Глава 33. Таша

Соскользнув с постели, я запахнула шелковый халатик и направилась в сторону кухни.

— Как спалось? — бросив в мою сторону короткий взгляд, поинтересовалась мама.

— Мам… скажи, мы платим по кредиту, который взяли на расширение бизнеса?

— А с чего такие вопросы?

— Просто скажи, платим, или нет?

Она подкатила глаза к потолку.

— Какое тебе до этого дело?

— Как, какое? Мы же семья!

— Не пойму, с чего ты завелась с утра? Это мой кредит, и я разберусь с ним сама. Дашуля обещала перезанять деньги на полгода. Так что не переживай, выберемся.

— Ясно. Значит, не платим.

Я понуро взглянула на нее. Виктор мне не лгал.

— Да какое тебе дело?! — вдруг взорвалась мама. — Учить меня вздумала?! Так не тот у тебя статус, чтобы учить! Лучше с боссом своим разберись!

— Мой босс — моя проблема! Что мы будем делать, если квартиру отберут за долги?!

— К бабушке переедем!

— Может, лучше, пока не поздно, закрыть магазин?!

— Как его закрыть, когда там товара на полмиллиона?! Если такая умная, выходи торговать вместо своей бесполезной работы, от которой одни убытки!

— Как от работы может быть польза, если я работаю всего несколько дней?!

— Нечего тебе там работать! Думаешь, я не заметила, что ты пришла в новом платье?! Доработаешься, в подоле от этого Виктора принесешь! Что мы тогда делать будем?!

Мама подхватила кофе и хлопнула дверью своей спальни.

Меня трясло. От обиды хотелось плакать. Своей едкой последней фразой она попала в цель.

Но она не понимает… если бы Виктор не пришел за мной в полицейский участок, меня бы не отпустили до сих пор. И вообще бы никогда не отпустили. Никакая Дашуля не смогла бы помочь выкупить меня из того страшного места, в которое я попала по ошибке.

Я вернулась в свою комнату. На сердце повисла тяжесть.

Подошла к зеркалу у комода. Опустилась на мягкий пуф и принялась расчесывать непослушные кудряшки. Открыла ящик, чтобы достать косметичку, и взгляд натолкнулся на помолвочное кольцо.

Сердце противно кольнуло. Несколько мгновений я рассматривала вчерашний подарок Виктора. Чувствуя, как колотится сердце, осторожно взяла его в руку. Черный бриллиант загадочно мерцал и переливался в свете солнечных лучей.

Внутри что-то хрустнуло. Мой внутренний мир внезапно раскололся на две части. Прежней Таши — яркой, жизнерадостной и пестрящей летними оттенками — уже не было. Вместо нее проступила иная. Овеянная мрачной аурой помолвочного кольца и отравленная поцелуями Виктора, новая Таша была другой. Вирус проник в нее окончательно, и за ночь завершил свое коварное дело. Она превратилась в мрачную красавицу под стать своему мужчине.

С остервенелой решимостью я начала наносить на лицо макияж. Помаду — насыщенную, темно-красную. Тушь для ресниц, едва заметные тени и легкий хайлайтер. Платье — строгое, офисное, почти черное. На этикетке оттенок звался цветом городского шика. Я покупала его специально для работы. И босоножки, с закрытым носиком, на высокой шпильке, в тон помаде — насыщенно-красные.

Посмотрела на сверкающий черный бриллиант в помолвочном кольце и распрямила плечи. Подавила зарождающийся в груди страх и надела подарок обратно на палец.

Вот и все. Теперь я принадлежу Виктору.

Телефона у меня нет, так что в Черную Башню я поеду лишь в том случае, если он пришлет машину. Не пришлет, значит, передумал, и я свободна.

Приняв окончательное решение, я успокоилась и отправилась на кухню завтракать. Взглянула на плотно прикрытую дверь маминой спальни, и сердце сжалось. Мама так и не вышла. Сначала я хотела постучать, попробовать поговорить, но так и не решилась. Тихо допила кофе и убрала посуду.

В десять двадцать пять застыла у окна. Сердце больно кольнуло — к подъезду плавно приближался черный «Мерседес». Служебная машина от Виктора. Значит, все в силе.

Натянула босоножки и подхватила найденную в шкафу сумочку в тон босоножкам. В конце весны я еще думала, что могу себе позволить наряды, и скупала все подряд. Горько усмехнулась. Кто же знал, что мама не платит по счетам и скрывает?

— Я ушла! — громко крикнула в пустое пространство прихожей и громко хлопнула дверью.

Я ехала к Виктору, своему мрачному будущему мужу.