Глава 47

– Арина Дамировна…

– Арина! Просто Арина! – взвыла я, а после вытянула бугая из лифта и повела в квартиру, потому как любопытные взгляды охраны просто убивали.

Захлопнула дверь и встала у порога, дав понять, что Зайцев отсюда уже не выйдет.

– Ну? У тебя, кажется, есть приказ не трогать меня? Да?

– Да…

– Тогда выбирай сам, что ты нарушишь. Дотронешься, чтобы сдвинуть, или позволишь увидеть Петра. Выбор твой, Степан…

– Пётр меня убьёт, как вы этого не понимаете?

– Я даю тебе слово, что Ястреб не тронет тебя, но взамен ты организовываешь нам встречу. И желательно, чтобы Пётр ничего об этом не знал.

– Он и так не узнает, следующий сеанс связи только вечером, – вздохнул Зайцев и припал к стене, растирая лицо докрасна. – Вы припёрли меня…

– Да, у меня, знаешь ли, хорошие учителя были. Поэтому давай я сэкономлю тебе время? У тебя нет другого выбора. Стёп, я с места не сдвинусь, пока не увижу Петю!

Не знаю, что со мной произошло. То ли я настолько вжилась в эту стервозную роль бизнесвумен, то ли отголосок вчерашнего странного помутнения бил по голове, но я была настроена крайне решительно. Ни шагу не сделаю, пока не увижу Ястреба.

– Тогда у вас на сборы пять минут, – Степан посмотрел на часы и опустил голову, признавая поражение.

– За три справлюсь!

Пулей влетела в спальню, радуясь, что всё же успела разобрать чемодан. Схватила сумку, побросала туда личные вещи, сдёрнула с плечиков пальто, натянула сапоги и выбежала, боясь, что Зайцев уже ушёл.

Но Степан стоял, как солдат, заложив за спину руки.

– Я с вами! – безапелляционно заявила Настасья, выходя из кухни. – Зайцев, даже не думай спорить. Тебе компанию составлю, пока Арина разговаривает с Петром Даниловичем. В морской бой играешь? Нет? Ладно, научу…

Зайцев не проронил ни слова за весь многочасовой путь до следственного изолятора, где держали Ястреба. Мы выстояли пробки, потом заехали в ресторан, откуда нам вынесли огромную сумку, и только тогда выехали за пределы города.

– Стёп, а почему он за городом? – я даже не думала, что путь продлится так долго! Мы все катили и катили по трассе, а вокруг ни души.

– А потому что в столице не так просто заставить людей молчать, да и на свидания пробиться можно только исключительно в соответствии с правилами, то есть в присутствии сотрудника СИЗО, а учитывая аромат ресторанной еды из багажника, у Петра Данилович немного другие условия содержания. Я нигде не ошиблась? – Настасья не говорила, а мурлыкала. Она даже пересела на передний диван минивэна, чтобы было удобнее смотреть на Зайцева, сидящего рядом с водителем. – Степан, я напомню тебе, что я – юрист. А это азы…

– Тогда зачем вам мой ответ, Настасья Павловна? – Зайцев усмехнулся, впервые позволив себе настолько откровенную эмоцию.

– Свидание будет со свидетелями? – это единственное, что волновало меня на данный момент.

– Нет, Арина Дамировна. Вы будете одни…

Смотрела, как медленно движется над трассой солнце. Лесополоса была сначала тёмной, густой, а теперь превратилась в полупрозрачную линию, прикрывающую деревеньки, раскинувшиеся по холмам. И лишь когда я вдали увидела серые пятиэтажки, успокоилась. Недолго осталось…

Мы вновь удалились от небольшого города, погружаясь в темноту леса, а через полчаса выехали к высокой каменной стене. И лишь пугающая табличка «Охраняемая зона» выдавала суть этого места.

– Значит так, – Зайцев вышел из машины, открыл пассажирскую дверь минивэна и стал раздеваться… Стянул галстук, снял запонки, ремень, а после и пиджак, под которым пряталась портупея. Он куда-то ткнул, и из-под сиденья выехал настоящий сейф, куда он и убрал оружие. – Арина Дамировна, слушайте меня внимательно. С себя нужно снять все острые предметы…

Боже, я будто в прошлое вернулась!

Этот флешбэк с такой силой ударил меня по темечку, что я дар речи потеряла. Настасья сняла с моего запястья часы, цепочку с крестиком, стянула заколку, удерживающую волосы, а потом ощупала карманы.

Смотрела на недовольного Зайцева и улыбалась, потому что впервые видела его таким растрёпанным, простым и настоящим.

– Вы готовы? – он придирчиво осмотрел меня, в последний момент указав на серьги в ушах. Настасья кивнула и сняла их. – Нам выделено три часа…

– Не нам, а мне, – собрала силы в кулак и вышагнула из машины, с ужасом смотря на высоченную стену, украшенную колючей проволокой. – Ты не будешь присутствовать при нашем разговоре.

– Но…

– Скажи мне, я всё передам Петру, – цыкнула и резко обернулась к Зайцеву. – Или ты мне не доверяешь?

