Глава 58. Таша

Уф, как все завертелось. У меня голова шла кругом. Неужели через считанные минуты я стану женой Виктора Янковского?

Через пятнадцать минут мы стояли в кабинете сотрудника ЗАГСа. Я сжимала в руках подаренный Виктором букет красных роз и пыталась унять пульсирующее сердцебиение в висках.

— Дорогие жених и невеста!

Любовь — это большое сокровище, дарованное человеку. Ваша жизнь как песочные часы, два хрупких сосуда связанных невидимой нитью времени. Эта нить связала вас, ваши судьбы. А сегодня ваши сердца заключают сою, чтобы биться рядом неразрывно всю последующую жизнь.

Перед тем как официально заключить ваш брак, я хотела бы услышать, является ли ваше желание свободным, искренним и взаимным, с открытым ли сердцем, по собственному ли желанию и доброй воле вы заключаете брак?

Прошу ответить вас жених.

— Да, — с улыбкой сжимает мою влажную от волнения ладонь Виктор.

— Прошу ответить вас, невеста.

— Да.

Мы переглядываемся. Я осторожно поправляю кремовое платье. Фотограф без конца щелкает фотоаппаратом.

— В соответствии с семейным кодексом Российской Федерации ваше взаимное согласие дает мне право зарегистрировать ваш брак.

Прошу скрепить подписями ваше желание стать супругами.

Дрожащими руками сжимаю красивый букет из красных роз. По очереди мы с Виктором расписываемся в документе.

Нам говорят что-то еще. Сотрудник ЗАГСА открывает коробочку с кольцами. Виктор осторожно надевает мне на палец обручальное кольцо. Я делаю то же самое.

— Жених, можете поцеловать невесту.

Наши губы сливаются в поцелуе. Он напряженный, чувствуется, что мы оба волнуемся, потому что все происходит слишком быстро.

— Обоюдное желание молодых носить общую фамилию Янковские узаконено. А теперь, уважаемые супруги, разрешите вручить вам ваш первый семейный документ — свидетельство о заключении вашего брака. Я вручаю его Вам, Виктор, как мужу и главе семьи. Поздравляю.

Сердце гулко бьется от волнения. Чувствую, как Виктор сжимает мою руку своей.

Растерянно переглядываемся и выходим из кабинета, в котором нам быстро зачитали торжественные слова.

— Квитанцию! Квитанцию на оплату фотографий забыли! — догоняет нас фотограф.

Виктор забирает у него квитанцию, уточняет дату, когда можно будет забрать фотографии и помогает мне надеть шубку.

Скоро мы оказываемся на улице. Ноябрьский ветер вперемешку с колючей крупой неприятно бьет в лицо.

Виктор бережно прижимает меня к себе и целует в губы. Его губы неожиданно теплые по сравнению с противным ветром. Сердце сжимается от радости, и я, положив руки ему на плечи, отвечаю на поцелуй.

Он подхватывает меня на руки.

— Едем в ресторан? — улыбается мой муж. — Надо отметить наше маленькое событие!

Я смотрю в его глаза. С наслаждением прижимаюсь к его груди. Запах его кожи, вперемешку с туалетной водой, такой любимый и родной, вызывает ворох мурашек по всему телу.

Все вопросы, сомнения вмиг рассеиваются. Пусть колючий ветер, пусть непогода и рваные серые тучи вместо солнца. Мне больше ничего не страшно. Ведь рядом со мной Виктор. И еще — теперь я официально Наташа Янковская. Наша дочь будет под защитой семьи.

— Едем, да, — киваю торопливо, как будто боюсь, что все происходящее — лишь красивый сон, и он скоро закончится.

Виктор целует меня в губы еще раз и уверенно несет к машине.

В ресторане рядом с набережной тоже немноголюдно. Мы занимаем столик у окна. Виктор помогает мне снять верхнюю одежду, и я иду искать дамскую комнату.

Когда возвращаюсь, стол уже сервирован.

— Я заказал нам горячий суп на первое. Ты же не против? — рассматривая меня, улыбается он.

— Нет, не против. А почему ты улыбаешься?

— Ты такая нежная.

