15

Элизабет не могла взять в толк, отчего в ее розовой гостиной сегодня было некуда яблоку упасть. Она даже сбегала на кухню, чтобы убедиться, что всем наверняка хватит медового печенья, рецепт которого она придумала сама. Слава богу, печенья было много, и имбирного чая, так благотворно влияющего на пищеварение и цвет лица, тоже хватало.

— Я пригласила американку, — сообщила с порога миссис Пампкин, — от лица всех дам Вуденкерса.

— Вот оно что, — выдохнула Элизабет, пряча за приветливой улыбкой раздражение, царапнувшее сердце. А ведь она почти поверила, что небывалая популярность литературной гостиной — ее заслуга. — Надеюсь, она придет, и у нас будет шанс явить знаменитое английское радушие.

— Наверняка придет, — согласилась миссис Доуксон, которая пропустила обсуждение пяти кряду романов, а теперь вот явилась. — Если, конечно, не переломает ноги в своих вульгарных туфлях на каблуках. Миссис Хокинг сказала, они алее, чем капор мисс Элейн Шоу, что уехала в Лондон с кузеном Дарстена Кинзли.

— У нее ужасные волосы, — добавила Мередит Честерби, косясь в свое отражение в серебряном чайнике. Волосы Мередит были цвета выжженной солнцем соломы и такие же прямые. — Мало того, что рыжие, так еще и кудрявятся. Наверняка с ними куча мороки.

— Может, она их специально завивает, — предположила одна из близняшек Холлс. То ли Мисси, то ли Сисси. Элизабет вечно их путала. Обе тощие и с такими вытаращенными глазами, что хотелось посоветовать им сливового джема.

Кэтрин Гоглстен, чьи каштановые локоны свисали по обе стороны лица точно уши спаниеля, поспешила перевести тему подальше от кудрей:

— Говорят, вчера она пешком прошла через весь город. В штанах.

В розовой гостиной повисла мертвая тишина, а потом дамы заговорили все вместе, перебивая друг друга.

— Дамы! — воскликнула Элизабет, призывая всех к порядку. — Нам не следует набрасываться на нее, точно свора диких собак. Пусть эта девушка не знает, как следует одеваться в приличном обществе, возможно, господь не наделил ее красотой, но мы должны явить христианское милосердие. У нее наверняка доброе сердце.

— Она явилась прямиком в полицейский участок, — невинно добавила Кэтрин, наливая себе чай. — И пробыла там не меньше получаса. А после они с инспектором вышли вместе и отправились куда-то вниз по улице.

Взгляды, в которых читалось жадное любопытство, устремились к Элизабет, и, кажется, в повисшей тишине все услышали, как скрипнули ее зубы.

— Он нес ее зонт, — нанесла еще один удар Кэтрин, добавляя три ложки сахара. Куда ей столько, с ее-то талией! — И поддерживал под руку. А один раз даже приобнял, чтобы уступить дорогу трубочисту. Да, тот был весь в саже, но скорее всего это лишь повод. Я вот не помню, чтобы наш мистер Ррр так трепетно заботился о моем наряде. Или о чьем-либо еще…

В дверь постучали, и Элизабет, вздрогнув, пошла открывать, чувствуя себя так, будто ей в сердце всадили кол.

— Мы вас ждем, — широко улыбнулась она, распахнув дверь. — Рады приветствовать в Вуденкерсе. Я — Элизабет Блювенгейз.

— Джейн, — ответила гостья, входя в дом и осматриваясь, — Джейн Уокер.

Элизабет пришлось слегка задрать подбородок, чтобы посмотреть ей в наглые, лживые, отвратительно голубые глаза. Волосы у американки действительно были рыжие и кудрявые, но платье она сегодня надела весьма скромное, унылое и серое. Кого она, интересно, хочет им обмануть? Хитрая лиса, подлая разлучница, блудница!

