Эпилог

— Ярослава, поторапливайся. Опять опоздаем, неудобно.

— Ой, никто и не заметит. Ты же сам говорил, сначала гости бизнеса.

— А я кто?

— Ты? Муж мой! — наконец Ярослава вышла из гардеробной. Вечернее платье длиной ниже колен из последней коллекции, пурпурно-голубого цвета и бежевые туфли к нему. Строгая прическа и невероятно шикарная фигура. Для матери троих детей так точно! — Причём самый любимый! — поцеловав Бараева в щеку, она проходит мимо него.

— Так, я не понял?

— Чего!

— Самый любимый!

— Ну!

— А что ещё кто-то есть? Ну тот, что не самый.

— Так…

— Ты так сказала!

— Сулим, мы сейчас поругаемся.

— Не поругаемся! — Сулим догнал жену и жарко поцеловал в губы!

— Мама, вы надолго?

— Упс! — смущённо улыбнулась Ярослава мужу и, освободившись из его объятий, обернулась к сыну.

— Не знаю, малыш. Думаю, да, — присев на корточки, Яра обняла мальчишку.

Хусейн, самый младший сын Сулима и Ярославы, заметно расстроился, хотя и очень старался всё же не подавать виду …

— Я сейчас не понял, замерз, что ли?

— Нет!

— А чего губа трясётся?

Сулим оказался очень строгим отцом. Иногда Яра злилась на него за это. Если мальчишки проказничали, то вне всякого сомнения, были наказаны. Сулим ни разу ни к одному из своих сыновей не применил физической силы. Мальчишки боялись его взгляда и властного тона. Ярославе в такие моменты хотелось обнять своих детей и спрятать. Сулим видел это, видел, что Яра, абсолютно не привыкшая к строгости, пугается, поэтому старался при ней на сыновей не ругаться.

— Я не слышу?

— Мм..

— Сулим…

— Ярослава… — твердо и предупреждающе.

— Отец, — Хусейн моментально берёт себя в руки. — Не нужно повышать голос на женщину, которая тебе родила нас.

— Я не повышаю голос на маму.

— Ты говоришь строго, она пугается. Вон, у неё ручки похолодели.

— А у тебя сейчас попа гореть будет! — произносит Сулим, при этом беря ладонь Яры в свою и поднося её к губам. — Ничего не холодные. Иди к братьям в игровую. Сегодня Серафима остаётся с вами. Спать ложиться вовремя, и не дай Аллах, хоть одна жалоба на кого-то из вас… — кивнув и широко улыбнувшись, Хусейн быстро убегает в сторону длинного коридора, где располагается игровая.

— Хитрюга мелкий, — Яра с умилением смотрит вслед сыну

— Ага! На ходу соображает, как выйти из сложной ситуации.

На празднование в честь расширения бизнеса Бека было приглашено огромное количества народа. Сулима задержали практически у самого порога.

Двое солидных мужчин, поздоровавшись, сразу завели разговор. Ярослава не сдвинулась с места. Разумеется, ей безумно хотелось поскорее найти Татьяну и посплетничать, они нормально не говорили около двух недель, потому что подруга была занята организацией сегодняшнего вечера. Но вот только за шесть лет супружеской жизни с Сулимом Ярослава усвоила, что она от мужа не отходит даже на шаг. Пока он сам не отведет её к женской компании. Разумеется, так происходит не всегда. В том смысле, что только на общественных мероприятиях, где много народу. Если они что-то празднуют в своей компании, Ярослава куда более вольна.

— Что это, Сулим, твоя жена в пол пялится среди мужчин? — Харис подошёл к Бараеву и протянул ему руку для рукопожатия.

— Сейчас отведу её.

— Давай я?

— Хорошо, спасибо!

Харис с Ярой довольно хорошо сдружились. У Ярославы даже иногда выходит называть Хариса папой. Он многому её научил за эти годы. Подсказывал, как правильно нужно вести себя с родственниками Сулима, которые, как только поняли, что Бараев-младший снова стал живым и безопасным, толпами, а точнее, семьями, начали приезжать в гости. На Ярославу только по началу смотрели косо, но после рождения Амира, их с Сулимом первенца, успокоились.

Амир родился поздней осенью и оттого, что Ярослава немного не доносила малыша, был слаб здоровьем. Первый год его жизни стал довольно сложным. Он часто болел, и Яра практически не отходила от кроватки, мало спала, но категорически отказывалась от няни. Только Ирина и Харис могли немного разгрузить Ярославу. Только им, и разумеется, Сулиму, она могла доверить своего малыша. К счастью, вскоре всё наладилось. Амир окреп, и Яре была только в радость новость о том, что она ждёт второго ребенка.

Ирина и Харис тоже пять лет назад стали счастливыми родителями. Малыша назвали Матвеем. Разумеется, Харису не хотелось так называть сына, но у Ирины роды были также довольно сложные, и было учтено, что Матвейку ей хотелось еще, когда она Яру носила под сердцем и не знала пол будущего ребёнка.

Беку свой собственный бизнес помог открыть Сулим. Впрочем, помог он только тем, что дал стартовый капитал на открытие первого ресторана. Остальное он сам. Ну, и его верная Татьяна, что всегда рядом с ним.

— А ещё кто будет?

— Новая группа "ТурТман" пару песен споёт.

— Мм, я слышала о них. Эта группа сейчас набирает популярность!

— Ага! Ну что, ты Бараеву-то сказала?

— Что сказала? — девушки синхронно вздрогнули и обернулись.

— Сулим?

— Я слушаю.

— Дома!

— Тут. Ну, раз уж Татьяна всё равно в курсе! — Таня жестом показывает, что отойдет и оставляет Бараевых один на один.

— Я беременна, Сулим!

— А, это!

— В смысле это?

— В смысле это я уже знаю! — Сулим никогда не показывает своих чувств на публике, но не смог удержаться от короткого поцелуя.

— Откуда?

— Яра, ты мне уже троих родила.

— А!

— Ну, и твою выписку видел.

— Блин, Бараев! Я уже подумала, ты и вправду по мне понял.

— Ну, потом то да. В спальне проверил, тити налились, живота пока нет. Спрашивать не стал, думал, может опять подарок на день рождения.

— Твой день рождения ещё не скоро. Я успею родить. Сулим…

— Что, милая?

Яра млела в те редкие моменты, когда Сулим ласково называл её "милая".

— А если на этот раз родится девочка? Ты будешь так же строг к ней?

— Ярослава, у нас с тобой не единожды был разговор на эту тему. Мальчики должны вырасти мужчинами. Если родится девочка, я не буду вмешиваться. Тем более не буду с ней строг. Ну не так как с нашими сыновьями, по крайне мере.

— Да? — лицо Яры засветилось от улыбки.

— Да!

— Тогда, мы с ней вместе сядем тебе на шею.

— Договорились!

Дочь Ярославы и Сулима родилась в середине лета. Как и обещал Сулим, он не был слишком строг с дочерью. Да он вообще не был с ней строг. Сулим чувствовал себя совершенно счастливым. Любимый муж и папочка. И сыновья относились с глубоким уважением к своим родителям.