Глава 34. Виктор

Тишина. Так тихо, что слышно работающий в огромном аквариуме с тропическими рыбками фильтр. Виктор поправил галстук и выдвинул кормушку. Рыбки заметались в ожидании завтрака. Накормив своих питомцев, он остановился у окна.

Таша. Она никак не шла у него из головы. Ночью он пытался заснуть, но ничего не вышло. Он тосковал по ней. По ее нежным губам, мягким волосам, огромным мечтательным глазам. Кажется, все окончательно вышло из-под контроля. Невинное на первый взгляд развлечение — желание соблазнить свою ассистентку за две недели — обернулось серьезной брешью в сердце. И это была не просто влюбленность. Кроме матери, его никто никогда не любил. Она ушла, и Виктор отгородился от всего мира. Но теперь, соприкоснувшись с Ташей, его одинокая душа начала сходить с ума. В выстроенной от всего мира защите появилось слабое место.

Он взглянул на время. До одиннадцати утра оставалось три часа. Слишком долго.

Включил компьютер и принялся ждать, когда тот загрузится.

В дверях мелькнула сестра. Неестественно короткое синее платье облегало тощую фигуру, и не спасал даже воздушный кардиган до пола.

— Что заставило тебя приехать так рано? — удивленно вскинул бровь Виктор.

— Где ты был вчера весь день? — с грохотом отодвигая стул для посетителей, едко поинтересовалась Евгения.

— Наверху. А что? Мир успел рухнуть?

— Представь себе!

— Вынужден тебя огорчить. Мои счета в порядке. Акции тоже.

— Это ненадолго. Какого черта ты потащил на прием к Державину свою ассистентку?

— Она мне нравится.

— Очень за тебя рада, Виктор. Только ты не подумал, что нельзя совершать такие необдуманные поступки, если играешь на одном поле с мэром?

— Я не играл с мэром. У нас деловые отношения.

— Да? Его дочка так не считает. Она ждала, что ты пригласишь ее. А ты привел свою бесполезную красотку из приемной. Теперь из всех щелей поползли слухи.

— Женя, мне плевать, что себе надумала Нонна. Я не планировал ухаживать за ней.

— Ты потеряешь контракты по городу! Если так понравилась кудряшка с мечтательными глазами, мог бы трахать ее тихо в своей спальне, не показывая окружающим!

— Да мне плевать на мнение окружающих!

— С каких пор ты водишь своих сотрудниц на такие банкеты?

— Я на ней женюсь.

— На ком?

— На Таше. Вчера я сделал ей предложение.

— Для чего?!

— Я хочу семью.

— И чем тебя не устраивает дочь мэра?

— Ты не понимаешь, — усмехнувшись, покачал головой Виктор. — Я хочу настоящую семью.

— С камином, собакой и кучей детей под елкой? — подкатила глаза сестра. — У тебя кризис среднего возраста?

— Для кризиса еще рано. Но я хочу детей, да. Хочу детей от той, которая будет любить меня, а не мои счета.

Евгения откинулась в кресле назад и внезапно расхохоталась.

— Увел у меня девственницу и не удержался от соблазна?

Виктор пожал плечами.

— Думаешь, она способна любить? Ей твои счета нужнее, чем Нонне!

— Смени тему. А еще лучше, говори, зачем пришла. Я не хочу обсуждать свою личную жизнь.

— Сегодня прилетает отец.

— Свадебное путешествие завершилось? — фыркнул Виктор.

— Похоже, что да.

Виктор и Евгения не выносили друг друга, но в одном они были солидарны — оба ненавидели Софи, на которой внезапно женился их стареющий опекун. Впрочем, его они тоже не сильно жаловали. Евгения не могла простить свое жуткое детство в приюте. У Виктора тоже были причины для презрения. Преданность семье, в которой все друг друга ненавидят — сложное дело. Янковских связывал бизнес и обязательства, но принимать в свои ряды юную шлюху наследники не планировали.

— Токсикоз новобрачной не позволил стареющему ловеласу наслаждаться ее прелестями и дальше, — презрительно хмыкнула Евгения.

— Токсикоз? А почему так рано?

— Не знаю. Что-то наследственное. У них там всех женщин в роду начинает выворачивать наизнанку чуть ли не с первого дня зачатия.

Виктор фыркнул и вернулся к экрану компьютера.

— Ты же придешь на семейный ужин? Эта идиотка успела прожужжать мне все уши перед посадкой на самолет. Видите ли, она купила нам подарки в Индонезии. Каких-то магических кукол, — все не уходила Евгения.

— Послезавтра я улетаю в Италию. Мне некогда разгуливать по светским мероприятиям дядюшки. Пусть поужинает в компании юной жены.

— Я не хочу выслушивать ее болтовню в одиночестве!

— Ты же с ними живешь в одном доме. Какие проблемы?

— Больше не живу. На днях я съезжаю.

— Съезжаешь? — удивленно вскинул бровь Виктор. — Куда?

— В новом доме у набережной нашлась чудесная квартира с видом на реку. Хочу начать все сначала. После появления Софи дом стал очень тяготить.

— Никак не можешь простить отца за то, что он женился?

— Не просто женился. Они ждут наследника. Настоящего наследника, Виктор. Того, который родится в законном браке. Мы с тобой сразу же отойдем на второй план.

Виктор с любопытством взглянул на сестру. Вот оно что. Женя боится, что ее снова забудут, как когда-то в детском доме. Поэтому с утра она так любезна. Она трусливо сбежала из дома, в котором появилась новая хозяйка и теперь боится остаться без поддержки. А единственный, кто может встать на ее сторону в сложившихся обстоятельствах — это брат.

— Мы с тобой уже большие мальчик и девочка. У нас бизнес. У дяди клуб и ресторан. Я думаю, даже с появлением грудничка у нас все будет хорошо, — ободряюще произнес он.

— Не будет. Если родится мальчик, нас могут лишить многих привилегий. Мы с тобой не были рождены в законном браке.

Виктор нахмурился. Одна из проблем, о которой лучше не вспоминать. Он тоже незаконнорожденный. В семье было всегда запрещено произносить имя его родного отца, и дядя, невзирая на протест матери, дал ему свое отчество.

Именно поэтому в деловых кругах Виктор запретил звать себя по имени и отчеству. Его коробило от того, что у него не было настоящего отца. Произносить вслух отчество, данное родным дядей, казалось до тошноты неправильным. Но у него никогда не спрашивали, чего он хотел. Право на свое мнение он потерял в тот день, когда умерла мама. А может, сразу после рождения. Его дядя не считал мать за человека.

— А как зовут твою новоиспеченную невесту? — прервала его размышления Евгения. — Кажется, Наташа?

— Таша.

— Таша звучит несерьезно. Думаю, Наташа пойдет ей больше.

— Ты решила переименовать мою невесту? — зловеще приподнял бровь Виктор.

— Всего лишь поправила ее имя, — хмыкнула Евгения. — И, кстати, у тебя в приемной закончился кофе. Я забрала вчера последние капсулы. Отправь кого-нибудь из своего гарема за новой пачкой. Надеюсь, ты все же сломаешь свой жутко напряженный график и придешь завтра на ужин к отцу.

Поднявшись, она гордо зашагала к выходу.

Виктор покачал головой. Видеть дядю, беспардонно тискающего свою юную супругу у всех на глазах, ему совсем не хотелось. Обиды длиною в жизнь внезапно ожили. Воспоминания о матери, от которых он так упорно бежал почти двадцать лет, никак не уходили. Желание избавиться от общества родственника, ловко манипулировавшего его жизнью, горело в груди ярким пламенем.