Глава 39

Душа перевернулась, а сердце, и в самом деле, остановилось — чтобы через секунду застучать так, что потемнело в глазах.

Едва успел в последний момент ударить наймита заклинанием смерти — лишь оно способно «проесть» панцирь защиты. Да, это лишало меня возможности допросить гада, можно было попробовать ударить чем-то менее разрушительным, но рисковать жизнью Леоны я не захотел. Достаточно уже подставил ее. Никогда себе этого не прощу!

Когда держал ее на руках, считывая состояние, готов был молиться любым высшим силам, обещать им все, что угодно, лишь бы оставили мою девочку в живых. Обошлось, чудом. Но второй раз ошибаться я не намерен. Теперь над Горным регионом стоит купол, который доложит мне о любом госте в наших краях, тайном или явном. Хоть маге, хоть даже даркдаре. Это дорого обходится моим магическим ресурсам, но жизнь Леоны намного дороже.

Моя девочка бесценна!

От разговора о покушении я отказался. Жестко, в своей манере, за которую меня вечно шпыняет Талиана, но чем меньше знает невеста, тем для всех лучше. Моя светловолосая надулась, затаив обиду и явно придумывая месть. Сдаваться не в ее натуре. Будет с азартом пританцовывать вокруг меня, как вокруг запертого сундука с сокровищами, подбирая ключик. А я этому рад. Мне нравится быть ее целью. Пусть точит коготки, переживу.

Прогулкой после ужина меня, конечно же, не удостоили. Так что планы насчет поцелуев под луной пришлось передвинуть на другой день. Но оказалось, что я ошибался. Ночная прогулка все же состоялась — но в таком виде, что и предположить не мог!

Проснулся, едва уснув, от толчка в сердце. Тут же вскочил, не смог улежать на кровати. Грудь ходила ходуном, словно долго мчался куда-то на пределе сил. На душе яростно вытанцовывало беспокойство. Да что там, скорее уж ее стискивал в объятиях первостатейный ужас! Что происходит, черти бесхвостые?!

— Дэмир… — донеслось из приоткрытого окна.

Занавески на нем беспечно колыхались, ничуть не пугаясь моего пристального взгляда. Почудилось? Подошел, раздернул их и выглянул наружу. То, что увидел, заставило проморгаться, потому что глазам не поверил. По гребню крыши соседнего крыла замка шла… Леона!

Ступая невесомо и неспешно, она, одетая в белую ночную рубашку до пят, казалась привидением, которое плыло в ночном холодном воздухе. Распущенные по плечам волосы, высветленные луной, сияли серебром и отливали перламутром.

Мотнул головой и выругался под нос. Встал и замер, идиот! Волосы в данной ситуации начал рассматривать! Самое важное — то, что моя девочка шла к тому самому месту на крыше, с которого упала моя покойная мама. От этого сердце зашкаливало, сжатое когтями ужаса.

Последними словами крыл себя уже на ходу. Выскочил на балкон, подтянулся, ухватившись за карниз, выбрался на крышу и помчался навстречу своей сумасбродной невесте. Изо всех сил надеялся успеть ее перехватить, пока не шлепнулась с верхотуры, лишив меня будущего семейного счастья. Насчет которого, кстати, имеются веские сомнения. Но все это сейчас не имело ровным счетом никакого значения. Главное, чтобы эта строптивица не повторила судьбу моей матери!

В ту ночь было также. Она шла, невесомо касаясь маленькими ножками ската крыши, будто призрак. Золотистые волосы сияли, будто в них запуталось само солнышко. Губы что-то шептали. По щеке скользила слезинка. Я кричал, звал маму, пока не сорвал голос, не в силах сдвинуться с места. Звал ее, но она будто не слышала меня. А потом шагнула в пропасть. Искоркой вспыхнула на мгновение. И разбилась.

Я замер в паре шагов от этой безумной, боясь спугнуть. Не видит? Нахмурился. Взгляд голубых глаз прошел сквозь меня, будто я был соткан из лунного света. Что с ней такое? Неужели ходит во сне? И по злой усмешке судьбы именно по тому скату крыши, с которого упала в объятия вечности моя мать.

— Леона, — позвал тихо, сделав шаг вперед.

Сердце замирало от того, как ходуном ходили листы черепицы под ее ножками. Как она сюда добралась вообще, скажите на милость?!

Шаг, еще шаг. Сердце застучало в глотке. Самому бы не сорваться с гребня крыши, камнем рухнув вниз. Вот бы поглумились мои враги: лорд Даркрэйн свернул шею, навернувшись с крыши. Что он там делал? Возомнил себя котом или попросту сбрендил?

— Иди сюда! — рыкнул, прижав ее к своей груди рывком.

Воздуха не хватало. Эта девчонка меня с ума сведет! Идите вы все в задницу со своей любовью, если из-за нее обливаешься холодным потом от ужаса!

Прикрыл на миг глаза, пережидая вспышку эмоций. Кстати, об этом. Почему меня не колотят, не кусают и не ругают почем зря так, чтобы листва на деревьях внизу в трубочки свернулась от стыда?

— Леона? — позвал, заглянув в ее лицо.

Отрешенная, будто спит стоя. Ах так, да? Ничего, мне известен отличный, хоть и весьма травмоопасный способ разбудить эту сомнамбулу!

Р-раз и моя ладонь, скользнув вниз по стройному телу, сжала попку невесты. Упругую, маленькую, аккуратную задницу, которую очень хотелось полапать с первой встречи. А что, я мужчина, это естественная реакция!

— Совсем совесть потерял? — попка вздрогнула, и на меня обрушился шквал негодования — на сей раз весьма желанный.