Глава 24

Алексей

Приходится сдерживаться, чтобы не позволить себе растянуть улыбку до ушей с совершенной невозможностью обратной стяжки.

Не помню, чтобы чьи-то реакции на происходящее вокруг, были настолько мне интересны и приносили такой вал положительных эмоций.

В нынешних я просто тону.

То, как осторожно она садится за руль моей машины, пробегает пальчиками по его дуге, затем сжимает сильнее, сразу же меняясь в лице от плавного, но невероятно быстрого старта.

Вижу, как ей нравится скорость, не бездумная, когда от количества адреналина в крови отказывает мозг, контролируемая, но от этого не менее притягательная.

Да, она всего второй день с нами и ей безусловно есть чему удивляться, но то, как она это делает, заставляет меня встряхнуться и захотеть немедленно слиться с ней в потоке таких искренних, бурлящих, но и одновременно сдерживаемых эмоций.

Эх, если бы Никита не заполучил её таким образом, все было бы намного проще и легче.

А может быть и нет…

Случайное… э-э-э… частично знакомство с семейством цветочка показало, что произрастание в подобной среде было тем ещё приключением, без дополнительного ухода и удобрения, почти на выживание и в соответствии с естественным отбором. И это заметно!

Наблюдаю, как она подбирается, когда я чуть дольше задерживаю на ней свой взгляд или слегка вторгаюсь в зону её комфорта. Проявление ещё большего внимания я вообще отбросил за ненадобностью, потому что и того, что даёт простое прикосновение к плечу, выдает мне весь её эмоциональный спектр.

Рано…

Игра в этом случае аккуратнее, тоньше, деликатнее. И опять нужна ли вообще? Поскольку обычное общение с минимальной долей моих приемов бьёт по мозгам сейчас больше, чем откровенная связь со всеми вытекающими.

По принятой Машей позе и любопытству в глазах понимаю, что сделал верные предположения по её предпочтению в выборе авто, а это реально заводит — чувствовать, что нужно конкретно этой женщине, угадывать желания и прикладывать руку к их осуществлению…

Всё, как я люблю!

И именно в этот момент вселенная напоминает, что мы не в вакууме, и насколько бы не были сильны наши намерения, чьи-то могут оказаться в приоритете.

Прикидываю время, за которое моя бабуля среагировала на тревожный позывной Элеаноры.

Вау! Хочется поаплодировать, потому что она всё в той же форме, что и четырнадцать лет назад, с начала моего более серьезного интереса к противоположному полу и появлению первых проблем связанных с ним же.

Но в последнее время фокус сместился, и это слегка напрягает. Больше воспоминаний и разговоров о детстве в кругу семьи и намеков, как прекрасно было бы услышать топот детских ножек по дому и полюбоваться на них же, пока слышат уши и видят глаза.

Естественно всё это без привязки к личности их гипотетической матери, а вот дальше…

— Лёша? Я ждала твоего звонка позже, — с явным разочарованием сообщает мне мать моей мамы. — Ты что, уже успел проводить Машеньку? И не остался выпить чая?

— Бабуль, я же сказал, что это просто помощь в выборе авто.

— И? С каких пор тебя вдруг напрягает перевод дела в более интимное русло?

— Ба, не начинай.

— Я навела справки, она — умница, единственный минус это бывшие отцовские дела с Соболевым-старшим, но мы подойдем совсем с другой стороны, сразу же нейтрализуя возможный негатив.

— Ни с какой стороны ты туда подходить не будешь, пообещай! — я реально настаиваю, потому что знаю, чем мне может обернуться такая её активность.

Игнорирует мою просьбу, сообщая вдруг довольно обиженным тоном:

— А ты знаешь, что на следующей неделе приезжает Артур?

— Нет, — мы не часто пересекаемся с моим троюродным братом и уж я точно не слежу за его перемещениями.

— Мы общались вчера с Эллой, и знаешь, дорогой, она ведь ни словом не обмолвилась о Маше. О Маше, — повышает она голос, — которую вы взяли на место Марго! И ведь, скорее всего и ей, и тебе посоветовала держаться подальше друг от друга? Не чувствуешь связь?

— Ба, даже не думай вмешивать меня в твои разборки с родной сестрой! — вовремя спохватываюсь я, зная, как проходят подобные их стычки, когда прилетает всем вокруг, окружение штормит месяцами, а они тут же помирившись, невинно хлопая глазами, удивляются, с чего бы это…

— Ладно, вижу, что тебе она интересна не только в привычном ключе, и это ещё лучше! Не появишься вместе с ней через неделю у меня, лишу наследства! — бросает она заключительную угрозу, и я больше, чем уверен, начинает планировать наше совместное будущее…

А хрен его знает, может быть действительно пора?..

***

Точно пора!

Потому что, когда на следующее утро Маша выходит из своей машины с вздёрнутым в небеса носиком и еле-еле сдерживаемой улыбкой от гордости за себя, мне до безумия хочется подойти, смять и утащить с чужих глаз, особенно Соболевских, особенно после его вчерашнего вечернего послания по поводу того, что он думает по поводу моих к ней подкатов.

У меня все под контролем, что ему и было продемонстрированно все объясняющей комбинацией пальцев на приложенной к ответному сообщению картинке.

— Маша, привет! Потрясающе выглядишь, тебе идёт твой выбор!

— Алексей Сергеевич, уже рабочее время, поэтому…

— Конечно, Мария Васильевна, — провожу рукой по её спине, слегка корректируя направление движения и запуская искрящийся вихрь покалывающих игл от кончиков пальцев по руке, плечу, спине и их же водопаду вдоль позвоночника вниз. Сглатываю, всерьез задумываясь об ускорении процесса сближения.

Ага, вот прямо в течение ближайших пары минут.

Открывающаяся дверь и на несколько секунд сужающееся пространство, нежная кожа на шее, освобожденная от высоко собранных волос, даёт мне на это шанс но…

Ангел за правым плечом вовремя отвешивает затрещину и я, словно через тягучее желе отступаю, вспоминая любимую фразу тренера о том, что позже это позволит сделать два шага вперёд.

Всё верно! Вперёд…

А кроме того здесь мы на моей территории.

— Тебе тут точно понравится, детка! — подталкиваю я в спину цветочка, застывшего на пороге, в мой мир.