Глава 33

Яна После ухода Мурада я остаюсь одна. Поразительно, как быстро все между нами изменилось. То меня запирали, охраняли и угрожали, а теперь спокойно оставили дома. Мурад даже дверь не запер. Но я не сбегу. Не теперь, когда Клим так нуждается во мне. Эти шрамы… Сердце кровью обливается от мысли, что его мучили и истязали. Неудивительно, что Уолс такой жестокий и закрытый. Но внутри него есть нежность. И я ее наружу выковыряю, чего бы мне это ни стоило! Не хочется зажигать свет. Иду в гостиную. Ночь наполняет пространство глубокими тенями, смягчающими резкие грани темной мебели. Стёкла огромных окон становятся зеркалом, отражающим мерцание городских огней. Горизонт расплывается в таинственной дымке, и город превращается в созвездия фонарей, переливающихся всеми оттенками синего и золотистого. Касаюсь ладонями чистого стекла. Затем разворачиваюсь и прижимаюсь спиной к окну. Деревянные поверхности приобретают бархатистый оттенок, отражая приглушённые блики. Мебель кажется ещё лаконичнее, её строгие линии подчеркиваются игрой светотеней. Тишина становится ощутимой, как будто сама квартира затаила дыхание, прислушиваясь к ритму моего сердца. Если совсем недавно эта квартира казалась мне бездушной клеткой, то сейчас это убежище, где я чувствую себя в безопасности. Все здесь пахнет Климом. Все напоминает о его холодной сдержанности. Я хочу обнять его! Прижаться к широкой груди. Просто молчать и слушать стук его сердца. Входная дверь распахивается. Сердце останавливается. Первым заходит Мурад. Уставший. Такой серьезный и взрослый. Он поддерживает Клима. Красивое лицо покрыто синяками. – КЛИМ! – бросаюсь к нему. – Что случилось? Тебя избили? Слезы собираются в уголках глаз. – Принцесса, – он растекается в наглой кошачьей улыбке. ТРЕСЬ! Голова мужчины дергается, но он продолжает улыбаться. Густые брови Мурада ползут вверх. – Как ты посмел меня одну бросить? А если бы я сбежала? – рычу. – Ты бы не ушла, принцесса, – он разворачивается, хватает меня и с силой прижимает к себе. Успеваю только ойкнуть, как ныряю в стальные объятия. Закрываю глаза, концентрируясь на аромате любимого. Парфюм, сигареты… и самый важный для меня запах. Его запах. Шумно втягиваю носом воздух. Я словно парю над землей. Хочу быть еще ближе к нему. Тело охватывает трепетное ожидание. Обвиваю сильные плечи, заглядываю в темные глаза. Глубокие, полные невысказанных эмоций. Я получу тебя целиком, Клим Волков. Ты откроешься мне… Он наклоняется ко мне и целует. Шершавые губы нагло раскрывают мои, а язык проскальзывает в рот. – Ммм! – стону, наслаждаясь каждой секундой. Лишь сейчас понимаю, как мне одиноко без него! И без Мурада. Когда они рядом, моя жизнь обретает смысл. Становится наполненной. Нормальной. И пусть вокруг кипят криминальные страсти, я хочу себе этот крошечный островок спокойствия. Клим отрывается от меня. В его глазах порочное безумие. Он жадно рассматривает мое лицо, тяжело дышит. – Принцесса… что ты творишь, блядь… – рычит. Я откидываю голову назад, открывая шею для поцелуев. Уолс бросается на меня как оголодавший зверь. Сжимает в руках, жадно целует каждый миллиметр кожи. Словно боится упустить даже клеточку. – МММ! АХ! – с губ срываются стоны. Повисаю на Климе, но он вдруг морщится. – Ему два ребра сломали, – поясняет Мурад, – ты бы обезьянкой на нем не висела. – Ой! Прости… – Ничего, – хрипит мужчина, – я по тебе изголодался. От того, как он это произносит, низ живота тут же тяжелеет. Блин, сейчас не время! Но так хочется! – Пошли выпьем, – говорит Мурад, залезая в бар Клима. Я помогаю своему тигру сесть в кресло. А когда отстраняюсь, он удерживает меня за руку. Резко дергает, и я почти падаю на него. – Посиди на мне, детка, – снова соблазняет своим хриплым горячим баритоном, я вся дрожу. – Клим, ты ранен… нужно вызвать врача, – пробую воззвать к здравому смыслу, но руки мужчины уже у меня под футболкой. – Ходишь в моих вещах, – рычит, – и хочешь, чтобы я был спокоен? Слишком много просишь, принцесса… – Ради тебя же, – мурчу, кусаю его за ухо. – Трахну! – СТОП! – в дверях появляется Мурад. – Со сломанными ребрами не трахаются, Клим. Успокойся. Янка никуда не денется, она живет здесь. Ей придется ухаживать за тобой после драки. – Зачем ты подрался? – устраиваюсь на его коленях, касаюсь красивого лица, покрытого синяками. – Зубы хоть все целы? Но что-то изменилось. В обычно пустых ледяных глазах Уолса вдруг появился озорной огонь. – Янка, – тыкается мне в шею, выдыхает томно. Я вопросительно смотрю на Мурада. – Не спрашивай… Но нашу идиллию прерывает приехавший врач. С трудом заталкиваем Клима в спальню. Пожилой мужчина, который осматривал меня неделю назад качает головой и причитает. – Совсем из ума выжил… драка… Клим, что с тобой случилось? – Все отлично, – Уолс смотрит на меня, как удав на кролика. Почему его вдруг обуяло такое желание? – Яна, принеси мне, пожалуйста, его аптечку. Она в другой части квартиры, рядом с подвалом, – голос врача возвращает меня в реальность. Выхожу из его спальни, направляюсь вниз. Я ни разу не была в той части пентхауса. Клим сказал, что там ничего важного. А изучить самостоятельно я пока не успела. Иду по коридору, осторожно переступая босыми ногами по гладкому холодному паркету. Смотрю по сторонам, но аптечки не вижу. Внезапно взгляд падает на скрытую дверь, искусно встроенную в стеновую панель. Опа! Обычная дверь, ничего особенного. Но она вызывает странное беспокойство. Почему-то кажется, что за ней кроется нечто важное. И, как ответ на мой вопрос, оттуда раздается серия громких стуков и что-то похожее на стон…