— Добро пожаловать, Джейн, — елейным голосом произнесла Элизабет. Хоть бы эта рыжая дылда расшибла себе нос о дверной косяк, хоть бы переломала все ноги по пути сюда! — Уверена, мы с вами станем настоящими подругами.

* * *

Сидя на розовом диванчике в розовой комнате с розовой чашкой в руках, Джейн поняла, что инспектор говорил правду — она явилась прямиком в змеиное гнездо. А мисс Блювенгейз, чей оскал напугал ее с самого порога, королевская кобра.

— Оказаться совершенно одной, в чужой стране, никому не нужной, жалкой, ох, Джейн, мое сердце разрывается от горя и сочувствия, — сообщила она, прижимая белую ручку к высокой груди, обтянутой розовой блузкой.

— Ничего, я справляюсь, — ответила Джейн.

— Что же вас связывает с миссис Олдброк? — поинтересовалась миссис Доуксон — пожилая дама, от которой едва заметно пахло овцами.

Джейн бросила быстрый взгляд на миссис Пампкин, но та смотрела на нее с невинным любопытством. Похоже, инспектор не делится со своей секретаршей информацией. Тем лучше.

— Она наняла меня в качестве компаньонки, — соврала Джейн. В конце концов, Сильвия действительно сделала ей такое предложение.

— Неужели не смогла найти подходящую кандидатуру в Вуденкерсе, — удивилась Элизабет. — Не обижайтесь, Джейн, но вряд ли вы получили лучшее образование, чем любая из нас.

— Но никто из нас и не пошел бы к старой волчице, ведь так? — встряла Кэтрин — пухлая шатенка с блестящими локонами.

Миссис Доуксон шикнула на нее, но Кэтрин тряхнула головой, так что тщательно закрученные прядки, украшенные бантиками, взметнулись.

— Мы должны ее предупредить, это наш долг, — горячо добавила она.

— Ты права, — неожиданно поддержала ее Элизабет. — Джейн, дорогая, вам надо поскорее уехать из этого ужасного места.

— Вуденкерс кажется милым городком, — возразила Джейн, отпивая глоток чая и тут же возвращая чашку назад на столик. Ядреный вкус чая хотелось чем-то заесть, но тарелка с печеньем оставалась подозрительно полной, и Джейн решила, что лучше потерпеть, чем повторять эксперимент с угощением.

— Особенно милы некоторые его обитатели, — многозначительно произнесла Мередит, блондинка в зеленом платье, словно нарочно контрастирующем с розовой обстановкой гостиной. Все вдруг посмотрели на Элизабет, и Джейн начала понимать.

Возможно, мисс Блювенгейз так хочет выставить ее из города, потому что боится, что Джейн составит конкуренцию ее пирожкам? Надо признать, сама Элизабет вполне привлекательна: миниатюрная, но при этом женственная фигура, чистая кожа, правильные черты лица. Чего только мистер Ррр ерепенится?

— Вы уже познакомились с нашим мистером Ррр? — прямо спросила Кэтрин. — Правда, красавчик?

Джейн быстро облизнула губы, думая, как выкрутиться из этой ситуации. Говорить, почему она явилась в полицейский участок, не хотелось. А этот вопрос наверняка последует.

— Разумеется, мисс Уокер была в полицейском участке, — неожиданно пришла ей на помощь миссис Пампкин. — Как любая иностранка, она явилась пояснить цель визита и предполагаемую длительность пребывания.

— О, — выдохнула Элизабет. — И когда же вы собираетесь назад, Джейн?

— Надеюсь, мисс Уокер останется у нас навсегда, — радушно сказала миссис Пампкин. — Выйдет замуж, обзаведется детишками. В нашем городе хватает одиноких и достойных джентльменов.

— Расскажите нам о поместье Олдброков, — попросила Кэтрин. — Вы уже видели привидение Максимилиана Олдброка?

— Как она могла увидеть его привидение, если он жив, — фыркнула Сисси.

