Глава 57. Таша

Теплые руки подхватывают меня, помогая встать на ноги.

Я смотрю в его глаза. Губы дрожат.

— Не плачь… пожалуйста… — наблюдая, как мои глаза наполняются слезами, сжимает мои руки он.

Осторожно прижимает к своей груди, и мне кажется, я задохнусь от нахлынувших чувств.

Давлюсь всхлипываниями, судорожно впиваюсь пальцами в воротник его черного пальто, в лацканы роскошного пиджака, бью кулаками в грудь и никак не могу поверить. Не могу взять себя в руки и прекратить истерику.

Он гладит меня по спине. Сначала осторожно, потом все увереннее. Я обмякаю в его руках и постепенно затихаю. Как тогда, в его башне, куда он притащил меня из тюрьмы.

Виктор с нежностью вытирает слезы с моих щек бумажными платочками и улыбается.

— У меня тоже есть для тебя подарок, — шепчет он. Рука забирается во внутренний карман пальто и перед моими глазами появляется бархатная коробочка.

— И что там? — оттирая слезы с щек, тихо спрашиваю я.

На дне коробочки два обручальных кольца. Они простые, из золота 585 пробы, и на них нет никаких черных бриллиантов.

— Прости, что так задержался. Я просто не мог приехать раньше, — целуя меня в висок, хрипло шепчет он.

— Так это папа! — громко хлопает в ладоши Ульяна где-то рядом. — Вот сюрприз! Надо открыть шампанское!

— Нам нельзя, — утопая в объятиях Виктора, таких родных и теплых, с улыбкой сквозь слезы качаю головой я.

— Нам все можно, — фыркает она и достает из-под прилавка детское шампанское с розовыми единорогами на бутылке. — И торт! Мы купили торт со свечками! Я не отпущу тебя, пока не задуешь свечи и не поднимешь с нами бокал. А потом тащи этого мужчину скорее в ЗАГС, подавать заявление, пока он снова не сбежал!

Виктор улыбается. Я крепко сжимаю его руку. Он другой, совсем другой. Похудел, осунулся, на лбу пролегла глубокая, резкая складка. Все, что осталось от прежнего Янковского — голубые глаза. Но я люблю его, безумно люблю. Никто не нужен мне так, как Виктор.

— Можете не торопиться, — притягивая меня к себе, усмехается он. — Бежать мне все равно некуда. А про заявление идея хорошая. У тебя паспорт с собой?

— Да. С тех пор, как я села за руль, документы у меня всегда с собой.

Улыбаюсь. Кажется, сейчас начнется буря.

— Как, за руль?! Дороги такие скользкие! — с ужасом смотрит на меня Виктор.

Развожу руками.

— Мне так удобнее.

Виктор втягивает грудью воздух. Молчит. Но в голубых глазах плещется уже созревшее решение отнять у меня права. Я пожимаю плечами. В конце концов, если рядом будет он, машина мне ни к чему.

Ульяна взгромождает розовый торт со взбитыми сливками на прилавок. Извлекает свечи в форме цифры двадцать два. Тая вручает Виктору детское шампанское.

— Судя по обилию розовых тонов и единорогов, мы ждем дочь? — лукаво посматривает на меня он.

— Совершенно верно.

Виктор улыбается. Выдергивает пробку, и розовый лимонад разливается по пластиковым стаканчикам.

Ульяна ловко поджигает свечи.

— С днем ро-ж-дени-я! С днем рож-дени-я! — громко распевают они с Таей. — Задувай и загадывай желание, Таша!

Я смотрю на Виктора. Думаю всего несколько мгновений.

«Хочу снова оказаться с ним в Италии, в доме его матери», — срывается желание само собой. Свечи гаснут в одно мгновение.

Ульяна деловито раскладывает кусочки торта по пластиковым тарелкам и раздает всем пластиковые вилки. Торт слишком сладкий, но мы съедаем все, до последней крошки.

