Глава 11

Как бывает больно и обидно, когда, казалось бы, вопрос уже решен в твою пользу или ты точно получишь то, о чем очень долго мечтала, или… Таких «или» может быть множество. Но суть одна: ты была уверена, что получишь, но мироздание распорядилось иначе.

Примерно в таком состоянии пребывала Таня, после свидания с ночным кавалером. С одной стороны она была рада, что набралась мужества и сил и оттолкнула Лешу в последний момент. Неизвестно, чем бы закончилось это страстное свидание. Тем более что в том маленьком домике свидетелей не было. И если бы она захотела, все могло бы остаться под покровом тайны. Хотя Леша сам утверждал, что все, что известно ему, обязательно дойдет до Доминика.

С другой стороны ее тело изнывало от нереализованной страсти. Так горячо и самозабвенно ее никто и никогда не целовал. Однажды давно они пытались с Реутовым зайти далеко, но та попытка ничем так и не закончилась. Тане стало больно, и она его оттолкнула. А Лешка был очень деликатным и чувствительным, он не стал ее неволить. И вот теперь другой Леша не настоял на своем желании. В итоге она осталась у разбитого корыта, такого сексуального и горячего. Только на горизонте светила, хоть и призрачная, но возможность воплотить давнишнюю мечту: выйти замуж. Причем не абы за кого, а за мужчину, который соответствовал ее главному требованию — мог поднять Таню на ладони.

И … глупо все это. Отказала мужику, который, в общем-то, нравился и ничего лишнего не просил. Итогом же стала бессонная ночь, когда вместо сна в голову лезли разнообразные мысли, не всегда приличные.

На завтрак Таня пошла с синяками под глазами, непомытой головой и дурным настроением. В итоге в столовую она ввалилась последней и была очень удивлена оживлением среди девушек, смехом и задорным щебетанием.

— Я пропустила что-то важное? — решила уточнить у соперниц прямо с порога.

— Да, — кивнула ей Тамара. — Представляешь, мадам Шаппо у нас не только разновидности магии определяла. Сегодня после завтрака мы пойдем учиться с ней управляться.

— Управляться? — Таня округлила глаза от удивления. — Неужели с ней еще что-то можно сотворить?

— Видимо можно! — дернула плечиком в ответ Зоя. — Скоро мы станем самыми настоящими феями!

— Ага, и за нами выстроятся в очередь феяки! — прыснула в ответ Инга. Только вот ее смех веселым не получился. Скорее несколько злобным.

Девушки наскоро поели и пошли в дальнюю часть замка, где был большой зал на подобии спортивного. Как говорила мадам, он предназначался именно для магических тренировок, когда население замка, да и всего мира еще было многочисленным.

Когда девушки подошли к дверям зала, то увидели, что по створкам прыгают золотистые огоньки. Вернее, Таня видела золотистые. Инга сказала, что они зеленые, Тамара — серебряные, а Зоя, ожидаемо, — розовые.

— Странно, — задумчиво озвучила свои мысли Татьяна. — Интересно, это у нас глаза по-разному устроены или какая другая причина есть?

— Это магические охранные огоньки, — неожиданно подала голос мадам, приближавшаяся к дверям, — простые люди их не видят, а лишь наделенные магией. И от типа вашей магии зависит то, в каком цвете они перед вами предстают.

Девушки дружно замолчали, впечатленные своей магической значимостью. А мадам открыла двери, махнув вдоль двери рукой и потушив разом всю красоту, и пригласила учениц вовнутрь.

Зал был достаточно большим и просторным. Темные панели на стенах, украшенные древним оружием придавали ему некоторую готичность. Из мебели были лишь пять кресел, стоящие у стены. Остальное пространство было пустым.

— Рассаживайтесь! — махнула мадам девушкам. Что самое странное, в этот миг она не была пародией на старуху Шпокляк. Перед ними предстала пожилая, умудренная опытом настоящая ведьма. Если судить по прищуру ее глаз. Садиться она не стала, а встала напротив девушек и начала урок:

— Магия есть в каждом живом существе. Об этом мы с вами уже беседовали. Но производить с ее помощью какие-либо действия, можно лишь научившись этому. Здесь на первое место выходит практика, практика и еще раз практика. Сегодня мы постараемся найти в вас источник магии. Закройте глаза и постарайтесь обнаружить огонек того цвета, который вы видели на двери в районе вашего солнечного сплетения.

