Глава 15
Леара
Когда дверь за Люцианом закрывается, я беспомощно оседаю на кровать.
— Господи, какой стыд… — откидываюсь на спину и закрываю лицо ладонями.
Никогда я ещё не чувствовала себя испорченной девчонкой. Даже в тот год, что проработала на Эрлона Нирза, выполняя самые безумные задания. Даже в ту ночь, когда поехала в мотель с клиентом.
Никогда.
А вот сейчас впервые чувствую. Чувствую себя маленькой развратной глупышкой, не способной соблазнить мужчину. Мужчину, которого и соблазнять-то особенно не требуется.
И только такая неудачница как я смогла испортить всё одним-единственным неосторожным словом.
Ну, почему… почему я не могла просто промолчать и послушать Люциана? Как вообще в мою голову пришла мысль обозвать его конченной сволочью?
А ведь этот вечерь так хорошо начинался…
Люциан был в моей власти, готов был довериться мне. Он сказал, ему понравилось. И хотел о чём-то поговорить. А я… Просто не вовремя влезла со своими признаниями.
Тру глаза, чтобы не дать себе заплакать от накатившей обиды. На душе неприятно и горько. Но я прекрасно понимаю, что сама виновата.
Я во что бы то ни стало должна объясниться с Люцианом, должна сказать, что не хочу больше враждовать с ним. И нам придётся как-то сосуществовать в этом мире. Раз уж так получилось, что я живу в его доме и, хочу того или нет, но почти замужем за ним.
Но есть одно маленькое «но», мешающее моему желанию объясниться с женихом. Он наверняка сейчас находится в своей комнате. И я понятия не имею, где она. Да и не пойду же я к нему в спальню, на ночь глядя.
От всех этих странных размышлений, от волнений и переживаний у меня начинает урчать в животе и сосать под ложечкой.
Еще несколько минут я собираюсь с мыслями, а потом всё-таки решаюсь. Встаю с кровати и подбираю с пола сброшенный во время танца халатик цвета глаз Люциана Григгса. Набрасываю халат, пряча под ним дурацкое эротическое бельё, и затягиваю пояс.
Как есть, босиком выхожу из комнаты и осторожно крадусь по коридору в поисках лестницы.
Спустя некоторое время всё же нахожу её, спускаюсь и, ещё немного поблуждав в полутьме, наконец-то, попадаю в столовую.
Здесь, как ни странно, включено освещение. Впрочем, освещением это можно назвать с большой натяжкой.
Всю столовую, словно неоновый туман, застилает тусклый синий свет. Выглядит слегка жутковато. Но мне ничего не остаётся, как смириться с этим. Потому что я понятия не имею, где и как включить обычный дневной свет.
Да и нужен ли он? Вдруг разбужу кого-нибудь?
Под кем-нибудь я, разумеется, имею в виду Люциана. Но даже себе стесняюсь признаться в этом. В том, что он никак не желает уходить из моих мыслей.
Прохожу в помещение. Различаю сквозь неоновый туман очертания стола, приближаюсь и понимаю, что на нём стоит открытая бутылка и ваза с чем-то круглым.
— Не спится? — Из тумана позади меня раздаётся знакомый голос. — Или проголодалась?
Вздрагиваю и оборачиваюсь. Вижу арку в противоположной стене, а за ней как будто ещё одна комнатка, только поменьше.
— Люциан? — Я разворачиваю и сама не могу объяснить, почему направляюсь прямиком к нему.
— А ты ожидала увидеть здесь кого-то другого? — усмехается он, подносит к губам бокал и, сделав глоток, опускает. — Моё несволочное второе «я»?
Миную арку и попадаю в небольшую комнатку за барной стойкой, которую не заметила сразу.
Люциан сидит на высоком стуле, машинально вертя в руках бокал, и не сводит с меня глаз.
Приближаюсь и останавливаюсь в одном шаге от него.
— Боги, ты что, решил напиться с горя?
— Напиться? — Он тихо смеётся. — Это просто свежевыжатый сок, Леа. Из тех же фруктов, что лежат в вазе на столе. Хочешь попробовать?
Не знаю, хочу ли я, но те менее, молча киваю в ответ.
Люциан берёт меня за руку и притягивает ближе, а затем подносит бокал к моему рту.
Обхватываю его губами и чуть наклоняю, делая два небольших глотка. Кисло-сладкий, чуть густоватый сок обволакивает язык и губы и слегка щиплет.
— Вкусный, — сглатывая, хвалю я местный напиток.
