Глава 26

Мы сидели в тронном зале замка Дезмонда, пытаясь найти хоть какой-то компромисс. Время уже давно перевалило за полночь. Все вокруг стихло, уступая место ночной безмятежности. Где-то совсем рядом в своих покоях мирно спала Дарья, даже не подозревая о том, что сейчас решается не только ее судьба, но и судьбы всех жителей Алиады. Именно от нашего решения зависит будущее целого мира. Вот только прийти к консенсусу нам никак не удавалось. Да и это понятно… Кто в здравом уме откажется от своей пары?!

— Она сама должна решить с кем ей быть. Я считаю, что это будет наиболее правильным, — со скорбью в голосе констатировал Лэренс, а нам лишь оставалось с ним согласиться.

Как бы каждый из нас не желал заполучить ее себе, миром это не кончится. Поэтому нам стоит дождаться ее выбора, а тем, кому она откажет, просто отойти в сторону, принимая свою участь, какой тяжелой бы она не была. Вот только как это сделать, пока никто из нас не знал.

— Да-а-а… — задумчиво протянул Алан. — Тяжело нам все-таки придется.

— А как ты хотел? Чтобы она с разбегу прыгнула в объятия нам четверым? — издевательски подметил Дезмонд.

— Ну, это было бы, наверное, самым оптимальным решением, — задумчиво ответил Алан.

— Ага. Вот так вот ты бы это спокойно принял… Да каждый из нас скорее предпочтет отказ, чем делить свою истинную с кем-то еще.

— Это точно, — согласился я с Дезмондом. — Да чтоб его! Вот почему она приходится истинной нам всем?! Было бы гораздо проще, не стой мы перед подобным выбором!

— Только и мир бы не пришел, если бы мы не оказались в подобной ситуации, — философски заметил Лэренс.

— И что делать будем?

— Как что? Ухаживать!

— Да я в жизни подобного не делал, — возмутился Алан. — Женщины сами мечтали попасть ко мне в постель.

— То женщины, а здесь речь идет об истинной!

— И что делать? — не унимался он.

— Ну здесь каждый сам за себя… И вот еще что: не стоит чтобы Дарья видела все наши дрязги. Я понимаю, что спокойно ужиться друг с другом будет сложно, но она не должна видеть конфликтов между нами, — пояснил Лэренс.

— Я тоже так считаю, — согласился я с ним. — Стоит сдерживаться от выражения перед ней наших истинных чувств друг к другу.

Было даже удивительно, что мы сошлись во мнениях хоть по какому-то вопросу.

— Ладно. С этим вроде бы решили, — снова взял слово Лэренс. — А теперь стоит решить, как же теперь мы будем жить.

— Я считаю, что не стоит опять терзать Алиаду на кусочки, — ответил ему. — Народ и так измотан вековой войной. Все жаждут мира. Мы не вправе вносит вновь междоусобицу.

— Полностью согласен с тобой, — на удивление поддержал меня Алан.

— И как это сделать? Боюсь, что объединить Алиаду будет сложнее, чем смириться с выбором Дарьи, — не согласился Дезмонд.

— Мы должны постараться! — поставил точку в споре Лэренс. — Для начала можно разделить обязанности, как правителей, чтобы каждый отвечал за что-то определенное.

— Это еще как?

— Ну я, к примеру, очень хорошо нахожу общий язык с представителями других миров. Могу налаживать внешние связи Алиады, — пояснил Лэренс.

— А я вот наоборот не люблю пришлых. Мне проще внутренние связи устанавливать, — подумав, все же ответил я.

— Вот! Дезмонд, насколько я знаю, ты очень хорош в вопросах красоты и уюта, — с усмешкой поинтересовался Лэренс.

— С чего бы это? — насупившись, уставился на него мужчина.

— Ну, просто я знаю, что этот замок проектировал ты лично, не доверяя его никому. Так может и займешься восстановлением Алиады?

— А что? Я вполне бы смог. Мне это даже нравится, — согласился Дезмонд.

— А я могу заняться народом. Им сейчас нужно вернуться к мирной жизни. А для этого им нужна работа, — предложил Алан.

— Вот и отлично! — поддержал его Лэренс.

— А что же насчет того, кто возглавит Алиаду?

