Глава 9

Когда Блэкстоун уехал, Аделина пожалела, что обратилась к нему с деловым предложением. Этим она только показала свою несостоятельность. Она совершенно не хотела просить о помощи того, по чьей вине лишилась части замка. Ладно, пусть не по вине, а по незнанию Блэкстоуна. Но он единственный предложил Слейду столько денег, что ее супруг пошел на разные ухищрения и бессовестный обман.

И что этому Даррену тут нужно на самом деле? Вопрос не давал покоя.

Но что сделано, то сделано. А Даррен все равно не согласится.

Во время утренней беседы Аделина не увидела в его взгляде никакого энтузиазма, он отнесся к ее плану скорее скептически. Стоит позабыть о том разговоре и заняться насущными вопросами.

Завершив основные дела, Аделина уставилась в окно. Саймон все не возвращался, и ей стало за него тревожно. Вдруг на дороге опять что-то случилось? Даррен ведь сказал, что тварь, вероятно, была не одна.

Она терпеливо ждала, но душа не находила покоя. Наконец-то Аделина услышала тихое лошадиное ржание и скрип колес.

Хозяйка поместья тут же рванула к окну и выглянула, издалека заметив карету. Тогда она побежала вниз по лестнице, чтобы встретить слугу и выяснить, как все прошло. Она не понимала, что на самом деле ее волнует.

Но уж точно не то, что она не увидела графа Блэкстоуна? Верно? Ей вообще не должно быть дела, где он и чем занимается!

Но все же, выяснив у Саймона детали поездки, она осторожно спросила:

– А где же господин Блэкстоун? Разве он не приехал вместе с тобой?

– Кажется, поехал в город. Так он сказал.

– И не сообщил, когда вернется?..

Аделина осеклась. Нельзя задавать такие вопросы. Даже Саймону Риду, несмотря на то, что она полностью ему доверяет.

Интересоваться другим мужчиной, оставаясь замужней леди – верх неприличия! Не говоря уже о том, что кто-то может узнать…

Хотя… что узнавать? Что он тоже владелец Тирхолла? В этом нет ее вины.

– Нет, – покачал головой Рид, не замечая душевных метаний хозяйки.

– Ну ладно. Думаю, сегодня тебе положен отдых.

– Но я вовсе не устал, миледи. Господин почти всю работу сделал сам.

– Надо же, – удивилась она. – Тогда сходи, пообедай, а потом мы повесим мои картины. Это не так уж и сложно.

Она несколько дней не могла до них добраться, но вдруг вспомнила.

Тем более, они с Гретой заранее наметили стены, где рисунки будут смотреться выгоднее. Жаль, никто их не увидит, ведь гостей сюда она звать не намерена. Пусть же они услаждают ее душеньку. После того, как Слейд обозвал ее творчество мазней, хотелось доказать себе, что она талантлива.

Сделать все наоборот, не так, как было во время их совместной жизни.

Но она ошиблась, решив, что это простое занятие. Пока Саймон выдолбил в стенах отверстия и забил в них деревянные чопы, а потом вставил туда металлические штыри, она устала ждать и ушла к себе, чтобы переодеться.

Мысли постоянно возвращались к Даррену. Она вообще стала слишком много о нем думать в последнее время – особенно сегодня! Но это оказалось довольно приятным занятием.

Аделина вспоминала недолгие разговоры, прикосновения. И решила для себя, что ничего в них постыдного-то и нет. А легкий флирт не навредит, если о нем никому, кроме двоих, неизвестно. Почему-то она верила: болтать Даррен не станет. Но большего она себе точно не позволит!

К вечеру картины наконец-то висели на положенных местах. Аделина неторопливо прошлась по холлу и коридорам, с удовлетворением заметив, как преобразились помещения, когда в унылый сумрак замка ворвались яркие сочные краски. Конечно, она не заходила на условную половину Даррена, ограничилась частью имения, где в основном обитала она сама.

Несмотря на некоторую усталость, ей совсем не хотелось спать, даже когда стало темнеть. Поняв, что генерал сегодня уже вряд ли вернется, она строго-настрого запретила себе о нем думать и занялась тренировкой магии, чтобы хоть как-то отвлечься.

Она не пошла во двор, а выбрала пустой зал в дальней части – здесь точно ничего не спалит и не разрушит. Аделина расставила на старом дубовом столе свечи и уселась на стул, пытаясь сконцентрироваться на пламени.

В прошлые разы она занималась в уставшем и совершенно расстроенном состоянии. Возможно, потому все и шло наперекосяк? Тогда она даже не могла сосредоточиться на нитях, что связывали ее тело с высшими материями. Увы, но она плохо помнила теорию. Действовала больше интуитивно, пытаясь почувствовать подсознанием магическую связь.