Девушки закрыли глаза и старательно засопели, разыскивая необходимое свечение. Таня в свое время увлекалась эзотерикой и уже пыталась наполнить тело золотым свечением. Тогда у нее это выходило плохо. А сейчас по приказу мадам она начала мысленно путешествие по собственному телу, пытаясь различить внутренние органы. Такой практикой ей еще никогда заниматься н приходилось. Мысли девушки плавно плыли вместе с кровотоком по телу, цепляясь за образы желудка, легких, сердца. Причем видела их так отчетливо, что в голове даже засвербела мысль, не под гипнозом ли их держит мадам? Просто не реально это чувствовать в обычной жизни.

Вдруг перед мысленным взором замаячил золотой огонечек, который равномерно пульсировал. Это свечение происходило из области между сердцем, печенкой и еще каким-то органом, который девушка с непривычки определить не смогла.

— Я ее вижу! — очарование момента разбил голос Зои. — Я вижу мою розовую магию!

— Вообще-то мы все ее видим, — фыркнула Тамара. — Но не орем же при этом, словно до Саратова хотим докричаться.

— А почему до Саратова? — удивленно округлила рот буквой «о» Зоя.

— Анекдот такой есть, — ответила Тамара. Но развить мысль ей не дала мадам.

— Так, стоп! Похоже, правила приличия некоторым из вас незнакомы, — с этими словами она укоризненно посмотрела на любительницу стразов. — Думаю, что магию внутри себя успели все разглядеть?

Девушки согласно закивали головами.

— Только почему она у меня такая ядовито-зеленая? — жалобно подняла бровки домиком Инга.

— Потому что это основной цвет земной валюты, — устало вздохнула мадам. — Первый раз вы искали магию с моей помощью. А теперь постарайтесь сделать это самостоятельно.

Ощутив вкус волшебства и свои силы, девушки с энтузиазмом взялись за дело. Да только без помощи мадам это оказалась крайне сложным и непонятным делом. И лишь через пару часов у них стало получаться на короткий промежуток времени. Но для сотворения чудес этого было недостаточно.

— На сегодня все! Направления я вам дала. Дальше дело за вами! — хлопнула в ладоши мадам, словно была знаменитым хореографом под стать Писюе.

Девушки поспешили на обед, не забывая на ходу делиться впечатлениями.

— Хорошо, научусь я добывать эти разноцветные огоньки. А дальше-то что? — на ходу бурчала Зоя. У нее дольше всех не выходило поймать непослушный огонек. — Кому от этого станет теплее? Или кто-то разбогатеет?

— Но раз этот мир с магией, значит, и жена правителя должна ей обладать! — возразила парикмахерше Инга. У художницы дело обстояло лучше всех. Она когда узнала, что зеленый — цвет денег, магия из нее чуть не через край поперла.

— Да это просто прикольно! — басовито хохотнула Тамара. — Даже если мне ничего здесь с Сигом не выгорит, я учеников смогу строить одним щелчком пальцев. Они как огонь на моей руке увидят, так и замрут все по стойке смирно.

— Мне кажется, — выгнула бровку Зоя, — они от одного твоего голоса по стойке смирно вытягиваются.

— Не всегда, — Тамара не заметила подвоха и покачала головой, — бывают отдельные экземпляры, которым хоть кол на голове теши. Они ничего, кроме силы не понимают, а силу учителям применять нельзя.

— Увы, но ты права, — согласилась с ней Татьяна. — Считается, что мы учим нормальных здоровых детей. И вся методика направлена на них. А сколько сейчас поступает ребятишек с дивиантным поведением, уму непостижимо.

— Девочки, педсовет закачиваем! — одернула их Инга. — Как два учителя собрались, так начинается разговор про любимых чад. И ладно, если бы эти чада были вашими родными детьми. Так вы же про чужих готовы суткам болтать. Да еще слова какие-то мудреные кидаете. Вот что такое «дивиантный»? Хотя по смыслу я уже догадалась. Неужели нельзя было просто сказать «ненормальный».

— Нельзя! — вспыхнула Татьяна. Она по жизни была меланхоликом. Завести ее было трудно, но уж если девушка раскочегарилась, остановить невозможно. — Как ты скажешь родителям, что у них ненормальный ребенок? А слово «дивиантный» как бы смягчает формулировку.

— А потом мы с вашими формулировками оказываемся у черта на куличках и делаем не пойми что! — подала неожиданно голос Зоя. Она в такие интеллектуальные беседы предпочитала не вступать.

