Глава 25

К алтарю меня тащили под конвоем. Мне было страшно за себя, но сильнее всего меня сейчас пугали отсутствующие выражения на лицах гостей и жреца. Они сидели и стояли не шевелясь. Глаза подернуты дымкой, взгляд направлен в одну точку. Зомби, а не люди. «Маргарет заколдовала их, чтобы они не оказывали сопротивления, пока она будет их убивать», – пронеслось в голове страшное осознание, а следом к горлу подкатила тошнота. Когда меня подвели к алтарю, из боковой дверцы вышла императрица в роскошном золотом платье и с сияющей драгоценными камнями короной на голове. Демон, что скрывался под ее личиной, плотоядно улыбнулся. – И стоила ли того вся твоя мышиная возня, если в итоге все идет так, как я и задумала? – задала она мне риторический вопрос, просто таки сияя от довольства собой. Я ничего не ответила. Просто молча плюнула ей в лицо. – Это все, на что ты способна, ничтожная человечка? – с ухмылкой спросила она, даже не поморщившись. И материализовав из воздуха платок, как ни в чем не бывало, вытерла лицо. Затем махнула рукой, отпуская мой конвой. Еще один взмах – и я ощутила, как ноги словно прирастают к полу, не давая мне более попытки пошевелиться. «Чувствует себя победительницей и не скрывает этого», – с бессильной злостью подумала я. В этот момент справа, из той же неприметной боковой двери, вышел Виктор. Посмотрел на меня, холодно улыбнулся, затем взглянул на Маргарет. А после его взгляд скользнул по гостям. На лице мужчины при этом отразилось легкое недоумение. – Не хочешь ничего объяснить? – обратился он к Маргарет. – Так нужно, дорогой, – таинственно улыбнулась императрица. И посмотрев на облаченного в белые одежды жреца, приказала: – Начинайте, Ваше святейшество. – А после уселась в первом ряду на почетное место. Седовласый жрец монотонно забормотал что-то о любви, браке и связующих нитях судьбы, соединяющих мужчину и женщину. Виктор взял меня за руки. Я же нервно кусала губы от собственного бессилия и осознания, что не могу ничем помочь находящимся в храме людям. – Согласен ли ты, Виктор Лифэйр, взять в свои руки судьбу этой женщины? – обратился к принцу жрец. Виктор открыл рот, чтобы ответить, но тут внезапно с грохотом сорвалась с петель дверь и в храм ворвались вооруженные магией и мечами драконы. – Уводи ведьму и зови подкрепление! – закричала Виктору Маргарет. А сама тут же ринулась в бой. Рывок – и меня потащили к неприметной боковой дверце. Краем зрения я успела заметить, как из ладоней демоницы вырываются сгустки тьмы и несколько драконов, которых коснулось темное облако, упали замертво. От ужаса у меня перехватило дыхание. Но вот я уже оказываюсь в тесной комнатке, в которой, к моему изумлению, меня встречает Адриан. – Займись браслетами, – на ходу дает распоряжение Виктор брату и идет к черному выходу. – Я не смогу долго сопротивляться внушению, но постараюсь выиграть для вас время. – Как?.. Почему?.. – я перевожу недоуменный взгляд с одного принца на другого, совершенно не понимая, что происходит. – Спасибо, – поблагодарил Риан брата. – Большего и не требуется. Виктор кивнул и скрылся за дверью. А Риан подошел ко мне и начал пристально осматривать блокирующие магию браслеты на моих руках. – Откуда ты здесь? – ко мне наконец вернулся дар речи. – Виктор помог проникнуть, – коротко ответил он. Я потрясенно смотрела на дракона, пока тот посылал импульсы магии в браслет на левой руке. Артефакт охватило пламенем. Когда оно погасло, браслет со звоном упал на пол. – Но почему он нам помогает? – все еще не понимала я. – Одна очень настойчивая ведьма убедила, – хмыкнул Риан, освобождая от наручника правую руку. «Неужели тот наш разговор перед свадьбой возымел на него такой эффект?» – не могла поверить я. – А теперь уходи отсюда, – бросил Риан, когда на пол упал второй браслет. – Живее! – Нет! – Василиса! – Риан, я нужна вам! Только вместе мы сможем отправить Маргарет в небытие. Понимая, что правда на моей стороне, дракон рыкнул