Глава 22

Мортимеру стало плохо на утро следующего дня. Приложив ладонь к его лбу, я почувствовала сильный жар. На щеках мужчины алел нездоровый румянец, различимый даже в полумраке нашего пристанища. Он находился в сознании, но выглядел так, словно в каждую минуту мог отключиться. Вся наша вода ушла на раненого, а ушастый Сайлем только качал головой, глядя на нашего товарища.

— Жар, — сказал он.

— Это я и сама вижу, — ответила, сидя рядом с доком. Хуже всего было то, что у нас не было ничего, что могло бы помочь Джону. Даже воды в достатке. А уж о лекарствах вообще молчу. Мы с Йорком за сутки едва сделали по глотку, вся остальная вода ушла на Джона и для него. Горевший в лихорадке мужчина постоянно хотел пить.

— Что делать? — спросила тихо, повернув голову к Линкольну, не отводившего тяжелого взгляда от Джона. Док силился улыбнуться и бодрился из последних сил, но, видимо, одна из ран воспалилась, а, может, даже и все. Даже в уборную ему пришлось идти вместе с Йорком, который поддерживал мужчину, почти взвалив себе на плечо.

Когда они вышли, я посмотрела на Сайлеса. Длинноухий помощник покосился в сторону, куда ушли мужчины и сказал:

— Ты можешь попросить лекарство для своего друга у директора! — произнес он фразу еле слышно, словно опасался, чтобы мои друзья не услышали его слов.

Я вспомнила то существо с зеркальным лицом и меня отчего-то передернуло.

— Ты думаешь, он даст мне, то что я попрошу? — спросила я и усмехнулась. — Вряд ли!

— Но попробовать стоит! Я думаю, тебе он не откажет! — загадочно проговорил Сайлем. — Ваш друг может умереть. Он плохо пахнет, — он резко замолчал и отошел от меня. В проходе появились мужчины. Линкольн помог Мортимеру прилечь на каменную кровать и бросил на меня тревожный взгляд. Джон проследил за ним и произнес:

— Не надо так переглядываться, я и так знаю, что со мной все плохо. Я ведь все-таки врач. Это заражение…и вы ничем мне помочь не можете. У нас нет ничего. Даже воды.

Я увидела, как лицо Йорка приобретает привычное каменное выражение. Он всегда становился таким, когда понимал, что бессилен что-то сделать. Проявление чувств у этого мужчины было таким же редким явлением, как снег в пустыне. Сайлем привлек мое внимание, поманив меня незаметно за собой к выходу из ниши. Я пошла за ним. Перед тем как спрыгнуть вниз, длинноухий оглянулся на меня, и я склонилась к его лицу, понимая, что существо хочет мне что-то сказать.

— Ночью, если хочешь, я помогу тебе встретиться с директором, — прошептал он, — только твой мужчина не должен об этом знать. Он не отпустит тебя. Даже ради вашего общего друга.

«Йорк не мой мужчина!» — хотела было возразить я, но вовремя вспомнила, что мы договорились с капитаном изображать на Оригоне пару. Как бы ни доверяла я Сайлему, обсуждать с ним эту тему была не намерена. Потому просто сказала:

— Хорошо. Где мы встретимся?

Ушастый улыбнулся.

— Я сам приду за тобой ночью, когда твой мужчина уснет. Только выйди и выгляни вниз.

Я не успела дать ответ, как длинноухий легко перелез вниз и, спрыгнув, оказался на земле. Мне осталось только втянуть назад лестницу и вернуться обратно к мужчинам. К моему удивлению, Мортимер снова спал, или находился в беспамятстве, а капитан, сидевший напротив, смотрел на него, сжимая в кулаки свои руки. Я медленно подошла к нему и, сама не знаю почему, положила ладони на широкие плечи мужчины. Линкольн медленно поднял глаза и наши взгляды встретились. Его кулаки разжались, и я почувствовала, как теплые ладони понимаются по моим бедрам, а затем обхватывают мою талию. Глаза капитана выжидающе смотрели на меня. Его лицо немного расслабилось и черты стали мягче, отчего он сам словно стал моложе. Вдохновленные моим молчанием, мужские руки продолжили свой путь и поднялись еще выше по моей спине, а я сама зачем-то обняла его за шею. Йорк тяжело вздохнул и уткнулся лицом в мой живот.

