Эпилог

Спустя пять лет.

– Стефан, муж мой любимый, когда ты собирался объявить мне, что я беременна? – Катерина вышла из ванной, где её только что выворачивало над унитазом, и встала с грозным видом около кровати. Она даже пыталась хмуриться и делать грозный вид, как положено обиженной и беременной жене. Или это только обиженным положено хмуриться?

– Дай подумаю, любовь моя! Может за пару недель до родов? – Стефан поцеловал жену в животик и затащил её в кровать, уложив на подушку. Лег сам рядом, оставив ладонь на пока ещё плоском животе жены, – ну, раз уж ты раньше догадалась, то так и быть сознаюсь: мы опять беременны!

– Ну раз уж я сама обо всём догадалась, и гораздо раньше, умоляю: сделай что-нибудь с тошнотой! – Стефан провел ладонью в районе солнечного сплетения, тошнота отступила. Катерина улыбнулась и расслабилась. Стефан вернулся на подушку, оставив ладонь на животе жены.

– Может, хоть скажешь, кто там у нас? – Катерина положила свою ладошку на руку мужа.

– А не всё ли равно? – Стефан счастливо улыбался.

– Абсолютно всё равно! – легко согласилась Катерина, – но надо успеть подготовить комнату! Так в каком цвете отделывать?

– В розовом и золотом! – рассмеялся Стефан, – у нас будет принцесса!

– О, да!! Духи леса услышали меня!! – произнесла Катерина, глядя в потолок. А ты помнишь наш уговор, что имя для дочери выбираю я?

– Конечно, моя королева! Ты уже знаешь, как её назовешь? – Стефан поднялся на локте и с любопытством смотрел сейчас на обожаемую им женщину.

– Стефания. Я назову её Стефания. Стеша. Стешенька! Принцесса Стефания! Правда, красиво? – Катерина повернула голову к мужу и улыбнулась. Его полный обожания взгляд ответил ей всё за него. Она счастливо выдохнула:

– Нет, я никогда не привыкну к тому, что мой муж самый прекрасный мужчина в обоих мирах! И как же здорово опять слышать не два, а три сердцебиения! Правда? Хотя, я сержусь на тебя, мой король! Сколько недель ты уже наслаждаешься этими звуками в тайне от меня?

– Всего лишь три недели, моя королева! Имей снисхождение к старому брюзге! Я столько лет слышал только одно своё сердце, могу я хоть что-то раньше тебя узнавать о моих детях?

– Папа, мама! – дверь в спальню распахнулась, и в комнату ворвался Доминик, – мне сегодня приснился сон, что у меня скоро будет сестренка! А ещё к нам сегодня приедет Олег, и он сказал мне, что сообщит вам, что теперь он…, что он теперь…, – ребенок нахмурил лоб, вспоминая слово, – ос-част-лив-лен-ный! Правда, он сказал мне это по секрету. Но я же только вам рассказал!

– Ну вот, пожалуйста! – рассмеялась Катерина, – выходит, что это я здесь последняя всё о своих детях узнаю!

– Мама, а "ос-част-лив-лен-ный" – это как? Папа, а что такое "по секрету"?

– Ну, видимо, скоро у нас будет свадьба! – рассмеялась Катерина.

– Олег встретил свою истинную, да, папа? – Доминик уже залез на родительскую кровать и сидел сейчас в ногах и переводил взгляд своих изумрудных глаз с отца на мать и обратно.

– Да, мой принц! Да! – рассмеялся отец, – а скажи-ка, мне, мой принц, о чем я сейчас думаю?

– Ну, папа, ну так не честно!!! – сморщил свой носик ребенок, – ты хочешь знать, где моя гувернантка!

– Ты же не хочешь, чтобы я её отругал, верно? – Стефан сгреб сына в охапку и начал щекотать, от чего мальчик залился смехом, – значит, надо выполнять её требования! Негоже принцам бегать в пижаме по коридорам!

– Папа, а когда мне сделают такую же руну? – ткнул сын в одну из татуировок на руке отца.

– Когда пройдешь первый обряд! Раньше нельзя, ты же знаешь, сын.

– А у Олега теперь уже три руны! Он мне сегодня показывал! – похвастался Доминик.

– Серьёзно? – наигранно удивился отец, – видишь, какой молодец твой старший брат! Ну, если вы с ним и дальше так будете во сне разговаривать, то совсем скоро у него и четвертая появится! Твой старший брат молодец! Осваивает программу семимильными шагами, – похвалил с улыбкой Стефан Олега.

– Да? А у меня, значит, сразу все четыре будут, да? – глаза ребёнка засияли яркими изумрудами.

– Принц, вот Вы где! – раздался голос гувернантки из-за закрытой двери, – немедленно покиньте спальню Ваших родителей!

– Давай, давай, иди! Гувернантку надо слушаться! Целуй маму и иди! – ссадил Стефан сына с колен.

Когда за ним закрылась дверь, Стефан откинул с Катерины одеяло:

– Ну, теперь-то нам уже никто не помешает пожелать друг другу доброе утро как положено, да, любовь моя? Ох, как же меня сводят с ума эти ярко-красные ноготки на твоих шикарных ступнях, моя королева!