— Жив, — поддакнула Мисси. — Его смерть инсценировали. Это он убил какого-то несчастного, а после обезобразил его до неузнаваемости и сбежал. А теперь рыщет по лесам вокруг Вуденкерса.

— Зачем же он там рыщет? — заинтересовалась Джейн.

— Скрывается от правосудия, — в один голос объяснили близняшки.

— Нет, Максимилиан действительно умер, — возразила миссис Доуксон. — И теперь старуха хочет поднять его из мертвых. Единственный сын, наследник рода… Думаю, она принесет вас в жертву, Джейн, в каком-то темном ритуале. Вас ведь никто не хватится. Скажет — вы уехали назад.

— Она прольет вашу кровь над его могилой, — свистящим шепотом произнесла Кэтрин. — Всю до капли. Чтобы демоны отпустили его душу, и та нашла покой.

— Кэтрин, что ты несешь! — возмутилась миссис Пампкин. — Не слушайте ее, Джейн. Миссис Олдброк — почтенная дама и не станет…

— Говорят, она сама убила своего сына, — вздохнула Элизабет. — Не представляю, как вы спите под одной крышей с убийцей.

— Мисс Уокер, если вам понадобится переехать, у меня есть свободные комнаты прямо над полицейским участком, — тут же предложила миссис Пампкин. — Правда, две из них занял инспектор, и, возможно, это будет не очень удобно…

Мисс Блювенгейз поперхнулась чаем и закашлялась.

— Ты кладешь слишком много имбиря, Бетти, — сказала Мередит. — Твой чай пить невозможно.

— Зато он хорошо действует на мой кишечник, — сообщила миссис Доуксон. Она сделала большой глоток, поморщилась и тряхнула головой. — Я прямо чувствую эффект. Зря пропускала прошлые собрания клуба.

— Если вы только захотите, Джейн, я с радостью дам вам приют. Но миссис Олдброк не убивала своего сына, — сказала миссис Пампкин. — Она так горевала, чуть с ума не сошла.

— А может и сошла, — сказала Кэтрин. — Если бы в моем доме жило привидение, я бы точно двинулась. Подумайте над предложением миссис Пампкин, Джейн. Никто вас не осудит. Лучше уж подмочить себе репутацию, чем умереть.

— Как знать, — протянула в сторону Элизабет.

— Да, лучше вам переехать, — кивнули Сисси-Мисси. — Пока Максимилиан Олдброк не явился посреди ночи в вашу спальню. За эти годы, что ему пришлось скрываться в лесах, он наверняка одичал и превратился в настоящего зверя, движимого лишь животными инстинктами. — Две пары вытаращенных глаз заблестели. — Все понятно! Миссис Олдброк поэтому вас и пригласила! Ему нужна жена.

— Если он двадцать лет обходился без жены, то что вдруг изменилось, — возразила Джейн. Она уже едва улавливала суть разговора, теряясь в дебрях сплетен.

— Он был зверем от рождения, — подала голос Мередит, недовольно поправляя складки на зеленом платье. — Почему никто из нас до сих пор этого не сказал? Максимилиан Олдброк был вервольфом.

— Ты ведь разумная девушка, — укорила ее миссис Пампкин.

— Поэтому говорю правду, — ответила Мередит. — Его убил какой-то охотник на нечисть. У Максимилиана Олдброка были клыки как у вепря и дикие глаза. Моя мама говорит, от одного его взгляда у нее волосы дыбом вставали.

— Максимилиан Олдброк был красивым мужчиной, — возразила миссис Пампкин. — Не таким, конечно, как…

— У меня есть его портрет, — перебила ее Элизабет, вскакивая с места. — Максимилиан Олдброк ухаживал за моей мамой какое-то время. Сейчас принесу. Попробуйте печенье, Джейн.

Она быстро ушла из гостиной, а Джейн потянулась к тарелке, но наткнулась на взгляд миссис Пампкин. Дама покачала головой, и Джейн убрала руку.