Глава 15: Игровая зона

Межпланетный пассажирский паром "Фирос-Эйнар"

Майя Бриг

Игровая зона представляла собой внушительных размеров отсек, разделенный на две части перегородкой из стекла. Большая его часть была полностью отдана под зону отдыха с неглубоким бассейном с прозрачной голубоватой водой, по периметру которого тянулись пологие спуски, плавучие платформы для поддержки малышей на воде и островки для игр.

В другой части располагались зоны для сопровождающих с мягкими лежаками, гравитационными столиками, информационными терминалами и защитными экранами, способными при необходимости мгновенно изолировать любой участок отсека.

В отличие от холла и коридоров здесь разумных обнаружилось не в пример больше, пусть и не в таком количестве, как при нашем единственном пока посещении столовой.

В воде плескалось штук шесть детей разных рас и возрастов, с несколькими из которых плавали рядом их родители. Другие же взрослые разбрелись по зоне отдыха, то расслабляясь на лежаках, то попивая из питьевых контейнеров какие-то напитки и нежась под иллюминаторами с симуляцией солнечного света.

Машинально отметив аварийные выходы и расположение андроидов-помощников, я оглянулась на Мисси, которая застыла у входа, внимательно изучая пространство. Впрочем, ни восторга, ни чисто детского любопытства в ее взгляде, по-моему, так и не отразилось.

— Умеешь держаться на воде? — немного запоздало, с учетом того, что мы уже прибыли на место, спросила малышку, стараясь отогнать от себя очередную порцию возникших в голове вопросов о том, что творится у моей подопечной в голове и из чего складывается логика ее реакций на происходящее.

— С поддерживающей платформой это несложно, — пожала плечами она. — А ты хорошо плаваешь?

Я кивнула.

Плавала и ныряла я без преувеличения превосходно в том числе без использования каких-то дополнительных приборов или оборудования. Хотя даже имея с собой купальник, вряд ли мне удалось бы продемонстрировать свои специфические умения в детском бассейне.

— И тоже можешь надолго задерживать дыхание под водой? — продолжила расспросы девочка.

"Тоже", полагаю, относилось к боевым навыкам Теодоры, которые моя бывшая сослуживица, видимо, когда-то зачем-то показывала дочери.

— Могу, — подтвердила я.

— Хорошо, — удовлетворенно отозвалась Мисси. — Вдруг снова придется плыть через фильтрационные системы какого-нибудь дома. А маска для дыхания будет только для меня. Лучше, если ты сможешь нырять без неё.

"... как мама", — продолжила я мысленно.

Так вот как им удалось выбраться из усиленно охраняемого дома сволочи Фуко на Латерне...

Твою гравитацию! Каким только испытаниям не подвергся этот бедный ребенок за свои неполные шесть лет...

***

Мы с Артемиссией обошли пространство игрового отсека по кругу и выбрали для себя место в самом углу, недалеко от резервного выхода из помещения.

Мисси скинула надетый прямо на купальный костюм сарафан и оставила его в специальном вещевом боксе возле выбранной мной лежанки.

Я стянула с ног обувь и подошла вслед за девочкой к краю бассейна, а затем помогла ей спуститься в воду и зацепиться за предназначенную для плавания платформу.

Потом, немного подумав, все же закатала до колен штанины своего комбинезона, села на мягкое покрытие пола и спустила ноги в воду.

Немного помотала ими туда-сюда, привыкая к ощущению окутывающего кожу тепла, а потом продолжила наблюдать за медленно перемещающейся в воде малышкой, которая двигалась вперед и назад по строго заданной аппаратом траектории, не стремясь изменить направление в сторону других копошащихся в воде в некотором отдалении от нас детей, а тем более присоединиться к их играм.

— У вашей девочки очень красивый купальник, — неожиданно раздалось сбоку от меня.

Я задрала голову вверх, обнаружив стоящую в шаге от меня молодую представительницу планеты Вардан, судя по ее красноватому оттенку кожи.

