Глава 21

Таня очень хотела завершить хотя бы вторую четверть. Ее галчата и так целый месяц были вынуждены постигать знания без нее. И если она вот так уйдет насовсем посредине года, то сама себя не простит. Доминик же, напротив, очень хотел жениться и не ждать больше ни дня. Тут в кучу смешались и чувства, и ответственность перед девушкой, которую он сделал женщиной, и… неприятная ситуация со Стеллой и ее амбициями.

— Тань, как я без тебя жить буду? — вопрошал он, сидя напротив за обеденным столом и держа в длинных пальцах чашку кофе. Это земной напиток очень пришелся дракону по вкусу. Видимо сказывалась огненная кофейная энергетика.

— Сколько лет без меня жил и не умер! — весело смеялась она в ответ. — Подумаешь, еще две недели, неужели не вытерпишь?

— Я тогда и не догадывался, что на свете существует такая сладкая девочка! — с этим словам кофе, обычно, оставался остывать на столе, а Татьяна, вереща и болтая ногами, ехала на руках любимого в спальню.

Только выходные закончились, а ей нужно было выходить на работу. Она предложила Доминику пожить это время у нее. Но он лишь покачал отрицательно головой:

— Я — правитель. И меня граница не выпускает за пределы государства, если вместо меня не оставлен наследник. Поэтому я вынужден был определить править бабулю, дав ей почти неограниченный полномочия. А она же, как стихийное бедствие, сама понимаешь. И я даже боюсь думать, что найду по возвращению.

Таня в ответ тихонько хихикнула. Она очень хорошо представляла этот мини ураган, и аргументов опровергнуть речи Дома у нее не было. На бабулю девушка, конечно, был в обиде. Но с другой стороны пыталась ее понять, ведь Шаппо действовала исключительно в интересах внука и государства. Коли в итоге он достался ей, Иванцовой Татьяне Владимировне, то и планы по осуществлению мести зеленой ящерице были отложены до лучших времен.

В итоге пришли к решению, что Дом поживет с Таней еще недельку. Затем в пятницу вечером они едут в Домиант. Узаконивают свои отношения. В понедельник рано утром девушка возвращается домой и дорабатывает до окончания второй четверти.

В четверг вечером перед ответственным шагом в жизни обоих влюбленных Доминик потребовал, чтобы Татьяна померила магическое платье, которое безвольной тряпицей висело в ее шкафу.

— Зачем? — искренне удивилась девушка. — Я ни поправиться, ни похудеть за это время не успела.

— Мне нужно убедиться, что оно поменяет цвет и покажет, что ты моя пара! — Дом с этими словами приобнял ее за талию и притянул к себе, собираясь поцеловать. А на Татьяну вдруг как ушат холодной воды вылили. Она про это свойство совершенно забыла.

— А вдруг ничего не произойдет, и оно как было серым так и останется? — затаив дыхание спросила она дракона. Ей такой сценарий совершенно не нравился.

— Вот поэтому я и прошу померить его заранее! — Дом вскинул брови, не понимая, почему она не понимает таких простых вещей. — И если вдруг цвет не поменяется, то у нас будет небольшой запас времени, чтобы найти тебе заранее золотое платье.

- Но это же обман! — она приложила ладошки к вспыхнувшим в один миг щекам.

— Любимая, кого мы эти обманет, кроме как самих себя? — фыркнул небрежно мужчина. — Стелла, вон, нашила заранее себе кучу золотых платьев и ничего, ходит в них и не стесняется! Давай, одевай быстрее!

С эти словами он легонько подтолкнул девушку к шкафу. Она, вздохнув, открыла двери и вытащила наряд на волю.

— А если магии не хватит на его преобразование? — она очень хотела, чтобы все вышло без обмана.

— Давай будем решать проблемы по мере их поступления! — с этими словами он ловко стянул с нее футболку, в которую девушка была одета, оставляя ее лишь в лифчике и трусиках. И ей не осталось ничего другого, как достать надеть платье на себя. Ей даже показалось, что легкая ткань трепыхнулась, вновь оживая, но затем разочарованно поняла, что лоскутки материи висят поникнув.

Доминик же с очень серьезным видом опустился перед ней на колено и, несмотря на то, что был в одних спортивных штанах, которые они до этого купили ему в качестве домашней одежды, повторил свое предложение руки и сердца.