Неожиданно огонь полыхнул прямо перед носом. Фитиль ближайшей к ней свечи вспыхнул длинным язычком. А потом оранжевая россыпь вихрем устремилась вперед, выписывая в воздухе красивые узоры.

Аделина ахнула от удивления. Такого она точно не умела! И как это у нее получилось обуздать огонь? Или же…

– И чем вы здесь занимаетесь в полном одиночестве? – Руки в черных перчатках легли ей на плечи, и она затылком ощутила чужое дыхание.

– Даррен! Разве можно так пугать? – возмутилась она, поерзав на стуле.

И снова, как и в прошлый раз, когда они ехали на лошади, ей не хотелось избавляться от его внезапного прикосновения.

– Если напугал – прошу прощения. Вообще-то я позвал вас, когда входил. Спросил разрешения – и вы кивнули.

– Даже так?

В тот момент она настолько ушла в себя, что ничего вокруг не замечала.

– Я решила вспомнить, что умела раньше, – только и ответила она.

– Судя по тому, что я успел увидеть, умели вы немногое, – усмехнулся генерал, убрав свои руки и сделав шаг назад. – Или же я ошибаюсь?

– В последнее время в магии не было необходимости, – встряхнула она плечами, сбрасывая странное оцепенение, которое вызвал контакт.

– Разве вас не обучали?

– Совсем немного. Я не умею заряжать артефакты или создавать магические плетения. Но все же мне достались некоторые способности.

– Огонь – не самая простая в подчинении стихия. Однако вы выбрали именно ее. Почему не что-то другое – например, не воду?

– Это скучно. Вода довольно ленива. А пламя… оно словно живет своей жизнью. Чары можно применять и в быту. Если вспомнить основы, то я могла бы пустить магию на что-то полезное. Жаль, заклинаний я тоже никаких не помню. Одна моя знакомая из пансиона умела создавать прекрасные иллюзии, потом она работала в столичном театре. Другая управляла цветами. Я же ничего из этого не умею. Магистр, который когда-то оценивал мой дар, сказал, что у меня совсем слабые показатели.

– Просто мне кажется, что ваш дар иного рода.

– Вы о чем?

Аделина затушила свечу и поднялась со стула, повернувшись к Даррену.

– Возможно, ваша магия связана вовсе не со стихиями.

– Тогда с чем же? – нахмурилась Аделина.

– Она другого уровня.

– Такого мне никто не говорил.

– Королевские маги не любят распространяться о сущности магических потоков. Большинство людей, которые не обучались управлению высшими материями, верят, что магия пригодна лишь для создания чего-то, что может увидеть или почувствовать человек. Но это далеко не так.

– А вас такому обучали?

– Да. Но лишь тогда, когда я усвоил курс боевой магии. Это вовсе не тайна. Просто мало интересно рядовому обывателю. Потому вы и не в курсе.

– Говорите загадками.

– Поверьте, я совершенно не хотел занижать ваши таланты. Кстати, картины, которые теперь украшают стены Тирхолла – ваши?

– Мои, – осторожно ответила она.

– Они очень красивые, – вдруг улыбнулся Даррен.

Аделина даже не ожидала, что краткая похвала так тепло откликнется в ее сердце. Даррен не лукавил, она хорошо это чувствовала. Он не стал рассыпаться в комплиментах, сказал лишь пару слов – но от души.

Сейчас мужчина стоял спиной к окну, за которым алели последние искры заката. Черты его лица различались все хуже. Впору зажечь в зале хоть те свечи, что по-прежнему стояли на столе. Но Аделине почему-то нравилось разговаривать с генералом вот так, в темноте и тишине уединенной части замка. Было в этом что-то преступно-порочное, но уж слишком манящее.

– Спасибо, – промолвила она.

– За что?

– За оценку моих работ, конечно!

– А я уж думал, опять станете вспоминать вчерашний вечер.

– Предпочту оставить его в прошлом.

– А что еще вам хотелось бы оставить в прошлом?

Он неожиданно сделал ей навстречу шаг. Совсем маленький. Но Аделине показалось, это намек на то, что он хочет стать ближе, намек на более теплые отношения. Или даже на что-то особенное.

– Не понимаю, о чем вы.

– И не надо, – мгновенно посерьезнел он. – Вообще-то я пришел, чтобы поговорить о вашем предложении.

– Правда?

К щекам Аделины прильнула кровь.

– В дороге я думал над тем, что вы описали в своих расчетах. И могу заявить, что засев полей в данной ситуации – затея не очень хорошая.

Именно эти слова Аделина и боялась услышать. Она шумно вздохнула.

– Я понимаю ваши опасения.

– Не подумайте, что я хочу как-то приуменьшить ваши способности. План действительно хорош. И расчеты сделаны верно. Но вы не учли возможный форс-мажор. Лето обещает быть засушливым. И урожай может просто погибнуть. Во-вторых, земли лучше обработать заранее, еще с осени.