Я смущаюсь. Непривычно слышать комплименты, а в моем состоянии и подавно. Усаживаюсь на мягкий диванчик и поправляю платье.

Мы смотрим друг на друга. Молчим, но пальцы рук крепко переплетаются. Поблескивающие обручальные кольца подтверждают внезапное бракосочетание.

Представляла ли я, что моя свадьба будет именно такой? В день рождения в ледяном ноябре, без платья и свидетелей? Нет, конечно. Но рядом со мной тот, без кого моя жизнь не значит ровным счетом ничего. Мой Виктор. И у нас скоро появится дочь. Есть ли что-то важнее сегодняшнего события? Нет. Все меркнет перед внезапным возвращением самого дорогого в моей жизни человека.

— Вить, а тебя… окончательно оправдали? — робко интересуюсь.

— Можно и так сказать, — улыбается он.

Я понимаю, что он больше ничего не скажет. Ему проще построить еще одну черную башню, чем поделиться своим душевным состоянием или планами на будущее.

— Не волнуйся, им нечего мне предъявить. Все обвинения оказались ложными.

Вздыхает. Сжимает мои руки крепче.

— Я бы с радостью отвез тебя куда-нибудь отдохнуть. Куда бы тебе хотелось?

— Не знаю. Мое состояние все осложняет. Да и магазин… вещи сами себя не продадут.

— Таша, больше никакого магазина.

— Почему? — пугаюсь я.

— Потому что моя беременная жена не будет работать.

Он улыбается, подносит мои руки к губам и целует, но мне совершенно не нравятся его слова.

— Но я вложила в магазин часть средств. К тому же, привыкла работать на себя…

— Таша, милая, расслабляйся… — он снова целует мои руки. — Все, ты замужем. У тебя медовый месяц. Лучше подумай, куда ты хочешь поехать отдохнуть.

— Я… я не знаю… ты, как снег на голову свалился.

Официант приносит горячий суп с гренками.

— Выбрали второе? — улыбается он.

Виктор посматривает на меня, уступая право выбора.

— Спагетти с морепродуктами и салат цезарь.

— Десерт не желаете? У нас очень вкусный блинный торт.

— Пожалуй, попробую ваш торт. И принесите безалкогольный глинтвейн.

— Я буду татаки из лосося и кофе «Американо». Кофе можно сразу. Еще принесите мясную и овощную нарезку. И десерт, как заказала моя жена.

Официант улыбается. Принимает заказ и уходит.

По коже бегут мурашки от последних слов Виктора. «Моя жена». До сих пор не верится, что я его жена.

— Вить, а ты можешь отвезти меня в Тоскану? — внезапно интересуюсь я.

Он удивленно приподнимает бровь.

— Могу, конечно. Только там сейчас скучно. Ноябрь — месяц дождей и ветров. Но если хочешь, можно будет снять на пару недель квартиру в Риме или Флоренции.

— Мы не все посмотрели, — улыбаюсь я. — А до Рима и вовсе не доехали.

— Точнее, мы почти ничего не посмотрели, — подмигивает мне он.

— Нам было слишком хорошо в спальне.

— А потом нас грубо разлучили.

Мрачная тень бежит по бесстрастному лицу Виктора. Складка на лбу становится глубже.

Я касаюсь его руки.

— Больше не хочу с тобой расставаться. Никогда.

— Мы больше не расстанемся. Обещаю.

Тихий лаундж льется из невидимых колонок, окутывает безмятежностью и вселяет робкую надежду на счастье. Обручальные кольца на наших пальцах сверкают особенно ярко, намекая на то, что обещание Виктора будет исполнено. Мы больше не расстанемся.

***

— Ба! Я замуж вышла! — с порога кричу в гостиную.

— Как, замуж? Да ты что, Таша? — настороженно выглядывает из-за двери бабушка.

— Так получилось…

Крепко беру Виктора за руку и показываю обручальные кольца. Улыбаюсь, никак не могу сдержать счастье.

— Знакомьтесь, мой муж, Виктор. А это бабушка, Антонина Сергеевна.

— Как, муж? Когда вы успели?

Виктор тоже улыбается. Притягивает меня к себе.