Таня готова была слушать эти слова бесконечное количество раз. Поэтому лишь улыбнулась, не поддаваясь комизму ситуации, и согласно кивнула головой:

— Да, я согласна! — и с этими словами протянула ему руку. Мужчина же очень осторожно взял ее тонкие пальчики в свою ладонь и поцеловал.

И чудо свершилось. Ткань сначала ожила, вновь взлетая вверх, как крылья сотен бабочек. А затем поменяла цвет, начав переливаться всеми оттенками золотого.

— А ты сомневалась! — мужчина выдохнул облегченно. Все-таки когда все идет по правилам, бывает намного проще и легче.

Неделя пролетела незаметно. Да и что могла заметить Татьяна, если все ее помыслы стремились домой к мужчине, который ждал ее, пока она была на работе? Даже галчата заметили, что Татьян Владимировна последнее время несколько рассеянная и ставит намного больше хороших оценок, чем обычно. Объяснялось все очень просто, когда счастлив сам, хочешь одарить счастьем и других.

А после работы… Эх, много чего было после работы! Доминик даже тетрадки научился проверять. Русский язык ему, конечно, не доверяли, но с математикой он справлялся на отлично. Арифметика она и в Африке арифметика. И в Домианте дважды два всегда равнялось четырем. Сначала он просто искал ошибки, а потом вошел во вкус, и Таня разрешила ему ставить оценки.

— Вот никогда бы не подумал, что во мне педагог умирает! — с гордостью говорил дракон, передавая любимой проверенную стопку.

— Это интересно, когда в охотку, — весело смеялась Таня. — Когда же становится рутинной обязанностью, очарование, поверь, пропадает.

— Все равно, я у наших детей обязательно тетради буду проверять! — однажды вполне серьезно заявил Дом. А Таня лишь покрылась розовым румянцем. Так далеко она пока не заглядывала.

А еще они ходили покупать ей свадебное платье. Золотое, конечно, было шикарно. Да только девушка всегда мечтала о белом великолепии. И мужчина не смог ей отказать.

Перемерив кучу нарядов, остановились на полуприталенном варианте с длинным шлейфом, переливающемся как снег на солнышке.

— Надо же какие у вас технологии! — восхищался дракон. — Такую красоту и без магии делать научились!

И вот настала пятница. Дракон уже ждал Таню около школы, чтобы отправиться на вокзал. Платье заранее было упаковано в чемодан. А мужчина не хотел терять ни минуты, все-таки волнуясь и опасаясь последствий бабулиного правления, которые могли ждать его дома.

Коллеги все, как одна высунулись в окно, завидев Доминика, ждавшего Таню у крыльца.

— Эх, Иванцова, открой секрет, где такие красавчики водятся? — с материнской улыбкой спросила ее директриса. Она уже была в курсе, что молодая учительница дорабатывает последние дни, и очень жалела об ее уходе.

— Татьяна Алексеевна, — смущенно улыбалась наша Таня, — там больше таких нет! А то бы я с удовольствием девчонкам адресок дала.

Быстро одевшись, она побежала к мужчине на встречу и навстречу новой жизни. Такси уже ждало их у ворот школы. Машина быстро домчала до вокзала, и они пошли в сторону, где стоял экспресс.

Первый раз она садилась в серебристый вагон в предвкушении неизвестного и снедаемая любопытством. Второй раз поездка была почти трагической. Она мысленно прощалась с любимым и краем, который ей стал дорогим. И сегодня девушка шла в сторону вагона с ощущением счастья, с поддержкой того, кто ей стал ближе и дороже всех.

Вагон с последней поездки не изменился. Все те же кресла и столики между ними. Только Дом подошел к стене и набрал какую-то комбинацию на панели, появившейся под его пальцами. И тут же стены вагона пришли в движение. И на смену креслам, появилась гостиная, а через перегородку спальня с широкой кроватью.

— Я думаю, что время в дороге нужно провести с пользой! — широко улыбнулся он. А девушка только согласно кивнула ему головой. И на целых три часа весь мир перестал существовать для влюбленных.

Но в экспресс замедлил ход, и вдалеке показались очертания замка.