— Приходите с Арсением вечером, — приглашаю Ульяну. — Бабушка жаркое будет готовить в горшочках. И Наполеон испекла.

— Созвонимся, — подмигивает мне она. — Кстати, ЗАГС по нашему району на улице Университетской. Там госпошлину надо будет оплатить триста пятьдесят рублей. Только сначала в клинику съезди, справку о беременности возьми. Вас распишут в ближайшие дни.

— Точно, — спохватываюсь я. Сгребаю в охапку букет красных роз, что остался лежать на подоконнике.

Ульяна вручает Виктору прозрачную сумку с подарками.

— Удачи! — машут нам они с Таей.

Мы оказываемся на улице. Несколько мгновений смотрим друг на друга.

Сердце гулко стучит. Я до сих пор не верю, что Виктор здесь, рядом.

— Давай ключи от машины, — наконец произносит он.

— А… твоя машина где?

— На стоянке гостиницы. Так что, давай ключи. С этой минуты возить тебя буду я.

Я открываю сумочку, извлекаю ключи от машины и передаю ему.

— Вот она. Красная.

Виктор качает головой, усмехается.

— Можно было не спрашивать.

Отключает сигнализацию и открывает мне дверь.

— Вить, — обеспокоенно оборачиваюсь я. — Ты же не уедешь больше?

Он подталкивает меня вперед, не отвечает.

Когда он устраивается на водительском месте, сжимаю его руку своей. Ловлю его взгляд.

— Скажи, что не уедешь…

Виктор выдыхает. Берет меня за плечи и смотрит в мои глаза.40393c

— Нет, не уеду.

— Ты обанкротился, да? Ну, и плевать, Вить… у меня осталось еще немного денег, из тех, что дала твоя сестра летом… и… и совсем не важно, есть у нас деньги или нет. Только ты не бросай меня больше. Я без тебя не могу. Это… тяжело очень — одной и беременной.

В глазах блестят слезы. Кажется, еще миг, и они покатятся по щекам.

— Таша! — возмущенно фыркает Виктор. — Прекрати плакать! Я не обанкротился. Все нормально. С меня сняли обвинения, и скоро мы вернемся в прежнее русло.

Выдыхаю. Как будто с сердца только что сорвался тяжелый камень. Он не уедет от нас с дочкой. Мы будем вместе.

Виктор осторожно прижимает меня к себе. Целует в губы.

— Не плачь больше, ладно?

— Я не могу. Я все время то плачу, то смеюсь. И в туалет мне нужно постоянно. Потому что я беременна.

Виктор растерянно смотрит на меня.

— Так. Давай попробуем быстро взять справку. В поликлинике же есть туалет?

— Есть.

— Потом поедем в ЗАГС, подадим заявление. А вечером я почитаю какое-нибудь пособие в помощь будущим папам, потому что кажется, я слишком много всего пропустил.

— Вить, а ты где остановился? — когда машина трогается с места, спохватываюсь я.

— В гостинице, где же еще.

— Может, лучше ко мне?

— Давай после подачи заявления разберемся с этим вопросом?

— Давай.

Он сжимает мою руку. Всего на миг, потому что светофор быстро меняет цвет на перекрестке. Но от этого короткого жеста по груди растекается горячее тепло. Я больше не одна. У нашей дочки будет семья. Она родится в законном браке.

В клинике медсестра быстро выдала мне нужную справку, а в ЗАГСЕ совсем не было очереди. Никто не хотел регистрировать отношения в конце ноября, да еще в будний день.

— Если у вас есть с собой кольца, мы можем расписать вас прямо сейчас. Пошлину только оплатите, — улыбнулась нам сотрудник ЗАГСА. — А то, судя по сроку, вам уже давно пора пожениться.

— Вот так, без свидетелей? — растерялась я.

— А разве свидетели обязательны? — пожал плечами Виктор.

Я не успела ответить, а он уже вел меня вперед по коридору, чтобы оплатить пошлину.