21

Кукла. Россия. 2001 год.

Я сняла солнцезащитные очки и положила в сумочку, Макар жестом указал мне на стул, напротив него. Давно я не видела его лично, чаще по телефону или сообщения через агентов. В этот раз он позвал меня на личную встречу. Я знала, что это будет. Он всегда осведомлён. Чувствует мою неуверенность или сомнения, или черт его с**у раздери, что он там чувствует своим нюхом. Я положила флэшку на стол, а Макар накрыл ее ладонью и посмотрел на меня.

— Отлично выглядишь, Кукла. Семейная жизнь тебе к лицу. Изысканная, утончённая. Как я и мечтал.

Пигмалион хренов. Я села на пластиковый стул и закурила. Он не поднёс мне зажигалку. Только смотрел на меня чуть прищурившись.

— Давай, выкладывай, поделись сомнениями. Исповедайся.

Я посмотрела на него и выпустила тонкую струйку дыма.

— Никитин младший мне мешает. Убери его из игры, — сказала я и сбила пепел в пепельницу. Официантка принесла нам кофе и Макар мило ей улыбнулся. Со стороны выглядело так, что совершенно милая пара, может даже отец и дочь.

— А в чем проблема, Кукла? С чем не справляешься?

С тем, сукин ты сын, что ты подложил меня и под отца, и под сына.

— Он о чем-то догадывается, не знаю, он следит за мной, не даёт мне прохода, достаёт. ОН МНЕ МЕШАЕТ!

Я нервно затянулась сигаретой и посмотрела на Макара — тот улыбался.

— Значит трахни его. Все просто, милая. Трахай их обоих. В полном смысле этого слова. Запудри ему мозги. Мне что тебя учить? Когда сыночек будет занят тем что у тебя между ногами, он будет следить за твоей попкой, а не за тем что ты там делаешь в кабинете его отца.

Сволочь, он и это знает. Все знает. Я оставалась спокойной, ничего не выдавало моего волнения.

— Я не хочу в этом участвовать.

В этот момент Макар силой сжал моё запястье:

— Ты уже в этом участвуешь, милая. Уже. Так что давай, иди к Лёше и оттрахай его чтоб искры с глаз посыпались. Пусть будет твоим любовником. Так легче контролировать. Так ты сможешь его убрать, и он перестанет тебе мешать.

Я вытерпела его хватку, от дикого желания затушить сигарету об его руку свело скулы.

— Не ломай из себя целку, Кукла. Ты профессионал. Надо будет перетрахаешься с полком солдат, а потом взорвёшь полигон. Я учил тебя этому. Тебя мучает вопрос морали?

— Нет других вариантов?

Макар выпустил мою руку и откинулся на спинку стула:

— Есть, я могу убрать Лёшу…Навсегда. Отпляшете на его похоронах, и никто не будет тебе мешать. Что скажешь?

Я затушила сигарету в пепельнице.

— Первый вариант лучше.

— Вот и отлично, девочка, чудесно. Ты всегда умела сделать правильный выбор.

Все. Свободна. Давай сегодня успокой своего юного самца. Я позабочусь, чтоб старший подольше задержался в своей командировке. И ещё, — он подался вперёд и посмотрел мне в глаза, — запомни я всегда и все знаю. Я знаю даже то, чего ты ещё не знаешь. Тебе ясно?

Конечно ясно, ублюдок. С тобой мне всегда все ясно. Я кивнула, и перекинула сумочку через плечо.

— Удачи, милая. Отчёт мне передашь о проделанной работе. Видеоотчёт.

Я сверкнула зло глазами.

— Я пошутил, — сукин сын развёл руками, — просто пошутил, девочка. Обойдёмся без домашнего видео.

Я села в машину и позвонила мужу, он ласково от меня избавился. Судя по всему, его встреча с американскими партнёрами в Бостоне в самом разгаре. Теперь я лихорадочно думала, постукивая по рулю. Лёша сейчас готовится к свадьбе вовсю. Они ещё утром пошли по магазинам. Не видеть их с самого утра — это передышка и в тот же момент осознавать, что он с ней, что они там, что б их, как семейная парочка заняты шопингом… Несколько секунд смотрела в одну точку, потом повернула ключ в зажигании и сорвалась с места.