— Да. Вкусный. — Люциан отставляет в сторону бокал, неожиданно обнимает и впивается губами в мой рот.
Голова идёт кругом, и я толком даже не понимаю, кто из нас начинает этот поцелуй. То ли я с маниакальной одержимостью кусаю губы Люциана. То ли он жадно сминает мои. Наши языки сплетаются в каком-то сумасшедшем, неистовом танце.
Я уже почти теряю связь с реальностью, забывая, где нахожусь, когда наш внезапный поцелуй вдруг прерывается.
— Надо же, — едва слышно шепчет Люциан. — Оказывается, на твоих губах он становится ещё вкуснее.
Наверное, я всё нахожусь под влиянием поцелуя, потому что до меня не сразу доходит смысл слов.
— Люциан, извини за те слова, что я сказала там, в спальне, — выпаливаю я на автомате. — Ну, про то, что ты сволочь и всё такое. Я знаю, что всё испортила…
— Чш-ш. — Он прикладывает палец к моему рту, не позволяя договорить. — Это не твоя вина. Я сам не понимаю, что на меня нашло. Не знаю, отчего так реагирую на тебя. Мне очень жаль, что так вышло, малышка Леа.
— И как нам быть? — сейчас его прикосновения не возбуждают, не раздражают и не пугают. Лишь успокаивают.
— Сейчас уже поздно, и нам обоим нужно отдохнуть. А завтра вечером попробуем ещё раз. С самого начала. — Люциан поднимается со своего места и легонько обнимает за талию. — Идём, я провожу тебя в твою комнату.
И после этих слов он увлекает меня за собой в коридор.
Так тревожно как этой ночью, я не спала ещё никогда.
Первое, что делаю утром, приведя себя в порядок и наведя марафет, это отправляюсь в столовую. Не знаю, движет ли мною голод или желание вновь столкнуться с Люцианом. Хотя и понимаю, что он скорее всего давно уже в офисе.
Стыдно признаться, но всё же, когда не застаю жениха на месте, ужасно расстраиваюсь.
Наверное, напрасно я надеюсь просто посидеть утром вместе. Позавтракать. Поговорить. Напрасно надеюсь, что Люциан снова угостит меня соком. И, возможно, поцелует.
Мечтательно вздыхаю. Завтракать в одиночестве совершенно не хочется. Может, заявиться к жениху в офис и пригласить его в один из ресторанов, расположенных в этом небоскрёбе?
А что, по-моему, неплохая идея. В конце концов, невеста я Люциану или кто?
Подумав, возвращаюсь в комнату и переодеваюсь, меняя в своём образе пару деталей.
Вроде жених говорил, что корпорация «Видара Григгс» занимает половину здания. Остаётся только понять, на каком из этажей находится офис и кабинет Люциана.
Решив, что разберусь на ходу, иду к лифту. Обычно в таких огромных зданиях в лифтовую панель должны быть встроены справочники адресов.
Захожу в кабинку, активирую панель и в появившейся строке поиска ввожу: «офис владельца корпорации «Видара Григгс»».
Выясняется, что офис занимает два нижних этажа. Я решаю начать поиски со второго. Почти сразу, как только выхожу из лифта в просторный гостевой холл, понимаю, что попала по правильному адресу.
Справа стоит ряд пустых кресел. Похоже, у Люциана сегодня день закрытых дверей.
Слева от входа полумесяцем располагается стол секретаря. Сразу за ним за стеклянными дверьми и стеной — огромное офисное помещение, в котором бурлит жизнь.
И в самом конце этого помещения вижу дверь. И при взгляде на неё сердце отчего-то пускается вскачь.
Где-то там, за преградой из толстого стекла сейчас наверняка раздаёт кому-нибудь приказы Люциан. И для него моё внезапное появление будет больши-им сюрпризом. Надеюсь, приятным.
Иначе меня просто с позором выставят за дверь.
Трясу головой, отгоняя глупые мысли.
Так, Леара, соберись и, главное, не волнуйся!
Ты невеста владельца — это раз. Никто не может запретить тебе увидеть жениха.
Ты будущая жена владельца, а значит, к тебе должны относиться с должным уважением — это два.
Делаю глубокий вдох и решительными шагами подхожу к столу. Тем более, что секретарь уже искоса поглядывает в мою сторону и, кажется, решает, не вызвать ли ей охрану.
— Чем могу помочь? — разглядывая меня с ног до головы и обратно, интересуется она.
— Я пришла к Люциану… — вижу, как недобро сужаются её глаза, и на автомате добавляю: — Григгсу.
