Глава 51

Майор

Прикрываю дверь и расслабляюсь. Темнота плотным коконом окутывает со всех сторон. Но я вижу в ней. Скорее чувствую. Привычка ориентироваться и действовать в любых даже самых жопных состояниях никуда не ушла. Даже в браке. Она со мной на всю жизнь.

Сбрасываю одежду и подхожу к кровати. В голове все еще грохочет адреналин. На руках запах крови. Тех ребят мы хорошо проучили. Если не дураки, урок запомнят и повторять больше не будут. А для меня хорошая прогулка по острию с минимальным риском.

Надо бы в душ. Но больше всего тянет к ней. К моей. Матери моих детей. Любимой жене.

Опускаюсь, стараясь не шуметь. Но матрас все равно прогибается под моим не маленьким весом. До маленького мне вообще далеко во всем. Всегда считал себя огромным, неуклюжим, да и не очень красивым верзилой. Не как эти смазливые мальчики, которые нравятся девочкам. Но что удивительно, проблем с женщинами никогда не было. Даже заморачиваться никогда не приходилось или искать себе бабу на ночь.

Может им нравились литые мускулы, над которыми я и не пахал особо. Обычные тренировки для поддержания формы, чтобы очередной преступник не сумел засадить пулю в лоб или нож под лопатку. Хотя везло не всегда. Да и от пуль не так просто увернуться при всем опыте. Пуля, как говорится, дура. А мы не в матрице, и я не Нео.

Крис, кстати, этот фильм очень нравится. Может ей и такой тип мужчин по душе. А со мной она только потому, что запугал. Да детей заделал. Аж двух. Но ведь не специально. У меня ведь на такой хитровыдуманный план даже мозгов не хватило бы. Да и не мудак я конченный, чтобы таким образом женщину к себе привязывать. К жизни своей.

А жизнь моя не сахар. Никогда не была. Вот и этой красивой, просто сногсшибательной девчушке я сразу шанс дал. Уйти. Забыть все. Все наше умопомрачение на съемных квартирах, когда она была еще только объектом, ценным свидетелем. А я преследовал только одну цель, засадить далеко и надолго того гада, что так издевается над женщинами. Прогнившего до глубины души и прикрывающегося о-о-очень далеко идущими связями.

Поэтому ни о каком продолжении «отношений» и речи не шло. Меня ждало новое опасное задание, из которого и живым то можно не вернуться. А Кристину новая жизнь без всей той грязи, что она пережила.

Наша встреча в клубе спустя годы была неприятным сюрпризом. Неприятным в том, что я совершенно точно был уверен, у девушки хватит мозгов никогда больше в такие клубы не соваться. А еще неприятной была моя реакция. Потому что встал у меня на нее сразу и железно. Хотя ни место, ни время вот вообще не располагало.

Спасать Кристину тоже было неприятно. В голове, словно взбесившиеся пчелы, жалили мысли, сколько раз, пока я ее не видел, она уже попадала вот в такие передряги? С такой задницей как у нее можно было делать вывод, что много. И это дико бесило. Почему эта чертова женщина с волосами цвета ночи и глазами, горящими как адово пламя, не может просто спокойно сидеть дома, а не шастать по клубам, да еще крутить всеми своими прелестями на шесте, как последняя путана. А может и стала этой самой путаной? Такие травмы как у нее, говорят, бесследно не проходят. И хоть я пытался зализать, очень старался, но там бы мозгоправ лучше подошел. А я все же не психолог.

От этих ли мыслей или от близости ее рядом. Такой, казалось бы, забытой. Той, кого организм сразу же узнал, признал и захотел. Крышу сорвало знатно. Сам не помню, как все произошло. А когда очнулся, уже в долгий затяг курил возле машины с заблокированными замками. Осознавал всю глубину пиздеца, в который попал. И что если девчонка меня узнает, то пиздец нещадно догонит и ее в лице одного мерзкого криминального авторитета, который никогда не оставляет свидетелей. И даже, говорят, родного брата убил за якобы предательство.

