Глава 35. Торжественное представление

“Надо знать, что с врагом можно бороться двумя способами: во-первых, законами, во-вторых, силой. Первый способ присущ человеку, второй — зверю; но так как первое часто недостаточно, то приходится прибегать и ко второму.”

Никколо Макиавелли

В гостиной щебетали молодые леди — все в прекрасных дорогих платьях с изысканными украшениями на тонких шеях и запястьях. Они ожидали восьми часов, когда откроются двери в Большой зал. Сначала будут выходить леди, чей дебют выпадал на Зимний Бал, а затем уже самые уважаемые семьи Эленейроса с главой рода в качестве сопровождающего.

Патрисия дожидалась вместе с Изабеллой на небольшом диванчике в углу комнаты. Она и в самом деле была очень хорошенькая в своем нежно-розовом платье, в белокурых волосах сверкали бриллианты, а на шее висела маленькая звездочка.

Я прикрыла глаза, стараясь унять гнев — если честно не особо получалось. Госпожа Орса, стоящая неподалеку, дотронулась до моей руки и шепнула мне в ухо:

— Дорогая, держите свое лицо. Не разочаровывайте меня.

Глубоко вздохнув, я улыбнулась ей своей самой милой улыбкой. Женщина одобрительно хмыкнула и одним ловким движением подхватила бокал шампанского, который лакей нес на подносе. А затем предложила:

— Выпейте один. Вам не помешает расслабиться.

— Пожалуй, будет лучше, если я откажусь, — тихо ответила я ей.

У меня и так кружилась голова от волнения, впрочем как и от высоты каблуков. Не хватало мне еще упасть на лестнице на глазах у всех элиты Королевства.

Я бросила еще один взгляд на Патрисию и с облегчением увидела, что она не обращала на меня внимания, будучи уверенная в том, что ей не будет равных на этом балу. Впрочем, так оно и было. Даже великолепная принцесса Изабелла, одетая в изящное голубое платье, которое удачно подчеркивало ее глаза, не была столь блистательна, как моя дорогая сестрица. Я и подавно не годилась ей в подметки.

Леди столпились вокруг сестры, будто она — самое ценное украшение Зимнего Бала. Каждая хотела заполучить ее внимание. И Патрисия его давала, одаривая всех своей ангельской улыбкой, пока в гостиную не вошла еще одна прекрасная леди — госпожа Фессалия Хэмилтон. Фаворитка и любовница принца Себастьяна. Учитывая, что эта красивая девушка является наследницей герцогства Хэмилтон Шаттергардской Империи, я не удивлюсь, если Фессалия войдет в число первых избранниц принца Себаcтьяна в качестве партнерши по танцам.

Герцогиня Хэмилтон имела длинные платиновые волосы и удивительной красоты голубые глаза, которые напоминали самое ясное небо в солнечную погоду. Я надеялась, что она затмит Патрисию на этом Зимнем Балу, тем самым подарив мне время в еще один год. Именно такая последовательность событий была описана в книге.

Я задумчиво гладила шелк длинных белоснежных перчаток, продумывая каждый свой последующий шаг. Леди изредка кидали на меня взгляды и перешептывались, обсуждая, кто же я такая. Я едва заметно усмехнулась. Каково же будет их удивление, узнай они, что я — та самая паршивая овца великого рода Тернеров. Уродливая сестра ангела, изводящая Патрисию на протяжении всего того времени, как она и Ванесса вступили в нашу семью.

— Здравствуйте, — вдруг поприветствовала меня темноволосая леди, та самая, которая обсуждала меня все это время. О, у меня был великолепный слух.

Леди была почти такая же хорошенькая, как и Патрисия — только в ярко-розовом. Впрочем, весь ее милый вид портила ее непосредственность.

Мое общество ее не радовало, она смотрела на меня сверху вниз, и ее темные глаза задержались на носках моих белых туфель, торчащих из-под голубой мантии, в которую я была облачена, дабы скрыть свой наряд от любопытных взглядов. Это полностью была идеей мадам Тандури — спрятать меня до поры до времени. Госпожа Орса согласилась, а мне оставалось лишь кивнуть.

— Добрый вечер, — сказала я вежливо и сделала небольшой книксен.

Осанка ровная, разворот плеч идеальный, взгляд — доброжелательный. Каждый жест, каждое движение — выверено до малейшей детали. Меня тренировали, как лучшего сторожевого пса, создавая из меня идеальную леди. С идеальной я бы поспорила, но, кажется, в глазах окружающих я такой и являлась, учитывая зависть, которая прослеживалась на их надменных личиках.

— Прекрасно выглядите, виконтесса Доротея, — строго проговорила госпожа Орса, будто и не делая комплимент вовсе.