— Назовите ваше имя. Я проверю, назначена ли вам встреча. А после узнаю, желает ли он принять вас. — Она снова пробегает по моему телу взглядом, от которого делается не по себе. — И вам в любом случае придётся подождать. Люциан вышел. Надолго.
От взгляда и голоса секретаря веет таким ледяным холодом, что, кажется, стекло позади вот-вот начнёт покрываться изморозью. И только, когда эта дамочка произносит имя моего жениха, взгляд на миг теплеет. Мне даже слышится некоторое возбуждённое придыхание, томление в её голосе.
Вот чёрт! Она, что влюблена в него? Какая-то девица влюблена в моего жениха?
Ну да! Это ведь очевидно. Пока работала на Нирза, я слышала целую кучу историй о том, как секретарши становились любовницами своих боссов, расстраивали свадьбы и уводили мужей из семей.
Чувствую вскипающую в душе злость. Не на Люциана, нет. Если бы у него была любовница, вряд ли он при каждом удобном случае домогался меня. Я злюсь на эту…
Возвращаю секретарю взгляд и опускаю глаза. Она врёт и просто не хочет пускать меня. Это понятно. Если назовусь невестой Люциана или просто назову имя, сюрприз перестанет быть таковым. Это тоже понятно.
Следовательно, я не могу просто так взять и уйти. Особенно сейчас. Я просто обязана попасть к Люциану. Нужно только придумать, как по-быстрому избавиться от единственного препятствия на своём пути.
Ещё раз обвожу взглядом гостевой холл и замечаю одну особенность. В холле отсутствую обычные для таких мест автоматы с водой для ожидающих посетителей.
— Знаете, я, пожалуй, зайду поблагодарить господина Григгса в другой день, — уверенно заявляю секретарю. — В моём положении, хоть срок и маленький, долгое ожидание нежелательно. Ну, вы понимаете. Туалет, токсикоз.
Вру беззастенчиво, делаю два маленьких шажка в сторону и хватаюсь за стол.
— Ой, — второй рукой закрываю рот и дёргаюсь, изображая приступ тошноты.
— Вам плохо? — Секретарь, изменившись в лице, подскакивает ко мне, буквально подхватывает под руки и ведёт к ряду кресел. — Я сейчас вызову…
— Ничего, — успокаиваю я её, усаживаясь. — Сейчас пройдёт. Просто нужен глоток холодной воды.
— Конечно, я сейчас принесу. Только не волнуйтесь.
Судя по панике в перепуганных глазах секретаря, из нас двоих волнуется как раз она. Наверное, ей здорово прилетит, если с «беременной пациенткой» случится что-то неприятное.
— Я сейчас. Всего минутку. — Она бросает на меня тревожный взгляд и кидается к отдельной двери, которую я замечаю только теперь.
И как только секретарь скрывается за этой дверью, я без промедления срываюсь с места и несусь к стеклянной двери. Распахиваю, врываюсь в офис и, наплевав на ошарашенные взгляды сотрудников, бегу прямиком к двери в конце прохода.
Когда до неё остаётся всего один рывок, дверь неожиданно открывается. Пытаюсь притормозить, но инерции пролетаю оставшееся расстояние и падаю… в объятия Люциана.
— Простите, господин Григгс, — слышу за спиной противный голос секретаря. Оказывается, за мной была погоня. А я-то и не заметила. — Я предупреждала, но она…
— Всё в порядке, Кимберли! — с нажимом в голосе отвечает дамочке Люциан. — Оставь нас!
— Простите, — мямлит секретарь, прося прощения не то у меня, не то у моего жениха.
Несколько мгновений мы стоим и молчим. Видимо, ждём, когда скроется с глаз эта Кимберли.
— Вот так сюрприз! — глядя на меня, восклицает, наконец, Люциан. Выглядит он немного обалдевшим. Надеюсь, не от бестолковости своей секретарши, а от радости видеть меня.
Да я, признаться, и сама немного обалдеваю от такого удачного стечения обстоятельств.
— Сюрприз — между прочим, моё второе имя, — выдаю я единственное, что приходит на ум.
Смех Люциана прокатывается по офису.
— Это я уже понял. — Он так и продолжает прижимать меня к себе на виду у сотрудников. Не выпускает из объятий. И это слегка смущает. — Что тебя привело сюда, моя девочка? Соскучилась?
— Хотела посмотреть, где и над чем ты работаешь, — сочиняю я на ходу.
