Глава 56

Степан закрыл меня дома, окружил жилой комплекс, лестничную клетку охраной, установил электронный замок, куда были вшиты отпечатки пальцев людей, кому выдано разрешение входить в квартиру.

О встречи с дядей можно было уже и забыть, вернее, он сам отказался, сославшись на экстренную командировку на Дальний Восток. Исчез с горизонта и Давид, перестал давить, прекратил напоминать про своё липовое бракосочетание и строгий дресс-код цвета шампань.

Я словно в вакууме оказалась. Телефон молчал, стены квартиры звенели пустотой, и лишь мой кроха, поселившийся под сердцем, давал силы.

На вторые сутки полной изоляции я психанула и начала уборку. Прибрала каждую комнату, перестирала всё, что можно было, а когда квартира оказалась чище, чем больничная палата, перебросила силы на кухню.

Пекла торты, жарила пирожки, томила утку в вишнёвом соусе, пересматривая старые советские фильмы. Мне просто нужно было чем-то занять себя. А это гораздо лучше, чем уныло пялиться в окно, за которым люди имеют право жить, свободно передвигаться по улицам, могут радоваться беременности, забегать в детские магазины, чтобы просто прикоснуться к крошечным пинеткам или милым костюмчикам. Они могут мечтать в объятиях любимого человека. А я – нет!

И от этой мысли становилось только невыносимей! Поэтому я с удвоенной силой принималась переводить месячный запас продуктов, доставленный утром. Солила помидоры, мариновала огурцы, квасила капусту. Загружала себя трудоемкой и муторной работой, только бы отключить мозг.

В прихожей звякнул домофон.

Машинально обернулась к окну, наблюдая, как столица тонет в подсветке окон и неоновых вывесок. Вечер? Я только недавно сидела на террасе, подставив лицо летнему солнышку. Когда успело стемнеть?

Осмотрела батарею закатанных банок, таз нашинкованной капусты и гору моркови, вдруг ощутив, как сильно болят руки. Пальцы подрагивали, а фаланги были стёрты в кровь. Я даже не могла разжать их, чтобы положить нож, так и двинулась в коридор, уже издалека видя в мониторе группу охраны.

– Арина Дамировна, Степан приказал привезти вас в офис, – проговорил старший по этажу, смотря четко в камеру, чтобы показать лицо.

– А почему он сам не приехал? – прижалась к стене, забыв, как дышать. Достала из заднего кармана джинсов мобильный, вот только сеть была на нуле. Бросилась к стационарному телефону, но в динамике была мёртвая тишина. Но ведь он работал! Ещё утром курьер звонил, чтобы оповестить о доставке!

– Они с Настасьей Павловной попали в аварию. Мне приказано доставить вас в больницу.

– Так в офис или в больницу? – схватила брелок тревожной кнопки. Никому не открою! – Я никуда не поеду, Николай. Так и передай Степану. Уже поздно, я почти спала.

– Арина Дамировна, это не обсуждается. Мы обязаны доставить вас в безопасное место!

– Я здесь в полной безопасности. Всего доброго!

Вдруг квартира погрузилась в полную темноту…

В зале погас телевизор, медленно потухла подсветка, тянущаяся вдоль плинтусов по всей квартире, и лишь небольшой узел безопасности мигал огоньками электронного замка.

Я пулей бросилась к двери и стала закрывать все затворы. Оставляла ключи на пол-оборота, чтобы, даже имея дубликат, никто не смог им воспользоваться. И впервые я ощутила себя в этой квартире в полной безопасности.

Экран видеонаблюдения потух не полностью, он словно перешел на энергосберегающий режим. Видела странную суету за дверью, шорох и отдаленные крики…

Рванула по комнатам, закрывая все распахнутые окна. За день готовки квартира стала напоминать сауну, поэтому я пыталась проветрить и вытравить едкий запах уксусного маринада. Действовала инстинктивно. Обходила комнату за комнатой, опуская металлические ролл-ставни.

И возликовала я, лишь когда вспомнила про коробку свечей, хранящуюся в кладовой. Зажигала и расставляла так, чтобы вся квартира просматривалась, не оставляла темных углов, открывала двери.

Мною руководили не страх, не тревога, и даже не паника. Я просто сохраняла спокойствие, думая только о своём малыше.

Толпа у двери стала редеть, и лишь Николай стоял истуканом, продолжая долбиться в толстое полотно.

Отсутствие света, связи, невозможность связаться со Стёпой… Стоп!

Мозг судорожно вспоминал нижний этаж, где жили Настасья и Лариса. Планировка там была другая, квартиры меньше, чем этот пентхаус, поэтому сложно было сопоставить расположение комнат.

Я схватила с каминной стойки кочергу и бросилась стучать по батареям. Они были скрытыми, поэтому пришлось вырвать декоративную решетку из пола, только бы создать хоть какое-то подобие шума.

Если Настасья и правда попали в аварию, то Лара-то должна быть дома! Лупила изо всех сил, корёжила красивый бронзовый металл, цепляла занавески, слышала треск ткани, хруст паркета, когда промахивалась. Но не останавливалась.

Я никогда не сдамся. Никогда…

Время растворилось. А силы уже были на исходе, я просто бегала из комнаты в комнату, хватаясь за малейшую возможность привлечь внимание.

Когда окончательно выдохлась, опустилась на пол, глядя в монитор наблюдения. Николай всё ещё стоял под дверью. Смотрел в глазок, пытаясь призвать меня к доверию. Но как это сделать? Как?

Быть может, я зря паникую? Может, Степан и правда приказал отвезти меня в безопасное место, а я забаррикадировалась? Вдруг я только хуже сделала?

Но тогда почему Стёпа сам не сказал? Почему отсутствуют сеть, интернет и электричество? Почему не позвонила Настасья? Или Лара не пришла передать мне весточку?

Нет… Не открою! Петя сказал никому не доверять, ни с кем не ходить, кроме Степана. Вот и не пойду…

Вдруг Николай вздрогнул, освещая свое лицо светом экрана телефона.

– Ему кто-то звонит… – я инстинктивно рванула в сторону тревожной кнопки. Нажала, наблюдая, как мужчина пулей выбежал из тамбура, будто пытался скрыть звук сирены.

Дверь была настолько толстая, что ни единого звука не проникало ко мне. Могла только догадываться, внимательно осматривая пустой пост охраны. Их всех отпустили? Он тут один, что ли?

– Арина Дамировна, нам срочно нужно уезжать, – снова раздалось из динамика, а я назло опять нажала кнопку тревоги.

И каково было моё удивление, когда телефон Николая в очередной раз вспыхнул, словно реагируя на каждое нажатие тревожной кнопки. Словно кто-то делает контрольный звонок, выясняя, что происходит.

Он замешкался, пытаясь понять, что делать дальше, а после ответил. И тогда я одновременно нажала и кнопку, и заорала в динамик:

– Стёпа, помоги!!!!

Охранник пулей вылетел из тамбура, закрыв за собой дверь. Во что я вляпалась?

– Ничего, малыш. Скоро папа вернётся… И нас никто не посмеет обидеть. Он никому этого не позволит!