За разговорами девушки не заметили, как пришли в столовую. По воздуху плавно кочевали столовые приборы и тарелки с едой. Все уже привыкли к таким чудесам магической техники и не обращали на нее внимание. Девушки встали в ряд возле стола в ожидании, когда все накроют. Они прибыли сегодня чуть раньше, чем обычно.

— Почему родители во всем склонны винить учителей? Ведь дома ребенок проводить времени не меньше, чем в школе, да и с родителями живет гораздо дольше, чем начинает обучение? — все еще не успокаивалась Таня. Когда ей на зуб попадала любимая тема, она про своих галчат могла говорить часами.

— И какие проблемы у вашей школы? — неожиданно раздался мягкий бас у нее над ухом. Девушка вздрогнула и резко развернулась. За спиной у нее стоял Доминик и легко приобнимал ее одной рукой за талию.

— Обсуждаем проблемы современной школы и воспитания! — пожала плечами она в ответ, с удивлением отмечая реакцию своего тела на его прикосновение. По ней словно стая мурашек пробежала.

Дракон лишь усмехнулся, слегка показывая миру свои клыки совсем близко к лицу девушки. Но они уже не вызывали у нее страха или негативных эмоций. А вот запах свежих дров вновь отметился где-то на уровне подкорки, заставляя кровь бежать быстрее. Почему оба мужчины вызывали в ее теле столь неоднозначные реакции?

— Хорошая тема для будущих жен и матерей! — кивнул дракон головой. — Прошу всех за стол. Чем вы сегодня занимались?

С этими словами он внимательно посмотрел в глаза Татьяны, словно ждал только ее ответа. Таня уже было хотела открыт рот, но разве успеть за скоростью речевых процессов Зои?

— Мы огненные фонарики вызывали! — не задерживаясь не секунды, сообщила парикмахерша. — Они у меня розовыми получились!

— Замечательно! — улыбнулся одними губами Доминик. Выражение глаз у него при этом не изменилось.

— А у меня зелеными! — хохотнула Инга. — Мадам сказала, что это цвет денег. И мне это очень помогло!

— Тамара? — перевел свое внимание мужчина.

— У меня плохо получилось. Я только к концу занятия что-то получила, — сморщилась девушка.

— Но ведь получилось? — мужчина улыбнулся шире. — А цвет какой был?

— Серебряный, — неопределенно пожала она плечами, — заурядный.

— Зря вы так! — улыбнулся дракон. — Благородные металлы заурядными не бывают.

— Тогда Таня у нас самая крутая! — радостно сообщила Зоя. — У нее шарики золотые были.

Мужчина вопросительно выгнул бровь и молча посмотрел на Таню. Но та лишь неопределенно дернула плечами, не зная, что ответить. Тут подошла мадам Шаппо вместе с Писюей. И все обитатели замка сели обедать.

А после обеда был урок танцев. Только на нем не произошло ничего интересного. Не было не только Доминика, но даже Сигизмунд не составил сегодня пару своей Томочке. Девушки украдкой начинали улыбаться, когда этот серьезный во всех отношениях мужчина с восторгом смотрел на их гренадрешу и ласково звал по имени.

Татьяна же тихо радовалась, что Доминик хоть и дал ей понять избранность, пока свое отношение особо не афишировал. Так как было неизвестно, как бы на такую демонстрацию среагировали Инга с Зоей. Одно дело догадываться, а другое видеть воочию.

После урока, на котором с каждой конкурсантки сошло по семь потов, они побежали в свои комнаты сполоснуться и подготовиться к ужину.

— Совсем как в лучших домах Лондона! — с внутренней ехидцей подумала Таня, делая ударение в название столицы Британии на предпоследнем слоге. Такой уклон в сторону детских шуток и воспоминаний.

Она влетела в свою комнату, на ходу стаскивая с себя пропотевшую кофту, соображая, выстирать ее сейчас или потом, чтобы успела высохнуть до завтра. Когда предмет гардероба уже был поднят до уровня глаз, девушка почувствовала, что в комнате кто-то есть. Она даже не смогла объяснить, как это произошло. Возможно, это была интуиция, а может, и что-то другое. Резко одернула кофту назад и замерла перед сидевшим в кресле Домиником. Интуиция не подвела, явив ее очам дракона.

— Я, конечно, понимаю, что вы здесь хозяин, — недовольно фыркнула Иванцова, — но так без спросу вваливаться в дамские покои все же не прилично.

— А ты уверена, что всегда ведешь себя прилично? — мужчина окинул ее застывшую в нерешительности фигурку тяжелым взглядом.

— Что вы имеете в виду? — она невольно сложила руки на груди, как бы отгораживаясь этим простым жестом от недовольных глаз посетителя.

