Глава 65

(От лица автора) Экран планшета мерцает в полумраке больничной палаты, отбрасывая синеватые блики на напряженные лица. Из динамиков доносятся приглушенные звуки традиционной музыки и гул голосов. Церемония начинается. Мурад, бледный и напряженный, сжимает край простыни так, что костяшки пальцев белеют. Его взгляд прикован к фигуре в белом, скрытой золотой паранджой. Клим стоит у изголовья, неподвижный, как скала, но каждый мускул его тела напряжен до предела. А между ними Яна. Она пожирает экран глазами, тонкими пальцами теребит низ футболки. – Всё идёт по плану, – хрипит Мурад, больше для самоуспокоения. – Всё чёртово время по плану. – Пока что, – безжалостно констатирует Клим, не отводя взгляда. – Ещё нужно вывезти Лейлу. На экране «невеста» совершает все ритуалы с потрясающей точностью. Наклон головы. Поднесение чаши с водой. Молчаливое согласие, выраженное кивком. Она идеальна. – Боже, она просто гениальна, – выдыхает Яна, не в силах сдержать восхищения смелостью другой женщины. – Как она справляется? – Мотивация, принцесса, – коротко бросает Клим. – Ей нужно спасать близкого человека. Церемония подходит к концу. Мулла объявляет их мужем и женой. Газали, внушительный мужчина в белоснежном костюме, с удовлетворением кивает. Его рука тяжело ложится на плечо «невесты». Яна невольно вздрагивает. – Убери свою лапу, ублюдок, – шипит Мурад, и ярость в его голосе заставляет сердце девушки ёкнуть. – Спокойно, друг, – глухо говорит Клим. – Багир, жди моего сигнала. Сейчас. Проходит ещё несколько невыносимо долгих минут. Гости начинают расходиться к столам. Газали что-то говорит на ухо своей «жене», и та слегка кивает. Он ведёт её в сторону от общего зала, в приватные покои. – Сейчас, – голос Клима звенит, как лезвие. – Давай. На экране, в углу, видном лишь им, происходит чудовищный взрыв. Кто-то из «гостей», подставной, с криком опрокидывает гигантскую стойку с соками. Слышится звон разбитых бокалов. Золотистая жидкость рекой растекается по полу, достигая гостей. Раздаются визги. Охрана бросается к месту происшествия. В этот же миг Лейла совершает идеальный побег. Несколько стремительных шагов и актриса растворяется в толпе перепуганных горничных, выбегающих из кухни, посмотреть на шум. Никто не обращает внимания на ее исчезновение. – Чисто, – сквозь зубы цедит Клим. Его рука машинально ложится на затылок Яны, тянущейся к экрану. – Всё. – Уехала, – через минуту раздаётся в наушнике голос Багира, ровный и чёткий. – Всё чисто. Её уже везут. В палате повисает густая давящая тишина, нарушаемая лишь мерным пиканьем аппаратуры. Они сделали это! Эта тишина длится ровно до тех пор, пока на экране не появляется разъяренная фигура Газали. Он выбегает из покоев, его лицо искажено гневом. Жених кричит что-то своему окружению, размахивая руками. Охрана мечется. – Понеслась, – мрачно усмехается Клим. – Теперь держись, папаша. Они наблюдают, как ярость восточного гостя обрушивается на отца Мурада. Тот пытается что-то объяснить, развести руками, но Газали не слушает. Он тычет пальцем в грудь Демида, его крик становится всё громче и пронзительнее. – Думает, что его надули, – с каким-то болезненным удовлетворением говорит Мурад. – Что отец подсунул ему самозванку, чтобы кинуть на бабки. Идеально. – Они передерутся сейчас, – констатирует Клим. – Наши уже уходят. Всё, шоу окончено. Он выключает планшет. Резкая тишина палаты кажется оглушительной. Первой не выдерживает Яна. Сдавленный нервный смешок вырывается у неё, переходя в лёгкую истерику. Девушка закрывает лицо руками, её плечи трясутся. – Мы сделали это… Боже, мы сделали это! Мурад тянется к ней, превозмогая боль, и прижимает её голову к своей груди. – Молодец, моя девочка, – хрипло шепчет он, целуя её макушку. – Всё позади. Мадина в безопасности. Клим подходит к ним, его тень накрывает обоих. Он кладёт одну руку на плечо Мурада, а другую – на шею Яны. В его глазах неприкрытая усталость и странное умиротворение. – Всё только начинается, друг. Но первый раунд за нами. Его телефон вибрирует. На экране незнакомый номер. Лёгкая улыбка сходит с красивого лица, взгляд снова становится острым, хищным. Уолс подносит смартфон к уху. – Да? Голос в трубке неестественный, механический, искажённый вокализатором, но в его интонациях сквозит ледяная, знакомая до мурашек насмешка. – Игра была красивой, Клим. Почти как в старые времена. Ты всегда был таким уверенным в своей победе. Клим замирает. Мурад и Яна, почуяв неладное, смотрят на него. Воздух в палате снова сгущается, становясь тяжёлым и колючим. – Кто это? – тихо спрашивает Яна, но Клим лишь поднимает руку, требуя тишины. Его собственное сердце замирает. Это голос… голос из кошмаров, который он годами старался забыть. – Я тебя не знаю, – ледяным тоном отвечает Уолс, но в груди что-то сжимается, холодная, ползучая уверенность, что это неправда. Голос ядовито усмехается. – Ещё как знаешь. Ты просто позволил себе забыть. Вычеркнуть меня, как и всё остальное. Но я не забыл. Я наблюдал. Я ждал. Твоя маленькая победа сегодня… она восхитительна. Насладись ею. – Что тебе нужно? – рычит Клим, и его пальцы белеют, сжимая телефон. – Всё, Клим. Всё, что у тебя есть. Ты отнял у меня всё, что было мне дорого. Теперь я верну долг. С огромными процентами. Твоя маленькая актриса… она играла свою роль безупречно. Но игра только начинается. А потом… потом я приду за твоей голубоглазой девочкой. За Яной. Я сломаю её на твоих глазах. И только тогда, когда в тебе не останется ничего, кроме пустоты… только тогда ты по-настоящему проиграешь. Связь обрывается. Клим медленно опускает телефон. Стоит неподвижно, но, кажется, будто внутри него только что рухнула целая вселенная. Уолс смотрит сквозь Мурада и Яну в какую-то ужасную точку в прошлом. – Клим? – дрогнувшим голосом зовет Яна, поднимаясь с кровати. – Что случилось? Что это было? Уолс переводит на нее взгляд. В его глазах, всегда таких уверенных и жестких, животный, первобытный ужас. Ужас человека, который увидел призрака. – Всё под контролем, – шепчет он чужим разбитым голосом. – Всё идёт… не по плану. Клим делает шаг назад отшатываясь. Внезапно дверь палаты распахивается. На пороге стоят полицейские. – Клим Волков? Мы из центрального следственного комитета. Вы арестованы…