— Простите? — переспросила я.

— Купальный костюм, — она улыбнулась, указав на Мисси. — Очень удачный. Это из верданского каталога "Найтри"? Новая детская коллекция, да?

И вот тут я впала в откровенный ступор.

Кажется пустяк, совершенно незначительный бытовой вопрос из тех, которыми матери привычно перебрасываются между делом, но у меня в голове не возникло ни одного внятного ответа.

Ведь не я заказывала этот наряд и, соответственно, понятия не имела, где его приобрела Теодора.

— Я… — начала я, с трудом подбирая слова. — Я не помню. Нам его подарили.

Неуклюжая, неловкая и совершенно по-дурацки звучащая ложь.

Верданского ящера мне в бок! Майю Таран выбил из колеи вопрос о детском купальном костюмчике...

Кто бы мог подумать?

Я снова нашла взглядом свою малышку. Платформа помогла Мисси проплыть наискосок от меня до соседнего спуска в бассейн. Девочка махнула мне рукой, показывая, что собирается вылезать в том месте из воды.

— Понимаю, — без насмешки отреагировала на мое невразумительное пояснение верданка. — У нас тоже половина вещей появляется в доме будто из ниоткуда, стоит мне только добраться до виртуальных маркетов с одеждой для детей. И все такое красивое и нужное. Жаль, что они так быстро из них вырастают.

Я проследила за коротким, но полным нежности и радости взглядом моей неожиданной собеседницы на двух краснокожих девочек лет девяти, играющих на островке с мальчиком-данарцем, и когда она снова посмотрела на меня, криво и неискренне улыбнулась женщине в ответ.

Внутри зрело неприятное ощущение, что я только что провалила какой-то тест, потому что не смогла ни ответить на простой вопрос другой мамы, ни посмотреть на "своего" ребенка с такой же нежностью и любовью, как это сделала верданка.

***

— Извините, мне пора к дочери. Было приятно... — вежливо произнесла я и осеклась, услышав громкий крик, переходящий в плач как раз с той стороны, где должна была сейчас находиться Артемиссия.

Пара ударов сердца, и я уже стояла рядом с Мисси у края бассейна, пытаясь оценить открывшуюся картину, с ходу ввергшую меня в откровенное замешательство.

Синекожая малышка замерла, не шевелясь, со странным, несколько удивленным выражением лица рассматривая сидящую на полу перед ней девочку, ту самую белокурую куколку, которую мы видели в странной компании мужчин и женщины в столовой. Сейчас эта девчушка рыдала так громко, что звук буквально бил по ушам, привлекая внимание гостей игрового отсека, в том числе уже метнувшегося в нашу сторону андроида-помощника.

Слёзы медленно текли по фарфорово-белым щекам малышки, губы дрожали, влажные кудряшки подпрыгивали в такт каждому всхлипу, плечи вздрагивали, однако мне почему-то сразу почудилось, что девочка плачет не от боли или обиды, а как-то уж чересчур... напоказ, что ли.

И пусть вы можете посчитать меня жестокой и не эмпатичной, но желания незамедлительно броситься ей на выручку и попытаться успокоить эту набирающую обороты детскую истерику, у меня почему-то не возникло.

— Что произошло? — спросила я у Мисси, присаживаясь рядом с ней так, чтобы наши лица оказались на одном уровне, и параллельно накрывая плечи девочки полотенцем, которое на автомате сдернула с лежака по дороге к месту происшествия.

— Она меня ударила! — опережая ответ моего ребенка, выкрикнула маленькая светловолосая инопланетница, указывая пальцем на Мисси. — Ударила! Накажи ее!

Или у меня что-то со слухом, или в голосе малявки послышался едва ли не приказ, причем по отношению ко мне, взрослой?

Вселенная, да ты издеваешься! Что вообще с этими детьми не так?