— Очень приятно познакомиться.

— Да вы проходите, Витя, не стойте… — тушуется она. — Как вы пожениться-то успели?

— Нам в ЗАГСЕ предложили сразу расписаться из-за большого срока. Мы и решились, — смеюсь я. — Платье все равно на меня не налезет, к чему тянуть?

Виктор помогает мне снять шубку, аккуратно вешает ее на вешалку и снимает свое пальто.

— Ба, мы даже не решили, где ночевать останемся. Витя в гостинице остановился, и я, наверное, к нему поеду.

— Зачем в гостиницу, Таша? Разве здесь места мало?

— Но ведь жена должна идти к мужу, — подмигивает ей Виктор.

— Глупости вы говорите, — отмахивается бабушка. — Не пущу я вас никуда. Что это такое — крыша над головой есть, а они в гостиницу!

Так она нас и не отпустила. Сначала я стушевалась, думала, Виктор начнет выдвигать свои требования. Но он неожиданно легко согласился остаться в нашей квартире на одну ночь.

Они с бабушкой на удивление быстро нашли общий язык. Вечером мы посидели душевно втроем за столом на кухне, а под коньяк разговоры текли, как из рога изобилия. Я тихо сидела рядом с мужем. Затаив дыхание, слушала рассказы Вити об Италии и мраморе, которыми он потчевал бабушку под коньяк. В душе царила безмятежность. Как будто и не было тюрьмы, жутких обвинений в его адрес. Я знала, он переживает из-за того, что случилось, но никогда не покажет этого окружающим. Мне же оставалось только одно — принять все, как есть. Быть рядом и любить.

…Ночь опустилась на город, а мы все не выпускали друг друга из объятий в полумраке спальни. Ласки, поцелуи, нежный шепот, осторожное слияние…

— А ты уже придумала ей имя? — нежно поглаживая мой животик, спросил Виктор.

— Нет, — сжимая его теплую руку, прошептала я. И тут же оживилась.

— Она толкнулась. Ты чувствуешь?

Виктор приподнялся на локте и замер, прислушиваясь к своим ощущениям.

— Вот, еще раз…

— Да! Чувствую… Едва ощутимо, но чувствую…

Заглядываем друг другу в глаза, и я тону в голубых осколках его души.

Устраиваюсь в любимых объятиях и закрываю глаза. Ощущаю, как Виктор бережно укрывает меня одеялом и целует в губы. Мне все еще не верится, что так будет каждую ночь.

— С днем рождения, — тихо шепчет он.

— Не отпускай меня, ладно? — сжимаю пальцы его руки.

— Не отпущу.

Я проваливаюсь в сладкую, счастливую негу. Завтра будет новый день. День с Виктором. Мы купим билеты, через пару дней отправимся в Рим, проведем там наш медовый месяц, а потом… я не хочу заглядывать так далеко. Не хочу знать, что будет потом.

Мне снится сон. Как будто мы в доме его мамы. За окном летняя тосканская ночь. Мастерская заполнена картинами. Через распахнутую дверь я вижу в спальне колыбель. В ней спит наша маленькая дочка.

Я в алом платье, которое Виктор подарил мне в нашу первую поездку.

Он смотрит на меня. В его глазах светятся голубые осколки. Те самые, которые я так люблю. Ответная волна рождается внезапно и заполняет мое сердце щемящей нежностью. До самых краев, без остатка.

Виктор улыбается. Протягивает мне руку, и я подаюсь ему навстречу.

Он притягивает меня к себе, и мы танцуем красивый медленный танец. Он кружит меня, прижимает к себе, снова кружит, и я бесконечно счастлива. Пальцы наших рук переплетаются, на них поблескивают обручальные кольца.

— Я люблю тебя, — обжигает мою шею жаркий шепот.

— Я люблю тебя, — шепчу в ответ. Тону в горячем и властном поцелуе. Его губы скользят, играют, будоражат, и по коже летят волшебные искорки.

Я не знаю, что ждет нас дальше. Пожалуй, и не хочу этого знать. Виктор — вся моя жизнь. Весь мой смысл.

Теперь я точно знаю, что такое любовь.

Конец