— Ну что ж, идём, покажу, — как-то подозрительно быстро сдаётся Люциан.
Придерживая за талию, он увлекает меня за собой. И как только мы оказываемся в кабинете, жених захлопывает дверь.
Я остаюсь с ним наедине.
— Вот здесь я и работаю. — Люциан размашистым движением руки обводит всю комнату.
Осматриваюсь. До этого мне доводилось видеть лишь кабинет господина Нирза. И то, что я вижу сейчас, переворачивает мой мир и представления о кабинетах.
Большое, светлое помещение. Одно-единственное огромное окно, вдали за которым, кажется, весь город виден, как на ладони. Два рабочих стола и два кресла, на спинке одного из которых висит пиджак Люциана.
Однако самое необычное в кабинете, то, что привлекает моё внимание, находится у стены напротив окна. Нечто среднее между столом и настенным стендом, в центр которого, как экран галавизора, вставлена электронная пластина.
— А для чего это… устройство? — интересуюсь я, поворачиваясь к Люциану.
— Для записи жалоб, предложений, пожеланий и благодарностей от посетителей и сотрудников, — объясняет мне жених.
— А как они их оставляют? Разве к тебе в кабинет может зайти любой, кто захочет?
Чувствую лёгкий укол ревности. Это же сколько всяких… посетителей побывало и ещё побывает здесь? А учитывая, что корпорация работает над проблемами деторождения… В кабинет, наверняка приходят в основном женщины.
По всей видимости, на моём лице отражается всё то, о чём я думаю. Потому что Люциан улыбается непринуждённо, одним уголком губ.
— Для тех, кто хочет сделать запись лично, есть определённые часы приёма, — успокаивает он меня. — Но большинство делает записи дистанционно с помощью личного галакома. А в конце дня они автоматически попадают в общий журнал.
— Значит, никто из посторонних сюда не зайдёт? — делаю я вывод из всего вышесказанного.
— Не зайдёт, — подтверждает Люциан, всё ещё улыбаясь. — К тому же я на всякий случай закрыл дверь.
Не понимаю, шутит он или говорит серьёзно. Впрочем, и не особо стараюсь понять. Подхожу ближе к одному из столов и легонько провожу пальцами по лацкану пиджака, висящего на спинке кресла.
— А кто сидит там? — интересуюсь у Люциана, кивая на другой стол и на второе, пустующее в данный момент кресло. — У тебя есть помощник?
— Корпорация большая, и один я бы не справился. Но сейчас я здесь один. — заметно настораживается жених и тотчас меняет тему. — Хочешь, поднимемся в ресторан? Я угощу тебя десертом.
— М-м, звучит заманчиво, — облизываюсь я мысленно. Только если уйду с ним в ресторан, где наверняка полно людей, то потеряю шанс довести сюрприз до конца. — Но я не голодна. Может, чуть позже.
— Хорошо. Как хочешь, — вздыхает Люциан, смиряясь.
А я тем временем упираюсь ладонями в столешницу, отталкиваюсь и запрыгиваю на стол. Цепляюсь пальцем за ремень на талии Люциана, развожу ноги пошире и притягиваю жениха.
— Что ещё в твоём кабинете достойно внимания? — спрашиваю томным голосом и кокетливо строю жениху глазки.
Если уж развлекаться, то по полной. Если мстить за вечерний побег от меня в столовую, то мстить хладнокровно и жестоко.
— Даже не знаю, — охотно подыгрывает мне Люциан, улавливая моё настроение. — Разве только его хозяин.
— Хм, серьёзно? — ёрзаю на столе, двигаясь на самый его край, и заглядываю жениху в глаза с исключительной преданностью. — И чем докажешь, что достоин?
Наверное, я зря всё это затеваю. Люциан старше и явно опытнее в подобных играх. Мне не выиграть у него, и я это осознаю. Только вот наша игра меня заводит. И остановиться я уже не в состоянии.
Люциан делает шаг, приближаясь настолько, что молния на его брюках впечатывается в мою промежность.
Жених наклоняется ко мне вызывающе и грациозно, словно хищник. Топит в тёмной порочной зелени глаз и спрашивает чуть хрипло:
— Тебе не хватает адреналина, да? Любишь ходить по краю пропасти?
Сложно не сорваться и не сдаться, но мне каким-то чудом удаётся. Возвращаю Люциану дерзкий взгляд и шепчу:
— Обожаю.
Ладонь жениха с громким хлопком опускается на стол, и этому хлопку эхом вторит тихое жужжание.