— Тфу, ящерица зеленая! — в сердцах выругался Доминик. Таня с любопытством заглянула в окно через его плечо. Серых стен замка больше не существовало. На солнышке поблескивали свежей краской светло зеленые стены.

— Дом, не расстраивайся! — попыталась приободрить его Татьяна. — Подумаешь, была тоска серая, стала тоска зеленая.

Затем посмотрела на мужчину, который надулся и пыхтел, буквально как паровоз. Казалось, что еще чуть-чуть, и у него из ушей повалит пар, а из носа вырвется самое настоящее драконье пламя. Она нежно погладила любимого по руке и тихим голосом произнесла:

— А если ты дохнешь разок на него огнем, то замок снова станет серым. Причем совершенно бесплатно!

— Ты думаешь, мне денег жалко? — фыркнул дракон, понемногу успокаиваясь. — Просто это мой дом, в который я везу свою любимую женщину. И очень хочу, чтобы она все здесь обустроила по своему вкусу, а не по прихоти моей бабули!

— А по-моему очень приятный салатовый цвет! — пожала плечами Таня. Правда в одном околонаучном тесте она прочитала, что именно зеленый салатового оттенка является любимым цветом мизантропов и циников. И если хорошо разобраться и глубоко копнуть, у мадам Шаппо все признаки были на лицо. Но нельзя же расстраивать любимого дракона? Вон у него какая нервная система хрупкая, чуть что, сразу дым и огонь выпускает.

Я понял, — продолжил Доминик, задумчиво посмотрев на небо и закатив глаза, — женщина — это слабое, беззащитное создание, от которого нет спасения.

— Что-то, дорогой, ты нас совсем за монстров держишь! — раздался звонкий голосок старушенции, которая спускалась с крыльца им на встречу. — Я, между прочим, старалась!

— И много денег на краску извела? — вопросительно приподнял бровки хозяин дома.

— На краску? — брови мадам взлетели в ответ. — Да чтобы ты знал, ни копейки!

— А это? — Дом красноречиво обвел рукой блестевший на солнце фасад.

Таня лишь стояла в сторонке и фыркала. Она читала не одну сказку о жадности драконов. Только за то время, что прожил с ней, Доминик показал себя щедрым мужчиной, который исполнял любую ее прихоть со словами:

— Тань, это же для меня такие копейки! А мне так нравиться смотреть в твою довольную рожицу!

А сейчас другая довольная рожица с видом победителя смотрела на собственного внука. И, приняв горделивую осанку, сообщила:

— Я вызвала клининговую компанию. Они просто отмыли древние стены, обнаружив под ними этот замечательный цвет.

Тут следом за Шаппо вышли встречать прибывших Сигизмунд и Тамара.

— Боюсь, что это просто стены заселила зеленая водоросль, пока вокруг замка был туман. И каким станет цвет после высыхания стены, никому не известно! — разрешил все споры разом Сиг. — Так что, поживем — увидим!

Затем задумчиво потер подбородок и лукаво взглянул на мадам со словами:

— И неизвестно, что выйдет дешевле, действительно покрасить в новый цвет или вызвать мойщиков замковых стен. Альпинистские работы всегда были дорогими.

— Сиг, — Доминик махнул рукой, — ты, главное скажи, там деньг на житье остались?

— Остались, — улыбнулся красный дракон. — Думаю, что на поколений пять еще хватит.

Шаппо же, не теряя ни минуты, начала обхаживать Таню, напевая ей на уши комплименты и сюсюкая по привычке, словно инцидента со Стеллой и не было. Таня понимая, что для Дома она единственный близкий родственник, постаралась миролюбиво улыбнуться и молча кивала головой в ответ на бабулино щебетание.

Надо отдать ей должное, но замок внутри действительно блистал чистотой. Правда, интерьер тоже подозрительно позеленел. Только обильная позолота давала надежду, что это все-таки не водоросли, а нестоящая краска. Не хотелось бы начинать семейную жизнь с грандиозного ремонта.

Такое утро бывает в жизни каждой девушки, которая выходит замуж. Утро перед свадьбой. По традиции новобрачные последнюю ночь не должны проводить вместе. В нашу жизнь такое правило пришло недавно, когда добрачные связи стали обыденностью. В Домианте не было второго дома, где могла бы провести ночь невеста, или места, куда бы можно выпроводить Доминика. Только верная Тамара с присущей ей упертостью стояла на страже традиций, и в соответствии с ними под стенания и жалобы Дома, отправила его в нежилое крыло замка, мотивирую решения тем, что дракон априори замерзнуть не может.