— Что произошло? — ровным тоном повторила я, обращаясь к Артемиссии и краем глаза подмечая, как к нам со стороны зоны отдыха уже движутся какие-то высокие фигуры. Наверняка родители маленькой блондинки или кем там они ей приходятся.

Андроид пока застыл чуть в стороне, не спеша вмешиваться в конфликт, но наверняка дистанционно сканируя физическое состояние детей и фиксируя происходящее на встроенную в его глаза гало-камеру. Не знаю, каковы протоколы дальнейших действий робота в подобной ситуации, но предполагаю, что пока он просто анализирует информацию и просчитывает алгоритмы.

Обвинять Мисси лишь на основании слов другого ребенка, который делал из произошедшего какое-то непонятное шоу на публику, я ни в коем случае не собиралась.

Тем более в памяти тут же всплыли недавние события в отсеке для приема пищи, скорченная физиономия светловолосой девочки и ее надменный взгляд, когда она нарочно толкнула Артемиссию плечом.

— Нет — качнула моя названая дочь головой. — Я ее не трогала. Она нарушила мое личное пространство, я отошла назад и сказала "не подходи", а она шлепнулась на пол. Ма... мама, зачем она упала? — на лице малышки отразилась задумчивость. Потом она нахмурилась и шаркнула по полу ногой. — Здесь же даже не скользко и не мокро, чтобы подскользнуться.

Вот и мне интересно, милая, что же здесь вообще такое происходит.

Тем временем к нам уже один за другим приблизились те самая тройка мужчин, сопровождавших эту девчушку в прошлый раз.

Высокий брюнет стремительным движением склонился над девочкой, осматривая ее так, будто ожидал увидеть серьезную травму, перелом минимум. Хотя и с моего расстояния было понятно, что никаких повреждений у девочки нет, не считая, возможно, слегка отбитой пятой точки.

Второй мужчина со светлыми волосами встал впереди, прикрывая брюнета и девочку от нас своим телом и прожигая меня и Мисси напряженным и предупреждающим взглядом. Тоже мне, нашел злодеев, гребаный герой.

Хотя его желание защитить своих близких я, в общем-то, прекрасно понимала.

Третий же незнакомец остался стоять чуть в стороне, изучающе скользнув глазами с плачущей куколки и своих... приятелей, потом на нас с Мисси и обратно.

И снова двое мужчин ведут себя как... отцы. А третий вроде бы с ними, но будто отдельно от всего происходящего.

Что за ерунда?

— Папа! — выкрикнула девочка, протягивая руки, кажется, и к брюнету, и к блондину одновременно, и для убедительности усиленно заревела снова. - Эта... меня ударила, и я упала. Мне больно.

— Где тебе больно, Элла? — заворковал над девочкой темноволосый.

Говорили, к слову, что ребенок, что взрослые на общем языке Содружества, без какого-либо ярко выраженного акцента, так что определить по этой особенности их расу пока не представлялось возможным.

— Здесь, — захныкала блондинка, показушно дотронувшись до своего плеча, кожа на котором не выглядела ни травмированной, ни даже покрасневшей от удара.

"Вот же маленькая симулянтка!" — подумала я со смесью удивления и все возрастающего раздражения.

— Сейчас пойдем в медицинский отсек, — попытался успокоить девочку первый мужчина, беря ее на руки.

— Ты упала сама, — громко возразила Мисси. — И я тебя не трогала.

— Замолчи! — взвизгнула блондинка. — Я всегда права. А ты...

"Я всегда права". Нет, ну вы это слышали?

— Элла! — одернул девочку третий мужчина.

Мне показалось, он точно знает, что белокурой малышке не так больно, как она пытается показать окружающим, и сразу догадался, что эта их Элла врет и зачем-то нагло клевещет на другого ребенка.

Возможно даже не в первый раз.

А вот оставшиеся двое мужчин явно сразу безоговорочно поверили девочке на слово и в данный момент видят в нас с Мисси обидчиков их несчастной крошки.

