Глава 18

Майор

Жизнь моя была проста и понятна. Лето в деревне у бабушки, школа, военное училище, потом вышка. Смерть отца и жгучее желание отомстить, несмотря на уговоры матери. Которая ушла через год. Очень тихо. Во сне. Словно он ее позвал.

Я сделал себя сам. Слепил из камня и пороха. Отлил из стали. Выковал из брони. Я всего добился сам. Буквально прогрызал себе дорогу. В органах не любят молодых да инициативных. Там свои устои. И взятничество меньшее из зол. А хорошие парни долго не задерживаются. В этом мире никому не нужна справедливость. Лишь бы дело поскорее закрыть без лишней волокиты. И премию квартальную получить в карман.

Я не вписался. Мне не было дела до премий. Деньги и высокие чины тоже мало интересовали. Интересовала как раз пресловутая справедливость. Но я не сдался.

Борьба со злом во всех его проявлениях стала смыслом моей жизни. Еда, сон, женщины уже не играли в ней роль. Я горел только одним. Только одно приносило настоящий, бурный, сродни с оргазмом и даже во сто крат лучший эффект. Когда очередная гнида по заслугам отправлялась за решётку, я ликовал. Взрывался изнутри. И ничто не могло заменить этот кайф. Ни бабы. Ни секс. Ни алкоголь. До поры до времени.

Но даже идеальная схема иногда дает сбой. Вот и со мной он случился. Я повстречал ЕЕ.

Не зря говорят «ищите женщину». Не зря во всех бедах винят именно их. Не зря даже войны из-за них начинались. Я не верил. Пока на своей шкуре не ощутил все эти прелести.

Но секс это всего лишь секс. Даже супер улётный. Даже такой, который перекрывает радость от того, что раньше было смыслом жизни. Это всего лишь секс. Фи-зи-о-ло-ги-я. Не более. Вот и я так решил. Закончил дела и свинтил. Убедившись, что девушка теперь в безопасности и ничто ей не угрожает. И прошлое, ужасное прошлое, теперь позади. В том числе и я.

Знал ли я тогда, что через семь лет судьба предъявит мне сюрприз. Даже два сюрприза.

– Папа!

Маленькая девочка с темными глазами смотрит в упор. Ее длинные волосы взъерошены, как косматая нечесаная грива. А выражение лица настолько знакомое, что хочется стукнуть себя по лбу. А еще очень хочется взглянуть в зеркало. Ведь этого не может быть!

Крис пищит и вырывается из моей хватки. Быстро набрасывает на себя майку, которую я лишь чудом не порвал. И бежит к ребенку. К своей дочери. К моей дочери?

Твою мать! Женщины! Они всегда некстати. Всегда угадывают самое паршивое время. И всегда преподносят такой сюрприз, что земля уходит из-под ног.

Уже делаю шаг вперед. Не знаю, чего хочу? Спросить? Потребовать? Только что я могу требовать? Сам ведь ушел. Сам ведь бросил. Сам ведь не хотел ничего серьезного. Я и представить не мог, что где-то вдали растет мой ребенок. А теперь что? Не кстати все. Так не вовремя.

Крис права. Я спас ее по старой памяти. Думал выручу дочь, она отблагодарит жарким улетным сексом, от одной мысли о котором все немеет в паху. Думал снова все удастся провернуть так же легко и беззаботно. Воспользоваться шикарным, просто охренительным телом, в котором словно встроены ловушки для меня. А потом отпустит на все четыре стороны.

Забрать себе, я даже и не думал. Ну, так, пугал, чтоб подальше держалась. А может и сам себе вру? Хрен теперь разберешь.

Но идеальная схема опять дала сбой. С этой женщиной никакой, мать его, продуманный до мельчайших деталей план не работает.

– Крис…

Она дергается. Сжимается вся в комок. Будто я ее бить собираюсь. Дочь к себе притягивает. Словно я украсть ее хочу. А я сам не понимаю, чего хочу. Теперь уже ничего не понимаю. Я просто делаю свою работу. Но теперь даже это под большим сомнением.

– Костя… я…

Звонок в дверь разрезает напряжение словно острым ножом.

– Потом поговорим.

Бросаю и иду дверь открывать. А хочется прямиком в ванну. Под ледяной душ. Чтоб мозги обратно на место встали и работать наконец начали.

– Привет, Константин, – пожилой мужчина протискивается в дверь, – ну, рассказывай, как же тебя жизнь до такого довела?

Документы у меня, конечно, поддельные. Ментовской прошлое не то, чем можно гордиться в криминальных кругах. Не то, с чем можно повыше забраться. Бывшего мента никто шестеркой криминального авторитета не возьмет. А мне надо. Поэтому только имя свое оставил. Оно меня якорит.

– Я тебе бабки не за разговоры плачу. В комнату проходи. Да помалкивай. И слышишь… Можешь не улыбаться, Сергееч. Твоей улыбкой только из зеков в тюрьме правду выколачивать.

– Помню эти славные времена. Работал я как-то в Самаровском ФСИН…

– Завязывай! – рявкаю.

Знаю его любовь к ностальжи. Заведет пластинку, не остановить. А мне сейчас не это надо. Надо, чтоб он дело сделал да поскорее ушел.

– Ладно-ладно. Молчу.

Он проходит в комнату, а я возвращаюсь на кухню. Произошедшее все еще в голове не укладывается. И, наверное, долго еще не уложится. Я отцом становится никогда не планировал. Мне еще в военке на медкомиссии диагноз поставили, с которым им стать настоящее чудо. Но Крис и тут удивила. Чертова женщина! Ведьма, не иначе.

– Врач пришел, – рявкаю через чур строго.

Вижу, как подпрыгивают ее плечи. Она все еще спиной стоит. Дочь от меня закрывает. Но это лишнее. Все что хотел, я уже увидел. Или, неужели думает, что опять ее пиздеж прокатит? Злиться от чего-то начинаю.

Когда проходят мимо, девочка не сводит с меня глаз. Мелкая такая, а сразу видно, шило в заднице и геморрой на всю голову. Упрямая очень. Вон лоб как морщит, словно рога уже чешутся и бодаться гонят.

Сам не замечаю, как губы начинают расплываться в улыбке от мысли, что вся в меня. Докатились. Беру себя в руки. Эта головная боль мне не нужна. С ребенком и Крис надо что-то решать. И чем быстрее, тем лучше.