Леди опомнилась и сделала реверанс.

— Благодарю вас, ваша светлость.

Леди Доротея тут же выжидательно уставилась на меня. Я же мило ей улыбнулась и не предпринимала попыток представиться.

Госпожа Орса же взяла меня под локоток и шепнула мне на ухо:

— Не смейте представляться до торжественного объявления.

Я утвердительно сжала ее пальцы, которые обхватили мою руку, облаченную в перчатку.

Виконтесса, поняв, что продолжения беседы не предвидится, недовольно поджала губы и, быстро поклонившись госпоже Орсе, удалилась к своей подруге. Шепотки стали громче.

— Кажется, мне стоит обсудить с виконтом Дорео воспитание его драгоценной дочери, — тихо проговорила госпожа Орса, оглядывая столпившихся леди. Ее изумрудное колье сияло в свете огромной золотой люстры малой гостиной. — В мои времена подобный выход едва бы остался незамеченным в светском обществе.

* * *

Разговоры в малой гостиной стихли, как только раздался звонкий голос сопровождающего господина в королевской белоснежной ливрее:

— Леди, минуточку внимания, пожалуйста! — Мужчина с длинными усами дождался, когда все повернутся к нему: — Позвольте представиться. Меня зовут господин Лоуренс. — Сопровождающий сделал низкий поклон и тут же величественно выпрямился: — Я буду вызывать вас по одной. Первая следует принцесса Изабелла Кайдзен. Принцесса, прошу вас, подойдите ко мне.

Мимо меня проплыла ослепительная черноволосая Изабелла и встала рядом с сопровождающим.

— По правую сторону от лестницы вас будут ожидать фотографы. Не забудьте улыбнуться на камеру! Это невероятно важно, ведь ваши фотографии, скорее всего, попадут в прессу.

Я улыбнулась, мысленно повторяя забавное “невероояятно!” за господином Лоуренсом.

Фото? О, я уверена, Еженедельный Вестник опубликует фото именно тех леди, с кем будет танцевать кронпринц.

— …Итак, как только провозгласят ваше имя, вам предстоит спуститься по лестнице, сделать фото и пройти вглубь Большого зала. Садиться за стол строго-настрого запрещено ровно до тех пор, пока к вам не присоединятся члены вашей семьи. Леди, вам все ясно?

Все присутствующие леди сделали книксен, я не была исключением.

Господин Лоуренс завершил речь торжественным:

— Что же, блистайте сегодня, дорогие леди! Вы украшение великого Королевства Эленейрос. Прошу помните об этом!

Распахнулись парадные дубовые двери, идущие в коридор. В гостиную тут же проник шум, доносящийся из Большого зала: там уже рекой лилась красивая музыка и были слышны многочисленные голоса гостей. Все обернулись посмотреть, как Изабелла, вскинув подбородок и присобрав изумрудное пышное платье последовала за господином Лоуренсом.

В глубине коридора раздалось громогласное и торжественное:

— Леди Изабелла Кайдзен!

Оглушительные овации!

Сердце предательски пропустило удар.

— Ария, вы выглядите умопомрачительно, — после короткой заминки произнесла госпожа Орса. И, конечно же, она не удержалась от строгого: — Не споткнитесь.

Я почувствовала, как начинаю краснеть. То ли от волнения, то ли от количества комплиментов. Пожалуй, последних я за сегодняшний день получила больше, чем за всю свою жизнь.

Я повернулась и посмотрелась в зеркало, висевшим над камином. Казалось бы, всего одна приятная фраза госпожи Орсы — и у меня отлегло от сердца. Впрочем, эта влиятельная женщина всегда знала, что говорить.

“У тебя получится, Ария!” — подбодрила я себя мысленно. — “Порази их!”

— Леди Патрисия Тернер!

Сияющая Патрисия поправила белокурые вьющиеся локоны и последовала за господином Лоуренсом под ободряющие улюлюканье от других леди:

— …Леди Патрисия, вы превосходно выглядите!

— …Вы ангел!

Мы все ждали реакцию зала на Патрисию. И она была столь поразительно яркой, что казалось, мы все может оглохнуть от бурных восторженных аплодисментов! Большой Зал не утихал еще продолжительное время, поэтому господин Лоуренс повременил приглашать следующую девушку.

— Следующей должна быть жаба, — шепнула вдруг рядом стоящая леди своей подруге. Они перешептывались прямо передо мной. — Но, кажется, она не явится.