— Это ваш ребенок? — строго уточнил у меня блондин, указывая на Артемиссию.

— Это моя дочь, — подтвердила я уверенно, подтягивая девочку поближе к себе в защитном жесте.

— Ваш... ребенок опасен для других детей, — выплюнул брюнет. — Если в медотсеке подтвердят травму Элли, то...

— Вы видели, что произошло? — задал мне третий мужчина вопрос, подходя ближе и вставая ровно посередине между нами, будто судья на бойцовском ринге.

— Не видела. Но, полагаю, это легко отследить по камерам, — я выпрямилась во весь свой немаленький рост, расправила плечи и решительно задвинула Мисси за свою спину, тем самым закрывая от любой угрозы.

Сомневаюсь, что эти разумные способны как-то физически нам навредить, но настроены они однозначно враждебно и разбираться в деталях произошедшего и поисках истинного виновного в падении куколки явно не планируют. Кроме, пожалуй, того третьего мужчины, который одновременно и с ними, и словно бы врозь.

— А также по аналитической информации служащего-андроида, — вслед за этим кивнула в сторону корабельного робота.

Пусть сначала найдут доказательства, что моя девочка действительно нанесла этой маленькой интриганке какой-то физический вред!

Верила ли я Мисси?

Несмотря на все особенности характера и психики своей названой дочери, я с первого взгляда была убеждена в том, что ударить эту Эллу она точно не могла.

Услышав про камеры, белокурая девчушка дернулась, громко всхлипнула, а потом что-то тихо зашептала держащему ее на руках брюнету в ухо.

— Элла, ты уверена в том, что все было так, как ты сказала? — уточнил у малышки третий мужчина.

— Ты не веришь нашей дочери, Илар? — раздался мелодичный женский голос вышедшей откуда-то сбоку уже знакомой мне по столовой светловолосой дамы с лицом королевы вселенной.

Что же, вот вся компания и в сборе.

Так, ну теперь ясно, что миниатюрная блондинка с высокомерной физиономией — точно мать.

И она сказала "нашей дочери", обращаясь к третьему мужчине.

Космос, вот это загадочная семейка.

Одна мать и трое папаш... Так получается?

С физиологической точки зрения это невозможно, да и с моральной как-то сомнительно. Хотя...

Рассматривая девочку, я убедилась в том, что ее зрачки действительно не круглые, а ромбовидные, как и у взрослых. То есть все эти разумные — однозначно не люди, а очень похожие на землян гуманоиды непонятной расы.

— Я просто хочу разобраться, что на самом деле здесь произошло, опираясь на факты, — отозвался... Илар напряженно. — Элла может иногда... преувеличить. Госпожа права, — он кивнул в мою сторону, — что прежде чем кидаться обвинениями и угрожать, — недовольный взгляд на брюнета, — следует запросить записи с гало-камер отсека.

Старшая блондинка нехорошо прищурилась, глядя на своего... пусть будет, на гипотетического отца своего ребенка.

Я тут же подумала, что будь у нее вместо глаз лазеры, мужчину бы точно испепелило на месте.

Затем инопланетница бросила пренебрежительный взгляд уже на нас с Артемимиссией и, наконец, подняла глаза к потолку, ища там приборы визуальной фиксации.

Возможно, случись все там, где отсутствуют записывающие устройства, пришлось бы доказывать невиновность Мисси дольше, с боем и дальнейшей эскалацией конфликта, но...

— Дорогая, — обратилась к дочери женщина. В отличие от мужчин, она с девочкой не сюсюкала и не смягчала тон голоса. — Ты упала сама?

Кудрявая куколка сжалась под взглядом матери, застыла на пару секунд, а затем медленно кивнула.

— Она просто… не дала мне пройти. Как она посмела? — вздернула аккуратный носик эта, чтоб ее, принцесса, как по щелчку перестав плакать и строить из себя жертву.