– У меня нет оснований, – Степан достал из кармана сложенные в четверть бумаги и протянул мне. – Скажите, что это всё, что удалось найти. И передайте, что я попытаюсь прорваться завтра.

– Хорошо. Ты… Ты… – я схватила его за руку, впилась ногтями, заставляя поднять на меня глаза.

– Я буду с вами. Арина, это не зона, это временный этап, понимаешь? Тут нет условий, нет комфортабельной комнаты…

– Тогда идём.

Настасья закрылась в минивэне, окруженном кортежем охраны, а мы двинулись к облупившимся воротам. Стояли молча и просто ждали.

Вдруг ворота скрипнули, и раздался оглушающий лай собак, учуявших чужаков. К нам навстречу вышли вооруженные сотрудники, а за ними стоял пузатый мужик, одетый в гражданское. Он пристально осмотрел меня, потом бросил на Зайцева недовольный взгляд и махнул в сторону проходной.

И вновь эта проверка… Вновь эти мужские руки, так нагло лапающие моё тело, вновь этот навязчивый запах затхлости и безжизненности. Степан как коршун стоял надо мной, пока меня досматривали. И это очень помогало не разреветься от унижения. Но я должна справиться!

– За мной, – в помещение вновь вошёл мужчина в гражданском, одобрительно кивнул Зайцеву, очевидно, давая положительный ответ на что-то, и только тогда Степан шумно выдохнул и сам взял меня за руку.

Мы шли под конвоем по длинному коридору, потом по подземному переходу, петляли по этажам, пока не попали в административную часть, где и остановились.

– Арина Дамировна, я дальше не смогу пойти, – процедил Степан, прислоняясь к стене. Но я буду ждать вас здесь. С места не сойду, ясно?

– Спасибо, Стёпа, – кивнула ему в ответ и двинулась следом за дядькой. Мы шли по бесконечному коридору, минуя деревянные двери в кабинеты, пока не упёрлись в металлическую с надписью «Склад». В метре стояли охранники, вытянувшиеся в струну при виде мужика.

– Я вернусь через три часа. И давайте без глупостей? – прохрипел пузач и достал ключ, открывая тяжелую дверь. В нос ударил запах пыли и… сладость знакомого табака.

Не вошла, а вбежала, затаив дыхание. Рукой успела упереться в крашеную стену, чтобы не упасть. Помещение было большим, заполненным стеллажами. Здесь было мрачно, единственное окно и то заклеено пожелтевшими газетами, лишь одинокая лампочка покачивалась под потолком, разрезая мрак ленивым желтым светом.

Это был он… Мой Зверь.

Пётр подтягивался на турнике, громко и с надрывом выдыхая. На нём не было футболки, поэтому так отчетливо виднелась мокрая от пота кожа. Знакомые шрамы растягивались по рельефу напряженных мышц. Он двигался как машина, истязая себя нагрузкой.

Шаг… Но он не обернулся. Два… И я заметила, что в его ушах наушники.

Ускорилась, а когда была всего в метре от цели, Пётр вдруг замер.

Ладонь сама взмыла в воздух и прижалась к его спине. Ощутила и дрожь, и какой-то импульс, больше похожий на электрический заряд. Он был рядом… Со мной…

Пётр выдохнул и зарычал, спрыгивая с турника.

– Зачем? – прошептал он, не оборачиваясь. – Арина, зачем?

– Потому что Ястребы не спрашивают разрешения. Ведь я тоже Ястреб?

– Ястреб… – на выдохе произнёс он и наконец-то обернулся.

От него тянуло жаром, вена на шее пульсировала, а в глазах пламя разгоралось. Впервые я увидела эмоции на его лице. Наверное, это именно то, зачем я шла сюда, зачем окунулась во тьму, от которой так долго пыталась убежать.

Не знаю, что со мной произошло, но я сама рванула в его объятия, тянула руки, цепляясь за шею, прижималась, слушая знакомый стук сердца.

Это было похоже на борьбу со скалой, холодной, мощной…

Пётр не шевелился, пытаясь обдумать всё происходящее, или просто дать время, чтобы уйти. Но я не отступала! И тогда я взмыла в воздух.

Его ладони подхватили меня под бёдра, поднимая выше. Обхватила его ногами так, чтобы и не думал оторвать от себя. Впивалась ногтями в шею, зарывалась в мокрые волосы и смотрела в темноту его глаз, видя то, что он так отчаянно скрывал.

Наш поцелуй был стихийным, мощным, как ударная взрывная волна. Петр стискивал мою задницу, прижимал к себе, шарил по спине, словно поверить не мог, что настоящая, что рядом…

– Стоп! – взвыл он и с силой содрал меня с себя. Я боролась, хваталась, не желая терять тепло его тела. Мне вдруг жизненно важно стало ощущать его губы, его сильные руки! – Арина, уходи!

– Ты гонишь жену? – я тихо усмехнулась, наблюдая, как он отходит назад, как опирается на подоконник и закуривает, и как борется, пытаясь отвернуться. Но не в его это силах… И не в моих.

На пол полетело пальто, поднимая в воздух клуб пыли. Пальцами зацепила край платья и рванула его через голову, только бы не прерывать нашего зрительного контакта надолго.

– Что ты…

– Замолчи, Ястреб! Замолчи!