— Еще бы она здесь появилась, Диди, — хмыкнула вторая тихо. — Не хватало ей еще испортить праздник своим уродством и отвратительными манерами! Бедная Патрисия, как же она уживается с этим чудовищем под одной крышей… — Она наклонилась к подруге, полагая, что так ее никто не услышит. Я закатила глаза, какая глупость. — Я слышала, что жаба хотела отравить нашего ангела перед самым Зимним Балом, но прислуга вовремя обнаружила яд.

— Бедняжка! — охнула, по всей видимости, Диди.

Первая леди была в ярко-красном, а вторая — в желтом с огромной юбкой, чей сатин терся об мой наряд.

— Леди Ария Тернер! — назвал мое имя господин Лоуренс.

Все затихло. Моментально.

Девушки начали недоуменно оглядываться по сторонам в поисках той самой жабы. Я усмехнулась и сделала шаг вперед, чем привлекла всеобщее внимание. Повсюду начали раздаваться противные шепотки:

— …И это жаба?

— …Она не толстая…

— …И не уродливая…

— …Только посмотрите на нее, ей хватило смелости явиться сюда. И это после всего того, что она сделала ее сестре!

— …Бедная Патрисия…

Я величественно прошла мимо ядовитых девушек, которые больше напоминали серпентарий, чем воспитанное светское общество. Настроение как назло резко упало вниз, стоило мне вдобавок увидеть восседающего на троне Короля Эдварда и рядом сидящую королевскую семью, среди которых находился будущий безумный король — кронпринц Себастьян. Однако рассмотреть Большой зал повнимательнее мне не удалось.

Господин Лоуренс мягко подтолкнул меня к началу огромной лестницы. Я скинула мантию и отдала ее сопровождающему. Сердце забилось как бешеное.

Стоит сделать небольшой шаг — и все гости замка Арундел увидят мою дрожащую фигуру.

О нет, так не пойдет. Я сделала пару глубоких вдохов и выдохов, а затем больно впилась ногтями в ладонь, чтобы хоть как-то отвлечься от охватившего меня волнения.

Мое платье глубокого синего цвета было тяжелым, а спускаться в нем по лестнице требовало определенной физической подготовки. Сейчас мне точно не помешали бы туфли на более устойчивом каблуке. Но что имеем — то имеем. Главное — не упасть. Главное не упасть…

— Леди Ария Тернер.

Я сделала глубокий вздох и улыбнулась своей самой широкой и искренней улыбкой, которая действовала даже на вечно строгую мадам Тандури.

Осанка — идеально ровная, я дышу размеренно.

Следующий шаг дался мне с непомерным трудом. Я повернулась к многочисленным гостям Зимнего Бала и встала у подножия лестницы.

Наконец-то тот самый момент.

Послышались овации, сначала совсем негромкие, но затем…

Я начала спускаться по бежевому мрамору, придерживая пальчиками подол платья. Лестница была скользкой — особенно если идти по ней на тонких высоких шпильках. Но я шла уверенно и с улыбкой, хоть все тело и вибрировало от напряжения.

Аплодисменты усилились, стоило мне окинуть взглядом весь бальный зал.

Стоявшая поодаль мадам Тандури ободряюще мне улыбалась и прижимала ладонь к груди. А Патрисия, которая держалась близко к трону, сияла ровно до тех пор, пока не увидела мое платье. Я с каким-то странным удовольствием наблюдала, как великолепная улыбка медленно сползала с ее ангельского личика.

Пятеро членов королевской семьи: король Эдвард, кронпринц Себастьян, брат короля с супругой, как и их дочь Изабелла, сидели на возвышении в самом начале Большого зала замка Арундел.

Но в этой толпе я сейчас видела только одного-единственного мужчину. Поскольку еще на лестнице заметила в людском море бледное красивое лицо.

Я замерла на миг, ощущая как сердце пропускает удары. Кронпринц Себастьян Кайдзен. Мой незнакомец у фонтана.

Мужчина в черном мундире с золотой вышивкой, со спадающими на глаза темными волосами, который почти на разговаривал и не смотрел на меня. Тот, кто безжалостно убьет своего отца и всех аристократов, не жалея ни женщин, ни детей…

Я до сих пор чувствовала его запах. От него, как и от всего холодного пахло сыростью.

К своему собственному сожалению быстро попозировав фотографам с натянутой нервной улыбкой, я прошла сквозь толпу, слыша громкий шум в ушах, и очутилась в нежных объятьях мадам.

Я поверить не могла, что такие совпадения вообще бывают.

Мой учитель танцев тут же недовольно шепнула мне на ухо:

— Великолепно, если не считать последних минут. Позвольте спросить, вы бежали от зверя, мадемуазель Тернер?

О, знала бы мадам Тандури, как она была близка к правде… *** Примечания: Песня, под которую будет выходить и танцевать Ария: Joel Sunny — Luminary