Глава 19

– Алло, – отвечаю я на незнакомый номер. Слушаю не так чтобы внимательно и заинтересованно: выискиваю важную информацию в интернете, прокручивая страницу вниз. Так что невидимый собеседник жутко не вовремя.

– Привет.

Палец мой замирает, так и не опустившись на кнопку. Я отодвигаю кресло и откидываюсь на спинку, враз позабыв обо всех делах.

– Здравствуй, Миль. Кажется, ты меня преследуешь, – стараюсь я слегка уколоть мужчину. Ему полезно.

– Хочешь, я извинюсь за то смс? – сразу же переходит он к делу.

Держусь как могу, честно. Но короткий смешок все же вырывается. Миль произнёс это таким забавным голосом…

– Ты вроде и так чувствуешь вину. Этого достаточно, – отмахиваюсь я.

– А если я извинюсь более весомо? Смогу рассчитывать на прощение? Хотя бы чуть-чуть.

Господи, ну какой же он обаятельный! Ну нельзя же таким быть!

– Ты прощен. Что-то еще?

Ловлю себя на том, что медленно наматываю на палец выбившийся из прически локон. А откуда в моем голосе появились игривые всплески?!

– Мне этого мало. Уже мало, – многозначительно добавляет Миль.

– Здесь наши интересы резко расходятся.

– А я готов тебе уступить, – к нотке радости в мужском голосе присоединяется щепотка воодушевления. – В обмен на ма-а-аленькую поблажку. Хотя бы одну, Ирин.

Соблазн велик. Очень интересно, что Миль предлагает. Почему с ним любые стены рушатся, а преграды разлетаются пылью?

– Решайся же, – подначивает мужчина.

– Чтобы ты меня вновь подставил? – ехидничаю я в очередной раз. – А твоя машина дежурила у моего офиса или подъезда?

Тогда уж вскоре и мои фото появятся на первой полосе. Украшенные различными домыслами.

– Сейчас я звоню инкогнито, – возражает он мягко, но решительно.

– Даже удивительно, – я не отступаю. – Как же это тебя угораздило, Миль?

– А ты знаешь, Ирин, – рассудительно произносит Миль, – я уже как-то привык к твоим шпилькам. Даже скучаю немного, пока ты со мной не разговариваешь, – печально замечает.

Я плотно смыкаю губы и зажимаю нос рукой, чтобы не рассмеяться. Ну так же нечестно! Вот как ему противостоять?

– Мне очень жаль тебя расстраивать. Правда.

– Так не расстраивай. Давай я сегодня пришлю за тобой машину? – и, припоминая историю с смс, он тут же поясняет: – Я вызову такси, чтобы на тебя и тени неприятных домыслов не упало!

– Поздно, Миль, – смеюсь я тихонько. – Уже упали.

– Разберёмся. И звонить буду с этого номера. Специально, между прочим, оформил вчера. Ты же все их устанешь в черный список кидать, да? Ну я очень на это рассчитываю, – тянет мужчина с надеждой. – Правда, Ирин. Я приношу свои извинения. Я только о себе подумал, когда отправлял эту фотографию. И сообщение тоже. Согласен. И я раскаиваюсь, что намеренно поставил тебя в неловкое положение. Больше этого не повторится. Машину к офису тебе подогнать или в другое место?

Как красиво зубки заговаривает. Чего он ко мне привязался?

Почему-то представляю, как Миль в этот момент напускает на себя ангельский вид. И серые глаза его, всегда пронзительные и проницательные, в этот момент такие честные-честные.

Ответить не успеваю, снаружи слышится какой-то грохот и громкие встревоженные голоса. Тут дверь кабинета распахивается, и внутрь, спотыкаясь, вваливается Арсений. Невозмутимо отряхивает с идеально разглаженного поло невидимые пылинки. Не сводя хищного взгляда с моего потрясенного лица, супруг приближается ко мне.

– Хотя бы тут поговорить можно?

Он напряженно, со стуком опускает ладони на стол. А я непроизвольно сглатываю. Вот же черт.

– Алло? Ирин? – долетает из динамиков.

– Да-да. Я слушаю. Но… это предложение мне не подходит. Прошу прощения.

Трясущимися пальцами отбиваю вызов, откладываю в сторону телефон.

– Надо ж так, – раздражённо бросаю я в сторону и поднимаюсь со стула, потому что Арс подошел недопустимо близко. – Ты опять пьяный? – уточняю я зачем-то.

– Я как стекло, – возражает Арсений и глядит выжидающе. Чего он от меня ждет?

– Ты не мог бы стоять подальше? – и, подмечая его удивлённый взгляд, поясняю: – Оцарапаться боюсь.

Кажется, Арсу не особо доступен язык иронии. Супруг вопросительно поднимает брови. И торопливо заявляет:

– Мне адвокат твой звонил. Я послал его в жопу.

– Дело твое. Мне-то что.

Руки занять нечем, поэтому я начинаю мять пальцами ткань юбки. В голове столько мыслей…

– Ира. Чего тебе не хватает? – выплевывает Арсений.