– Зачем вы мне это говорите? Я и сама все понимаю.

– Я не оправдываюсь, просто поясняю возможные риски. Ваши задумки вполне сгодятся, но на следующий год, если решитесь остаться в Тирхолле.

– Так говорите, словно вас точно здесь не будет, – хмыкнула она.

Даррен сжал губы, затем откинул голову назад, при этом кадык слегка выпятился. Он явно не желал отвечать на ее вопрос. Но все-таки сказал:

– Скорее всего, не будет.

– Но… почему?

– Вы что, расстроены новостью?

– Нет, что вы. Напротив, я очень рада.

– Вот и прекрасно. Только заранее не обольщайтесь. – Он выдержал паузу. – В общем, я немного поразмыслил и решил предложить вам кое-что другое. Попроще, но более надежное. И при этом не менее прибыльное.

– Серьезно? – опешила она от неожиданности. – Что же это?

– Лесопилку, – удивил ее Даррен. – Вложения на начальном этапе минимальны, а прибыли больше. В округе полно деревьев, которые можно пустить в дело. Все равно лес не помешает очистить от разного хлама. А потом высадить новые саженцы. Если мы наладим производство, то к лету сможем заодно открыть мебельную мастерскую или даже фабрику.

– Но как же сумеречные зоны и выбросы тьмы?

– Сама древесина не впитывает тьму. К тому же на этом обстоятельстве можно сделать неплохую рекламную кампанию. Думаю, в столице найдется немало людей, которым будет интересно поставить дома комод из Мертвого леса. Народ, знаете ли, падок на всякие изыски, даже такие. Помню, как по возвращении в столицу местные жители просили моих солдат дать им хоть что-то в память о нашей победе над иранхами.

– Даже не думала о таком. Но я согласна! – выпалила Аделина, представляя себе, как можно развернуться. В ее глазах уже светились ферты. Много фертов. Банковские счета, кареты, лошади. И полная независимость от Слейда Флетчера и его дотошной маменьки.

– Отлично, тогда завтра обсудим все нюансы.

– Да! – Ее голубые глаза светились восторгом.

– Но лишь при одном условии, – внезапно добавил Даррен с улыбкой.

– Каком еще условии? – напряглась она.

– Я лично научу вас некоторым магическим приемам.

– Зачем?

– Не могу смотреть, как вы издеваетесь над своим даром.

– Если вам так хочется, почему и нет, – пожала она плечами, скрывая свое истинное состояние, когда хотелось прыгать от радости.

Помещение погрузилось в сумрак, оставляя от всего окружающего одни силуэты. Звезд сегодня было мало, их скрывали облака. Аделина пыталась привыкнуть к темноте, чтобы разглядеть в ней Даррена. Но вместо этого слышала лишь его дыхание, которое становилось все ближе.

Она слегка вздрогнула, когда он вдруг дотронулся до ее ладони.

– Пойдем отдыхать, – выдохнул он, сжав ее пальцы.

– Надо забрать свечи, – запротестовала она, пытаясь вырвать руку.

Но Даррен вдруг потянул ее на себя, практически впечатав в свое тело.

– Обойдемся без них.

Она слышала, как он стащил с одной руки перчатку, затем приобнял второй рукой ее талию, и замерла на месте, пытаясь разобраться в своих ощущениях.

Мужчина будто случайно погладил пальцем ее щеку, убирая с лица прядь.

– Я хорошо вижу в темноте при помощи магических способностей.

– Это несправедливо, ведь я вас совсем не вижу, – выдохнула она.

– Недавно вы говорили, что век бы меня не видели.

В его голосе отчетливо прозвучал сарказм.

– Я была в плохом настроении.

– А сейчас?

– Сейчас… Ах, Даррен, зачем вы меня об этом спрашиваете?

– Интересно, как вы ко мне относитесь, леди Аделина.

– Разве за день могло что-то измениться?

– Вы же хотите стать моим деловым партнером. А партнерам обычно доверяют, – говорил он медленно, хрипло, почти шепотом. И вибрация от его голоса проникала в ее тело, вызывая мелкие мурашки.

– Я вам доверяю.

Горячие, чуть шершавые пальцы нащупали ее подбородок, скользнули по шее, медленно и неторопливо. Аделина не шевелилась. Пусть он и дальше гладит! Ей так сильно недоставало подобных прикосновений в последнее время! В животе вдруг скрутилась тугая пружина, и ее окатило жаром.

– Во всем?

– В том, что касается коммерции, – выдавила она сдавленно.

– Рад это слышать.

Она ощутила его дыхание совсем близко, прямо на своей щеке. Оно словно поглаживало ее кожу, вторя движениям рук. В груди Аделины разгорелось настоящее пламя, которое отчаянно искало выход наружу.