от бессильной злости, затем приблизился ко мне вплотную. Обхватив ладонями мое лицо, заглянул в глаза. И я вдруг потерялась, сгорела в этом бушующем пламени. Глаза, горящие золотом, без слов говорили о том, о чем молчал мужчина: «Люблю… Ты нужна мне… Боюсь потерять… Не прощу себе, если с тобой что-то случится…» Стремительно движение – и губы Риана накрыли мои. Он целовал меня так отчаянно, сильно, горячо. До дрожи… до звездочек в глазах… Признаваясь каждым движением губ и языка в своих чувствах. А я горела и плавилась в пламени его чувств, ощущала их сладостно-горький вкус. И сама неосознанно тянулась к мужчине, отвечая, открывая ему всю себя, обнажая душу. Я наслаждалась каждым мигом в его объятиях. Каждым прикосновением, на которое отзывалось не только тело, но и магия. Я чувствовала, как Искра ведьмовского дара разгорается все сильнее, словно признавая, что этот мужчина – мой. Внезапно отстранившись от меня, Риан хрипло произнес: – Текст с описанием ритуала и заклинание у Алекса. Держись рядом с ним. Не рискуй без необходимости и не вздумай умирать. Ты меня поняла? – Поняла, – тихо выдохнула я, стараясь выровнять дыхание после головокружительного поцелуя. Ласково погладив меня по щеке, Адриан шумно выдохнул. Затем взял меня за руку и потянул к выходу из комнаты, сердито пробормотав: – Тьма! Ты даже не представляешь, чего мне сейчас стоит вытащить тебя обратно в этот ад, Василиса, а не запереть где-нибудь в безопасном месте. Я ничего не ответила. Кажется связь, о которой говорил мне Риан, начала проявляться и у меня. Потому что я прекрасно ощущала все его чувства. Более того, мне и самой тяжело было думать о том, что там, за пределами этой относительно безопасной комнаты, может случиться что-то страшное. Но выбора у нас не было. Ни у него, ни у меня… Выйдя из комнаты, мы окунулись в настоящий хаос. Часть заколдованной стражи, которая охраняла часовню во время брачного обряда, вступила в бой с драконами. Алекс, стоявший на месте жреца, снимал с гостей гипноз. Серебристые потоки магии били из его рук, и люди, с которых сходило оцепенение, ошалело оглядывались по сторонам, не понимая, что здесь происходит. Кто-то начинал паниковать, кто-то, не думая, сразу устремлялся к выходу. Некоторых, кто все никак не выходил из оцепенения, выводили наружу пришедшие на подмогу драконам эльфийские воины. Среди них я заметила орудующую мечом Анариэль. Насколько хороша эльфийка в битве мне оценить не удалось. Риан толкнул меня за широкую спину Алекса. А сам поспешил к Дамиру и Алистеру, которые беспрерывно атаковали боевыми заклинаниями Маргарет, пытаясь загнать демоницу в угол. Но та не собиралась так легко сдаваться. Она успевала уклоняться от всех атак и посылать к драконам сгустки тьмы. – Лиса, нужно начертить пентаграмму, – Алекс быстро сунул мне большой кусок угля и свернутый лист пергамента, а сам снова вернулся к колдовству. Я развернула лист пергамента. Быстро пробежавшись глазами по строкам, поняла: это текст ритуала изгоняющего демонов. Более не медля, я приступила к делу. Вывести пентаграмму нужно было верно, так чтобы защитный контур позже не нарушился. Поэтому на битву отвлекаться я не имела права. Лишь когда закончила вырисовывать последний символ, позволила себе оглядеться по сторонам. Сражение уже перетекло на улицу. Часть воинов в форме сумеречной гвардии бились между собой. Похоже, некоторые из расколдованных гвардейцев встали на нашу сторону. Пол в храме был усеян трупами и кровью. От этого зрелища у меня помутилось в глазах, и я поспешила перевести взгляд. Через открытый проход на улицу я увидела, что часть стражников успели скинуть личину, являя свою истинную демоническую суть. Это не стало для меня удивлением. Я предполагала, что у Маргарет должны были быть помощники из-за грани. Заметив, что я закончила с пентаграммой, Алекс помог мне подняться на ноги. Торопливо проговорил: – Активируй. Я буду на подхвате. – Flamma maga! – призвала я