Через полчаса я позвонила Лёше:

— Да! — наверное ответил автоматически, даже не увидев, что это я.

— Я попала в аварию, — эффектная пауза, пару секунд ему на раздумья, — жене своей будущей не говори. Забери меня отсюда.

Слышу его шумное дыхание.

— Где?

Я выехала за город и свернула к ближайшему посёлку, по ухабистой дороге.

— На тридцать пятом километре, на повороте к Симаково.

— Ты цела?

— Пару царапин. Менты скоро приедут. Забери меня, я не трезвая.

— Твою мать, — я даже увидела, как он выругался сквозь стиснутые зубы, — оставайся там, скоро буду.

Я закрыла сотовый и направила машину в дерево, вцепившись в руль, врезалась в осину. Подушка безопасности больно ударила в грудь. Я несколько секунд шумно дышала, справляясь с болью. Потом достала из-под сидения бутылку конька и с сделала несколько глотков с горла, открыла дверцу и выйдя из машины, отошла на несколько шагов и вылила ещё полбутылки в траву. Вернулась обратно, бросила бутылку на пол и откинулась на заднее сидение. Несколько минут просто смотрела в никуда, потом сильно прикусила нижнюю губу, до крови, зажмурив глаза, ударилась лицом об руль. Из глаз посыпались искры. Перевела дух, громко матерясь, лихорадочно отыскивая сигареты, потом посмотрела в зеркало. Самое оно. Разбитая губа, немного крови под носом, ссадина на лбу. Правдоподобней не придумаешь.

Я смотрела как сосредоточенно он ведёт машину, вцепился в руль, напряжён до предела. Моё сердце билось, как ненормальное. От алкоголя помутнело в голове и пересохло в горле.

— Куда мы едем, — посмотрела на него, на жёсткий профиль, на сжатые челюсти и почувствовала, как сильно тоскую по нему, как меня скручивает от первобытного, неконтролируемого желания прикоснуться к нему.

— Домой, — ответил сквозь зубы, нащупал пачку сигарет в кармане, сунул одну в рот и на ходу подкурил.

— Я не хочу домой. В таком состоянии, — попросила очень тихо. Он криво усмехнулся.

— Боишься, что отцу доложат?

Мы въехали в город.

— Он не считает меня такой.

Снова ухмылка:

— Какой такой, а Кукла? Стервой, которая вышла замуж ради бабла?

Я стиснула челюсти и отвернулась к окну.

— Отвези в отель, я приведу себя в порядок и вернусь на такси.

Зазвонил его сотовый и Никитин нажал на громкую связь. Услышав голос Оли я болезненно поморщилась.

— Леш, ты где? Я закончила. Ты заберёшь меня?

Резкий взгляд в мою сторону и я напряглась. Только пусть не тащится со мной за Олей. Ради Бога, я не хочу этого цирка.

— Возьми такси у меня срочное дело есть, я скоро буду.

Выдохнула и прислонилась головой к стеклу.

— Лёша, у нас свадьба через пару дней. Какое срочное дело? Твой отец сказал…

— Оля, — рявкнул так громко, что у меня сердце подпрыгнуло, — если я сказал, что есть срочное дело, значит оно срочное. Все давай, вызови такси.

Отключил звонок и свернул в переулок близко к набережной. Припарковался у отеля. Я должна продолжить играть.

— Спасибо, — сказала тихо, толкнула дверь и вылезла из машины, слегка пошатнулась и взялась за капот. Секунды отсчитывало мое сердце, постукивая в висках. Я закрыла глаза, чувствуя лёгкое головокружение. В тот же момент на моей руке чуть повыше локтя сомкнулись его пальцы. Я выдохнула и распахнула глаза.

Лёша взял меня под руку и повёл к дверям гостиницы. В холе усадил на мягкий диван. Несколько минут разговаривал с девушкой на ресепшене, потом вернулся и снова молча взяв меня под руку потащил к лифту.

Мы зашли в номер, и я прислонилась к двери, увидев, как он швырнул ключи на круглый столик.

— Давай, проспись. Потом позвони я пришлю за тобой машину.

