34. Другая Бажена

За некоторое время до знакомства Бажены и Велизара Бажена с подружками соскочили с телеги пахаря возле дальнего леса. Нечасто так далеко за первой летней ягодой ходили. Да возле села уже всю обобрали, пришлось дальше идти. Тут же на поляне присели – клубника была мелкой, но сладкой. Да за сбором женихов обсуждать стали. Подружки были мужние, по весне свадьбу сыграли, а всё о парнях болтали. Слушала их Бажена: и тот хорош, и этот. Да ни один не тронул её сердце девичье, ни один мил не был. – Ты пока купца своего или боярина дождешься, – вздохнула одна из подружек. – Совсем состаришься. Отошла Бажена в сторону. Не хотела говорить о том с подружками. Как батюшка её помер, всё матушку упрашивала на торжки хоть раз свозить. Там бы и приглянулась какому купцу. Неужто не заметил бы никто её красоты? Переславу, что в соседнее село сосватали, жених лишь мельком увидел, когда на охоту мимо Березняков проезжал. Запомнил да вернулся за невестой. Неужто Бажена бы без внимания осталась? Матушка о торжках в Белодворье и слышать не желала: – Да как же мы двор-то оставим? Неблизкий путь к Белодворью. И чем тебе тут парни не по нраву? Сговаривала матушка сватов, а Бажена всё не соглашалась – Соседи на смех поднимут, что замуж выдать тебя не могу, – ругалась мать, как сваты со двора их ни с чем уходили… Пока думала об этом Бажена, сама не заметила, как от подружек далеко ушла. Оглянулась. Слышны голоса за деревьями, не растеряются. А перед ней клубничная поляна. Да одна ягода краше другой. Так и зашла в лес и дальше, пока перед низиной не остановилась. Веяло из низины холодом, хоть солнце грело жарко. Хотела было Бажена уйти от страшного места и к подружкам вернуться, но заметила в низине человека. Радея в их селе знали все. Едва заговоришь с ним, как парень краснел, заикался, да слова вымолвить не мог. А если делом занят в это время, так всё из рук ронял. Бажена и сама не раз к нему подходила, желая посмеяться. Да зла ему не желала. Вот и сейчас, заметив его, решила к опушке вывести. Заблудится дуралей в дальнем лесу, заставит родных волноваться. Спустилась за ним в низину. Если окликнуть, еще испугается – где потом искать? А как подошла, увидела перед Радеем открытую в Бездну брешь. – Отойди! – крикнула ему девица. – Опасно рядом с Бездной быть. Подбежала к нему, протянула руку. Чтобы увести отсюда. И тут Радей оглянулся. Тьма плескалась в его взгляде. Схватил девушку за руку, а пальцы были холодны, будто лёд. – Как хорошо, что ты пришла, – сказал он ровным голосом, а не как раньше. – Вот мои желания Бездна и исполнила. – Неужто ты с Бездной связался, – с ужасом проговорила Бажена. – Да разве ж даст она тебе счастье? – Счастье? – усмехнулся Радей. – Бездна даст мне всё, что я пожелаю. – Глупый! – Бажена выдернула руку и отступила на шаг. – Сгубит тебя Бездна! Откажись от силы её! Пойдем со мной назад в село. – С тобой? – улыбка Радея стала еще шире. Подступил он к девице. – С тобой я пойду. Схватил он Бажену, притянул к себе. Сотворил колдовство, рукой да груди дотронулся. Пронзил тело девицы ледяной холод. – Смеялась ты надо мной, Бажена. Мужчины во мне не видела. А теперь станешь моей. – Что ж ты делаешь? – Бажена оттолкнула его и отступила. – Не стану я с колдуном жизнь связывать. – Силой Бездны тебя я пометил, – отвечал Радей. – Что велю, то и станешь делать, ежели не хочешь, чтобы другим поведал о Бездне, что тебя коснулась. – Да кто тебе поверит, если ты сам колдовством темным занялся! И сама в своих словах усомнилась. Если попалась Бездне, так просто от нее не избавиться. Хотела было уйти, да окутала её сила колдовская. Не смогла Бажена ни пошевелиться, ни слова молвить. Сковал душу страх, но как сбежишь от колдуна? – Чем занялся, прознают не скоро. Так от чего не взять мне ту девицу, что сердцу мила? Как придут сваты, согласишься на свадьбу. А ежели отказать посмеешь, за собой заберу в Бездну. Да так просто уйти не надейся. Сама знаешь, сколько жизней людских твари сгубить способны. А скажешь кому о том, что тут видела, не будет тебе жизни ни в Яви, ни в Нави. Сказал и отпустил. Побежала Бажена из низины прочь. Пока на опушку леса не выскочила, остановиться не смела. Как солнце согрело ледяной холод Бездны, так назад оглянулась. Тих был лес, лишь птицы шумели и стрекотали кузнечики. Уж не почудилось ли? Коварна Бездна да страхи навевает. Нашла подружек, и больше от них не отходила. Пусть о женихах ей говорят да смеются, она возражать не станет. Через время в их дом сваты пришли. Смеется мать Радея – где видано, чтоб парень, что двух слов связать не может да в делах неловок, к красавице сватался? Предложили сваты взять Радея