Глава 26. Таша

В искусственном камине в правой части столовой потрескивало пламя. Огромное окно в пол отражало серое небо и потоки ливня снаружи. Потрясающая картина.

Виктор сидел во главе накрытого на двоих стола и осматривал меня немигающим взглядом. Он уже успел переодеться. Рукава белоснежной рубашки были закатаны, верхние пуговицы расстегнуты. Что-то похожее на осколки души мелькало в голубых глазах, они темнели, и в этой темноте проскальзывала горечь.

— Присаживайся. Позавтракаем вместе, — как-то отрешенно произнес он, и я осторожно ступила босыми ступнями на территорию столовой.

Я боялась сидеть рядом с ним. Что говорить про еду. Но не есть было нельзя. Спагетти с креветками в сливочном соусе, белое вино в красивых бокалах, тосты со сливочным маслом и джемом, нарезка свежих фруктов, красная икра в миниатюрных тарталетках — от ароматов кружилась голова.

Мы завтракали в полном молчании, и я съела почти все, что было на тарелке.

Постепенно становилось легче. Но поднять глаза на Виктора я не могла. Страх, неловкость и чувство стыда захлестывали с головой. Безумно хотелось домой, к маме. Забраться в свою постель с плюшевыми единорогами, натянуть на голову одеяло и проснуться. Пусть Виктор и его сверкающая роскошью обитель окажутся просто жутким кошмарным сном. Как и сизые тучи в разгар лета снаружи.

Виктор подлил мне вина.

— За твое возвращение, — сверкнув недобрым взглядом, приподнял бокал он.

Я взяла бокал. Нерешительно отпила глоток и вдруг поперхнулась. Наверное, произнесенный с упреком тост просто не пошел мне в горло.

Неловкость и напряжение взяли вверх над разумом, и слезы брызнули из глаз. Отставив в сторону бокал, я зажала рот рукой и давилась всхлипываниями.

Виктор сидел, не двигаясь. Осторожно втягивая грудью воздух, он неотрывно следил за мной полным ярости взглядом. Сдерживаемый внутри хищник не выдержал. Виктор отшвырнул от себя тарелки, и те со звоном полетели на пол. Подскочил с места и в считанные мгновения оказался рядом. Дернув меня за руку, заставил подняться из-за стола и резко тряхнул.

— Я прощу тебя только один раз! — больно сжимая меня в своих объятиях, прохрипел он. — Только сейчас! В следующий раз мне будет проще тебя убить!

Я задыхалась. Давилась всхлипываниями, пыталась вырваться, но он только сильнее прижимал меня к своей груди. Мы боролись некоторое время, а потом усталость взяла вверх над страхом. Я беспомощно обмякла в его руках.

Виктор неистово гладил меня по волосам и спине, и от теплых прикосновений я начала успокаиваться. Его губы усыпали поцелуями мою шею и плечи, и теперь я растворялась в блаженстве от этих прикосновений. Стыд, ощущение вины растворялись в его ласках. Прижимаясь к его сильной груди, я медленно обретала покой.

— Черт, ты же на ногах не стоишь, — пробормотал Виктор. Тут же подхватил меня на руки и куда-то понес. Прижавшись к его крепкому плечу, я медленно проваливалась в сон.

Хлопнула открывающаяся дверь, и вскоре я ощутила мягкую постель. Сильные руки укрыли меня пледом. Последнее, что я чувствовала, это осторожный поцелуй на щеке. Потом я провалилась в сон без сновидений.