Глава 13

Яна Лежу на кровати и смотрю в потолок. Меня грызет чувство стыда. И еще какое-то, пока не знаю, что именно. После смерти папы весь мой мир окрасился в черный цвет. – Одевайся! Хватит рыдать уже, – сквозь пелену слез слышу злой голос мачехи, – я приготовила тебе нормальное платье, а не те блядские наряды, что ты носишь обычно. – Засунь его себе в… ЭЙ! Вскрикиваю, когда эта мымра подлетает и за волосы стаскивает меня с постели. – Сегодня похороны твоего отца, мразь неблагодарная! – шипит, нависая сверху. – Хотя бы сейчас отнесись с уважением к его памяти! – Если бы не ты, он был бы жив, – вскакиваю на ноги, толкаю ее к двери, – пошла вон из моей комнаты! Убийца! Меня не удалось продать, так ты решила довести папу. Это тебе с рук не сойдет! Она сбрасывает маску скорбящей вдовы. Хищной походкой приближается. – Если я такая страшная… то ты должна понимать, Яна… я не остановлюсь. Лишу тебя всего. Продам какому-нибудь омерзительному старому извращенцу-садисту. У твоего папаши было много друзей… – Пошла вон! – рычу. – Берегись, девочка… – она разворачивается ко мне спиной и идет к двери, – ходи и оглядывайся. Когда дверь за Ксюхой закрывается, я хватаю первую попавшуюся вещь (это оказывается пустая ваза) и швыряю в стену. От бессилия выть хочется. Беру платье, которое принесла мачеха и выкидываю в мусорное ведро. Распахиваю шкаф. Кое в чем она права: я должна достойно проводить папу. Выбираю черное платье с кружевными рукавами. Укладываю волосы волнами и наношу сдержанный макияж. Ради папы… это все ради него… Раздается громкий стук в дверь. Делаю глубокий вдох. Встаю и иду открывать. На пороге стоит горилла. В огромных ручищах вешалка с платьем в чехле и несколько пакетов. – Могу войти? – сухо спрашивает. – Угу, – отхожу, впускаю мужчину. – Босс сказал, что вы должны быть готовы к семи. Не успеете, поедете на фуршет голой. Если что, это цитата. А в лицо мне это сказать слабо?! Сжимаю руки в кулаки. Вояка разворачивается и направляется к двери. – Багир! – тихо зову его. Он останавливается. – Прости меня, – выдыхаю, собравшись с мыслями, – я вела себя грубо. Просто не запомнила твое имя и… – Все нормально – на его губы ложится ухмылка, – я понял. На душе становится легче. Это после извинения? Мужчина уходит, прикрыв за собой дверь. Возможно, я все-таки смогу наладить свою жизнь здесь. Но мне нужны свои деньги. После университета я работала у папы в компании. Нужно спросить Мурада, сможет ли он помочь мне с работой. Беру платье, аккуратно стягиваю чехол. Черное платье-бюстье бренда Zimmermann. Длиной по колено, вполне себе приличное. Подол многослойный из полупрозрачной воздушной ткани. – Ничего себе, – прикладываю наряд к себе, – да ты знаешь толк в женских платьях, Мурад. Первый порыв – рвануть и расцеловать мужчину. Но я придумываю план получше. Сегодня я буду вести себя хорошо. Ему не придется бегать за мной. Искать. Спасать. А ночью… я как следует отблагодарю Мурада за столь щедрый подарок. Закусываю губу. Смотрю в зеркало и вижу свои пунцовые щеки. Глаза горят. Так всегда, когда я думаю о Горцеве. Иду в душ, тщательно мою голову. Делаю маску, пилинг. Бреюсь везде. Выхожу и сушу волосы. Я не должна подвести Мурада. Раз так тщательно готовится, значит, будет что-то важное. Решаю сделать вечерний макияж. Подготовка к фуршету возвращает меня обратно, в мой розовый мир без проблем. Когда папа брал меня на разные мероприятия. Мы ходили в театр, оперу. На балет. И я даже не задумывалась, что это все обеспечивает мне один человек. Отец. А сейчас я словно выброшенный на улицу котенок. Все, что мне остается, это царапаться и кусаться. Чтобы выжить. Я ведь так боюсь, что Мурад меня выкинет, как ненужную вещь. Каждый день просыпаюсь с мыслью, что вдруг стану не нужна. Чужая. Мне хочется видеть, что я важна. И что Горцев не бросит меня… – Мне так страшно, что ты оставишь меня, – касаюсь платья, словно через него пытаюсь достучаться до мужчины, подарившего мне его, – и я делаю все… для того, чтобы ты так и сделал… Всхлипываю. Дурочка. Обнимаю себя руками, пытаясь ощутить хотя бы призрачную безопасность. Но ее нет. Это не мой дом. У меня вообще нет дома. Соберись! Расправляю плечи. Втягиваю слезы, не позволяя им пролиться. Сегодня я позволю себе расслабиться. А завтра уже подумаю, что делать дальше. – Яна, – тихий голос Багира раздается ровно в семь, – вы готовы? – Да! – беру сумочку, в последний раз смотрю в зеркало. Платье село идеально. Его дополнили высокие серебряные лодочки и такая же сумочка. Еще в пакете были сережки из белого золота. И браслет. Я надела все, что сказал Мурад. – Настоящая леди, – улыбается мой охранник, – пойдемте? На таких каблучищах дойдете? – У меня огромный опыт, Багир, – хихикаю. А он весьма милый. Огромный и суровый, но рядом с ним я чувствую себя в безопасности. – Ты поедешь с нами? Будешь меня охранять? – спрашиваю, пока мы спускаемся по широкой лестнице в гостиную. – Да. Этот прием… вас там ждет много интересного. – Можно на ты, – улыбаюсь. – Заметано! – басит он. – Вы уже подружиться успели? – Мурад ждет меня внизу. Такой красивый, в черном костюме. Ему безумно идет этот цвет. Молча спускаюсь и вкладываю ладонь в его. Горцев нежно касается губами моих пальцев. Облизываю губы. – Я готова. Багир классный, – подмигиваю охраннику. – Даже не думай его окрутить, – хмурится Мурад. – Вот еще, – вздергиваю подбородок, – я просто хочу нормально общаться с людьми. Не этого ли ты хотел от меня? – Я рад, – спокойно отвечает, не отпуская мою руку, – у меня для тебя сюрприз. – Еще один? – удивляюсь. Горцев идет к дивану и берет с рядом стоящего столика плоскую бархатную коробку. – Из той же коллекции, что и серьги с браслетом, – достает изящное колье, – позволишь? Я разворачиваюсь. Мурад застегивает украшение. Места, где кожи касаются его пальцы, начинают пылать. Я очень смущена. Хотя привыкла к подаркам. – Спасибо. Это платье волшебно, – тихо говорю. Горцев усмехается. – Поехали. На месте тебя ждет еще один сюрприз.