ведьмовской огонь, и пентаграмма вспыхнула красно-оранжевым светом. Следом я начала читать заклинание, которое должно пленить в ней демоницу. Спустя минуту я поняла, что, несмотря на увеличившийся уровень силы после инициации, каждое последующее магическое слово дается мне все тяжелее и будто вытягивает из меня все соки. Алекс, видимо, заметив мою слабость, присоединился ко мне, и мы продолжили читать заклинание в унисон. Стало гораздо легче, но ненадолго. Вскоре и у меня и у Алекса заметно дрожали руки. Я покачнулась, чуть не упав. Но мужчина, бледный, словно сама смерть, успел меня придержать. – Она сопротивляется, держится изо всех сил за свое человеческое тело, оттого мы не можем закончить процесс, – слабым голосом произнес принц. Я повернула голову. Маргарет и присоединившегося к ней Виктора, который, похоже, не мог противостоять ее внушению, атаковали уже одновременно семь драконов. Тарагийка продолжала отбивать все атаки, но меня заинтересовало не это, а ее изменившаяся внешность. Длинные, некогда черные волосы покрылись сединой, лицо посерело и осунулось, платье стало заметно велико, а руки выглядели чрезмерно худыми. Тогда-то я и поняла, что мне хотел сказать Алекс: пока мы не уничтожим ее тело, демоница не попадет в пентаграмму. Почему-то это открытие придало мне сил, и я начала заново, с упорством читать заклинание. Ноги дрожали, голова кружилась, голос охрип, но сдаваться я не собиралась. Где-то рядом звякнула сталь. А потом в поле зрения появилась Анариэль. Доспех девушки был покрыт брызгами крови, но сама она была цела. Это радовало. – О, первородные! – с тревогой посмотрела на нас с Алексом эльфийка. – Вы же сейчас за грань отправитесь оба. Почему меня не позвали, самоубийцы самоотверженные?! Алекс бледно улыбнулся девушке, но ничего не ответил. А я просто не хотела прерывать поток энергии, оттого и молчала. Риэль нахмурилась сильнее и, небрежно откинув прилипшую ко лбу прядь волос, встала рядом с нами и тоже начала произносить текст заклинания. Мне немного полегчало, – все же три источника энергии лучше двух. Но вскоре оказалось, что и втроем мы не можем в достаточной мере напитать пентаграмму, чтобы она связала демоницу. И в тот момент, когда эта мрачная мысль пронеслась в моей голове, вдруг послышалось нахальное: – А ну все прочь! С дороги! Кыш-кыш! Зашибу ведь, вихрастый! С дороги, кому сказал! Смутно осознавая, что этот голос мне знаком, я повернула голову и увидела, как в часовню влетает мой очень редкий и весьма полезный фамильяр верхом на Летучей. – Всем лежать! Это ведьмин фамильяр и боевая метелка! С нами шутки плохи! – орал кот. Да так, что воины застывали на месте, с недоумением смотря на это чудо-юдо. – Лиска! Мы к тебе на выручку! – радостно известил кот, подлетая ко мне. – Альберт? Что ты здесь делаешь?! Тут же опасно! – Вот поэтому мы и прилетели, – невозмутимо пояснил кот. – Я ведь чувствую, что твой резерв почти на нуле. А одна из главных функций фамильяра – какая? – спросил он. И не дожидаясь, сам же ответил: – Напитывать свою ведьму. Или ты думаешь, я от жадности питался твоей магией? У меня в глазах заблестели слезы от той любви и благодарности, что я испытывала к питомцу, который мчался ко мне на выручку, несмотря на смертельную опасность. – Так, давай только без соплей, – зыркнув на меня, предупредил Альберт. – Бери меня на руки, буду питать свою ведьмочку. Я шмыгнула носом, утерла слезы и взяла котейку на руки. И тут же ощутила, как в тело вливается теплая согревающая энергия. Заполняет меня словно пустой сосуд. Наполняет силой каждую клеточку. Спустя полминуты мой резерв был снова полон до краев. – Спасибо, – я чмокнула кота в пушистую мордочку и посадила на Летучую. – А теперь укройтесь в безопасном месте. – Вот и помогай после этого, – вздохнув, проворчал фамильяр, но просьбу мою выполнил. А я с новыми силами принялась читать уже выученное наизусть заклинание. И вскоре позади послышался яростный, леденящий