В тронном зале повисла гнетущая тишина.

— Я думаю, что мы сможем сделать это совместно, общими решениями и обсуждениями, — проговорил я задумчиво.

— Вот только нас четверо, а решение могут разделиться поровну, — скептически заметил Дезмонд.

— Тогда окончательное решение можно будет доверить Дарье — она теперь тоже неотъемлемая часть нашего мира.

— А как быть с брачным ритуалом? Все-таки она нам уже супруга… Назад уже не повернуть и брачные метки не убрать… — заметил Алан.

— Эти браки пока не консуммированы, так что и связь пока еще не установилась. Нам придется смириться с этим… — ответил я Алану.

— Смириться… — с долей обиды в голосе проговорил Лэренс. — Вы то провели брачный ритуал, а я то нет! Может тоже наведаться в храм…

— Только попробуй! — прорычал Дезмонд.

— И что?

— Я сам перегрызу тебе глотку!

— А ну успокойтесь! — постарался угомонить их. — Держите себя в руках. Дезмонд, Лэренс прав, как бы это было неприятно нам. Мы все, в отличие от него, провели брачный ритуал. Он имеет право…

— Но…

— Никаких «но». Мы вынуждены смириться.

— А если я не хочу с этим мириться?

— Тебе придется! Как и всем нам…

* * *

Утро выдалось спокойным и солнечным. День обещал быть жарким. Эх, жаль, что мне нельзя одеть что-нибудь полегче. Эти платья с длинным рукавом просто сводят меня с ума, но я не могу допустить, чтобы сейчас кто-нибудь видел мои татуировки. Вот откуда они все-таки взялись? Нужно как можно быстрее обо всем этом разузнать.

Освежившись в купели, я влезла в ненавистный наряд, отправляясь прочь из своих покоев. Суетливые слуги уже вовсю сновали по широким просторным коридорам замка. Стражники бродили неспешным шагом, патрулируя окрестности. Надо бы тоже немного прогуляться, пока солнце еще не поднялось высоко и не стало нещадно палить.

В своих раздумьях я добралась до обеденной залы. Там стояло оживление. За длинным массивным столом восседали четыре повелителя. На мгновение я даже залюбовалась ими. Высокие, статные мужчины. Каждый из них красив по-своему, и в то же время они совершенно разные и неповторимые: всегда строгий и рассудительный Дрегон с умным взглядом; веселый и разговорчивый Алан с его неизменной улыбкой; немного хмурый и сосредоточенный Дезмон с хитринкой в глазах; и рассудительный и вдумчивый Лэренс со своим спокойствием и опытом. Вот как я могу выбрать одного из них? Как? Я даже не могу себе представить, если хотя бы один из них уйдет из моей жизни. А может не стоит выбирать ни одного из них? Пусть все остается так, как есть. Не хочу менять ничего. Лучше уж не буду ни с кем, чем выберу одного, причинив боль остальным.

Тяжело вздохнув, я прошла вперед. Четверо мужчин в мгновение ока поднялись со своих мест и постарались как можно скорее отодвинуть для меня стул рядом с собой. Вот ведь мальчишки! Устроили мне здесь детский сад. Еще не хватает начать меня перетягивать, словно я канат.

Игнорируя их поведение и действия, я прошла мимо, усаживаясь на самый дальний край стола, подальше ото всех. Мужчины понимающе переглянулись, тяжело вздохнув и так же молча уселись на свои места, потупив взоры в свои тарелки. Чувствуют свою неправоту. Молодцы! Так, глядишь, и научатся чему-нибудь. Никто не решался начать разговор первым. Что ж… Тогда его начну я.

— Вижу, что вам нечего мне сказать, — тихо проговорила я, глядя поочередно на каждого.

— Мы… — начал было Дрегон, но я остановила его взмахом руки.

— Не стоит. У вас была возможность высказаться, но вы предпочли промолчать. Так что теперь выслушайте меня. — мужчины лишь согласно кивнули. — Я не хочу видеть ваши ругань и побоища. Если вдруг это случится, то я не останусь рядом с вами ни на мгновение. Надеюсь, вы меня услышали?