Всего секунда странной близости и мое сердце пропустило удар. Захотелось застонать от удовольствия, а еще… Еще запустить пальцы в отросшие волосы капитана. И, каюсь, пальцы дрогнули, вот только я не успела осуществить задуманное. Сиплый стон доктора заставил меня отскочить от Йорка. Я испуганно оглянулась на Джона, но тот спал, мучаясь в горячке. Линкольн посмотрел на меня с усмешкой, словно укорял за мою трусость, а я молча радовалась тому, что сумела отвлечься от своего внезапного порыва. Кажется, еще момент, и я бы сама потянулась за поцелуем к своему капитану. Что бы он обо мне подумал, да и что уже думает?

Покраснев, отвернулась от Йорка и опустилась на колени перед Мортимером. Ладонь обожгло нестерпимым жаром и весь мой любовный запал тотчас смело рукой. Я оглянулась на капитана.

— Джону хуже! — сказала я. Но Линкольн видел это и без моих слов. Самое страшное заключалось в том, что мы не могли ничем помочь своему другу и нас оставалось только смотреть на то, как заражение убивает его.

Для себя я уже твердо решила, что этой ночью воспользуюсь советом Сайлема.

Я должна была попытаться помочь Мортимеру. Не могла не попытаться.

На Тагир они прибыли перед самым закатом. Хиггинсу удалось договориться с одной из станций, которые имели возможность укрывать беглецов и тех, кого разыскивали как сами пираты, так и Власти Пяти Глав. На поиски нужного человека ушло много времени, но, наконец, Элайджа сказал, что доступ на планету им открыт, и команда приготовилась к спуску. Все это время они кружили у орбиты, стараясь не попадаться в поле зрения поисковиков, запущенных с планеты, для чего им приходилось постоянно менять свое местоположение, перемещаясь вдоль Тагира.

Станция, на которую приземлился «Рассвет», располагалась под землей. Круглый шлюз раскрылся прямо под кораблем, позволив тому опуститься вниз. И также спокойно закрылся, оставив после себя зеленую поляну с россыпью мелких кустарников.

Когда десантники вышли из корабля, оставив на борту только двоих Ястребов, что вместе с командой Ривза составляло достаточное количество охраны, то увидели, что оказались на широкой площадке, освещенной множеством ярких огней. Навстречу вышел высокий поджарый мужчина в черном кожаном костюме и в темном берете, надвинутом набок. Вдалеке у спуска с посадочной платформы расположилась группа вооруженных людей, явно сопровождавших своего главного. У мужчины, подошедшего к Ястребам, были хищные резкие черты лица и тяжелый квадратный подбородок. И взгляд, который походил на рентген.

— Не думал, что снова увижу вас на Тагире, — произнес он, вместо приветствия, остановившись в нескольких шагах от команды. — Что привело вас на нашу планету? Мне напомнить, или кто-то из вас подзабыл, что вам тут не особо рады. И, кстати, почему я не вижу среди вас нашего дорогого капитана?

Кристиан Лисс выступил вперед, взяв на себе обязанности переговоров с пиратом, как старший по званию и просто как человек, который был знаком с местными порядками более, чем остальные.

— Послушай, Хью, — начал Кристиан. — У тебя есть возможность заслужить нашу благодарность, а ты сам прекрасно знаешь, что она дорогого стоит.

Мужчина в черном задумчиво оглядел собеседника.

— Знаю, — ответил он после минутного молчания.

— Ты уже имел с нами дело и прекрасно знаешь, что мы в долгу не останемся, — продолжил Кристиан. — Сейчас нам нужна твоя помощь.

— И что надо императорским военным? — спросил сухо Хью.

— Самую малость, — сказала за капрала Маркес и вышла вперед. Кристиан смерил ее долгим взглядом, но ничего не сказал, хотя она влезла в его разговор.