Я смотрела на него и чувствовала, как болезненные иголки впиваются под кожу, как кровь стучит в висках, как я теряю контроль и все самообладание глядя на него, такого красивого в элегантной рубашке, с распахнутым воротом, с каменным выражением лица.

— Не уходи, — тихо сказала я.

Резкий взгляд на меня, долгий, тяжёлый. Я выдержала, закусив губу. Сделал шаг ко мне, медленно, глядя прямо в глаза. Подошёл в плотную. Вдох-выдох…вдох-выдох. Впервые я ничего не понимала и не знала, как он поступит. Его глаза потемнели, а я повторила:

— Не уходи пожалуйста.

Стоит не двигается и каждый удар моего сердца, отнимает частичку души и отдаёт ему. Никогда не думала, что секунды ожидания настолько болезненные. Шагнул ко мне, мучительно задрожала всем телом и шумно выдохнула, когда он привлёк к себе, резко, грубовато. Сердце дёрнулось и замерло. Его запах, его дыхание, жадное прикосновение губ, и я сорвалась, вцепилась пальцами ему в рубашку, каждое касание, как ожог, дыхание, раскалённое до предела, лихорадочно разрываю рубашку, так что пуговицы, отлетая катятся по полу. Прижимаюсь приоткрытым ртом к его груди, покрывая поцелуями, укусами. Схватил меня за волосы на затылке и притянул к себе, снова терзая мои губы, задирая юбку на бедра, проникая под трусики. Меня колотит от нетерпения, но он не даёт ничего сказать, его язык скользит у меня во рту, в тот момент как пальцы жадно ласкают мою плоть, погружаются во внутрь меня. На секунду отрывается от моего рта и смотрит мне в глаза, а потом снова набрасывается на мои губы. Никакой ласки, голое обнажённое желание, неприкрытое и жадное, алчное и грязное, порочное и вместе с тем очищающее меня от грязи других прикосновений. Я извиваюсь в его руках, царапая затылок, обхватывая его торс ногой, подаваясь вперёд и чувствуя, как пульсирует все внизу, как требует его внутри, немедленно, полного соединения и окончательной потери контроля. Лёша приподнимает меня за бедра рывком вверх, от предвкушения вторжения я вскрикиваю, но он приподнимает выше, вынуждая обхватить ногами его шею, я чувствую, как жадный рот накрывает моё лоно. Нет никакой нежности только острые удары языка по возбуждённой до предела плоти, и я разрываюсь на мелкие осколки агонии, сжимая ногами его голову. В тот же момент чувствую, как он резко насаживает меня на себя, захлёбываюсь криком, выгибаясь и цепляясь за его плечи, хватая воздух ртом, задыхаясь от наслаждения. Меня разрывает на части, словно до этой секунды я вообще не дышала и не жила, мощные толчки внутри, болезненно сладкие, отрывистые, рваные, хаотичные, под пальцами железные мышцы, сведённые судорогой напряжения, впиваюсь в его волосы дрожащими пальцами, отвожу голову назад и смотрю на бледное от страсти лицо, обезумевший взгляд и в нем мое отражение. Я ничего не слышу и не понимаю, я дрожу в его руках, чувствую, как яростно он врывается в моё тело до упора, а потом вдавив меня в стену громко и хрипло стонет, прикусывая мою шею. Сильнее обхватываю его руками и ногами, прижимая к себе, царапая спину, жадно сжимая в объятиях, принимая внутри его семя я вдруг понимаю, что люблю его. До боли. До дикого отчаянного безумия. Я люблю, и эта любовь уже сделала меня уязвимой, раскрытой, обнажённой до мяса. Каждое прикосновение, даже дуновение ветерка причинит мне мучения, потому что я уже не смогу дышать без его рук. Осознание оглушило взрывной волной и заставило вздрогнуть от понимания неизбежной агонии.

Ещё несколько минут стоим у двери задыхаясь, он целует мою шею, постепенно ослабляя дикую хватку. Удерживая под ягодицы, несёт к постели и опрокидывает поперёк. Я с трудом приоткрыла веки, смотрю ему в глаза и понимаю, что меня больше нет, я рухнула в бездну и разбилась. Нежно провожу кончиками пальцев по его скулам и от безысходности стонет сердце.