Верчу головой и вижу, как на окно опускаются, отгораживая нас от остального мира, плотные жалюзи.
Люциан, ничего не говоря, жадным поцелуем впивается в мои губы.
А я не в силах противиться собственному желанию, отвечаю ему с таким же остервенением. Увлекаюсь. Даже не сразу улавливаю лёгкое, почти невесомое движение его пальцев, расстёгивающих пуговицы на моём платье.
— Люциан… — вырываюсь на миг из плена его губ, но почти сразу возвращаюсь.
Двумя рваными движениями жених снимает петлю с металлического колечка на лифчике и накрывает ладонью мою обнажённую грудь.
Не знаю, как насчёт адреналина, но желание, что сейчас лупит по вискам, точно зашкаливает. Снова ёрзаю, сидя на столешнице. Жёсткая молния мужских брюк трёт и щекочет, усиливая возбуждение.
— Красивое бельё… — сипит Люциан куда-то в ямочку на моей шее и прокладывает тонкую нить поцелуев к груди.
— Вчерашнее, — всхлипываю, захлебнувшись воздухом, когда губы жениха неожиданно обхватывают и сдавливают сосок. — Ты забыл?
— Чш-ш, — шипит он, взяв мою руку, тянет и кладёт её себе на пах. — Сделай мне приятно.
Расстёгиваю молнию так же как и вчера, осторожно пробираюсь пальцами под ткань и…
На мгновение мне чудится, что сквозь шум бушующей в висках крови, я слышу, как кто-то дёргает запертую дверь кабинета.
Кто тут говорил об адреналине?!
Меня, как будто окатывает ледяной водой. Возбуждение снимает как рукой.
— Люциан! Ты слышал? — Сердце испуганно подпрыгивает и колотится уже где-то в горле. — Ты ведь сказал, никто не зайдёт в кабинет!
Жених рассеянно смотрит на меня, затем переводит взгляд на дверь и цедит сквозь зубы:
— Твою мать…
Он рывком стаскивает меня со стола и ставит на пол. И пока я в панике застёгиваю лифчик и платье, Люциан успевает справиться с молнией на брюках.
За этими занятиями и застаёт нас щелчок дверного замка.
Дверь открывается, и в кабинет входит… ещё один Люциан.
— Леа?.. — Он растерянно замирает в дверном проёме и бросает взгляд на свою копию, стоящую рядом со мной. — Элиас, почему ты не предупредил?
В шоке смотрю то на одного, то на другого. Хлопаю глазами, как кукла. И совершенно не понимаю, что происходит. То ли в глазах двоится, то ли в мозгу что-то пошло не так.
— Прости, брат. Всё было так неожиданно… — виновато произносит тот «Люциан», который стоит рядом со мной. Тот, который на самом деле, оказывается, Элиас.
Стоп!
Элиас? Брат? Какого чёрта?!
Комок подкатывает к горлу и вызывает спазм. Хватаю воздух ртом, как выброшенная на берег рыба.
О, боги! Их двое!
«Один — конченная сволочь, другой…» — вспоминаю я собственные слова, сказанные не так давно. И вспоминаю реакцию… того из братьев, кто был со мной в тот момент.
Вот почему он взбесился. Потому что со мной был Люциан, и я назвала его сволочью, в то время, как хвалила… Получается, Элиаса. И получается, милое романтичное свидание у меня было не с Люцианом, а с Элиасом.
Люциан знал. Он просто приревновал меня к брату.
Многое сейчас встаёт на свои места.
И как же я не поняла сразу? Их двое! Всё это время меня имели два брата-близнеца… по очереди.
Поворачиваюсь к тому, что стоит рядом.
— Значит, тебя зовут Элиас, — скорее излагаю я факт, нежели спрашиваю. — Ну, ладно, мальчики, поиграли и хватит! Признавайтесь, кто из вас мой настоящий жених?
В кабинете повисает тишина.
Братья переглядываются между собой, но молчат.
Жду, наверное, минуту. Хотя время тянется чертовски медленно, и создаётся впечатление, что прошла уже вечность.
— Вы оба языки проглотили? — упираю руки в боки и притопываю сердито ногой, всем своим видом демонстрируя готовность устроить этим двум обалдуям грандиозный скандал.
— Девочка моя, — прерывает, наконец, тягостное молчание Элиас. — Помнишь, я рассказывал тебе о том, что появился на свет благодаря биоматериалу, который отец взял у другого мужчины?
— Помню. И что?
