Глава 21

Помыла посуду, всё убрала на свои места и уже хотела скрыться в своей комнате, как неожиданно послышался стук во входную дверь. Хотела было пойти открыть, но меня опередила Тамара Никитична.

В прихожей появился высокий широкоплечий оборотень, одетый во всё чёрное. Его лицо было неестественно бледным, а в глазах плескалась боль.

— Прими моя соболезнования, Вася, — тихо говорит Тамара Никитична, а я так и не осмелилась подойти к ним. И уйти почему-то не смогла. Так и осталась подслушивать, выглядывая из кухни.

— Спасибо, Никитична, — кивает мужчина. — Я что пришёл, завтра похороны будут. Всех наших будем хоронить. Там…

— Я знаю, Вась. Завтра приду, помогу всё приготовить, чтобы стол накрыть и помянуть как следует. Ты не переживай, я с другими уже обо всём договорилась.

— Спасибо, Никитична.

— Ты, Вася, если нужно ещё что будет — обращайся. Ты же знаешь, мы всегда чем можем, тем поможем.

Мужчин кивает, ещё раз благодарит и уходит, а Тамара Никитична направляется в мою сторону. Я отхожу подальше от двери, чтобы не быть застигнутой за подслушиванием, но скорее всего, хозяйка дома успела меня заметить.

— Это Вася был, старший брат Толика, одного из троих оборотней, которых убили в лесу. Ох, и тяжело ему придётся. Он Толика сам воспитывал с самого мальства, тот был для него семьёй, самым близким и родным. Они же всегда вместе. Два брата, два неразлучных друга, а теперь…

Перед глазами опять всплыл образ трёх оборотней, что скалясь, смотрели на меня. Один из них и есть тот самый Толик, потерю которого сейчас оплакивает брат. А другие два? У них ведь тоже семьи были. По ним сейчас также горюют.

Если это была действительно я, то не представляю, как буду с этим жить. Нет, я просто не смогу справиться с этим грузом. Сейчас меня держит лишь вера в то, что я этого не делала. Только это помогает мне двигаться дальше, но если пойму, что тот ужас совершила всё-таки я…

— Завтра похороны?

— Да, будут хоронить всех погибших.

— А их много?

— Трое в лесу и четверо погибли, защищая деревню от нападения гибридов, — отвечает Тамара Никитича.

— А гибриды? У них тоже есть пострадавшие? И пленные, вам удалось кого-то поймать?

— Они были хорошо подготовлены. Нам удалось пленить одного, но он был тяжело ранен и умер. Ещё двое гибридов погибли при нападении. Всем остальным удалось уйти. Мы понесли большие потери, но в следующий раз удача будет на нашей стороне. Мы отомстим за всех, кто сегодня ночью погиб.

Смотрела на Тамару Никитичну и совершенно не узнавала в ней ту добродушную женщину, которой она была для меня. В её глазах лютая ненависть, и направлена она в сторону гибридов.

Я знала, что она их ненавидит, но не представляла, насколько. Даже страшно представить, что она сделает со мной, если узнает, кого спасла и кого приютила у себя в доме.

Так, похороны завтра? Пора поковать вещички и уматывать отсюда к чёртовой матери!

***

— Тамара Никитична, я хочу покинуть деревню. Завтра же, — наконец, решилась я озвучить принятое мной решение.

Долго не могла собраться с мыслями после прихода этого Василия, но пришлось-таки это сделать. Ближе к вечеру, когда мы с хозяйкой дома готовили ужин, я всё же решила действовать. Я уже поправилась и не вижу смысла оставаться более в этом месте.

Пора уходить отсюда, пока меня местные не раскусили.

— Нападение тебя напугало. Да? Думаешь, у тётки твоей будет спокойнее?

— Не знаю, но она моя семья и я всё-таки хочу отправиться к ней, — говорю я, вспоминая свою легенду.

— Опасно сейчас отправляться в путь. Гибриды в округе. Непонятно, что от них можно ожидать после нападения.

— Тамара Никитична, я не могу здесь больше оставаться и пользоваться вашей добротой. Мне пора найти свой дом. Я и так у вас сильно задержалась.

— А как же Марк? Я думала, что у вас с ним любовь…

— Марк, он… — я замолкаю, услышав шаги за своей спиной. Оборачиваюсь и замечаю Михаила. Неровной походкой он направлялся к нам.

— Мишенька, и чего ты встал? — спрашивает Тамара Никитична. — Тебе бы отдохнуть надо.

— Ба, всё в порядке, — отмахнулся Михаил. — Анна, я не ослышался? Ты хочешь завтра покинуть деревню? — спрашивает он, пристально смотря на меня.

— Да, всё правильно, — киваю я, продолжая чистить картошку. — Хочу отправиться завтра сразу после похорон.

Можно было бы отправиться сразу, но я чувствовала, что должна была проститься с погибшими. Мне просто это жизненно необходимо. Наверное, я просто хотела ещё раз посмотреть на тех, кто погиб в лесу. Где-то в глубине души у меня была надежда, что если я увижу их снова, то смогу вспомнить и понять, что же тогда произошло.

— А поминки? Не останешься на них? — интересуется Тамара Никитична.

— Нет, не хочу задерживаться. Сразу после похорон отправлюсь.

— К чему такая спешка? — спрашивает Михаил. — Подожди денёк, а послезавтра с утра отправишься в путь.

— Я и так тут сильно задержалась. Пора мне уже.

— Аня, сейчас такие путешествия небезопасны и…

— Знаю я, Михаил, — перебиваю я его. — Только вот сейчас нигде нет этой самой безопасности. Нет такого места, где бы мы чувствовали себя спокойно и были бы уверены, что нам ничего не угрожает. Война забрала это у нас.

— Анна, я не могу отпустить тебя одну в неизвестность, — глухо говорит Михаил. — Гибриды сейчас опасны, как никогда.

— Михаил, я очень благодарна вам с Тамарой Никитичной, но я не передумаю, — упрямо говорю я. Этот разговор порядком начал мне надоедать, потому что я уже просто не знала, что говорить. Вот как им объяснить причины моего поспешного ухода? Правду не скажешь, а остальное звучит не так убедительно, как мне бы хотелось. — Поймите, это моя жизнь, и я сама за неё в ответе. Вы не переживайте за меня. Я сильнее, чем кажусь, и я справлюсь. И ещё раз, спасибо вам за всё.

— Анна… — хотел было Михаил продолжить разговор, но я его перебила.

— Тамара Никитична, а давайте я запеканку приготовлю? Есть у меня один интересный рецептик. Думаю, вам должно понравиться.

— Упрямая ты очень, Анна, — покачала головой женщина. — Но ты права. Жизнь твоя и только тебе решать, как с ней поступать, — соглашается она со мной. — Я не против запеканки. Ингредиенты все у нас есть?

— Вроде да. Сейчас проверю.

Дочистив картошину, я положила её в тарелку с водой и отвернулась от Михаила, начиная проверять наличие всех ингредиентов. Всем своим видом я давала понять, что продолжать разговор о своём отъезде больше не желаю.

Сердце бешено колотилось в груди. Мне было страшно, что своим поведением я могла накликать на себя какие-то подозрения, но пока против меня у них вроде ничего нет.

Надеюсь, никто не станет делать меня пленницей в этой деревне только потому, что какие-то мои действия могут казаться подозрительными.

Боже, дай мне выбраться из этого места без проблем.