23 · Гроз

– Что будешь пить?

– Эм… чай. Или сок.

Эта девчонка кокетничает со мной. Ее ресницы порхают, с губ не сходит улыбка.

Хотя договоренность была другой: мы прикидываемся заинтересованными друг в друге, я злю Алину, она – своего Купидона. Но эта договоренность чисто для Тани. У меня же другая цель – забраться к ней в голову, узнать самые тайные мысли и выдавить из нее признание про фотографии Алины.

– Окей, закажу и то и другое. – Я направляюсь к бару. Официантку ждать слишком долго, а мне хочется поскорее закончить здесь.

Минут через двадцать нам приносят пиццу, сок, чай и мою колу.

– Что у Алины с Халидовым? – небрежно спрашиваю я.

– Мы же договорились. – Таня укоризненно качает пальцем. – Я не стану обсуждать с тобой Алину. Хочешь создать видимость наших отношений перед ней? Идет. Мне тоже надо разозлить Купидонова. Но мы не будем говорить о них. А теперь давай уже сделаем то, зачем пришли.

– Хорошо, – скриплю я зубами.

Таня пересаживается ко мне на колени, ловит наши лица в фокус камеры на своем телефоне и делает несколько снимков.

Как парочка мы выглядим крайне ненатурально. Особенно я. Лицо злое, в глазах брезгливость. Пытаюсь расслабиться, когда Таня вновь фоткает нас и делает несколько кадров с поеданием пиццы.

– Я выставлю это в «ВК», – говорит она, наконец-то возвращаясь на свой стул. – Скину тебе в лс.

Пусть скидывает. Я сейчас не захожу на страницу Коршунова, и эти фотки мне не нужны.

Разговор не клеится. Похоже, придется немного прогнуться перед ней и все же изобразить интерес. Поэтому следующие полчаса я старательно выдавливаю из себя видимость симпатии к этой девушке.

«У тебя красивые волосы. Они от природы кудрявые?»

«И фигурка зачетная».

«Неужели тебе так сильно нужен этот Купидонов?»

Незаметно для себя Таня невольно садится на крючок. Ее щеки пылают смущенным румянцем, взгляд становится томным.

– Посиди здесь еще, – я призывно хлопаю ладонями по своим бедрам. – Это было неплохо.

Она неуверенно садится на меня, повернувшись вполоборота. Ее взгляд опускается на мои губы, рука несмело ложится на плечо.

– Так ли уж сильно тебе нужна Алина? – произносит она, перефразировав один из последних моих вопросов.

– Уже не уверен.

– Вот и я не уверена… – переходит она на шепот.

Я захожу еще дальше:

– Мне нужна однолюбка. Верная, преданная. Девушка, на которую я смогу положиться. Не уверен, что Столярова такая.

Играю с Таниными локонами, потом кладу ладонь на ее затылок и притягиваю ее лицо к своему. Таня начинает дрожать. Губы немного приоткрываются, когда она судорожно вздыхает. Предвкушение, желание, страх – все это я легко считываю в ее глазах.

– Ты можешь помочь мне избавиться от этой привязанности, Таня, – тихо продолжаю я. – Расскажи мне все, что скрывает Алина. И я быстро о ней забуду.

На лице Тани появляется задумчивость. Она мягко отстраняется.

– Я ничего такого не знаю. С Халидовым она просто общается. Еще у нее есть друг. Рома, кажется.

Рома… «Ромчик» – так было написано в том уведомлении на телефоне мышки. Возможно, тот смазливый тип с ней на фотке и есть Ромчик.

Он ей пишет, они работают вместе, и у них есть совместные интимные фотки. Ну какой он друг, блин?!

И никак не вписывается сюда тема с фотошопом. Здравый смысл подсказывает, что здесь что-то совсем другое.

– А ее работа? Она снималась обнаженной?

Не переставая играть с локонами Тани, смотрю ей в глаза.

– На той фотке, которую выставил в чат Боярский, она была в купальнике. И со своим партнером по съемкам. С тем самым Ромой. Но Боярский его убрал и… кхм… раздел Алину. Это мерзко!

– Согласен. – Шестеренки в моей голове начинают вращаться сильнее. – То есть ты видела оригинал?

– Видела. Алина мне показывала.

М-м-м… Вот оно что! Фотосессия, в которой Алина снималась в купальнике!

Я – идиот! Или нет. Потому что все еще существует фотка, на которой они с тем Ромчиком прижимаются друг к другу. Мысленно я окрестил эту фотку «За секунду до».

За секунду до поцелуя. За секунду до моего падения в пропасть. За секунду до моей агонии.

Случился ли этот поцелуй?

Я и хочу, и не хочу знать.