Вообще-то, если откровенно, то я вспоминаю этот рассказ только сейчас. Тогда, во время свидания, я просто не придала ему значения. Видимо, напрасно.
— Тот мужчина, наш с братом биологический отец, был из расы дракканов. Это люди, в крови которых сохранился ген их древних предков. Драконов.
— Драконов? Серьёзно? — фыркаю я, кривя губы в усмешке. — Что за бред? Думаешь, я поверю в сказку о драконах? Ты ещё скажи, что вы с братом драконы, а я ваша истинная пара.
— Так и есть, Леа, — качает головой Элиас. — Когда драккану для продолжения рода приходит время выбрать женщину, он просто чувствует её. Её единственную во всей вселенной. И чтобы удержать, мужчина пойдёт на всё.
— Изнасилует, солжёт… — подсказываю я Элиасу. — Что ещё? Это ведь неполный список? Для вас всё просто, да? Вы с братом «просто» почувствовали! А знаете, вы оба знаете, что почувствовала я?!
Стены, как будто начинают сдвигаться, и пространство кабинета становится всё меньше, все теснее. Душит меня.
Воздуха не хватает. Я захлёбываюсь и замолкаю.
Люциан и Элиас тоже молчат. Им нечего мне возразить. И нечего сказать в своё оправдание. А жаль…
Глаза щиплет от слёз, но заплакать не получается.
Сердце щемит. Оно стучит так быстро, что, кажется, вот-вот разорвёт грудную клетку и выскочит наружу.
— Ненавижу вас! Обоих!
Срываюсь с места и несусь к двери. Единственное моё желание вырваться из этой духоты.
— Леа, успокойся! — У самой двери я попадаю в объятия Люциана. — Давай, поговорим, малышка.
— Я тебе не малышка! И не смей прикасаться ко мне! — отпихиваю я Люциана прочь. — Нам не о чем говорить. Я не хочу слушать очередную ложь! И не хочу больше видеть тебя! Вас обоих!
Элиас тотчас спешит на помощь брату, делает шаг в мою сторону.
— Девочка моя. Мы не собирались лгать. Просто подбирали момент, чтобы сказать… — Он приближается ко мне ещё на шаг, но я отступаю назад, не желая находиться рядом.
— Что ж, сегодня здесь был отличный момент. Спасибо!
— Леа, ты для нас обоих — жизнь. Мы не хотим потерять тебя. Я не хочу… — Почти с мольбой в глазах смотрит на меня Элиас.
Я на миг зависаю и едва не тону в тёмной зелени его глаз, ставшей такой привычной. Такой нужной…
С трудом выныриваю, не позволяя этой манящей темноте вновь обмануть меня.
— Вызови мне такси или что тут у вас есть… — Мозг затапливает жуткая обида. Единственное, чего хочу сейчас я, это быть как можно дальше от этого места. И от… моих женихов.
— Девочка моя, посмотри на меня.
— Вызови. Мне. Такси! — уже выкрикиваю я, чувствуя, что держусь из последних сил. Если не уйду немедленно, меня просто накроет подступающая истерика.
— Успокойся, Леа. Всего пять секунд, — снова вмешивается в наш диалог Люциан. Он достаёт из кармана галаком и быстро отправляет кому-то сообщение. Затем поднимает голову, смотрит на меня и тихо поясняет: — Я вызвал скайбот. Пилот отвезёт тебя, куда скажешь.
Не знаю, может, дракканы обладают способностью успокаивать. Хоть я в это и не верю. Но после слов Люциана я, действительно, чувствую себя почти спокойно и уверенно.
Ждать вызванного пилота долго не приходится. Он появляется так быстро, будто всё это время ждал команды от босса, находясь где-нибудь в соседней комнате.
И уже через десять минут я сижу в салоне скайбота, рассеянно глядя в окно и стараясь не думать ни о Люциане, ни об Элиасе. Ни о том, что на этот раз бежать мне некуда…
— Вы так и не сказали, куда летим, — врывается в мои невесёлые мысли голос пилота.
— Всё равно, куда, Закар, — отвечаю ему, не отрывая взгляда от окна. — Главное, чтобы там не было Григгсов.
— Дайте-ка подумать, — преувеличенно бодро восклицает пилот. — М-м, кажется, я знаю такое место. Григгсов скрючило бы от одного упоминания о нём.
Я невольно улыбаюсь и отрываюсь от бессмысленного разглядывания воздуха за окном скайбота.
— Скрючило бы? — представляю корчащихся у моих ног братцев, и мне становится почти хорошо. — Отлично, мне подходит!