Решено было действовать жестко и не раздумывая. Потому что мысли в голове уже крутились нехорошие. Оставить сладкую девочку с упругой сочной задницей себе. Спрятать подальше. Про домик в горах ведь не врал. Есть одно местечко у старого отставного полковника. Он бы помог, так как еще с отцом моим дружен был. А Криси перебесилась бы и успокоилась.

Мозг уже рисовал такие яркие и такие заманчивые картинки, как выбираюсь в эту богом забытую местность раз в месяц, а там меня ждет настоящий подарок. Если Кристину еще и бантиком перевязать, то лучшего подарка для меня не сыскать. Я бы его каждый день открывал. И каждую ночь. И нихрена бы не надоело.

Вот это и пугало. Такая одержимость. Она у зеков бывает. В своей жизни, пока служил в органах, я повидал много одержимых людей. Отсидит человек. Вроде исправится. А через месяц, два добро пожаловать обратно. Это повезет, если опять по мелкому преступлению, а не по убою. И ни к чему хорошему такая одержимость не приводит. Одна беда от нее.

Поэтому решено было с девочкой кончать. Если признает, сказать, что перепутала и отправить на все четыре стороны. Немного помониторить незаметно. Просто чтоб убедится – никто из банды ни о чем не догадается. Никто. Кто же мог подумать, что сюрприз подкинет сама Крис.

Сперва появившись в качестве уборщицы в доме самого опасного человека не только этого города, а, пожалуй, и двух-трех соседних областей. По всей стране мы статистику не брали. Может там и похлеще отморозы имеются. А в ближайшем окружении товарищ Тагир самым уебищным оказался. Поэтому брать его надо было обязательно. А не мозги терять из-за своей сраной такой неуместной одержимости.

Но когда Крис в слезах буквально приползла просить помощи. Не за себя, а, как выяснилось, за дочь. Меня сначала дико встряхнуло из-за ее ребенка. Сам такой реакции не ожидал. Не мог поверить, что способен на такую дикую ревность и ненависть к мужику, который ей этого ребенка мог заделать.

А потом, когда дочку увидел. Заново перетряхнуло. Но уже в обратном направлении. Я все-таки мент, но не дебил. А семейное сходство в нашей семье такое, что меня на службе вечно с отцом путали. Хотя он и умер уже. Да еще мать вечно любила фоточки мне детские подсовывать. Так что, как выглядел маленький я в шесть лет, отлично помнил. И дочь свою сразу признал.

Смешно, конечно, было смотреть, как Крис ломает комедию. Но я уже тогда все решил. Поэтому действовать дальше было спокойнее. И реагировать на все закидоны Кристины тоже. В конце концов она женщина, а им это позволено. Даже поистерить порой. Вот мужик истеричка – это позор. А для бабы нормальное состояние, особенно, учитывая обстоятельства.

Аромат геля смешивается со сладкими нотками молока и печенья. Немного сгоревшего печенья. Похоже сегодня Криси опять испытывала свои кулинарные способности. Вспоминаю ее последний шедевр. Борщ. Так плохо мне не было даже в армии, когда кормили подгорелой овсянкой на завтрак и супом из мяса непонятной испорченности.

Хорошо, что Динка сама есть отказалась. Сразу почувствовав подвох. Умная девочка. Вся в меня. А я потом полдня в туалете провел. Кристина так расстроилась, что потом месяц к плите не подходила. Но сегодня видимо решила снова рискнуть. Ее попытки научится готовить, умиляют. Особенно мысль о том, что делает она это для меня. Ради меня. Я как-то сболтнул, что очень люблю домашнюю пищу. Мать до смерти отца была домохозяйкой, и мы всегда питались не роскошно, но очень сытно и вкусно. По-домашнему и с любовью.

Видимо Кристина решила, что просто обязана составить моей матери конкуренцию и не ударить в грязь лицом. Хотя мне вообще плевать на ее стряпню. Мне вообще на все плевать, лишь бы эта мягкая роскошная задница всегда была рядом только со мной. Полная одержимость. Но я уже привык.