— Ещё не поздно все изменить, — смотрит на меня и касается губами моих губ, — ещё не поздно, Маша.

— Поздно, — отвечаю и провожу пальцем по его губам, вижу, как закрываются его глаза и сжимаются челюсти.

— Я не отступлюсь, — снова пристально смотрит на меня, и перехватывает мою руку.

— Отступишься. Это все лишнее. Временное. Пройдёт.

Собственные слова вызывают болезненный спазм в груди.

— Уверенна, что пройдёт?

Сжимает мою руку до боли, но внутри больнее.

— Уверенна, — убиваю себя быстро, сжигая мосты.

— Почему?

Я отворачиваюсь, но он не даёт, обхватывая моё лицо пятерней.

— Почему, Маша?

— Не могу. Не важно почему.

Убираю его руку и пытаюсь привстать, но Лёша впечатывает меня обратно в постель, хватая за горло.

— Так и будем прятаться? Вечно? Скрываться? Тебе это нравится? Раздвигать ноги перед нами обоими, а, Маша? Нравится трахаться с отцом и с сыном? — сорвался на крик.

Я сбросила его руку и резко села на постели. Голова кружилась, а алкоголь выветрился к чертям собачим.

— Я не думала, что ты его сын. Я вообще ни о чем не думала, — заученные слова лились рекой, обхватила голову руками, зарываясь пальцами в растрёпанные волосы, — я просто сбежала от себя…а потом эта авария. Смерть. Похороны. Я думала, что я сама мёртвая. Он вытащил с болота. Я, когда увидела тебя там, на пирсе…

Закрыла лицо руками и вдруг почувствовала, как Лёша обнял меня за плечи. Ударило как током и свело скулы. Никакого контроля, оголённые нервы, болезные удары сердца.

— Если бы я сам знал, я бы искал лучше.

Нет, милый, не нашёл бы. Так все было задумано и не ты, ни я ничего не решаем.

— А ты искал? — сердце зашлось, ожидая ответа.

— Искал, — рывком привлёк к себе, — долго искал, каждый день искал.

Я высвободилась из его объятий и встала с постели.

— Плохо искал, Лёша. Теперь уже поздно. Ничего изменить нельзя.

Встал позади меня и положил руки мне на плечи.

— Я могу отменить эту свадьбу, — жадно прижался губами к моей шее.

— Не стоит.

Я закусила губу и зажмурилась, — не стоит, Лёша. Я от него не уйду, а тебе желаю счастья с Олей. Все на своих местах. Женись. Мне все равно.

— Неужели?

— Уходи.

— Чокнутая, невменяемая сука. Вот ты кто.

Я промолчала. Затем шуршание одежды, звук застёгиваемой молнии, звон пряжки ремня.

Когда силой шваркнула дверь, я даже не вздрогнула.

В день их свадьбы я веселилась больше всех. Я танцевала до упада, я порхала между гостями, пила шампанское, желала им долгой совместной жизни. Ловила на себе тяжёлый взгляд Лёши и улыбалась, салютируя ему бокалом с шампанским, а когда он целовал невесту, впивалась ногтями в ладони чтобы не завыть от отчаяния.

Когда все гости разъехались, и жених с невестой укатили в аэропорт, я закрылась в ванной и не моргая смотрела на своё отражение, а потом со всей дури врезала в него кулаком, осколки впились мне в руку, разрезая кожу до крови, но я не чувствовала боли, я продолжала смотреть в разбитое зеркало. Я не слышала, как кто-то дёргает ручку двери, кричит и зовёт меня по имени, через несколько минут ее выбили два охранника, и мой муж прижал меня к себе. Я обняла его за шею и зарыдала. Он гладил меня по волосам, качал как ребёнка, потом отнёс на постель и долго целовал мою забинтованную руку, плечи, шепча слова утешения, а я тихо себя ненавидела. Жизнь свою проклятую. Я даже не понимала, что все только начинается, что это далеко не конец — это только начало конца. Макар быстро вправил мне мозги, когда уже на следующий день я получила короткую смску на свой номер с новым заданием.