"Посмела?". Не то, что ожидаешь услышать из уст ребенка.

Мать вашу, да за нравы на вашей родной планете?

Если передо мной сейчас стоят эйнарцы, то желания лететь туда с каждой секундой становится все меньше и меньше.

Женщина снова перевела взгляд на меня.

— Прошу прощения за это недоразумение, — произнесла она без капли искренности, нехотя выплевывая формальные слова извинения. — Наша дочь иногда… забывает, что не все обязаны уступать ей дорогу. Будем считать инцидент исчерпанным. У нас к вам претензий нет.

— А если у нас к вам есть? — усмехнулась я, нисколько не тушуясь под ее неприязненными взглядами и не теряясь из-за повелительного и уверенного тона ее голоса. Эта дамочка точно меня про себя не прогнет, а скорее обломает зубы о мою годами наращённую броню.

"Да как она смеет?" — словно читалось на лице женщины, один в один копируя недавнее выражение на мордашке ее дочери. Видимо, для девочки образцом для подражания, как и непререкаемым авторитетом в этой странной семейке является только мать.

— Мы уходим, — вместо ответа на мой вопрос процедила женщина. — Разберись, — бросила вслед за этим в сторону блондина.

Словно бытовому андроиду команду дала, честное слово.

Брюнет с девочкой на руках беспрекословно подчинился воле своей женщины. А вот третий мужчина даже не дернулся, делая вид, что не слышит приказов этой "королевы".

Та, к слову, и не обернулась, уверенная, что он последует за ней.

Так много вопросов о том, почему эти мужики позволяют своим женщинам, что большой, что маленькой, крутить собой, как бессловесными игрушками...

— Если у вас будут претензии, я предоставлю вам контакты нашего юридического консультанта, госпожа...

— Раптис, — с небольшой заминкой сообщила блондину свое новое имя. — На самом деле претензий у нас нет, — продолжила после обмена взглядами с Мисси. Думаю, она, как и я, не желает дальнейших разбирательств этого конфликта на пустом месте. — Просто держите свою невоспитанную и готовую так легко очернить другого разумного дочь подальше от моего ребенка, иначе я приму меры, потому что ваша Элла обижает мою Нисси уже не в первый раз. Она толкнула ее в столовой несколько дней назад, и, к сожалению, никто из вас не обратил на это должного внимания.

— Мы вас услышали, госпожа Раптис, — без споров согласился со мной светловолосый инопланетник. — Прошу прощения, что повели себя некорректно по отношению к вам, но мы, как и вы, в первую очередь защищали своего ребенка. Поверьте, мы с побратимами бы никогда не обидели женщину, даже если бы вина вашей дочери была доказана.

Что он имеет в виду под "побратимами", интересно мне знать?

Я медленно кивнула, пребывая в некотором шоке от разительных перемен в поведении мужчины. Тот, посчитав мою реакцию достаточным ответом на свою речь, молниеносно развернулся и ринулся в ту сторону, куда отправились женщина, брюнет и Элла.

Третий персонаж этой непонятной мужской компании так и остался стоять на месте.

— Простите за эту ситуацию, госпожа Раптис, — повторил он уже сказанное своим... родственником.

— Это я должна вас поблагодарить, потому что вы единственный, кто задал вопросы и попытался хоть в чем-то разобраться, — с непритворной благодарностью ответила я.

Мужчина медлил, явно не спеша догонять остальных членов своего... семейства.

— Простите, а можно уточнить у вас, с какой вы планеты? — все же решилась задать вопрос я.

— Эйнар, — произнес инопланетник, при этом робко, словно ожидая от меня какого-то протеста, заглянув мне в лицо.

В его необычных янтарных глазах со странным ромбовидным зрачком читался интерес вперемежку с каким-то странным, почти болезненным надрывом, как если бы он пытался удержать внутри себя то, что не имел права демонстрировать.

