Глава 71

Отбиваться совершенно не хотелось. Напротив, хотелось прильнуть к этому жаркому нахалу еще теснее, обвить его шею руками, отдаваясь во власть жестокого хищника и забирая взамен всю его страсть, наполнявшую меня одурманивающей невесомостью и бабочками, щекочущими душу.

Собственно, именно это я и сделала. Но когда рука скользнула в его густую шевелюру, искуситель вздрогнул всем телом и резко отстранился.

— Что не так? — прошептала, недоумевая.

— Все не так, — пробормотал, тяжело дыша и глядя на меня так, словно хотел съесть. — Ты…

— Что я?

— Ты — это ты! — выпалил он и умчался.

Логичный даркдар. Донельзя логичный! Сначала не верит, но дяде опозорившую его невесту возвращать отказывается, потом целоваться лезет, а следом убегает прочь со всех ног как девица, которая опасается за свою невинность!

— Да что это вообще такое?! — прорычала, сжав кулаки и чувствуя, как ноет, болит тело, жаждущее вернуться в стальные объятия Темного лорда — ведь лишь в них его место.

— Это любовь, Леона.

Я резко обернулась и увидела Талиану. С распущенными по плечам волосами она, одетая в голубой пеньюар, была еще прекраснее, чем обычно, и казалась феей, по ошибке залетевшей в мой противоречивый кошмар с кучей вопросов при полном отсутствии каких бы то ни было намеков на ответы.

— Это любовь, — повторила она, подойдя ко мне.

— Разве любовь может быть такой жестокой? — тихо спросила я, все еще чувствуя, как горят губы.

— Еще как может. Она по сути своей безжалостна, — ответила мачеха Дэмира, ухватив меня под локоток. — Пойдем-ка, надо поесть, ты же ничего толком не съела за ужином, лишь перекусила мозгом Дэмира на скорую руку. А силы тебе еще пригодятся, моя хорошая.

Живот поддержал предложение громким бурчанием и не унимался до тех пор, пока дверь с ручкой в виде оленьих рогов не пропустила нас внутрь кухни, недовольно заскрипев. Я огляделась. Никогда не устану поражаться ее размерам, тут и в самом деле бал можно устроить!

А вот и очаг, сложенный из огромных камней. Помню, как жених жарил мясо, сидя перед ним на корточках — в день нашего прибытия в Черный замок. Отблески пламени играли на его по-мужски красивом лице, сплетая мимолетные узоры и завораживая меня. Наверное, уже в ту ночь я начала влюбляться в этого противоречивого мужчину, сопротивляясь незваному чувству изо всех сил и намереваясь сбежать с Кристианом.

— Кушай, — Талиана протянула тарелку с бутербродом. — И не думай о плохом.

— Спасибо, — я села на лавку около деревянного стола. — Почему Дэмир верит в то, что я сбежала от него? — вонзив зубки в еду, даже не почувствовала вкуса.

— Потому что ты и в самом деле намеревалась сбежать, — сказала мачеха даркдара, заняв место на лавке напротив.

— Ч-что?.. — поперхнувшись, закашлялась до слез.

— Думала, я не догадаюсь? — демоница покачала головой. — Ты еще так наивна, девочка! Леона, любой женщине было бы очевидно, что невеста, не проявляющая никакого интереса к собственному свадебному платью, не собирается его надевать, чтобы пойти к алтарю. Так что понять, что ты намерена вернуться к бывшему жениху, труда не составило.

— Но ты молчала?

— Потому что знаю Дэмира и видела, как он на тебя смотрит. Я впервые стала свидетелем того, что он так реагирует на девушку. Это позволило мне надеяться, что ты передумаешь.

— Так и вышло, — прошептала я с печальной улыбкой.

— Знаю, девчушка, которая отвела тебя к реке и бывшему жениху, видела твою реакцию. И письмо, полное гадостей, явно не ты писала, это сразу стало ясно. А потом мы нашли пьяного мужичка в таверне, который видел Кристиана с сестрой. Я разговорила его, он вспомнил перстень на руке мужчины, с которым встречался твой бывший. Сгусток изначального пламени — лишь у пятерых людей в нашем мире есть кольцо с таким камнем, и всех их я знаю лично.

Зачем же он светил этот раритет, любопытно? Неужели не понимал, что по нему беглецов могут отследить? Это царапнуло меня, но оформиться в обоснованное подозрение мысль не успела, ведь голова была занята другим.

— Вкупе с описанием внешности несложно оказалось догадаться, что речь шла о Кариме, правой руке Цианы, — продолжила Талиана. — Ты кушай, кушай, милая. Дальше я заручилась поддержкой мужа — на всякий случай, и мы отправились к Лимии. Исход был предсказуем, она с радостью согласилась помочь тебе бежать, чтобы у ее супруга не имелось молодого симпатичного искушения под боком. Остальное тебе известно. Я рада, что моя точка зрения подтвердилась, ведь с самого начала этой авантюры было очевидно, что тебя похитили.

— Тебе было очевидно, — мрачно уточнила я, — но не Дэмиру.

— Его рвала на части боль, Леона. Не суди строго. Отец Дэмира пережил предательство супруги. Или он так думал, не знаю. Старик всю жизнь вдалбливал это в мальчика, вытравливал из него веру в женщин с редкостным упорством, — ее глаза наполнились тоской. — Желчный мерзавец сделал его таким. Но в душе Дэмир, несмотря на все его старания, остался нежным, добрым, чувствительным. Ведь ты почувствовала это?

— Он иногда бывает таким, — кивнула, вспоминая наши «моменты». — Но словно стыдится этого, боится и тут же закрывается. Иногда кажется, что я села за рояль, начала играть прекрасную мелодию, но крышка инструмента мигом захлопнулась, едва пальцы мне не переломав.