Глава 30

И он начинает говорить.

— Я не помню подробностей. Мне было шесть, и со временем какие-то детали просто стерлись из памяти.

Боюсь даже дышать, чтобы не пропустить ни одного слова.

— Отец был одним из влиятельных людей нашего города. В девяностые это много значило. Мой отец и твой отец дружили…

Застываю после этих слов, и дурные предчувствия проникают под кожу.

— Не знаю, что они не поделили, но твой отец неплохо опрокинул моего. Лишил всего, что было у нас. Был еще третий, но он вроде как умер несколько лет назад. И я не знаю, замешан ли он. Но твой отец провернул какую-то схему с документами, и мой отец остался ни с чем. Они угрозами вынудили мою мать бежать, но она особо не сопротивлялась. Ей всегда была важнее своя безопасность. А на меня можно было забить…

Слышу в его голосе неподдельную тоску и горечь и еще крепче прижимаюсь к нему. Гордей запутывает пальцы в моих волосах и начинает наматывать прядь на палец.

— А дальше?

Я с трудом выдавливаю каждый звук, потому что не верю, что мой отец мог сотворить такое. Но что я знаю о том времени? Я была совсем крохой. Но на подсознательном уровне я защищаю отца, потому что всегда считала его справедливым человеком. Не способным на подлость.

— А потом, — грудь Гордея поднимается от глубоко вдоха, а сердце ускоряется, — отец не пережил такого предательства со стороны близкого друга и просто запил. А в один день сел за руль, ну и… Погиб. И теперь приходит ко мне в кошмарах.

Сердце болезненно сжимается. Закрываю глаза, чтобы сделать глубокий вдох и хоть как-то ослабить боль, которая скапливается в груди. Я даже представить себе не могла, что эта история затронет мою семью. Страшная догадка пронзает сознание, и я снова подскакиваю. Отодвигаюсь от него на безопасное расстояние. Чтобы не достал. Тут же ловлю на себе его потемневший взгляд, от которого по спине ползет холод.

Его лицо освящается ночником, и от этого становится жутко. Черты лица заостряются, а в глазах застывает непонятное выражение. Тьма. Непроглядная и непреодолимая.

— И поэтому ты женился на мне, чтобы наказать моего отца? Да? — замолкаю, но в ответ слышу лишь тишину. — Как ты вообще меня терпишь? В постель ложишься…

Голос срывается и сходит на шепот. Гордей молчит, только взгляд его ощущаю на себе. На глаза снова наворачиваются слезы. А я банально думала, что на сегодня лимит исчерпан. Но есть еще силы жалеть себя.

— Саш…

Вздрагиваю от его хриплого голоса.

— Ты же хотела правду.

Прищуривает глаза и от этого становится еще больше похож на притаившегося хищника.

— Мне просто интересно. Тебе не противно со мной спать? Я же угадала? Это же месть моему отцу, да?

Говорю, а у самой горло перехватывает спазмом. По телу прокатывается дрожь, и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не обхватить себя руками.

— Изначально была такая мысль. Хотел забрать у твоего отца все, что у него есть, используя наш брак, но планы изменились.

С одной стороны, я благодарна ему, что он сейчас честен со мной. А с другой, это не отменяет того, что мне нестерпимо больно и тяжело все это слушать.

— И что же изменилось? — усмехаюсь и встаю с кровати.

Все-таки не выдерживаю напряжения, которое разливается сейчас в воздухе, и обхватываю плечи. Пытаюсь сделать глубокий вдох, но получается какое-то жалкое рваное подобие. Подхожу к окну и всматриваюсь в плывущие по небу облака.

Все еще не верю, что отец мог так поступить с другом. Сколько раз он выручал других, на пальцах не сосчитать.

Тишина угнетает, но я не тороплю Гордея с ответами. Прекрасно понимаю, что тяжело не только мне. Гордею приходится возвращаться в прошлое, где он потерял родных. Безвозвратно.

— Много чего изменилось. Я понял, что ты не обязана отвечать за поступки отца. А с ним я найду способ разобраться.

Делаю резкий вдох, когда ощущаю сильные руки на талии.

— Не пугайся, — горячий шепот опаляет щеку, — я не сделаю тебе больно.

— Почему я должна тебе верить, Гордей? — всхлипываю и зажмуриваюсь, ощущая, как по щекам текут слезы. — Ты вдруг передумал мстить?

Меня резко разворачивают и обхватывают лицо ладонями. Черты лица мужа расплываются, и я смаргиваю слезы.

— Не передумал, но поменял отношение к тебе. Мне хорошо с тобой. Ты, конечно, можешь сейчас решить порвать со мной…

— Могу, — грубо перебиваю его.

— Но кто тебе позволит, — усмехается, глядя в глаза. — Я тебя не отпущу. Надо будет — будешь с охраной круглосуточно ходить, пока не смиришься с тем, что мне принадлежишь и никуда не денешься.