— С кем-то позволяешь отвечать на поцелуи, а мне даже в твою комнату войти нельзя? — он встал, нависая над ней своим большим телом, сводя с ума запахом, который точно принадлежал обоим мужчинам. Теперь Таня была в этом уверена.

Девушке пришлось задрать голову, чтобы посмотреть в изумрудные глаза, в которых вертикальный зрачок пульсировал, становясь то почти круглым, то сжимаясь в узкую щель. Будучи студенткой, она изучала психологию. И в дипломе даже значилось, что она может работать по этой специальности. Поэтому знала, что при разглядывании объекта страсти у людей зрачки расширяются. Но вот когда происходить такая явная пульсация? Или физиология драконов все-таки сильно отличается от людской?

— В комнату зайти можно, — пожала она плечами в ответ, все еще пытаясь разгадать его мотивы. — Только хотя бы желательно предупредить об этом. Я же начала раздеваться, даже не представляя, что здесь кто-то есть. Вы поставили меня в неудобное положение!

Девушка перескакивала в обращении с ты на вы и обратно, не понимая, как все-таки правильно к нему обращаться.

— Я не увидел ничего лишнего! — широко улыбнулся дракон, демонстрируя свой хищный оскал. — Вы на Земле на пляже ходите в гораздо более откровенных нарядах.

С этими словами он притянул ее за талию к своему твердому телу.

— Я потом пахну! — смущенно пискнула Таня, растерявшись окончательно.

— Ты пахнешь восхитительно! — прошептал он прямо в ее губы и неожиданно накрыл их своими.

Чешуйки на его губах были твердыми и сухими, словно она целовалась с мужчиной, чьи губы пересохли на ветру. Но в остальном он был настойчив и нежен одновременно, одной рукой прижимая ее за талию к себе, а другой удерживая голову и поглаживая по волосам. Первым порывом Тани было оттолкнуть его, избежать неожиданных объятий. И причина была не в том, что Доминик неприятен. Она реально переживала, что воняет потом. Только его язык оказался горячим, упругим и очень настойчивым. Он раздвинул девичьи губы и начал ласкать и исследовать ее рот изнутри. Она невольно поддалась и непроизвольно закрыла глаза.

Говорят, что женщине нужно десять секунд, чтобы понять во время поцелуя, ее это мужчина или нет. На эту тему даже написана не одна диссертация, объясняющая все с точки зрения химии и генетики. Только Тане было не до диссертаций и генетики. Она неожиданно поняла, что ощущения от поцелуя ничем не отличаются от поцелуев Леши, словно она целуется с одним и тем же мужчиной, несмотря на то, что один был человеком, а второй драконом.

Необычные яркие ощущения закружили в вихре чувственных удовольствий обоих, и девушку, и дракона. Он исступленно целовал ее, словно это была их последняя встреча, а ее губы дарили ему жизненно необходимый глоток воздуха. Она же отдалась на волю чувствам, которые оказались на диво правильными. В этом поцелуе слились в одно и Леша, и Доминик, и даже несбывшиеся мечты о Реутове.

Когда обоим перестало хватать воздуха, мужчина оторвался от ее губ, но из объятий не выпустил, продолжая прижимать девичью талию одной рукой к себе, а второй легко уложил Танину голову себе на грудь. И до девичьего уха доносились мощные удары драконьего сердца. И судя по этим ударам, он к поцелуям тоже не остался равнодушным. Затем легко подхватил ее обеими руками и поставил на небольшую скамеечку, предназначенную для камеристки, если бы она была у Татьяны. Так они оказались вровень друг с другом. Доминик немного наклонился к ней, упершись лбом в ее лоб и заглядывая в глаза. Таня же уже набрала воздуха в грудь и собиралась спросить напрямую, один и тот же человек и Леша и Доминик, или все-таки разные? Что-то ей подсказывало, что это одно лицо в разных ипостасях. Фэнтези она читала, и что это такое представляла. Только довести задуманное до конца ей не дал ворвавшийся вдруг окрик Сигизмунда:

— Дом! Там туман разрастается без видимой причины. Как бы чего не вышло!

Доминик резко вздрогнул, быстро коснулся еще раз Таниных губ своими и коротко бросил:

— Прости! В следующий раз поговорим, — и с этими словами сорвался с места, увлекая за собой Сигизмунда.

А она так и осталась стоять на этой скамеечке, абсолютно не понимая, что же делать дальше, на что надеяться или, наоборот, о чем лучше забыть и не вспоминать.