Мужчины вновь переглянулись, но все же приняли мое заявление, согласно кивнув в ответ. Вот и отлично! А теперь можно и в библиотеку отправиться. Я плавно поднялась со стула и грациозно прошагала мимо молчаливых повелителей.

— Даша, — голос Лэренса остановил меня уже около выхода из обеденной залы.

— Я хочу побыть сегодня одна и обо всем хорошенько подумать. А вам стоит заняться более важными делами. Например, восстановлением Алиады.

Повелители смотрели на меня с открытым ртом, явно не ожидая от меня подобного заявления. То-то же! Привыкайте, милые мои. Теперь я буду диктовать вам свои условия, а тех, кто против, прошу на выход!

Гордо задрав вверх подбородок, я развернулась и направилась прочь, пока они еще не оправились от произведенного на них шокового эффекта. Меня разрывало от смеха. Вот ведь лица у них были… А что? Не только же им командовать. Пусть привыкают, что я не бесчувственная вещь и сама могу решать, что мне и когда делать.

Отыскать библиотеку оказалось довольно просто, а вот с остальным вышло сложнее. Пушистик, что присоединился ко мне по пути, крутился под ногами, мешая сосредоточится. Я уже, наверное, более часа бродила между нескончаемыми рядами книг, вчитываясь в корешки. И какую из них мне надо? Ума не приложу…

Вдруг Пушистик скрылся за одним из стеллажей, и тут же по библиотеке разнесся грохот. Завернув за угол, я обнаружила на полу груду свалившихся книг, на вершине которой восседал мой неугомонный питомец, держа в зубах какой-то древний фолиант.

— Пушистик, ну вот что же мне с тобой делать? Отдай мне ее сюда!

Но зверек не желал так просто сдаваться. Зарычав, он помчался от меня прочь. Ну уж нет! От меня так просто не уйдешь, но, видимо, он далеко и не собирался. Добежав до кресла, он запрыгнул на него, выпуская книгу из пасти и тут же снова умчался прочь. Книга же упала, раскрываясь на одной из страниц. Я взяла ее в руки. Там были изображены четыре красивых перстня с выгравированными на них драконами. В тексте говорилось о том, что это Перстни власти. Они передавались из поколения в поколение, являясь собственностью Повелителей. Они представляют собой не просто украшение, но еще и усиливают силу своего владельца.

Поудобнее устроившись на мягком кресле у большого светлого окна, я открыла следующую страницу в этой старой потрепанной книге. В самом ее начале говорилось о том, что испокон веков на Алиаде у власти были четыре правящих рода. Каждый из них имел свой отличительный знак — дракона, что проявлялся на теле повелителя в его второй ипостаси. Этот знак и предрешал будущего правителя. Он проявлялся ближе к совершеннолетию и оставался на теле до конца жизни.

Также дракон проявлялся и на брачных метках своих владельцев и их истинных пар. Далее подробно описывалось то, как же на теле супругов появляются брачные метки, какие драконы соответствуют каждому правящему роду. И вот что самое интересное… Драконы на моих татуировках соответствуют драконам трех правящих родов.

Постепенно меня начало накрывать волной гнева. Вот значит, как?!

Я металась из угла в угол, переполненная негодованием. Злость кипела во мне подобно раскаленной лаве в жерле могущественного проснувшегося вулкана, норовя затопить все вокруг.

— Ну вот как так можно?! — возмущалась я вслух. — Это что ж получается, у меня теперь целых три мужа что ли? И что мне с ними делать? Я не хочу! Мне и одного-то не надо. Вот же драконьи отродья! Ну попадитесь вы мне на глаза! Я вам такую жену покажу! Сами рады не будете!

— Хм. Покажет она. Радовалась бы… — раздалось тихо за моей спиной.

— А чему тут радоваться?! — возмутилась я, разворачиваясь в сторону доносящегося голоса, но тут же застыла.

Никого не было, лишь Пушистик вальяжно прошелся до стоящего у окна диванчика и грациозно запрыгнул на него. Помявшись с ноги на ногу, он уютно устроился на нем. А я все так же стояла на месте, пытаясь понять, кто же со мной говорил.

— Кто здесь? — обратилась в пустоту, надеясь получить ответ на свой вопрос.

— А ты здесь еще кого-то кроме нас двоих видишь? — донеслось ехидное замечание откуда-то со стороны окна.