— Судя по тону твоей пташки, это не такая уж и малость! — усмехнулся Хью.

— Может, переговорим в более удобном месте? — поинтересовался Лисс.

— Хорошо, — ответил Хью, — только не тащи с собой всю компанию. Вы можете привлечь слишком много ненужного внимания к себе, а я пока расскажу вам кое-какие интересные новости, касающиеся вашего корабля.

Брови Лисса взлетели вверх, но он промолчал и махнул рукой, подзывая к себе Маркес и Дэвида.

— Остальные на борт, — приказал он.

Хью обманчиво мягко улыбнулся и пригласил всех троих следовать за собой.

Прямо от платформы пират в окружении своих людей провел капрала и его сопровождение в темный холодный тоннель, освещенный только рядом ламп, вмонтированных в стену. Шли молча. Хью иногда поглядывал на Ани, что вызывало у военной непонятное раздражение. Женщина тяжело сопела, положив руку на приклад своего оружия, поглядывая при этом на пирата и кривила губы, тогда как он посылал ей самые дружелюбные улыбки, понимая, что именно это ее и раздражает больше всего. Казалось, мужчине доставляет удовольствие злить мексиканку. Но Ана держала себя в руках, лишь крепче цепляясь за оружие.

Но вот тоннель закончился. Кристиан и Хью первыми вышли в огромное помещение высотой в несколько десятков метров. Маркес, следующая за ними, запрокинула голову и увидела синее небо в круглом отверстии над подземным городом. Мимо пролетел маленький одноместный флаейр, за ним последовали еще несколько. Похожие на гигантских птиц, они поднимались к небу и исчезали, вылетев за пределы видимости.

Хью направился к одному из невысоких домов, над входом которого пестрела яркая неоновая вывеска. Разглядев ее, Маркес усмехнулась и перекинула оружие за спину, оставив руки свободными. Дэвид на удивление молчал и только присвистнул, глядя на великолепие окружавшего их города. Подземные дома были невысокими и большей частью нежилыми. Помещения использовались под казино и магазины. Глаза Войса разгорелись, едва парень он увидел стайку девушек в ярких платьях, зазывно виляющих бедрами, прохаживающихся вдоль одного из домов с яркой вывеской гигантской обнаженной женщины, с которой, благодаря особенности освещения, медленно спадала одежда. Когда красотка оказывалась в чем мать родила, действие прокручивалось заново.

Заметив взгляд Дэвида, устремленный на дам самой древней профессии, Маркес с силой поддала ему по шее и толкнула перед собой.

— Не отвлекайся, — буркнула она, на что Войс только презрительно фыркнул:

— Ревнуешь, крошка? — за что и получил еще один подзатыльник.

— Еще чего, размечтался, — бросила Ана и почти затолкала друга в двери следом за Кристианом и тут же удивленно раскрыла глаза. Маркес думала, что окажется в казино или баре, но внутри здания царила тишина, и обстановка была изысканной в своей простоте. Сделав широкий приглашающий жест, Хью провел своих гостей в большую гостиную и предложил расположиться на белоснежных кожаных диванах. Комната представляла собой обычное холостяцкое жилище, без прикрас, где даже мебель была выдержана в холодных мужских тонах. Люди Хью разошлись по углам, один остался при своем главаре, внимательно поглядывая на гостей и держа палец на спусковом крючке. Маркес заметила, что и остальные его приспешники не теряли бдительности, да и себе не позволила расслабиться.

Гости расселись, заняв белые кресла. Вышедшая встречать своего хозяина пожилая женщина с желтоватым оттенком кожи и чешуйками на лбу и щеках, поспешила на кухню готовить кофе. И уже через несколько минут на маленьком черном столике стояли дымящиеся чашки и сахарница.

— Вот теперь можно и поговорить, — сказал пират.

