной и коснулся губами моих губ. Легкое прикосновение, а казалось, будто пол под ногами исчез, и я рухну в пропасть. Подняла к нему руки и обняла за плечи, ища надежную опору. Почувствовала ладони Велизара на своей талии. Он прижал меня к себе, и я едва не задохнулась, ощутив тепло его обнаженного тела сквозь ткань собственной рубахи. Он подхватил меня и усадил на палати, и наши лица теперь находились почти на одном уровне. Что-то упало на пол, но Велизар не обратил на это никакого внимания. Прервал поцелуй лишь на миг и снова продолжил начатое. Я провела рукой по его обнаженным плечам. Хотелось изучить каждый сантиметр его тела, бесконечно чувствовать его тепло, прикасаться к нему. Его руки скользили по моему телу. Хотелось, чтобы от его ладоней меня перестала отделять даже тонка ткань рубахи. Застонала ему в губы от этого непреодолимого желания. Он будто понял невысказанные слова. Скользнул рукой под подол рубахи, медленно провел по бедру. Остановился, коснувшись ягодицы, на которой не было еще никем не придуманного в этом мире нижнего белья. Открыла глаза и посмотрела в его лицо. Он тоже чуть отстранился, не сводя с меня взгляда и будто спрашивая разрешения продолжить. Казалось, что воздух дрожал от повисшего напряжения. Я почувствовала легкое касание магии Велизара, а в глазах уловила пляшущие искры. Да этот мужчина – огонь, подумала я. А он уже запустил вторую руку под рубаху, схватил меня за бедра и резким движением придвинул к себе. Тут же впился поцелуем в губы. И я вообще забыла, что вокруг есть что-то, кроме нас двоих. –– *В 9-10 веках славяне торговали с западными странами, где особенно ценились шкурки пушных зверей. Потому многие монеты имели название этих животных, ценность шкурок которых была равна ценности монеты. Так, например, мелкая монета “векша” равнялась шкурке белки (векша – старое название белки).