Глава 25

Майор

Мелкая пигалица решила сегодня меня окончательно выбесить. Сначала что-то плела про других мужиков. Очень своевременная тема для беседы. Особенно учитывая, как только что стонала от оргазма СО МНОЙ. Потом и вовсе решила стрелять в упор. Завела речь о Тагире. Идиотка! Ей в прошлом было мало приключений на собственную задницу. Не хватило? Добавить хочет?

А самое главное, что Тагир может. Не в плане секса. Здесь его чужие бабы мало интересуют. Голову тут же ведет, лишь стоит представить, Крис в объятьях другого. Стонущую, умоляющую…

Блядь! Блядь! Блядь!

Но Тагир не та цель. Не правильная. Опасная. Смертельно. Это сейчас он по дурости стал проявлять своего рода мягкость. А всему виной, как обычно, баба. Даже конкуренты чухнули. Только это ненадолго. Ведь жизнь женщин в мире криминала не завидная, а если не повезет, еще и недолгая. А с Тагиром тут без вариантов. Полное невезение.

Он настоящий мудак и убийца. Без чести и принципов. И что там себе в голове надумала, та мелкая девчонка с глазами ангела? Каким она себе его принцем представляет? И как все его дела оправдывает, даже знать не хочу. Она вся такая чистенькая. Но это ненадолго. Такие как Тагир пачкают все, до чего могут дотянуться. Да и ему самому осталось недолго.

Но то, что Крис обратила на него внимание. Запомнила. Выделила. Возвела в ранг моего начальства. Правильно возвела, черт возьми. С логикой у нее никогда проблем не было. Два плюс два складывать умеет. В общем все это дерьмово. И я опять возвращаюсь к вопросу, который вот уже который день крутиться в моей, похоже, совершенно пустой и бестолковой башке.

На-ху-ха?!

На-ху-ха, я заступился за нее тогда в клубе?

На-ху-ха, потом вызвался помочь?

На-ху-ха, даже воспользовался связями, чтобы обезопасить ее дочь?

И самый последний, но самый главный на-ху-ха: какого черта я не отправил ее подальше вместе с дочкой?

Васька так смотрел. Если и не говорил, то в его взгляде все читалось. И что я дебил конченный. И что рискую даже просто с ним встретившись. И что дело всей моей жизни, все к чему я стремился на протяжении последних нескольких лет, теперь просто висит на волоске. Очень тонком и уже трещащем.

И ведь мог пройти мимо. Мог. Уверен. Еще тогда, семь лет назад, мог просто не обращать внимания на мелкую дрожащую пигалицу, шарахающуюся от любого мужского внимания. И от моего пристального взгляда тем более. И вот зачем меня понесло ей помогать? Решил показать и доказать, что насилие, не конец света, и что секс может и дальше приносить удовольствие.

Доказал, мать ее! Потом еще раз доказал. И снова, и снова. Сам не заметил, как подсел. Но до последнего оставался уверенным, что в любой момент соскочу. И ведь соскочил. Ушел.

То, как ломало еще несколько месяцев, предпочитаю даже в кошмарах не вспоминать. Потому что, как оказалось, секс с Крис, та еще наркота. Один раз попробуешь и уже не слезешь. А если и слезешь, то ломка такая, что волком выть готов. Интересно, у нее так со всеми мужиками?

Мысли о других рядом с Крис опять ударяют сильнее самого свирепого противника. Сильнее железного лома, что однажды прилетел мне по темечку, оставив под волосами глубокий шрам. Так и Крис оставила в моей душе неизгладимое впечатление.

Но я все равно верил, что могу легко забыть. Даже когда встретил вновь. Даже когда не смог удержаться, оказавшись с ней в одной машине. Просто вдохнув ее аромат, нисколько за много лет не изменившийся. Даже когда узнал, что у нас есть общая дочь. Верил, что смогу уйти. Забыть. Они не мои девочки. Не мои. МОИ…

Кулак врезается в кафель и тот хрустит. Крис вскрикивает, выпадая на секунду из своей легкой эйфории возбуждения. Я опять ее напугал. Я всегда знал, что она меня боится. Даже когда трахается. И только в моменты оргазма страх исчезает из ее глаз. Я никогда не тешил себя иллюзиями. Не красавец. Грубый. Могучий. При виде меня бывалые зеки писались. А тут хрупкая, маленькая девушка. Но больше всего на свете я хочу, чтобы именно она меня не боялась. Она и ее дочь.

В голове снова образ малышки. Упрямый взгляд. Такой знакомый. Словно в зеркало смотришь. Маленькие сжатые в тонкую полоску губки. И кулачки. Тоже сжатые. Тоже маленькие. С одного взгляда понятно, что Дина тот еще боец. Вся в отца. В меня вся.

– Не бойся меня, пожалуйста, – заглядываю в чистые, как кристальные капли росы, глаза.

Она замирает. Сглатывает. Совершенная такая. Не только ее тело, при мысли о котором внутри все жгутом сворачивается, а член встает, абсолютно не желая прислушиваться к доводам разума. Она вся совершенная, начиная с тонких маленьких пальчиков, сейчас почти невесомо порхающих по моей груди, путающихся в ее густой растительности, и заканчивая добрым и таким ранимым сердцем.

– Я тебя не боюсь, Костя, – хрупкая ладонь касается моей щеки, – я просто ничего не понимаю. Может ты мне объяснишь?

– Не могу, – трясу головой.

Не надо тебе знать, девочка. Знания не принесет тебе ни покоя, ни безопасности. Ты не представляешь, какие бешеные собаки водятся вокруг. И та гнида, которую мы семь лет назад засадили гнить в тюрьму, жалкая мошка по сравнению с Тагиром. Он убьет и не поморщиться. Ему не важно дети это или женщины. А этого я допустить не могу. И, возможно, только рядом со мной самое безопасное место. Может поэтому я оставил Крис рядом. Только поэтому. Очень хочется себя в этом убедить.

– Хорошо, – Крис тихо вздыхает, – но я буду ждать. Может, ты захочешь рассказать мне… потом.

– Ты сегодня такая послушная, – ухмыляюсь.

Балдею от того, как она пробегает по моим затвердевшим буграм мышц своими тонкими пальчиками. Словно крылышки фей волшебную пыльцу распыляют. Заживляя все шрамы, снимая боль от пары ссадин, полученных недавно в перестрелке.

– Ты купил мне шоколадку? – мурлычет в самое ухо, – где она, кстати.

– В холодильник убрал. Ты же не любишь подтаявшую.

– А ты помнишь? – замирает на мгновение.

– Я хотел забыть.

Сегодня, мать его, вечер откровений, что ли? Но рот, зараза, не затыкается.

– Но не забыл, – она сильнее льнет ко мне всем тело.

А я больше не уворачиваюсь. Злость и тревога уходят. Наверно, ее пальчики постарались. Разворачиваюсь и полностью опускаюсь в ванну. Укладываю ее размякшее от оргазма и жары тело поверх своего. Она еще немного возится, но быстро затихает.

Я слышу каким спокойным становится ее дыхание. Просто сижу и балдею. Обнимаю сильнее, чтобы не соскользнула. Вдыхаю полной грудью тонкий аромат ее волос. Понимаю, что пиздец, как попал, пригрев на груди эту змеюшку. Она мне еще устроит веселую жизнь. Я это жопой чую.

И надо было отпустить ее вместе с девчушкой. Надо было подтереть концы, как я обычно делаю. Навсегда выкинуть их своей жизни. Надо было…