Ей вдруг очень сильно захотелось, чтобы Даррен ее поцеловал. А что, если именно это он и намеревается сделать? Ей стало страшновато. Не за возможный поцелуй, а за его последствия. Они ведь просто партнеры.

– Вы хотели услышать что-то другое? – пролепетала она.

– Всему свое время, – уклончиво ответил Даррен.

Он убрал руку, а затем комнату озарило сияние зеленовато-голубого энергетического шара, который появился над его ладонью. Скулы Даррена при таком освещении казались заостренными, а лицо более темным, чем обычно. В его глазах на мгновение вспыхнуло пламя. Аделина точно видела подобное раньше. Она часто заморгала, прогоняя странное чувство.

– Вот и наш свет. Пойдем.

Она осторожно ступала за ним, стараясь не споткнуться. И через некоторое время они оказались в столовой, где вовсю полыхал разожженный Саймоном камин, а в канделябрах ярко горели свечи.

– Вынужден вас оставить. А пока я еще раз все обдумаю.

– Договорились, – улыбнулась Аделина, глядя на мага уже иначе.

И как она могла подумать, что Даррен Блэкстоун – неприятный человек? Сейчас она воспринимала совсем не так, как при первой их встрече.

Пока он не ушел, Аделина жадно рассматривала волевой квадратный подбородок, чувственные губы, к которым так и хотелось прикоснуться. И удивительные глаза, где иногда проявлялось знакомое свечение. А шрамы теперь даже казались изюминкой и совершенно не портили внешность.

 ***

Аделине вновь приснился сон, в котором она была отчаянно влюблена.

В приятном сновидении она видела все того же мужчину. Они вместе гуляли вдоль реки по дороге, проходящей неподалеку от замка. Вокруг вовсю цвела черемуха. Аделине даже казалось, что она ощущает горько-сладкий, чуть пьянящий аромат белых цветов, сплошь покрывающих высокие кусты у обочины. Незнакомец осторожно держал ее за руку, и она не могла оторвать свой взгляд от его лица…

Пока вдруг не начало доходить, что они знакомы.

Он… он… Это ведь Даррен Блэкстоун!

И как она раньше не догадалась?! Просто он сменил прическу, чуть укоротив волосы, а еще порядком возмужал. Это ведь он снился каждый раз, когда она пыталась убежать от реальности в свои фантазии!

Открытие стало настоящим шоком, Аделина даже не поняла, что грань между сном и явью нарушена. Она уже не спала, просто лежала с закрытыми глазами, пытаясь вспомнить свои чувства и мысли.

То ли с расстройством, то ли с радостью она осознавала, что новый сосед каким-то образом пробрался в потаенный сон. Или он и раньше там присутствовал, просто она не понимала? Они ведь не были знакомы. Или…

– Госпожа Аделина, а вы спите? – донесся осторожный голос горничной.

– Нет, входи, – сообразила хозяйка, что Гретта стоит около ее спальни.

Девчонка сперва лишь заглянула, а потом вошла, остановившись у двери.

– Я спросить хотела… Вы мне как-то говорили, что я могу съездить в Ирвуд, проведать Бриана. Дженоа, который привез из деревни муку, как раз туда собирается. Я тут подумала, вдруг я вам пока не очень нужна?

Это был знакомый трактирщика Венса, еще вчера Саймон договорился с ним о доставке продуктов в замок.

– Хочешь отпроситься?

– Если вы не против. Но вернуться смогу лишь завтра, сами понимаете…

Аделина отчаянно жаждала остаться наедине со своими мыслями, потому даже не слушала, о чем говорила ей Гретта. Лишь бы скорее ушла!

– Хорошо. Но будь осторожна!

– Спасибо, спасибо! Вы даже не представляете, как для меня это важно, – затараторила Гретта, кланяясь госпоже.

– Иди уже! А не то Дженоа уедет без тебя, – отмахнулась Аделина.

Служанка вскоре ушла. Аделина слышала во дворе скрип колес и разговоры. Наконец, повозка уехала. А хозяйка Тирхолла поднялась, решив, что пора бы и позавтракать. Но для начала стоило умыться и расчесаться.

Уже через час она пожалела, что отпустила Гретту – без посторонней помощи оказалось довольно сложно совершать утренние сборы.

Но вскоре ей все-таки удалось привести себя в порядок. Аделина выбрала скромное домашнее платье темно-серого цвета с белоснежными кружевами по вороту и рукавам. Но оно лишь подчеркивало яркий оттенок глаз и перламутровую кожу, при этом не слишком стесняло движения.

Хорошо, что из моды вышли тугие корсеты, в какие знатные дамы затягивали свои тела еще лет пятьдесят назад! Сейчас подобные фасоны носили лишь на балы и прочие светские мероприятия.