душу вопль. Я не смогла сдержаться и обернулась. Тело Маргарет, словно сгоревшее в огненном пламени, вмиг рассыпалось пеплом, являя нам человекообразное жуткое существо из моих видений. Будто невидимым арканом ее потянуло к пентаграмме, и демоница оказалась запечатана за защитным барьером. – Скорее, вставайте вокруг пентаграммы! – скомандовала я. – Долго мне барьер не удержать. Дамир и Риан без лишних слов устремились к нам. Убедившись, что все заняли свои места, мы впятером начали нараспев читать древний текст заклинания, чтобы изгнать плененную демоницу в небытие. – Вам это так с рук не сойдет, щенки, – злобно прошипела Маргарет. В бездонных глазах тарагийки, наполненных тьмой, горела черная ярость. Сосредоточенная на правильности произношения магических слов, я не сразу поняла, что меня кто-то грубо схватил за плечо. Лишь когда мне больно скрутили руки, а острая сталь коснулась моего горла, я испуганно замерла и умолкла. – Виктор, опусти нож, – спокойно произнес Риан, хотя весь вид его говорил о том, что он готов наброситься на брата. Я попробовала воспользоваться заклинанием, но оно тут же было ловко перехвачено. А затем кинжал еще сильнее прижался к горлу. Я закусила губу, чувствуя, как острая сталь рассекает тонкую кожу. По шее тонкой струйкой потекла кровь. – Василиса, лучше не шевелись, он под внушением, – в голосе Риана сквозила не прикрытая тревога. Дракон был готов сорваться с места, но понимал – любое лишнее движение могло вынудить Виктора перерезать мне глотку. – Тронете мать, и ваша драгоценная ведьма отправится за грань вместе с нами, – грозно прорычал Виктор. На лицах друзей застыл страх. Ситуация – дрянь и они это понимают. Маргарет рассмеялась, видимо, уже решив, что снова победила. – Ну, детки, не хотите ли выпустить меня отсюда? – с издевкой произнесла она. Я понимала, что если хотя бы кто-то один отпустит нити заклинания, то защитный барьер распадется и нас уже ничего не спасет. С отчаянием и откровенной мольбой я посмотрела на друзей. – Нет, не отпускайте ее! На лицах друзей отражается явное сомнение. Каждый из них понимает, чем грозит отступление, но в то же время дать мне погибнуть никто из них не хочет. – Виктор… прошу, не надо… – прошептала я. – Ты ведь гораздо лучше… Лучше ее… Ты не убийца… – Заткнись, – холодно бросает он мне. А я чувствую, как клинок в его руках дрожит. Похоже, мужчина пытается сопротивляться, но магия тарагийки и ее влияние на него сильнее. И тогда я решила: буду бороться до конца. Пусть я умру. Но умру не как жалкая жертва. А как дикая, свободная женщина. Как наследница Озерных ведьм. Как Верховная. И я вложила всю силу, всю ярость, всю мощь в свои слова. – Ictu ad capus! Стоило проклятью оглушения сорваться с моих уст, рука мужчины опустилась, и он рухнул на пол. Четно говоря, не ожидала. Не ожидала, потому как при проклятии нужно смотреть на свою жертву, желательно прямо в глаза. Не ожидала от меня такого и Маргарет. – Нет!!! – закричала она. И от этого крика дикой ярости дрогнул защитный контур, а меня вдруг начало стремительно затягивать в пентаграмму. – Я убью тебя! – шипит мне в лицо тарагийка, сжимая уродливые пальцы в кулак. И меня тут же скручивает в приступе нестерпимой боли. – А-а-а-а!!! Что это кричу я, – не понимала. Как и не понимала, что валяюсь на полу, сотрясаясь в судорогах. Все сознание затопила боль. Такая адская боль, что даже смерть сейчас стала бы для меня благословением. – Держите круг! – слышу я где-то на границе сознания голос Риана. – Защитного контура больше нет, но ритуал почти завершен. А потом сквозь красную пелену я вижу его. И как он смазанной тенью бросается на Маргарет. Удлинившимися когтями дракон полоснул ей горло. Этого хватило, чтобы демоница потеряла концентрацию, и боль, терзающая меня, отступила. Быстро, насколько позволяет ослабшее тело, я встала на колени и произнесла последние слова заклинания: – Quia non pro-icit ad meritum itae aeternae! Одновременно с