В Нише царила ночь. Серые сумерки, казалось, наполнили воздух тяжелой, влажной тишиной. Я слышала тяжелое дыхание Мортимера, доносившееся с противоположной кровати. Дыхание, в котором стали слышаться странные хрипы, словно ему было тяжело дышать. Ночью его начало морозить, и мы с Йорком укутали нашего доктора во все, что только смогли найти. Я разделась до легкой майки, капитан же остался в одних штанах, но Джона, несмотря на то, что в Нише было достаточно тепло, и мы его укутали, как младенца, все равно сильно морозило. Стараясь не смотреть на полуобнаженного мужчину, находившегося рядом со мной, я легла рядом с доктором и обхватив его руками, прижалась всем телом, стараясь согреть его своим теплом.

Не знаю, помогло ли именно это, или просто температура достигла своего предела, но вскоре док перестал трястись и забылся в глубоком сне, покрывшись потом. Теперь я только мешала ему. Поднявшись с кровати, где лежал Джон, я обхватила себя руками. После жара его тела мне неожиданно стало холодно.

— Как он? — спросил меня Йорк, лежавший на второй каменной кровати, что находилась напротив.

— Горит, — ответила я, приложив ладонь к пылающему лбу доктора, а сама при этом почувствовала сильный озноб, или это откуда-то потянуло сквозняком?

Несколько мгновений Линкольн молчал, словно подбирая слова. И в итоге так и не нашел что сказать.

— Давай спать, — произнес капитан и поманил меня к себе. Я взглянула на его голый торс и почувствовала, что краснею, как девчонка. Но поблагодарив полумрак, скрывший мое лицо, все же приблизилась и легла рядом с капитаном. Тело мужчины обжигало мою кожу даже сквозь тонкую ткань майки, а когда Линкольн положил свою руку на мое бедро, уже таким привычным для меня жестом, я едва не подпрыгнула на месте, вздрогнув всем телом и немного отодвинулась, устроившись на самом краю.

— Спокойной ночи, — произнесла осипшим от волнения голосом.

— Спокойных снов, Кинг, — ответил он спокойно и уже через несколько минут я услышала его ровное дыхание за своей спиной. Капитан больше не пытался прикоснуться ко мне, что одновременно радовало и огорчало. Я лежала без сна, прислушиваясь к дыханию своих спутников, затем, убедившись, что оба крепко спят, начала осторожно подниматься, намереваясь встать с кровати, как вдруг рука капитана обхватила мое запястье. Застыв на месте, ощутила, как с силой забилось сердце, затем медленно посмотрела на мужчину, обернувшись.

— Ты куда? — спросил он сквозь сон.

— В уборную, — солгала я и капитан тотчас разжал захват, продолжая спать дальше. Не сдержавшись, я протянула руку и нежно коснулась лица капитана, чувствуя всю его усталость, накопившуюся за эти дни. Лицо мужчины дрогнуло, разгладилось. Йорк что-то тихо произнес. Мне даже показалось, что он позвал меня по имени, но затем все стихло. Его усталость дала о себе знать, и я даже порадовалась тому, что Линкольн наконец-то выспится. Сама же на цыпочках прокралась к выходу из гнезда и взглянула вниз. Под нишей никого не оказалось, и я уже было подумала, что Сайлем решил не приходить, а, возможно, ему даже что-то помешало прийти, когда увидела темный силуэт, метнувшийся в сторону нашей обители. Последовал тихий шуршащий звук, словно кто-то пробирался, стараясь держаться незаметно, и едва различимый голос позвал меня по имени. Это был голос ушастика. Не мешкая, перебросила вниз лестницу и быстро соскользнула вниз. Сайлем подхватил меня у самой земли, дал приземлиться плавно и без лишнего шума, а затем, в несколько бросков, забросил лестницу обратно в нишу и шагнул в темноту.

— Идем, у нас мало времени, — сказал он тихо.

— С чего ты только взял, что директор станет со мной разговаривать? — спросила я, но Сайлем снова проигнорировал мой вопрос, как и несколько предыдущих. Я заметила, что он избегает прямых ответов на те вопросы, которые могли пролить свет на его статус на Оригоне. Он не был предельно откровенен ни с кем из нас, и я не могла полностью доверять ему, хотя он уже несколько раз пытался доказать нам свою верность. И иногда я думала о том, что длинноухий все же имеет право на что-то личное, хотя это что-то меня и настораживало. Только сейчас решался вопрос о жизни моего товарища, друга, потому я безропотно шагала за Сайлемом и разглядывала темноту, обступившую нас со всех сторон. Мне не переставало мерещиться, что где-то там, во мраке, затаились страшные чудовища, которые только и ждут удобного случая, чтобы наброситься на меня со спины. После встречи с мортом я начала бояться темноты и всего, что она могла скрывать от глаз.

