Глава 28

– Вы кто?

– Конь в пальто!

Мужчина вваливается внутрь. Он большой. Не такой как майор, но, все равно, я бы испугалась, не будь на его плече висящего без сознания Кости.

– Чего встала сисястая? Дай пройти! – хамит мужик.

Не дожидается моей реакции. Ее нет. Я в шоке. Глаз не могу оторвать. У Кости такой бледный вид, будто всю кровь из него выпили. А еще он, похоже, без сознания. Что происходит? Но вслух не могу ничего спросить. Язык не слушается.

– Куколка! Хватит так пялиться, – продолжает свои странные заигрывания незнакомец, – фигура у тебя, конечно, шикарная. Но ты не в моем вкусе. Задница слишком большая. Да и грудь.

Проходит в комнату. Сгружает майора на диван. Тот дергается. Мычит что-то. Хватает руками грубияна.

– О! Он на тебя реагирует. Баба его, что ли? Отлично! Иди сюда. Помогать будешь.

– Что?

– То! Аптечка есть?

– Зачем?

– Зашить надо.

– Кого?

Весь наш диалог напоминает мне бред. Мужчина корчит гримасу. Словно говорит «ну, что за тупая курица?». Но все же объясняет.

– Твой орел схватил пулю. Дело дрянь. Но, кажется, этот придурок в рубашке родился. Навылет прошла. И чудом в сердце не попала, – как я не падаю в обморок, одному богу известно, – аптечку метнулась и принесла.

Наконец рявкает он, и я подрываюсь. Все вокруг приходит в движение. Я, странный подозрительный мужчина, так внезапно завалившийся в дверь и даже майор наконец проявляет признаки сознания.

Слава богу, он живой! И умирать, по крайней мере в ближайшее время, не собирается. Вместо этого рычит на гостя.

– Мир, ты, нахуя, меня сюда притащил? Как адрес узнал?

За шиворот к себе тащит этого самого Мира. От какого имени, интересно, сокращение? Мирослав? Дмитрий?..

– Ты все по дороге выболтал, балбес, – легко вырывается мужчина, – сам же просил отвезти тебя к твоей шлюхе. Говорил, что хочешь рядом с ней помереть. Идиота кусок!

Я совершенно не к месту краснею. А майор рычит еще злее.

– Она не шлюха, – возражать против всего остального, похоже, не собирается, – назовешь так ее еще раз, убью.

– Конечно. Конечно, милый, – продолжается кривляться Мир.

А мне хочется дать ему по башке. Ну, что за отношение? Что за несерьезность? Здесь человеку плохо. А он все шутки шутит. Помог бы лучше. И он, словно читая мои мысли, продолжает:

– А теперь полежи спокойно. Латать тебя, дружище, будем.

Так странно слышать подобные слова в кругу бандитов. Но этот мужчина и сам на грозного бандита не очень смахивает. Разве что тату, краем выныривающие из-под плотной рубашки, как бы намекают. Да и они вовсе не в тюремной символике. Красивые изгибающиеся линии.

Их видно совсем чуть-чуть, но воображение уже рисует, какой же там на самом теле завораживающий узор. Наверняка такая недосказанность многих девушек свела с ума. Наверняка многим до чертиков хотелось увидеть, что же там под рубашкой. А кому-то, возможно, и удалось. Парень не похож на аскета или затворника. И на серьезного человека он тоже не похож. Скорее на бабника.

Я приношу аптечку. Пытаюсь помочь, неудачно путаясь под ногами.

– Ты когда-нибудь зашивала рану, крошка?

– Не смей ее трогать, – продолжает реветь майор и сопротивляться.

Ко мне тянется. Словно хочет схватить и утащить… да хоть даже в ванну. Запереться там. И помереть, наверное, на моих руках. Размечтался! Гад! Не разрешаю!

– Костя, пожалуйста, прекрати, – повышаю голос.

Стараюсь справиться с накатившей истерикой. В голове полный бардак. Все произошло так внезапно. Так пугающе. Вот она обратная сторона криминального мира. Хотя разве полицейского не могли бы ранить так же?

– Боже. Да кому нужна эта толстозадая? – вмешивается Мир. Наверно, пытается снять напряжение. По крайней мере врезать ему больше не хочется. Может не так уж плохи его шутки. Главное, чтобы помог. – Ты же знаешь, у меня другой вкус. Я не люблю девочек в теле.

Его слова меня больше не обижают. Лишь бы он помог Косте. Ведь под футболкой, ткань которой трещит в умелых руках, открывается страшное.

– Так! В медсестры ты не годишься, – заключает Мир, верно интерпретировав мое бледное лицо, – будешь его держать?

– Кого?

– Хахаля своего. Мне нужно, чтобы он не дергался. А тебя он, кажется, слушается.

Костя действительно слегка успокаивается, когда я опускаю ладонь на его лоб. Собираю пальцами испарину холодного пота. Лицо его невероятно бледное. Бледнее, чем сейчас мое.

– Ты должна держать его крепко, – объясняет Мир, – зашивать буду на живую. Ехать за обезболивающем нет времени.

Я киваю. Больше не задаю глупых вопросов. Ведь итак понятно, что в больницу ехать нельзя. Итак понятно, что Мир не просто парень с улицы. Что он в теме. В деле. Он знает майора. Называет его «другом». Пусть и ради шутки. Но они точно знакомы.

Кладу голову майора к себе на колени. Фиксирую руками мощные плечи. Конечно, если он захочет, спихнет меня как пушинку. Оттолкнет одним движением своих мощных рук.

– Если будешь дергаться, я случайно могу поранить… – поворачивает ко мне голову, – как тебя зовут, крошка?

– Крис…тина.

Многозначительный взгляд майора говорит, что мне лучше не кокетничать с этим парнем.

– Отлично! – поворачивается снова к майору, – так вот, лежи смирно, или Кристина тоже может пострадать. Инструменты у меня острые.

С этими словами он достает толстую иглу, а мое сердце перестает биться.

– Костя, ты понял? – обращается уже серьезно, – лежи смирно!

– Да понял я, – рычит майора и замирает на моих коленях.

И я замираю вместе с ним. Не знаю, как выдержу все это. Но выдержать должна. Должна не свалиться в обморок. Не закричать. Должна справиться.