Я удивленно уставилась на Пушистика…

— Ну и что смотришь, будто бы в первый раз меня увидела?!

Моя челюсть встретилась с каменным полом. С широко распахнутыми глазами я взирала на своего питомца, совершенно ничего не понимая.

— Эх, и вот что мне с тобой делать? Давай ты уже перестанешь тупить, а?

— Ты… — мысли в моей голове бегали подобно взбесившимся тараканам.

— Да, Даша… А я-то считал, что ты не дура…

— С чего это я дура? — пришла я в себя от подобного язвительного заявления.

— Ну была бы умной, не тупила бы так.

— А как мне еще реагировать, когда мой питомец начинает со мной говорить? В моем мире подобное сумасшествием зовется. Так и до психушки недалеко…

— Ну мы то сейчас не там, а здесь, — заметил Пушистик.

— Вот только это ничего не меняет. И вообще, почему ты раньше-то молчал?

— Хотел посмотреть, как ты будешь справляться в этом мире сама.

— А теперь насмотрелся что ли?! — начинала закипать.

— Нет, просто ты в силу своего незнания, многое воспринимаешь в штыки. А это негативно сказывается не только на тебе, но и на всей Алиаде!

— Хм! Вот не надо на меня всю ответственность перекладывать. Я здесь без году неделя! Да и вообще никто! Так что судьба вашего мира меня тоже не касается!

— Еще как касается!

— И чем же? Стать женой всем мужчинам этого мира?! — не унималась я.

— Зачем всем? — не понял моего сарказма Пушистик. — Только повелителям.

— О, как щедро-то! Спасибо за оказанную честь, но я, пожалуй, откажусь.

— Не выйдет. Все уже давно решено за тебя.

— И кто это решил? Не ты ли? — Пушистик виновато опустил голову. — Ты чего это замолчал?! А ну признавайся!

— Вообще-то я… — тихо проговорил зверек.

— Интересненько… И с каких пор у вас тут судьбу мира и народа решают домашние питомцы?

— Я, позволь заметить, не домашний питомец! — возмутился Пушистик, но тут же замолк.

— Да?! И кто же ты?

— Никто! — буркнул он, отворачиваясь в другую сторону.

— А ну отвечай! Иначе… Иначе… Пока не знаю, но точно что-нибудь придумаю! — пригрозила я этому нахальному существу.

— Эх, вот не отвяжешься же… Ладно, будь по-твоему. Но только для всех я по-прежнему остаюсь обычным животным.

— Конечно-конечно! — заверила его, усаживаясь рядом и приготовившись слушать.

— Ты ведь помнишь то, что рассказывали тебе повелители о нашем мире и о проклятии драконов?

— Помню. Один из богов проклял весь род драконов за то, что они начали войну.

— Да. Так вот, этого бога звали Ио. Сам он, как думают местные жители, ушел в другой мир, оставив Алиаду без своей защиты.

— Разве это не так?

— Нет. Он никуда не уходи. Ио всегда был рядом со своим народом, оберегая и защищая его. Он ожидал того времени, когда сбудется древнее пророчество. И вот оно настало…

— А при чем здесь ты? — я до сих пор ничего не понимала.

— Я и есть Ио, — ответил зверек, на что я громко рассмеялась.

— Ага, а я английская королева! Ты меня совсем за дуру держишь?

— Ну хорошо… — проговорил Пушистик, спрыгивая с дивана на пол.

Вокруг зверька заискрил воздух, окутывая его ярким свечением. Мгновение и передо мной стоит молодой мужчина с фарфоровой бледной кожей. Длинные белые волосу в тон его одеяния водопадом струятся в низ, а стального цвета глаза, словно острые лезвия, врезаются в самую душу. Вся его аура подавляет, вызывая желание пасть на колени, склонив голову до самой земли.

— Теперь ты мне веришь? — спросил он.

— Верю, — с трудом пролепетала я заплетающимся языком.

Мужчина улыбнулся и спустя секунду передо мной уже был Пушистик.

— Но почему вы…

— Ты, — поправил он меня. — Не придавай значение тому, о чем ты узнала. Я хочу, чтобы все осталось как прежде.

Я лишь кивнула в ответ, соглашаясь с Ио.