Но каково было мое удивление, когда мы вышли к тому самому месту, куда нас впервые привел Страж и где состоялась самая первая стычка Линка с Геррой. Сайлем остановился у прохода в Нишу и пропустил меня вперед. Как оказалось, меня уже ждали. И только теперь я полностью убедилась в том, что ушастик не врал, когда уверял меня, что может организовать встречу с хозяином тюрьмы.

По спине прошла неприятная дрожь. И в тот миг я всего на секунду, но успела пожалеть о том, что не рассказала все Йорку. Впрочем, сомневаюсь того, что встреча бы состоялась. Кажется, мы совсем ничего не знали о месте, в котором оказались. И я начала подозревать, что ниши отлично просматриваются. Скорее всего, Малис в курсе того, что происходит в его ужасных владениях.

Но отступать было поздно. Если что и мог помочь доку, так это безликий Эмбер.

— Это ты просила о встрече с Директором Эмбером? — спросил Агрилл, возвышаясь надо мной во всю высоту своего роста. Посох в его руке замерцал матовым синим цветом. Я не успела даже ответить, когда Страж продолжил: — Малис Эмбер согласен принять тебя. Следуй за мной!

Оглянувшись, бросила взгляд на Сайлема, оставшегося ждать меня у прохода. Существо шевельнуло забавными ушами, будто желая мне удачи и я, не удержавшись, помахала ему рукой, после чего припустила за паукообразным воином, стараясь не потерять его из виду, догадываясь, что при нем никто не осмелится напасть на меня. Не знаю, какие Ниши мы проходили, направляясь к той бесконечной лестнице, но пару раз я заметила нелицеприятные силуэты, появлявшиеся на нашем пути. Не сомневаюсь, что будь я одна, далеко бы уйти не удалось. Но завидев Стража, тени поспешно отступали, и мы беспрепятственно продвигались дальше.

Конечно, с такими существами, подобными морту, можно было не присматривать за нишами. Каждый сидел в своей и носа не показывал в чужую, опасаясь быть съеденным. И это в самом лучшем варианте исхода событий. Теперь я не удивлялась, почему двери тюрьмы всегда открыты, если верить ушастику. Да все просто! К ним не добраться. Слишком много ниш надо пройти, чтобы выбраться к сомнительной свободе.

Размышляя, не заметила, как мы подошли к лестнице. Запрокинув голову, взглянула на бесконечность ступеней, жалея о том, что директору вздумалось жить так далеко и высоко. Но делать было нечего. Вздохнув, начала свой подъем, торопясь за Стражем. Агрилл в этот раз так не спешил и даже несколько раз оглянулся на меня через плечо, как мне показалось, с интересом. По крайней мере, я не заметила больше голода в его глазах и это успокаивало. То ли создание было сыто, то ли проучило прямой приказ от своего хозяина касательно меня. Я шагала и думала о том, как ушастому удалось найти Стража и договорится о моей аудиенции с директором, а еще очень боялась того, что Йорк проснется и, не обнаружив меня в Нише, поднимет панику…

Но вот и конец пути. Впереди уже знакомая серебряная дверь. Как и в первый свой приход сюда, Агрилл пропустил меня вперед, и я потянулась рукой к холодному металлу. Но, прежде чем я коснулась его пальцами, двери сами отъехали в сторону, пропуская меня в кабинет Малиса Эмбера. Яркого свечения, как в прошлый раз, не было. Кабинет оказался просто кабинетом, а сидевший за столом мужчина с зеркальным лицом-маской, поднялся ко мне навстречу и сделал какое-то неуловимое движение рукой, вследствие чего двери за моей спиной плавно встали на место, отрезав меня от лестницы и ожидающего на ней Стража.