моими словами алая вспышка срывается с пальцев Маргарет и проходит через грудь Риана. В следующую секунду человекообразное тело демоницы истаивает, а глаза дракона закатываются, и он падет наземь. От ужаса меня охватывает оцепенение. Я как сквозь туман вижу, что оставшихся в живых демонов затягивает в пентаграмму. Вижу, как она ярко вспыхивает огнем и затухает, что означает завершение ритуала. Слышу, как в небе раздается гром, а рядом кто-то падает на колени и шепчет слова благодарственной молитвы. – Проклятие… Проклятие пало! – раздаются повсюду неверящие, радостные возгласы. А мне было все равно. Я не могла сдвинуться с места. Не могла пошевелиться, вымолвить ни единого слова. Только смотрела на мертвого мужчину перед собой. Глаза застилали слезы, а внутри разрасталась всепоглощающая пустота и боль. В тысячи раз хуже той, которой терзала меня демоница. «Жертва во имя любви… – раздаются в моем сознании голоса ведьм. – Он пожертвовал собой, чтобы спасти твою жизнь. Так было предначертано… Проклятия больше нет…» – Нет… – я беру в свои руки хладную ладонь дракона. – Пожалуйста… Так не должно быть. Ты этого не заслужил… Кто-нибудь, помогите! – Василиса, – услышала я рядом голос Алекса. – Ему уже ничем не помочь. – Нет… Нет! Нет-нет-нет! Внутри все разрывается от боли. По щекам непрерывным потоком текут слезы. Я наклоняюсь и оставляю последний поцелуй на губах мужчины. Соленый, горький поцелуй. А затем ложусь ему на грудь и тихо всхлипываю. Сколько я так пролежала – не знаю. Для меня время словно перестало существовать. Все вокруг словно потеряло краски и утратило всякий смысл. Я просто лежала и слушала его тихое сердцебиение… Что?!. Сердцебиение?! – По какому поводу поминки? – вдруг раздается хриплый насмешливый голос. Я ошеломленно распахиваю глаза, поднимаю голову и вижу перед собой Риана. Живого. Со слабой, но неизменно насмешливой кривой улыбкой на лице. – Что?.. Как? Почему ты жив? – в душе зарождается буря эмоций. – Ты не рада меня видеть, ведьмочка? – одаривает он меня улыбкой, приподнимаясь на локтях. Вместо ответа я подалась вперед и поцеловала его. Жадно и головокружительно сладко. Прижавшись к сильному, чуть подрагивающему телу, запуталась пальцами в волнистых рыжих волосах. По венам тек огонь, а внутри распускалось что-то волшебное, трепетно-нежное и светлое. Риан крепко обнял меня за талию. И в его таких надежных, дарящих тепло и нежность, объятиях я внезапно поняла, что люблю этого мужчину… Неидеального. Ироничного, порой несносного и немного безумного. Но неизменно доброго, смелого, самоотверженного, готового умереть за свою семью и любимых людей… Нежного и любящего… Да, наша история началась совсем неправильно. Но я рада, что повстречала Адриана, и смогла разглядеть его настоящего. –Это стоило того, чтобы побывать за гранью, – хрипло выдохнул он мне в губы, когда мы наконец смогли оторваться друг от друга. – Но как ты оттуда вернулся? – Вспомни книгу сказаний Миратоса и ответь мне сама, – загадочно улыбнулся мужчина. – Ах! – внезапно осенило меня. – Если ведьма влюбляется по-настоящему, ее сердце способно на чудеса. Сила ведьмы может исцелить возлюбленного, даже находящегося на пороге смерти, – ответил он за меня. – Но я думала, это сказки, – потрясенно прошептала я. – Я тоже так думал. Но, откровенно говоря, сейчас меня волнует совсем иное. – А что? – спросила я, не переставая любоваться золотистыми икорками, плескающимися на дне его глаз. – У меня появилась надежда, что однажды одна иномирная ведьмочка – любительница ночных полетов на метле и обладательница забавной пижамы с розовыми единорогами – станет моей женой. – Не торопите события, милорд. Я еще слишком молода для брака, – проговорила я со всей возможной серьезностью, сдерживая счастливую улыбку. Риан, склонившись к моим губам, снова затянул меня в головокружительный поцелуй. А где-то на границе сознания раздался шепот Лилианы: – Будь счастлива, наша девочка… Будь счастлива.