– А как фотки попали к Боярскому?

Этот урод так и не раскололся до конца.

Таня пожимает плечами, отводит взгляд и непринужденно говорит:

– Может, с официального сайта этого бренда?

Так. Надо поискать.

– И мы снова говорим про Алину… – с легкой укоризной добавляет она.

– Окей, давай закроем тему, – неохотно соглашаюсь я. – Поговорим о Купидоне. Зачем он тебе?

– Это сложно.

– Понимаю, но все же?

– Нас связывает очень многое.

Даже так?

– Он говорил, что любит меня, – кусая губы, признается Таня. – А потом отказался от своих слов.

Я устал от этой девчонки и от той чуши, которую она несет. Хочется схватить ее за плечи, больно встряхнуть и вывалить на нее все, что рассказал мне Купидонов. Прижать эту девку к стене! Но я сдерживаюсь, скрипя зубами.

– Он поступил как урод, раз забрал свои признания обратно, – выдаю я.

– Да. Да, он… – Таня опускает глаза, ее плечи вздрагивают. – Он облил меня грязью и вернулся к Милане. И они начали надо мной издеваться.

– У него на тебя что-то есть?

Таня косится на меня. Ее взгляд становится подозрительным.

– С чего ты взял, что у него на меня что-то есть?

– Просто предположение, – пожимаю я плечами.

Убрав руку от ее волос, переплетаю наши пальцы. Таня расслабляется и молчит, разглядывая наши руки. Когда она все-таки отвечает, пазл у меня в голове наконец-то складывается.

– Мы просто развлекались, дурачились… Макс сфоткал нас в постели… А потом сказал, что покажет фотки моей матери, если я не перестану бегать за ним. Моя мать нездорова, ей нельзя такое видеть.

То есть Таня действительно задолжала Купидонову.

Но во втором пазле по-прежнему имеется прореха. Алина, Ромчик и их «за секунду до». Что же между ними было, мать вашу?

Сняв Таню со своих колен, подзываю официантку и прошу счет. Расплатившись, надеваю куртку. Таня вскакивает и тоже быстро собирается. Мы молча выходим на улицу.

– Вызову тебе такси, – говорю я.

– В чем дело, Егор? Тебя смутили наши отношения с Купидоновым? Но это в прошлом!

Я вижу, как ее накрывает истерика. Она рассказала о довольно интимных вещах очередному ублюдку. Да, сейчас я именно такой.

– Все. Все, расслабься. Твоя личная жизнь меня не интересует, – поглаживаю ее по плечам. – Я знаю, что ты сделала для Купидона.

Таня бледнеет на глазах.

– Что ты знаешь?

– Фотки, – многозначительно моргаю я.

Ее губы начинают дрожать.

– Не парься, я не скажу Алине об этом, – сжаливаюсь я. – Но ты с ней общаться не будешь.

Таня хмурится.

– Предлагаешь просто избегать ее?

– Мне плевать, как ты это сделаешь. У Алины не будет такой подруги. Но легенду с нашим тесным общением мы будем поддерживать.

– Ха! И почему я должна на это соглашаться? – возмущенно восклицает она.

Продолжая сжимать ее плечи, я молчу и даю ей минутку подумать. Но ничего здравого в ее глазах не появляется. Таня смотрит на меня с тупым упрямством.

– Я же не Макс. Ты понятия не имеешь, на что я способен. Первое, что сделаю, – заберу у Купидонова компромат на тебя. Второе – те чудные фотки навсегда поселятся в интернете. Ты не сможешь их удалить и не сможешь доказать, что это сделал я. И мне плевать на твою мать и твою семью. Я защищаю только свое.

– Ну и, конечно, ты расскажешь обо всем Алине, – подытоживает она.

– Конечно.

Ни за что не расскажу мышке об этом. Тогда она разочаруется вообще во всех на свете!

– Я вызываю тебе такси, ты едешь домой. Завтра ведешь себя непринужденно. Поняла?

Таня не отвечает. Молча смотрит на меня с недоверием и сомнением.

– Это не продлится долго, – устало выдыхаю я. – Мне нужно понять, кто этот Ромчик для Алины.

– Да ты, походу, одержим ею, да?

– А вот это уже не твое дело.

Вызываю такси и с удовольствием избавляюсь наконец от Тани. Сам отвезти ее уже не в состоянии. Устал от этой девчонки.

Когда приезжаю домой, первым делом кормлю Черного, после чего устраиваюсь на балконе с биноклем.

Алина делает уроки. На компьютере открыт «ВК». А там… фотка моего кота.

Хм, как интересно. Торчишь на моей странице, мышка? А я вот залипаю на тебе. И это прям беда какая-то…