примаком – помер батюшка Бажены, не осталось при дворе хозяина, а у Лукьянишны лишь дочь одна, да сына не было. – И что ты скажешь? – будто матушка сватам не рада, да ждет, когда Бажена их опять прогонит. Кто ж такому мужу рад будет, коли столько видных парней на девицу заглядывались? Посмотрела Бажена на Радея. Стоит, в руках шапку мнёт, и слова никакого не молвит. А вдруг и правда почудился облик его в той низине? Но лишь в глаза его взглянула, отражение Бездны увидела. Смотрел он цепко, да так, что в груди от страха сердце сжималось. Заметил Радей сомнения девицы, и в тот же миг почувствовала Бажена, как колдовской холод тело её сковывает. Испугалась она и за себя, и за матушку. Что станет с ними, если Бездна сейчас проснется? Торопливо кивнула и взгляд отвела, чтоб никто не видел, как страх и отчаяние в душе спрятались. – Да как же, от видных женихов нос воротила, а за Радея согласна? – не выдержала матушка. – Видать сердце девичье иного ждет, – засмеялась сваха. – Но почему? Али правда мил тебе Радей? – не поверила мать. А Бажена лишь пальцы сжала. Знали бы, какое зло рядом с ними таится, о любви бы не спрашивали. На другой день пошла к реке – велела матушка рубахи стирать. Как закончила, на берег села и на воду уставилась. Хоть топись, лишь бы за Радея не идти. О боярском сыне или купце мечтала, а пойдет за колдуна из Бездны. Как быть, если не видать ей в жизни ни любви, ни счастья? – Не скажешь ли, девица, как в Березняки пройти? – раздался за спиной голос. Обернулась Бажена на голос да увидела женщину. Не молода она и не стара, глаза добрые, чуть смеющиеся, в руках корзина с травами – не иначе ведунья. Да не местная, лицо её Бажене незнакомо. Встала Бажена и поклонилась – везде ведунов уважают. Рукой в сторону села указала – как не заметить его, ежели не скрывают деревья домов окраинных? – А чего ты, девица, пригорюнилась? Али милый с другой глаз не сводит? – спросила ведунья. Смолчала Бажена, о беде своей молвить не стала. А вдруг прознает Радей, что проговорилась, хоть и человеку прохожему? Но глаза ведуньи будто в душу глядели. Поняла она, о чем молчит девица. – Знаю, о чем сердце твое тревожится. Да не горюй, подскажу, как с немилым свадьбы избежать, да Бездне в лапы не попасться. Велела ведунья вопреки страху смиренно свадьбы ждать и готовиться. Как покров свадебный расшивать будет, шептать заговор. Дала Бажене нитки – на вид простые, но силой ведьмовской напитанные. А как с покровом закончит, то за рубаху для жениха браться. – Как придет время, так все само разрешится. Словам моим следуй, и не придется за немилого замуж идти. – Да как же столько к свадьбе готовиться, а потом вдруг отказаться? Покрою себя и семью позором. Не лучше ли с колдуном сгинуть? – О том не думай. А чтоб осуждение людское тебя не коснулось и в новой жизни быстрей освоиться, держи при себе, да не отпускай мой подарок. Протянула ведунья Бажене тряпичную куколку, какими дети играют. А как Бажена взяла подарок, развернулась и прочь пошла. Да не к селу, а в другую сторону. И вроде окликнуть хотела. Да у ведуньи свои дороги – ежели пошла от села, значит так ей надобно. – А как звать мне вас, матушка? – все же спросила ведунью. – Зови меня теткой Агафьей, – сказала та, не оглядываясь. И ушла. Бажена готовиться к свадьбе стала, как наказала Агафья. Расшила покров её нитками да за работой слова говорила заветные. День свадьбы всё ближе, пора жениху подарок готовить. И снова шептала заговор ведуньи, и выводила узор заговоренной нитью. И в тот миг нить закончилась, как последний стежок нанесла – ни кусочка лишнего не осталась. И вот уж день свадьбы подступит, а ничего не происходит. С подружками девичник отгуляла, перед повитухой в бане села. Та ей поведала как ласку свою мужу дать, и как детишки родятся. Не слушала Бажена, о завтрашнем дне думая, хоть и кивала, чтоб волнения её не приметили. Наутро лицо покровом спрятала. Не подведет ли её совет ведуньи? В ладони сжала куколку и к жениху вышла. И вот уж волхв перед богами брак их славит. Закрыла глаза, чтобы слёзы спрятать – не вышло у нее сбежать от жениха немилого. Слова не те шептала или Бездна сильнее оказалась? Вдруг голоса вокруг нее тише стали. Хотела оглядеться, да глаз сразу открыть не смогла. Опять Радей её заколдовать решил? И вдруг заклятье отпустило. Бажена смогла пошевелиться. Села в чужой постели – перина мягкая, да будто не из пуха. Вокруг предметы странные, и комната чужая. Встала, в окно выглянула – закружилась голова от высоты такой. Это ж куда её занесло? Посмотрела на куколку, что так и сжимала в ладони. Так значит вот о чем ведунья говорила? И много ли её подарок о новой жизни рассказать сможет?