— Танька, подъем! — из мира грез подругу вырвал звонкий голос подруги, выработанный на уроках физкультуры. Физрукам, конечно, свисток помогает, да только не всегда он справляется с возложенной функцией. Отсюда и появляется то, что зовут «командирским голосом».

— Том, ты с ума сошла! — Таня недовольно потянула на себя медленно и верно сползающее одеяло. — Дай еще часок поспать!

— И как это называется? — подруга встала возле кровати девушки, подперев руками бока. — Я плохо сплю, чтобы не проспать, чтобы мою любимую девочку представить миру в лучшем свете. А он, нате вам, сопротивляется?

— А ты-то чего не спала? — Татьяна удивленно вскидывает брови, зевая и подкладывая подушку себе под спину. А затем, удобно устроившись, попыталась протереть глаза и посмотреть на подругу, которая испортила сладкий сон. Выражения лица в этот момент у нее было очень обиженным. А на голове красовалась прическа под названием «воронье гнездо».

— Время, между прочим, десять. Ты проспала все, что можно и нельзя. Ты в таком виде в храм пойдешь? — с этими словами гренадреша с легкостью, словно это была пушинка, сняла со стены тяжелое зеркало в раме и показала Татьяне то, что видела перед собой.

Таня несколько секунд молча разглядывала лохматую девицу с заспанными глазами и сползшей с одного плеча ночнушке. Затем в ее голове что-то щелкнуло, будто мозги смазали маслом и шестеренки начали двигаться.

— Как десять? — сверкнув глазами, заголосила она. — До бракосочетания четыре часа осталось, а я до сих пор не готова!

Таня с воплем вылетела из кровати и хаотично забегала по комнате, не зная с чего начать. Только Тамара не зря столько лет проработала физруком. Он с легкостью поймала подругу поперек туловища, а затем уволокла в ванную и макнула подругу в горячую, которая была к этому времени сдобрена хорошей порцией пенки и ароматических масел.

Затем, закутав подругу в халат, девушку повели на растерзание специалистам. Зою по такому случаю отпустил жених, чтобы она помогла подготовиться Татьяне. Да и знаменитая портниха мадам Флер тоже не осталась безучастной. В итоге через два часа Татьяна не узнала себя в зеркале. На нее смотрела ослепительная красавица с красиво уложенными волосами, заколотыми шпильками с крохотными бриллиантиками на концах, и в платье, словно сотканном из снега. Необычный наряд понравился даже Флер. Она несколько раз пощупала, помяла и даже отрезала микроскопический кусочек ткани с изнанки.

Под конец приготовлений Флер взмахнула рукой, и Татьяна оказалась закутанной в тончайшую вуаль, которая сочеталась с платьем и походила на тончайшие морозные узоры. Поверх вуали на голову девушки надели золотую диадему.

— Золото немного не в тему! — покачала головой Зоя. — Я бы нашла что-нибудь из серебра или платины.

— Увы, нельзя, — вторила ей Флер. — Жених у нас золотой. И этот цвет обязательно должен присутствовать в наряде, раз уж она решила отказаться от магического платья.

— Оно, кстати, благополучно стало золотым! — попыталась вставить хоть слово Таня. До этого ей пришлось молчать, пока все вокруг обсуждали ее наряды.

— Кто бы сомневался! — так привычно фыркнула Зоя, что невеста даже улыбнулась.

— Сейчас мы все исправим, чтобы было по высшему классу! — успокоила девушек мадам. И дунув на руку, подняла в воздух миллионы золотистых пылинок. И снежное платье превратилось в платье из снега, который переливался золотом.

За полчаса до назначенного часа в комнате появилась и вездесущая Шаппо.

— Красота! — умильно взмахнула она своими ручками и сложила их на животе. — У моего внука самая красивая невеста!

Тамара переглянулись с Таней, но комментировать слова старушенции не стали, оставляя все мысли на ее совести. А та посмотрела на часы и, громко ойкнув, сообщила:

— Пора!