— А что делать мне? Ты живешь мыслью отомстить отцу. А я должна молча это проглотить?

Он прижимает свой лоб к моему, и мои губы опаляет его горячее дыхание.

— Ты же пообещала не лезть и не рассказывать отцу то, что узнаешь от меня. Просто пообещай, что останешься в стороне. Я же обещаю, что твой отец физически не пострадает.

— Что ты собираешься делать?

Так же тихо отвечаю ему и сжимаю кулаки.

— То же, что он в свое время сделал с моим отцом. Отыграюсь на бизнесе. Хотя у твоего отца итак не очень там все гладко.

***

Через несколько дней я почти смиряюсь с тем, что мне не нужно вмешиваться в дела мужа и отца.

— Ир, — шепчу подруге, прикрываясь книгой, — отмажешь меня на последней паре?

Ира удивленно вскидывает бровь, но кивает. Только звенит звонок, как я подрываюсь и на ходу вызываю машину. Такси подъезжает в тот момент, когда я выхожу на парковку, и я быстро прыгаю в салон.

— Добрый день. В клинику «Здоровое будущее», пожалуйста.

От волнения решаю для чего-то уточнить, куда ехать, хотя помню, что забивала в приложении адрес точки Б. Таксист молча трогается, а я пытаюсь привести в норму ускорившийся пульс.

Надеюсь, прошло достаточно времени, чтобы подтвердить или опровергнуть подозрения на счет беременности. Мысль, что я могу оказаться в положении, все еще вызывает дикую панику, потому что я понятия не имею, как может отреагировать на эту новость Гордей.

Рано или поздно он узнает, и всю жизнь я не смогу от него скрывать эту радостную новость. Хорошо еще, что самочувствие позволяет вести себя как обычно.

А вдруг он скажет, чтобы я сделала аборт?

Эта мысль острыми когтями впивается в нутро и не дает нормально вздохнуть.

— Спасибо.

На автопилоте дохожу до холла и киваю на приветствие администратора.

— Бессмертная Александра, к гинекологу на осмотр, — выпаливаю, как только до меня доходит очередь.

Регистратор быстро набирает что-то в компьютере, проверяет данные паспорта и с улыбкой объясняет, куда пойти. Я специально прихожу к другому врачу, чтобы никто не узнал насчет моих подозрений.

— Здравствуйте, проходите. Слушаю вас?

Молодая девушка приятной внешности внимательно осматривает меня и складывает руки на столе. Делаю несколько вдохов. Собираюсь с мыслями.

— У меня задержка, и три теста показали положительный результат. Мне нужно проверить это.

— Хорошо. Сколько дней задержка?

Достаю телефон, чтобы случайно не сообщить неправильные сведения.

— Шесть дней. Тест делала четыре дня назад.

— Хорошо, значит, вероятность ложного результата минимальна. Но все-таки нужно будет сдать тест на ХГЧ, чтобы определить точный результат.

В кабинете воцаряется тишина, нарушаемая только моим тяжелым дыханием.

— А через сколько будет известно?

— Экспресс-тест будет готов через полтора-два часа.

Закусываю губу и пытаюсь придумать, чем занять себя в это время.

— Хорошо, — выпаливаю я, и даже легче становится от принятого решения. — Давайте я сдам этот тест.

Врач распечатывает направление, и я после забора крови возвращаюсь в кабинет.

— Вы можете пока побыть в комнате отдыха. Я вас приглашу, когда из лаборатории придет ваш результат.

Засекаю время и буквально считаю минуты, которые тянутся мучительно долго. Сердце никак не хочет успокаиваться и отбивает бешеный ритм.

Телефон в руках оживает, и я дергаюсь от неожиданности. Но выдыхаю, стоит увидеть, что звонит всего лишь Кир.

— Привет, братик, — пытаюсь изобразить беззаботность и надеюсь, Кирилл не догадается, что меня что-то волнует. — Случилось что?

— Привет, малая. Соскучился, представляешь? Вот и решил позвонить, узнать, как дела.

Вслушиваюсь в интонации брата, но ничего подозрительного. Кир разговаривает как обычно. Хотя что я жду?

— Дела хорошо. Учеба, дом, муж.

Отмахиваюсь дежурными фразами, чтобы ненароком не сдать себя с потрохами. Он на удивление очень чутко ощущает изменения в моем настроении.

— Учеба — это здорово. А я вот только с твоим мужем пересекался.

Сверху наваливается воспоминание нашего с Гордеем разговора, но я в последний момент одергиваю себя, чтобы не начать расспрашивать Кира про их дела. В комнату заглядывает врач и кивком дает понять, что все готово.

— Ладно, братишка. Мне пора бежать. Люблю, целую. (3303c)

— Давай, мелкая. Надо увидеться.

Хмыкаю. Незаметно Кир заражает меня своим позитивом.

Делаю глубокий вдох и захожу в кабинет.