И от этого взгляда у меня под кожей пробежал теплый, почти обжигающий импульс, неуместный в текущих обстоятельствах и оттого еще сильнее сбивающий с толку. Я едва заметно напряглась, злясь на собственное тело за эту неожиданную и почему-то крайне острую реакцию на совершенно постороннего мне и к тому же глубоко семейного мужчины.

— А вы... — я хотела задать новый, и, пожалуй, несколько даже бестактный вопрос касательно того, кем же все эти разумные приходятся друг другу. Кто из них настоящий отец Эллы и нормально ли подобное для Эйнара, но...

— Илар, — пока мы с эйнарцем были погружены в наш странный диалог, рядом с ним снова возникла его... жена? Мать дочери? Любовница? Или кем там ему приходится эта женщина?

"И почему это вообще тебя так интересует, Майя?"

Сейчас надменная блондинка напоминала скорее хозяйку, потерявшую своего питомца и раздраженную оттого, что ей в принципе приходится снизойти до того, чтобы его искать.

— Почему ты все еще здесь? — выплюнула инопланетница, обращаясь к мужчине.

Со стороны это выглядело так странно и... унизительно, что захотелось сбежать отсюда как можно скорее.

Мы с Мисси отошли, не прощаясь, решив не вмешиваться в семейные разборки.

— Ты снова выставляешь себя никчемным и неспособным защитить семью. Почему ты встал на их сторону? — раздался за нашими спинами раздраженный голос эйнарки, прилюдно отчитывающей взрослого мужчину как несмышленого ребенка.

— Чью семью, Висана? — отозвался Илар устало и как-то безучастно.

Знаете, в этот момент мне почему-то стало этого мужчину откровенно жаль. Потому что все происходящее видилось мне совершенно ненормальным и неправильным пусть даже с учетом инопланетной расы этих разумных.

— О моей семье, — с без труда читаемым в голосе самодовольством ответила эта... Висана. — Возможно, тебе следует перестать делать вид, что тебе есть в ней место, потому как это уже давно не так...

— Наплавалась? Пойдем обратно в каюту? — стараясь больше не прислушиваться к неприятным, но, по сути, никак не касающимся меня разговорам, обратилась я к девочке.

Все обсуждения произошедшего здесь можно было оставить и до возвращения в каюту.

— Пойдем, — согласилась со мной Мисси.

Мы прошли к дегидратору-раздевалке, где малышка высушила купальник и волосы и облачилась обратно в сарафан.

Когда мы вернулись в основную часть игрового отсека, я посмотрела в ту сторону, где стояли эйнарцы, однако ни Илара, ни его... женщины там уже не обнаружилось.

— Сначала найдем информационный терминал связи со службой безопасности. Я запрошу копию записи с камер, — прокомментировала я наши дальнейшие планы.

— Потому что ты мне не веришь? — по-прежнему пугающе лишенным эмоций голосом уточнила у меня Артемиссия.

Ни обиды, ни негодования, ни разочарования. Ни-че-го.

Вздохнула и снова села перед девчушкой на корточки, заглядывая в ее большие темные глаза.

— Я тебе верю, Мисси, — озвучила абсолютную правду. — Запись нужна, потому что я не доверяю другой стороне конфликта и хочу нас обезопасить. Мало ли что может взбрести в голову этой девочке и ее маме потом.

— Это... рационально, — чуть помедлив, отозвалась малышка.

— Рационально, — еле слышно повторила я вслед за ней то слово, которым любой ровесник Мисси из расы людей точно никогда не отреагировал бы на услышанное.

— Они ведь с Эйнара? — задала мне малышка следующий вопрос, уверенно шагая в сторону выхода из игровой зоны.

— С Эйнара, — вздохнула я. — И надеюсь, что это не типичные представители этой планеты, а какие-то... чудаки. Потому что если там все такие, то... все будет еще сложнее, чем мы с тобой надеялись раньше.