– Не поздно уже интересоваться?

– Бабки есть? Есть. Что хочешь – сразу исполняется. Хочешь работать – работай. Не хочешь – не работай. Острова – пожалуйста. Тачка – пожалуйста. Вот что тебе еще надо, я не пойму?!

Арс разве что не рычит. Глаза горят, на лице бешенство.

– Возможно, мы с тобой ценим разные вещи, – предполагаю я растеряно. Удивлена, что он не просто приехал, а заявился со всеми этими вопросами.

– И какие же для тебя несут особенную ценность?

– А тебе зачем? Уже вроде как поздно узнавать. Мы за три года не успели как следует «познакомиться».

– Я не понимаю, что с тобой происходит. Ты себя ведёшь очень странно. Ты… ты даже не отрицала, Ира!

– Арсений. Тебе удобно понимать только себя. На меня тебе, по большому счету, плевать. Предлагаю уже оставить все как есть.

Я вообще не пойму, с чего ему уже напрягаться.

– Просто скажи, что конкретно тебе не нравится. Что я в твоих тряпках не разбираюсь?

Арсений пересекает кабинет. Рывок ко мне, и да, я сейчас порежусь. «Стекло» слишком острое.

– Может, тебе скучно, Ир? Я совсем не понимаю.

– Может, я не чувствую, что у меня есть муж? Вместо него мужчина, который не интересуется ничем, кроме новых контрактов. Причем способы их заключения весьма сомнительны. Я тебе не нужна, Арсений. Тебе с любой другой будет точно так же. Красивая ширма. Статус. Да и только.

– Ересь какая-то, – задумывается муж.

Арс вальяжно склоняет голову на бок. Если он слегка наклонится, я поймаю его дыхание. Даже интересно, много у него было женщин, пока я чувствовала себя одной-единственной и послушно ждала его дома?

– А ты зачем приехал, Арсений?

– Поговорить. Ир. Ну давай как-то вместе сядем и все обсудим.

– А ты где два дня шлялся, Арс?

– Я пытался разобраться. Много думал, Ира. О нас с тобой. Я не понимаю тебя абсолютно.

– Тогда, возможно, будет лучше, когда в твоей жизни появится женщина, которую ты сможешь хоть немного понять? Которая будет не против, что об твои колени кто-то трется. И будет приложением к тебе. Я много раньше не замечала Арс.

– Но тебя все устраивало. А сейчас что?

– А сейчас я так уже не смогу.

– Тебе кто-то новую жизнь показал? – Лицо Арса вытягивается. – Ты первый раз дома не ночевала, Ир.

– Потому что дома теперь тошно. Не хочется туда возвращаться.

– Давай вместе что-то решим. Так, чтобы нам обоим хотелось там быть. Мне надоела твоя отстраненность. Да и вообще многое надоело, Ир. Но я не верю, что ты была с другим. Ира, я разводиться с тобой не хочу.

Разводиться не хочет. Со мной быть не хотел. Общаться не хотел. Мне предпочитал девочек и алкоголь. Все решал за нас двоих. А я? Где в его жизни была я и все, что для меня важно? На каком месте? Если уж так подумать, он и на звонки мне мог не отвечать. «Занят» был. А я, как-то так сложилось, верила. Не ждала подвоха.

– Почему разводиться не хочешь? Удобно?

– Нет.

– Ты привык просто, Арсений. Давай мы разведемся, и ты попробуешь с кем-то другим. Я в твоей жизни, как выяснилось, занимала слишком мало места. И то где-то в конце.

– А ты? Уже с другими пробовала? И что? Надолго ли с ними лучше будет? Или потом вновь все окажется в яме?

– Ты раздуваешь свои домыслы. Мой адвокат позвонит тебе еще раз. Вы обсудите детали, ладно? – Я опираюсь ягодицами о подоконник, Арс потеснил меня к стеночке. – Я ничего у тебя не прошу. Всего лишь поставить подпись. А дальше свои богатства подаришь достойной.

– Нет, Ириш, – упрямо мотает он головой и неожиданно слегка бодает меня в лоб, приземляя ладони на подоконник. – Нет.

– Почему? – пожимаю я плечами.

– Потому что я тебя никому не отдам.

– Будем страдать оба?

– Может, ты просто устала? Может, ты ребенка хочешь, Ир? Давай обговорим. Ты ведь хотела.

Осторожно ведет ладонью по моей ноге вверх, от колена к бедру, мешая мне свободно вздохнуть. Ребенка? Он был категорически против. «Успеем еще». Так всегда говорил. А я… я в какой-то момент убедила себя, что так оно и есть. «Успеем».

– Не трогай, пожалуйста. Какой ребенок? Я не хочу, чтоб ты даже смотрел на меня. Не то что касаться.

Хочу сбросить его руку, но Арс напрягается. Не позволяет ни на сантиметр отодвинуться.

– Нам все равно дадут время на примирение. Давай используем его по назначению?