Глава 64

(От лица автора) Раннее утро. Воздух холодный и острый, как лезвие. В доме отца Мурада царит напряженная, лихорадочная суета. Сегодня день свадьбы его дочери Мадины. Багир стоит в тени высокого кипариса, его лицо совершенно непроницаемо. Внутри все сжато в тугой холодный узел. Он проверяет связь в миниатюрном наушнике. – Все на позициях. Ждем сигнала, – его голос безжизненный, стальной. Внутри особняка суматоха. Слуги носятся с коробками, цветами, тканями. Идеальный хаос. Три женщины из подкупленных служанок несут большую роскошную коробку, перевязанную шелковыми лентами. – Подарок от господина Газали для невесты, – одна из них бархатным голосом объявляет растерянной горничной у дверей в женскую половину. – Приказ вручить лично в руки. Для благословения. Горничная, молодая и напуганная, нерешительно кивает и пропускает их. Сердце Багира заходится. Каждый шаг по скрипучему паркету отдается в висках гулким эхом. Он смотрит на все это через миниатюрную камеру в одеждах одной из служанок, Айше. Комната невесты. Воздух густой, сладкий, пропитанный ароматом цветов и дорогих духов. И в центре этого будуара у огромного окна стоит она. Мадина. В одной только простой белой сорочке, ее длинные темные волосы рассыпаны по хрупким плечам. Она смотрит в окно на просыпающийся город, и ее тонкий профиль кажется высеченным из грусти. Глаза огромные, темные, полные бездонной немой тоски. Девушка похожа на птицу в золотой клетке, которая уже смирилась со своей участью. И сердце Багира, привыкшее к свинцу и крови, делает в груди резкую болезненную остановку. Он смотрит на нее через камеру, забыв о цели, плане. Обо всем на свете. Мужчина видит не сестру босса, не разменную монету в грязной игре. Багир видит девушку. Испуганную, прекрасную, обреченную. – Кто вы? – голос девушки тихий, мелодичный, с легким акцентом. Мадина оборачивается, и ее взгляд скользит по Айше, полный детского недоверия. – От вашего брата, – служанка говорит ровно. – Мурад прислал нас. Мы здесь, чтобы помочь. Глаза Мадины расширяются. В них вспыхивает бешеная надежда, которая тут же сменяется страхом. – Мурад? Но… как? Отец… он… – Времени нет, – резко, но тихо обрывает ее она. Делает шаг вперед, и остальные девушки мгновенно начинают действовать. Одна следит за дверью, другая достает из коробки сверток. Точную копию простого платья служанки. – Вам нужно переодеться. Сейчас же. В этот момент в комнату врывается Зухра, сварливая и ревнивая тетка Мадины и Мурада. – Что это за суматоха? Почему невеста не в свадебном наряде? Где платье? Айше разворачивается к ней. – Личный приказ господина Газали, – говорит Айше, медовым голосом. – Сначала подарок. Зухра колеблется. Авторитет арабского жениха явно выше, чем у ее брата. Она бросает взгляд на перепуганную Мадину, потом на спокойные лица служанок. – Ладно. Только быстрее. Опоздаем на церемонию, а это недопустимо. Она уходит, не закрывая до конца дверь. В комнате повисает тяжелое молчание. – Быстро, – шепчет Айше Мадине, и ее голос впервые срывается. – Пожалуйста. Девушка дрожащими пальцами начинает снимать нижнее белье. Мадина надевает простое серое платье и темный платок, скрывающий волосы и половину лица. Багир даже через камеру не смотрит на неё, с уважением отводя взгляд. В это время из коробки вылезает актриса Лейла. Профессионалка до кончиков ногтей. Она уже в идентичном свадебном платье. Одна из девушек молча и быстро помогает накинуть на нее тяжелую, расшитую золотом паранджу с плотной сеткой, скрывающей лицо. – Готово, – тихо говорит вторая служанка. – Выводим, – командует Айше. Она берет Мадину за локоть. Ее пальцы холодные как лед, и она мелко дрожит. – Все будет хорошо. Доверьтесь мне. Девушку выводят в коридор. Идут быстро, но не бегут. Цель – черный ход, ведущий к кухне и служебным помещениям. – Эй ты! – раздается грубый окрик из-за спины. Старшая служанка, краснолицая, с раздутыми ноздрями. – Куда повели девок? У невесты и так мастериц не хватает, все цветы перепутали! Мадина не оборачивается, ускоряя шаг. Айше притормаживает, блокируя дорогу старшей. – Мать невесты срочно требует её в покои. Истерика, не может успокоить. Церемония под угрозой, – бросает на ходу, используя заранее заготовленную легенду. Старшая что-то недовольно бормочет, но отстает. Черный ход. Холодный, влажный воздух пахнет моющими средствами. На улице, у обочины, ждет серая, неприметная «Шкода». Багир у машины, распахивает дверь. За рулем женщина из их команды, с умными, спокойными глазами. Айше буквально вталкивает Мадину на заднее сиденье. Та вся дрожит, трясется. – Всё в порядке, детка, – мягко говорит женщина-водитель, оборачиваясь. – Ты в безопасности. Сейчас отвезем тебя в тихое место. Мадина смотрит на Багира широко раскрытыми глазами. В них нет паники. Только вопрос. И бесконечная щемящая благодарность. – Мой брат… – шепчет она. – Он ждет вас, – коротко кивает Багир и захлопывает дверь. Машина плавно трогается с места и растворяется в утреннем потоке машин. Багир стоит еще секунду, глядя вслед уезжающей машине. В ушах стучит кровь. Перед глазами испуганное прекрасное лицо. Невероятные бездонные карие омуты. Он с силой трясет головой, отгоняя образ. Работа еще не закончена. – Первый этап завершен, – говорит Багир в микрофон. Голос снова стальной, бесстрастный. – «Невеста» на месте. Готовьтесь к отходу. Он разворачивается и уходит вглубь дома, чтобы раствориться в толпе слуг и охраны. Его часть работы сделана. Но в груди, там, где всегда была пустота, теперь живет странное теплое, неподконтрольное ему чувство. И это пугает его куда больше, чем вооруженная до зубов охрана Газали…